Чёртова лавочка

Петербург 2014 года шумел. по вечерней, теплой улице шел кудрявый раздолбай— Ванька Арсаланов. в наушниках громко играла музыка, от чего создавалось впечатление, что прохожих просто не существует. /Больше нечего ловить — всё, что надо я поймал, Надо сразу уходить, чтоб никто не привыкал. Ярко-жёлтые очки, два сердечка на брелке, Развесёлые зрачки, твоё имя на руке.../ будильник прозвенел так резко, что он и опомниться не успел. рьяно он чуть ли не подпрыгнул с кровати, а увидев семь часов утра на часах мигом побежал собираться: первое сентября, как никак. восьмой класс. не завтракая, Ваня тихо пробежал до ванной, параллельно застёгивая рубашку. в отражении красовался худой, бледноватый парнишка в треснувших очках, расчёсывающий кудрявые, неровно стриженные волосы по плечи. —Вань, ну ты долго? я тоже собираюсь вообще-то.— устало возмутился младший брат. —да подожди ты, Сань. хоть бы поздоровался, чё как не родной?— он приобнял его за плечо, похлопав по спине. было бы смешно, если бы не было так грустно. мамка их, Марина, изменяла отцу. а выяснилось это тогда, когда в семье родился Саня: рыжий, и явно не похожий на всех остальных. сейчас от неё не было ни слуху ни духу— ушла как-то, да так и не вернулась домой. передозировка, наверное. полежит пару дней и вернётся, должно быть. —да ну тебя.— рассмеялся Саня в ответ. уже через двадцать минут Ваня выбегал из парадной во двор, где его уже ждала вся его шайка: Серёжа Воронцов, в очках и с заклееным глазом по прозвищу "косой" из-за внешней схожести с зайцем, Игорь "чертила" Воскресенский, и золото всей компании, Лёшка Синёв— а ласково звали его "кляксой" за неаккуратные тетради и голубые волосы. —ты чего так долго, Обосранов?— с ухмылкой встретил его Игорь. —батю твоего искал в ящике с носками. — пожал ему руку Ваня.— видимо, Игорь Юрьевич снова спрятался. как кучка настолько разных людей уживалась вместе— вопрос риторический. время делало своё дело, и иногда казалось, что Ваня снова тихий пятиклассник, только приехавший в Питер из какого-то посёлка городского типа под Москвой, который неведомым образом сплотил еле знакомых ему людей в "компанию друзей". на линейке вся шайка стояла где-то в дальних рядах. классный руководитель, увидев ребят в привычном составе, вытолкнула Ванька в первый ряд, чтоб не болтал. рядом с ним теперь стоял какой-то мальчишка: вроде выглядит старше их, а стоит с восьмым классом. высокий такой, волосы в белый крашенные, и одет как кукла. ну точно педик. или иностранец: Ваня плохо отличал каких-нибудь румын от немцев или ещё кого. и то не было сильно важно. линейка закончилась, старшеклассник пронес по кругу девчушку с колокольчиком и классы разбежались по кабинетам, как муравьи. тот самый странноватый, хромой "иностранец" сел за последнюю парту к... (вспомнить бы ещё его имя!) Антону— молчаливому парнишке, про которого забыли даже учителя. —ребята, а у нас новенький— провозгласила учительница.— он ещё летом за учебниками приходил и в том году с пятым классом на ИЗО ходил. Рафаэль зовут. в классе поднялся смех, в Ваня толкнул Лёшку, сидящего рядом. —ты глянь, вынарялился. на девчонку похож. Клякса только слегка улыбнулся и отвёл взгляд. даже Серёжа, которому было не свойственно обсуждать кого-то с другими о чём-то шептался со своей подружкой. так и начался новый учебный год: весь вечер они гуляли, кроме Серёжи, которого как заключённого увезли домой родители. стемнело, когда Ваня проводил Лёшу до его подъезда и вернулся домой. по привычке тихо открыл дверь, а затем увидел привычную картину в виде отца с бутылкой какого-то дешёвого алкоголя. —ну, за новый учебный год!— говорил сам с собой Роман Тамирович, делая глоток. на лице Вани стало видно отвращение, и кинув что-то вроде "я спать" он пробежал в комнату, где было уже темно: он делил одну комнату и одну кровать, а точнее, диванчик, с младшим братом. снял очки, лёг рядом со спящим Сашкой и обнял его, сл егка улыбаясь. —спокойной ночи, мой хороший.