Бинты, лифт и секс

Лифт давно не работал. Рейчел стояла у стены, разрисованной ржавыми разводами, и смотрела на Зака снизу вверх. В руке он как всегда сжимал свою окровавленную косу - для него это как часть тела. Но сейчас лезвие было направлено в пол. — Зак, - голос Гарднер ровный, почти шёпот.  — Ты дрожишь.  Он дёрнул плечом. В тесной кабине от него пахло гарью, старыми бинтами и чем-то диким, таким противным, но девушка не обращала на это внимание . Она шагнула ближе. Обычно он сам решал, когда подходить - чтобы ударить, наказать, похвалить или просто защитить ее. Но сейчас она первая коснулась пальцами его сжатого кулака. — Не надо, - сказал он хрипло . — Я… могу сломать тебе руку от злости. — Ты не сломаешь. - Она поднесла его ладонь к своей щеке, и Зак замер. Его дыхание сбилось внутри что то мертвое начало шевелится. Он убрал косу за спину - резко, не глядя, лишь бы освободить свои мерзкие руки. Они стояли так, что между ними не оставалось даже метра расстояния. Голубоглазая чувствовала, как бьётся его сердце - часто, быстро, не так как у нее - у него оно билось как у зверя в клетке. Айзек наклонился, коснулся лбом её макушки, и это было тяжелее любого удара. Он не умел быть нежным, но для неё учился. — Рей…  - выдохнул он, и в этом звуке было всё: страх, ярость захватывала его организм она мешалась с любовью к этой сумасшедшей.  Она обвила руками его шею - не боясь, и их губы встретились, это было похоже на подписанный смертный приговор. Поцелуй был очень груб но и одновременно нежен. Идеально. Гарднер не хотела отстранятся первой, хоть ее лицо и не выдавало никаких эмоций внутри был целый пожар. Фостер отошел первым - резко, будто обжёгся, но сейчас он лишь сильнее сжал пальцы на её плечах.  скорее всего завтра эти маленькие белые ручечки будут все в голубофиолетовых синяках. Ей было больно но и одновременно нравилось. — Ты пахнешь кровью, - прошептала она, не открывая глаз. — Твоей, - ответил он глухо.  — И чужой. Она улыбнулась - той своей тихой, страшной не живой улыбкой, она хотела подарить ему ее, но не могла сделать ее по настоящему искренней, радостной, в ее глазах читалась гореч, гореч утраты, усталось от хождение по кругу пытаясь выбраться из этого гребанного помещение которое пахнет трупами, сыростью и страхом. Любой адекватный человек уже бы сошел тут с ума. Он нежно толкнул её к стене лифта рукой.  Рейчел вцепилась в его руки худи, сжимая кожу так, что бенты затрещали. — Зак. - Голос сорвался на полтона выше. - Я хочу, чтобы ты меня убил. — Врёшь. Сейчас ты хочешь другого - в его голосе читалось та эмоция, которую Беловолосая в нем раньше не замечала — Да, - легко согласилась она.  — Не сегодня. Сегодня я хочу что бы ты меня поцеловал еще раз - она начала флиртовать, играть с ним и его чувствами , но на лице до сих пор не отображались эмоции. Он зарычал - низко, гортанно, как раненый зверь. И поцеловал снова. В этот раз жёстко, с привкусом ржавчины, крови и соли. Её губы - единственное, что его пленили все это время. Гарднер запустила пальцы в его спутанные темные как смоль волосы, она водила рукой туда-сюда, ему это очень нравилось и доставляло удовольствие. За день парочка очень устала, они облазили все этажи, возможные варианты решения загадок на них, они пытались найти выход но все попытки были четны. Наверное они тут навсегда.. Мужчина медленно сполз по стене от усталости, утягивая её за собой. Жертвы здания оказались на холодном полу лифта. Девушка сидела у него на коленях, обхватив ногами его бёдра. Бинты на руках юноши постепенно разматывались , и Гарднер потянула за край - аккуратно, Лента упала на пол, открывая шрамы. Она посмотрела на него руку, а потом посмотрела ему в глаза  —покажи свое лицо - скомандовала девочка — мне кажется слишком много ты хочешь - Фостер считал себя очень страшным и не привлекательным из за шрамов которые оставил после себя огонь, под бинтами куски его кожи были черными, сухими постепенно отваливались, это было не очень приятное зрелище. —ну покажи - она уже потянулась своей маленькой ручкой что бы развязать бинт но он остановил ее .  —не трожь - зашипел гетерохромный и опять поцеловал девушку в губы.  —ты действительно хочешь увидеть монстра? - он боялся что девочка очень испугается и не захочет с ним больше разговаривать, а самое главное не захочет того что бы ее убил именно он, это волновало его больше всего на свете. — ты не монстр.. - она хотела посмотреть на него без бентов которые стягивали его лицо, посмотреть на него настоящего, без этих ужасных окровавленных лент. она положила руку ему на щеку — Не надо, - глухо сказал он, но не отстранился. — Зак… Я видела кровь. Я убила своих родителей надеясь на счастливую жизнь. Я  Видела, как ты ломаешь кости. Ты правда думаешь, что лицо меня испугает?   Он молчал долго. Но потом его рука дёрнулась, и он схватился за нижний край бинтов. Сорвал их одним резким движением - грубо, не жалея, будто сдирал старую кожу. Света в лифте почти не было, но Рейчел видела достаточно. Кожа на его лице - там, где она сохранилась была натянута, блестит рубцами. Но большая часть лица - это сплошной шрам. Левая щека стянута вниз, уголок губ искривлён . Нет бровей они тоже сгорели . Веко левого глаза натянуто так, что оно всегда прищурено - жёлтый зрачок смотрит из глубокой впадины, влажно поблёскивая. Кожа вокруг шелушится, кое-где лоснится, как старая ожоговая рана, которая уже не заживёт никогда. Голубоглазка не отшатнулась. Она медленно поднесла пальцы к его лицу заново  положила их на щеку- к самому страшному месту, где обгоревшая кожа переходила в живую, здоровую, почти нормальную. Зак вздрогнул. Его рука дёрнулась, будто хотела перехватить её запястье, остановить , но быстро передумал и убрал руку на холодный пол лифта  — Урод, - прохрипел он. Это был не вопрос , а факт. — Нет, - Рейчел провела подушечками пальцев по неровной, бугристой поверхности. сухая, горячая, мёртвая кожа и живые мышцы под ней — Ты это ты, Зак - она сказала это сухо, пытаясь успокоить — Не смотри, - попросил он вдруг тихо, почти по-детски, и это было страшнее любого рыка и отвернул голову вбок.  Но она не отвела взгляд. Наоборот - придвинулась ближе. Коснулась губами его обожжённого виска, от чего тот зажмурился  — Я вижу тебя - сказала она шёпотом.  — Не забинтованного, а тебя настоящего . Юноша издал звук - не то всхлип, не то рычание. И рухнул лицом в её плечо, прячась, сжимая так, что хрустнули кости. Без бинтов он чувствовал себя голым. Беззащитным монстром. — Не уходи, даже когда я тебя убью,  - прорычал он в её воротник.  — Никогда. Клянись. — Клянусь, - Рейчел гладила его по макушке. — я всегда буду с тобой, всегда буду…в твоем сердце. Еще один нежный поцелуй скреплял их тела, с каждой секундой хотелось все больше и больше целовать, прижиматся друг к другу, гладить. Она потянула на себя кусочек кофты и засунула под нее свою руку, провела ладонями по груди, а после сама заползла под ткань, по детски прижимаясь к его мужественному телу, которое так много натерпелось. только она видела его без слоя одежды, бинтов и крови. Она прижалась щекой к его сердцу , слушая его ритм.  Гетерохромный обнял ее, так крепко будто боялся что она сейчас куда то убежит. — Рей, - сказал он хрипло и замолчал Она подняла голову и посмотрела на него из под худи.  Глаза - стеклянные, пустые, прекрасные. И в них - только он. — Я здесь, Зак. И никуда не уйду. Он обхватил её лицо ладонями - огромными, грубыми, в мозолях и запёкшейся грязи и поднял в верх поцеловав в лоб. — Бойся меня, - попросил он шёпотом. — Никогда, -  ответила Гарднер.  Спустя несколько минут стало жарко, девочка выползла из под ткани и Айзек воспользовались этим моментом прижал её спиной к холодному металлу лифта. Одной рукой - выше головы, а второй на талии, так крепко, что Рейчел выгнулась, вцепляясь ногтями в его плечи. Их дыхание смешалось -  рваное, прерывистое и очень горячее, как какао по скидке в самом дешевом ларьке  — Скажи, зачем я тебе нужен?, - прорычал он, касаясь губами её шеи. Не целуя - почти кусая, оставляя влажные следы. — нужен, что бы… - выдохнула она, запрокидывая голову. Зак провёл языком по её ключице - медленно, мучительно, беловолосая сжала бёдра, не в силах сдержать дрожь.  — что бы что? - Он отстранился ровно на секунду, и его жёлтые глаза горели безумием становясь красными .  — что бы ты меня убил - её голос стал ниже, почти мурлыкающим но одновременно оставался в том безэмоциальном состоянии .  — верно - улыбнулся парень   Гарднер потянула его за бинты на шее, разматывая их зубами.  — я хочу смотреть на тебя ещё. Убийца замер. Внутри него что-то сломалось - или, наоборот, встало на место. Он подхватил её под бёдра, приподнял, заставляя обхватить себя ногами. Рейчел ахнула - от резкости, от веса его тела, прижавшего её к стене. Их лбы соприкоснулись. — Ты ненормальная, - прошептал он. Его дыхание смешивалось с её. Внутри не осталось ни злости, ни хищного блеска  - только какая-то странная, почти испуганная нежность. — Я знаю, - ответила она и сжала его сильнее. Бёдрами. Пальцами. Зубами, когда её губы вдруг на секунду прижались к его нижней губе - не поцелуй, просто касание. Он не выдержал первым. Айзек отстранился ровно настолько, чтобы засунуть два пальца ей в рот. Грубо. Без спроса.  длинные, шершавые от мозолей пальцы  легли на язык Гарднер. Рейчел не дёрнулась. Не закашлялась. Она начала как послушная девочка их обсасывать. Медленно, ритмично, обводя языком каждый палец, каждый шрам на его коже. Её щёки втянулись. Слюна потекла по подбородку, капая на его руку, Она делала это так, будто это первый и последний раз в ее жизни, хотя это так и было.  Гетерохромный выдохнул сквозь зубы. В паху стало тесно и горячо. Он смотрел, как её губы обхватывают его пальцы, как язык скользит между ними. — Хватит, - сказал он хрипло и вытащил пальцы. Влажные, блестящие, с отпечатками её зубов. Он  поставил её на пол. Резко развернул, толкая плечом вперёд, заставляя согнуться. Гарднер даже не сопротивлялась - её ладони упёрлись в холодный бетон,немного охлаждая тело, спина выгнулась, красивая ровная поясница и копчик оказалась прямо перед ним. Она не заметила как юноша уже с пустил с нее шорты  Его ладонь легла на её поясницу - тяжёлая, горячая, прижимающая сильнее, заставляющая прогнуться ещё больше. Второй рукой он провёл между её бёдер. Она была мокрой. Готовой. Он вставил ей два пальца. Сразу. Резко. До упора. Рейчел вскрикнула — коротко, надрывно,  от боли и наслаждения одновременно. От того, как внутри всё сжалось, а потом разжалось, принимая его. Он чувствовал, как её стенки пульсируют вокруг его пальцев, как она непроизвольно сжимается и разжимается, как дрожат её бёдра. Возбужденный маньяк   начал двигать пальцами внутри своей куклы  - медленно, глубоко, с нажимом, заставляя её стонать всё громче. Каждый толчок отдавался в ней дрожью, каждый выход - всхлипом, который она не могла сдержать. — Не останавливайся… - прошептала она, и в этом шёпоте впервые за весь период появилось что-то живое. Не просто пустота. Желание. Отчаянное, дикое, голодное. Он усмехнулся и ускорился и ее крики стали еще громче Он ускорился. Два пальца двигались внутри неё с влажным, неприличным звуком, который разносился по пустому лифту, отражаясь от голых стен. Каждый толчок заставлял малышку вскрикивать - тихо, надрывно, срывающимся голосом. Она не пыталась сдерживаться. Не было смысла. Не перед кем притворяться. Её пальцы скребли бетонный пол, оставляя белые полосы на серой поверхности. Спина выгибалась всё сильнее, подставляя ему себя всю - беззащитную, открытую, мокрую. Ей было совершенно не стыдно ведь скоро ее убьют. Черноволосый смотрел на то, как его пальцы исчезают в ней, как её тело сжимается вокруг них, как дрожат её бёдра, и чувствовал большое возбуждение внутри себя. Она застонала громче. Почти закричала, когда он добавил третье движение внутри  третий палец вошел в нее растягивая, заполняя, заставляя её стенки пульсировать ещё сильнее. Белокурая уже не контролировала себя. Всё, что она копила годами - всё это безразличие, вся эта пустота -  превратилось в сплошной, слепящий огонь где-то внизу живота. — Зак… - выдохнула она, и это было похоже на молитву. Или на проклятие. Он вытащил пальцы резко, не предупреждая. Она всхлипнула от пустоты . Её тело требовало продолжения, сжималось вокруг воздуха, ей было не по себе от этого чувства потери. Фостер быстро расстегнул ширинку одной рукой, другой рукой придерживал её за бедро. Головка коснулась ее киски и он замер на секунду, просто чувствуя, как она дрожит под ним. — все хорошо ? -  спросил он вдруг, и в его голосе не было насмешки. Только странная, почти пугающая серьёзность. Гарднер повернула голову, насколько могла, и посмотрела на него снизу вверх. Глаза - огромные, голубые, с расширенными зрачками - были влажными. Не от слёз. От того пожара, который разгорелся внутри жаждя продолжения . — ты же убьешь меня после..?-девушка замолчала что бы отдышаться  —после того как мы уйдем? —ну конечно - в его голосе был слышан азарт. — тогда продолжай - девочке не хотелось вспоминать этого позора в лифте, но сейчас ей ну уж очень хотелось продолжать, от возбуждение сносило голову, глаза закатывались, а в низу все пылало пламенем любви Он вошёл в неё одним толчком - глубоко, резко, до конца. Рейчел вскрикнула -  громко, на грани боли и наслаждения, вцепившись ногтями в бетон. Внутри всё горело, растягивалось, принимало его. Она была узкой, тугой, мокрой - и такой живой, какой он никогда её не видел. Парень замер на несколько секунд, давая ей привыкнуть. Его пальцы впились в её бёдра, оставляя синяки. Дыхание было рваным, тяжёлым. Он чувствовал, как её мышцы сжимаются вокруг него, как она дышит  - часто, поверхностно, почти панически. — продолжай.. -  прошептала она.  —Пожалуйста. Он начал двигаться. Медленно сначала длинные, глубокие толчки, от которых её тело подавалось вперёд, а стоны становились всё громче. Потом быстрее. Жёстче. Каждый толчок отдавался в ней дрожью, каждый выход -  всхлипом, который она не могла сдержать. Голубоглазая уже не стояла на ногах - она висела на нём, держась только за его руки, которые сжимали её бёдра. Его половой огран скользил внутри неё  с каждым движением она чувствовала, как напряжение внизу живота растёт. — Не останавливайся, - выдохнула она, и её голос сорвался на крик, когда он попал в особенно чувствительное место. Айзек усмехнулся - но усмешка вышла кривой, почти болезненной, страшной . Он наклонился вперёд, нависая над ней, и одна его рука скользнула с её бедра на живот, а потом ниже к клитору. Пальцы начали массировать его в такт толчкам - быстро, грубо, точно зная, что делает, как будто он каждый день этим занимается    Девчонка не  застонала, она закричала. Громко, отчаянно, не стесняясь. Её тело выгнулось дугой, пальцы вцепились в его руку, ногти впились в кожу. Оргазм накрыл её внезапно, как волна цунами в жарких странах - без предупреждения, сбивая дыхание, заставляя мышцы живота судорожно сокращаться. Внутри всё сжалось вокруг него выжимая из него низкий, протяжный стон. Он не выдержал. Несколько последних толчков - глубоких, резких  и он кончил в неё, прижимаясь бёдрами к её ягодицам, вжимаясь так глубоко, как только мог. дыхание стало прерывистым, было жарко. Тишина. Юноша медленно вышел из неё. Белокурая опустилась на колени, а потом и вовсе села на пол, прислонившись спиной к стене. Её трясло - мелкой,  дрожью. Она смотрела перед собой пустыми глазами, но на губах застыла странная, полубезумная улыбка. Он сел рядом. Молча. Не глядя на неё. —ну что, понравилось ? - с усмешкой спросил тот —понравилось..-спокойно отреагировала она и заново заползла к нему под кофту.