Особенный самогон

      Тёплый утренний воздух был пропитан ароматом влажной травы и дымом отдалённых костров. Хозия стоял у парадного входа усадьбы Брейтуэйт и раздраженно оглядывался на дорогу, теряя терпение. Артур где-то задерживался, хотя они собирались соврешить визит в поместье Брейтуэйт вдвоем и сообщить о вчерашней раздаче бесплатного самогона в баре. Хозия еще несколько минут попереминался с ноги на ногу, но Артур ближайшее время видимо даже не собирался появляться на горизонте. Неожиданно балконное окно над головой Хозии чуть слышно скрипнуло, сверху показалось лицо Кэтрин — главы поместья и всего бизнеса, что имело их семейство в этих краях.       — Вы стоите так уже минут десять. Можете войти, негоже держать гостя на пороге.       — Извините, мадам, — Хозия вежливо склонил голову в поклоне, — мой товарищ где-то задерживается.       — Ничего. Проходите и подождете его в гостинной.       — Спасибо. Это большая честь.       Хозия снова слегка склонил голову, но Кэтрин уже исчезла в окне. Вместо этого, входные двери распахнулись и из-за них показался дворецкий, который служил хозяйке дома. Хозия поднялся по каменным ступеням и вошел в богато обставленный особняк, который изнутри выглядел еще богаче, чем снаружи.       — Присаживайтесь, — указал дворецкий на дорогой диван и тихо удалился в другую комнату, оставляя гостя наедине с собой.       Перед диваном располагался круглый столик. На столике, ожидающе, стояла бутылка самогона и два хрустальных бокала с необычной вырезкой на стенках. Хозия прошел вперед, оглядывая гостинную. Рядом со столиком трещали дрова в каменном камине, тепло огня согревало и создавало необычный уют в большом доме. Высокие шкафы, до самого потолка, заставленные книгами, резными канделябрами и необычными статуэтками придавали особый шарм убранству дома. Хозия осторожно присел на краю дивана. Находиться в таких местах ему было непривычно, он слишком привык к свободной, грязной жизни в бандитском лагере. Он уже и не помнил, знал ли когда-то другую жизнь, но понимал, что не создан для такой роскоши.       Из-за спины раздался размеренный стук каблуков по полу.       — Мистер Мэттьюз, — голос Кэтрин Брейтуэйт прозвучал четко и громко, так, что казалось отдался эхом от стен. — Видимо мистер Морган позабыл о встрече?       Кэтрин Брейтуэйт вошла в зал. Весь ее образ идеально вписывался в дизайн дома. Она не шла, а плыла по просторному залу. Осанка женщины была беупречной, манеры утонченны, почти королевские. Смотрела она гордо, слегка надменно. Глаза горели интересом и азартом, словно кошка, пришла поиграть со своей добычей. Было загадкой отпустит она птичку, попавшую к ней в лапы или придушит и съест. Кэтрин медленно прошлась по гостиной, её фиолетовое платье шуршало о пол. Она остановилась у камина, где огонь отбрасывал золотистые блики на её высокие скулы.       Хозия подскочил со своего места и вновь отвесил глубокий поклон.       — Что вы, мадам, — растерявшийся Хозия слегка запнулся, но быстро собрался, стараясь говорить уверенно, — Артур — человек слова. Видимо обстоятельства сложились не самым удачным образом. Уверен, он явится с минуты на минуту. Но я и сам могу донести вам всю необходимую информацию.       — Ну же, мистер Мэттьюз, не вставайте, мы уже поприветствовали друг друга. — Кэтрин спокойно обошла стол и вальяжно расположилась в соседнем кресле, закинув под платьем ногу на ногу.       Хозия последовал ее примеру и сел обратно на диван, с чуть меньшей скромностью.       — Предлагаю скрасить беседу бокалом нашего особенного самогона. Это партия лучшей выдержки, мы не продаем ее, а производим для подобных встреч, переговоров и самых дорогих гостей. Попробуйте и сами поймете.       — Премного благодарен, но я... вряд ли смахиваю на дорогого гостя, — скромно подметил Хозия, слегка прогладив по ткани жилета, расправляя на нем складки.       — Вы пришли в мой дом по договоренности, а значит вы уже мой дорогой гость, — Кэтрин налила самогона в бокалы и протянула один Хозии.       Хозия слегка улыбнулся и, стараясь скрыть лёгкую дрожь в пальцах, потянулся за бокалом. На мгновение их руки соприкоснулись, пальцы Хозии задержались на руке Кэтрин чуть дольше, чем было положено. Что случилось с ним в это мгновение? Хозия чувствовал себя неопытным мальчишкой перед этой статной женщиной. Он — матерый бандит, проживший на свете столько лет, прошедший столько драк и погонь, повидавший стольких женщин: кого-то приходилось обманывать, кого-то спасать, с кем-то сотрудничать, а с кем-то вести игру. Казалось, его сердце не воспримет уже никакие чувства и только хитрость и притворство стало его лучшими друзьями на всю оставшуюся жизнь. Но в этот момент его грудь что-то обожгло. Кто эта женщина? Очередная игра, выгодная сделка. Возможно сотрудничество с ней не закончится ничем хорошим, возможно она обманет их, возможно банде придется убить ее и сжечь дотла все это дорогое поместье. Он не мог этого предвидеть, да и не хотел. Сейчас, в этот самый момент, он увидел перед собой не очередную выгодную партию, а просто женщину. В выглаженном платье, с аккуратно уложенным волосом, со строгим взглядом, пронзающим его до самой души, с незаметно дрогнувшими пальцами, отозвавшимися на его прикосновение. Почувствовала ли она в этот момент то же самое, что и Хозия, или ее холодный, расчетливый разум уже не тронет никакое чувство, кроме удачной сделки, а он лишь принял желаемое за действительное? Этого Хозия не знал, он притянул к себе бокал, продолжая смотреть на морщины, которые годы оставили на ее красивом лице. Они не портили ее, лишь придавали определенного шарма, словно опыт всех этих лет положил отпечаток силы на ее щеках.       — Ну что же, — она подняла свой бокал, лениво покрутив его в пальцах. — Расскажете как прошла ваша… благотворительная акция?       — Люди были благодарны, — Хозия позволил себе легкую ухмылку. — Хотя некоторые благодарности звучали чересчур громко.       Кэтрин рассмеялась — низко, почти бархатно. Хозия вслушался в этот смех, показавшийся для него счастливым моментом для них обоих. Хозия сделал небольшой глоток из своего бокала, не обращая внимания на действительно особенный вкус дорогого самогона.       — О, я уверена, теперь Греи поймут силу нашего поместья. Имя Брейтуэйтов будет звучать из каждых уст в этом городе! От кого-то с восхищением, а от других с проклятием!       Она наклонилась к мужчине ближе, и Хозия вдруг осознал, как мало между ними расстояния. Запах её духов — дорогих, терпких, ударил в голову сильнее, чем любой алкоголь.       — Вы знаете, мистер Мэттьюз, — Кэтрин слегка наклонила голову, — я всегда ценила в людях… изящество. А вы, несмотря на вашу профессию, умеете быть изящным.       К чему были эти слова? Хозия почувствовал, как кровь приливает к лицу. Стало жарко. В голове промелькнула мысль о том, что выпил он совсем не много и в этот момент действовал на него не алкоголь. Он привык к грубости, нецензурной лексике соратников, к похабным шуткам, которые слышал во всех городах, где бывал до этого, но эта женщина говорила так, будто каждое слово было тщательно продуманным ходом в шахматной партии. Неосознанно он заговорил тихо, вполгоса, будто боясь спугнуть этот момент неожиданной близости:       — Я… стараюсь, мисс Брейтуэйт.       Она улыбнулась, подняв бокал.       — Может, выпьем за успех моего предприятия?       Хозия кивнул, не в силах отказаться. Они сделали глоток из бокалов одновременно, а их взгляд в этот момент был направлен точно в глаза собеседника. Хозия оторвался от бокала почти не дыша, глянув на губы женщины, которые были слегка влажными от крепкого алкоголя. Чуть заметно губа ее дрогнула в неясной улыбке, возвращая Хозию в реальность:       — Что ж кажется ваш товарищ приехал.       Пытаясь понять о чем она говорит, Хозия бросил взгляд в окно, расположенное прямо за спиной женщины и увидел подъезжающего Артура. Вслед за этим, он понял, что Кэтрин услышала донесшийся топот копыт по которому и сделала вывод, что Артур, наконец, решил появиться.       — Верно, — произнес Хозия. — Сейчас узнаем, что заставило его задержаться. Уверен, у него на то есть веские причины.       Этими словами Хозия постарался не выдать своего мимолетного разочарования. Хотелось еще хотя бы пару мгновений провести наедине с женщиной, которая сумела парой фраз затмить собой все его мысли, но отогнав от себя эти ненужные фантазии Хозия собрался и продолжил говорить так, будто минуту назад не думал ни о чем другом кроме удачной сделки с поместьем:       — У вас и правда отличный самогон, мисс Брейтуэйт. Было честью попробовать его вместе с вами!       Хозия решительно поставил недопитый бокал на стол. Подмечая про себя какими ловкими и хитрыми были действия хозяйки поместья, что даже его — опытного бойца, она смогла с такой легкостью одурманить, и давая понять самому себе, что его мыслями больше не завладеет ни одна женщина.