О тебе

Я лишь об одном прошу

Останься в моей голове

Я жив, пока я пишу

Вот мои песни

И там каждая о тебе

Я лишь об одном молю

Оставь меня в темноте

Я жив, пока я пою

Вот мои песни

И там каждая о тебе

Зачем эти песни

Если каждая о тебе.

      Песня крутилась на повторе, пока Макс валялся в кровати, утопая в своих мыслях.       Его гребаное сердце разрывалось каждый раз, стоило только подумать о нём. А Максим думал о Кирилле каждую минуту, так что не суждено было сердцу восстановить свой ритм. Слишком сильно запал в душу этот угрюмый парень, от которого веяло внутренней силой и уверенностью.       Странно, да?       Ночами, засыпая, он представлял его образ в голове, находя в этом что-то неизменно прекрасное: ровные черты лица, нахмуренные брови, строгий взгляд зелёных глаз, мягкие губы, искривлённые в полусмешку. Да и засыпалось легче, когда в голове был только он, а не очередное нытьё о собственной никчёмности.       Становилось как-то спокойнее.       Но сегодня был другой случай — Максим ворочался из стороны в сторону, думая о том, как произойдёт завтрашняя встреча, и слушал одну и ту же песню на повторе, чтобы избавиться хоть как-нибудь от противного чувства одиночества. К тому же, Кирилл ведь обещал прийти, и Макс думал о том, чтобы тому всё у него понравилось.       Взволнованный этим, Максим сегодня даже вымыл всю квартиру, хотя вряд ли его можно было назвать педантом. Но ради Кирилла стоило пересилить свою природную лень и хорошенько всё подготовить. Макс впервые впускал в свой мир чужого человека, и, конечно же, не мог не переживать.       А вдруг, ему не понравится его мир?       Хотя, с другой стороны, чего он так волновался? Они просто посмотрят сериал и попьют немного пива, — Макс же не в любви же ему признавался. Тем более, Кирилл наверняка, как обычно, будет молчалив, и в принципе Макс согласен был только на его присутствие — этого хватит ему с головой, чтобы не думать о том, что завтра его день рождения.       Завтра Максу исполнялось девятнадцать лет, и ему не хотелось вспоминать, что было на прошлое день рождения.       Ведь, тогда, в этот проклятый день, он в миг лишился родителей и любимой сестры. Макс тысячу раз пожалел о том, что вообще родился на этот свет.       Так что завтра был тяжёлый день: с утра надо будет сходить на могилы и постараться не реветь — он же не мог встречать Кирилла с красными глазами, верно?       Хоть какой-то стимул держаться молодцом.

Мне ещё хватит сил

И с надеждой на время

Я тогда был уверен

Что раны свои залечил

Не спросил

А как это быть одиночкой

Все имена как прочерк

Лечит лишь никотин

      Так что лучше думать о Кирилле, о его тихом и спокойном голосе, о его широких плечах и высокой фигуре.

Вы:

Спишь?

      Наверняка спит. Время уже полдвенадцатого. Хотя Кирилл был совой вроде как. Максу было стыдно, что он снова навязывается, но только Кирилл мог его отвлечь от щемящей тоски и грузного ощущения одиночества. Кирилл Симанов: Нет.       Как всегда — немногословный и прямой. Каждый раз приходилось вытаскивать слова клещами, но в этом Макс даже находил своё очарование, и проявлялся азарт: а сможет ли он разговорить Кирилла в этот раз? Сможет ли он узнать что-то новое о нём?

Вы:

А я тут с новой песней.

Приложение: музыка.

Женя Трофимов — Все они о тебе.

      Интересно, поймёт ли Кирилл намёк, что он ему нравится? Хотя, даже если и поймёт, вряд ли подаст виду.       И почему Макс ведёт себя, как девочка-подросток в пубертатный период? Он должен быть как-то серьёзнее что ли, чтобы обратить на себя внимание такого взрослого парня, как Кирилл.       Он даже пожалел, что отправил такую песню, слишком явную о его чувствах и чересчур слащавую, ведь Кирилл говорил, что такое не любит слушать. Даже губы искусал в нервном ожидании.

Всю ночь

Я связан был строчками

Среди многоточий

Не зря

Помочь

Мне нечем

И просто

Так лучше запомнить тебя

Кирилл Симанов: Неплохая песня. Не в моём вкусе, но послушать можно.       И чего вообще Макс от него ожидал? Конечно, Кириллу в принципе на него плевать. Это сам Макс к ним пристал и навязывает своё общество.       Хотелось продолжить разговор, но Макс не знал, что ещё можно написать. Отправить смайлик? Опять Кирилл скажет, что он чудик и мешает нормальным людям спокойно заниматься своими делами.

Вы:

Спасибо, что прослушал.

      Спасибо, что вообще отвечает на его сообщения и хоть как-то уделяет время ему. Ведь Кирилл не из тех, кто будет расстрачиваться на кого-то там. Кирилл Симанов: Ты там спать не собираешься? Хватит песенки свои слушать, лучше ложись и спи.       Макс перечитал сообщение три раза. Ни смайликов, ни лишних слов. Просто «ты там спать не собираешься?». Но почему-то стало легче дышать, — Кириллу вроде не всё равно. Иначе он написал бы «спокойной ночи» и отключился. А он спросил. Значит, ждал ответа. Или хотя бы заметил, что Макс ещё не спит.       «Не собираюсь», — хотел ответить Макс, но пальцы замерли. Не надо быть эгоистом: мало того, что отвлёк Кирилла на ночь глядя, так и ещё грозится излить свою душу. И потом, он и так уже отправил песню — слишком откровенную, слишком личную. Хватит.       Хотя, конечно, хотелось поговорить. Рассказать обо всём. Написать целую поэму о том, как сильно его зацепил Кирилл.       И вообще, раньше Макс писал: стихи, песни, заметки — он учился на журналиста, и слова лились из него рекой. Но после того дня, когда не стало родителей и сестры, слова просто умерли. Он не мог выдавить из себя ни строчки. Только слушать чужие песни и пытаться найти в них свои, потерянные.

Вы:

Спокойной ночи, Кирилл.

Извини, что отвлёк.

      Ответ пришёл почти сразу: неужели Кирилл ждал его? Кирилл Симанов: Ничего. Спи давай. Завтра увидимся.       Максим крепко прижал телефон к груди, как будто это могло сохранить тепло этих слов. Кирилл не сказал «до завтра», не сказал «жду». Но он сказал «увидимся». Это почти обещание. Все-таки он придёт, и тогда Максим сможет отвлечься на один вечер и не думать о том, что произошло год назад.       Макс выключил свет, укрылся одеялом и закрыл глаза. В голове всё ещё крутились строки песни, в которых находил себя. И не смотря на трагичный завтрашний день, он впервые за долгое время не чувствовал той самой пустоты, которая грызла его изо дня в день. Внутри зарождалось что-то тёплое, маленькое, пульсировало в такт сердцу.       Кажется, надежда.       Ведь он больше не одинок.

Я лишь об одном прошу

Останься в моей голове

Я жив, пока я пишу

Вот мои песни

И там каждая о тебе

Зачем эти песни

Если каждая о тебе

Вот мои песни

И там каждая о тебе...