Под покровом ночи

В комнате было душно даже с приоткрытым окном. С улицы слышалось тихое стрекотание кузнечиков и сверчков, редкий шелест листвы. Саша не спал. Он спокойно лежал в кровати, не шевелясь, — боялся разбудить младшую сестру, спящую на соседней кровати. Время на часах, освещённых белой полосой луны, уже перевалило за полночь. Это означало, что ему пора отправляться на встречу. Одна из деревяшек скрипнула, только ноги коснулись холодного пола. Парень поднял голову и вгляделся в маленькое личико напротив. Сестра всё ещё спала. Саша схватил шорты и худи, висевшие на спинке стула, вышел из комнаты и перед уходом обрызгал себя средством от комаров и мошек. На улице было холоднее, чем в душном доме; по голой потной спине и ногам побежали мурашки. Он натянул одежду, надел стоявшие на крыльце сланцы и достал из кармана небольшой фонарик. Вдалеке послышался слабый лай соседской собаки, который почти сразу стих. Парень долго шёл по широкой пыльной дороге. Редкий ветер трепал его тёмно‑русые волосы. Дорога становилась всё уже и круче, спускаясь в овраг. В лицо то и дело с левой стороны били ветки деревьев и кустов. Он спускался всё ниже, светил фонариком вперёд и вдруг заметил возле озера светлую макушку, поблёскивающую в свете фонарика. Саша осторожно зашелестел травой совсем рядом, и парень, вздрогнув, повернулся к нему. — Привет, — очень тихо сказал белокурый, приглашая сесть. — Вань, прости, что задержался, — присаживаясь рядом на полотенце, ответил Саша. — Боялся, что сестра проснётся и всех остальных поднимет. Ваня улыбнулся и вновь тихо заговорил. — Я понимаю, — и, перейдя на шёпот, добавил: — Я ждал тебя. Он посмотрел на Сашу и положил голову на его плечо, почувствовав исходящее от него тепло. Шатен усмехнулся, а затем схватил парня за талию и, повернув к себе, впился в его губы мягким поцелуем. Сбитый с толку Ваня громко вздохнул прямо в поцелуй, широко раскрыв глаза. А потом медленно начал отвечать. Руки сами потянулись вверх, обвивая шею. Воздух закончился. Они отстранились, стукнувшись лбами и едва переведя дух, снова и снова касались губами друг друга. Саша зарылся рукой в белые пушистые волосы, выбивая из губ напротив тихий вздох. Его зелёные глаза озорно сверкнули в темноте. Ваня, заворожённо смотревший на эти изумруды, вдруг почувствовал спиной холод. Он зажмурился. — Ванюша, посмотри на меня, пожалуйста, — томный, хрипловатый голос прозвучал у самого уха. Блондин медленно разлепил зажмуренные глаза. В них плескались страх, непонимание и… интерес. — Я очень сильно люблю тебя, — сердце пропустило удар и с новой силой начало колотиться в груди. — Ты такой прекрасный, милый и нежный. И… — Саша остановился, наклоняясь ближе, — специально или случайно двигая бёдрами и оставляя лёгкий, нежный поцелуй на губах. — Мой. По телу прошла дрожь, щёки загорелись, а с губ сорвался тихий полустон. От этого чужие бёдра резко дёрнулись вперёд‑назад, создавая трение. Блондин сорвался на громкий стон, а затем, осознав случившееся, широко распахнул глаза. — Постой, — он положил руки на сильные плечи, пытаясь оттолкнуть его от себя. Глаза напротив сверкнули в ночи, моргнув несколько раз. — Прости, я… Я сделал больно или… — Нет, просто… Давай не здесь и не сейчас, — смущённо улыбнулся Ваня, ощутив горящие от стыда щёки. Саша улыбнулся ему в ответ и отстранился, ложась рядом на прохладную, мокрую от росы траву. Он посмотрел наверх — на тёмное полотно неба, на мерцающие на нём звёзды. Где-то в стороне раздалось тихое кваканье лягушки, в высокой траве — стрёкот кузнечика. Слабый холодный ветер подул на разгорячённые тела, забираясь под одежду. По спине побежали мурашки. Блондин открыл глаза, повернул голову и посмотрел на своего парня. Сердце замерло: пришло осознание. Они больше не увидятся здесь. «Это последнее, — вспомнил он слова Саши, — лето для меня». Он вернётся в город, окончит школу и поступит в университет. На глаза навернулись слёзы. Ваня отвернулся, устраиваясь на боку лицом к воде. Он смотрел на зеленоватую гладь перед собой, которая начинала размываться. Он не услышал, как за спиной зашелестела трава, и Саша обеспокоенно сел позади него. Его рука коснулась горячего тела через ткань белой хлопковой футболки. Блондин вздрогнул, поворачиваясь на спину. — Эй, ну ты чего, Вань? Я же не сейчас уезжаю, — шатен нежно погладил его щёки, стирая слёзы. — К тому же я обещал, что буду писать и звонить тебе, и мы обязательно встретимся ещё. И поверь, никто не узнает, что мы вместе. Ваня шмыгнул носом, уткнулся им в колено старшего. Почувствовал большую тёплую ладонь в своих волосах, которая начала перебирать их, и стал успокаиваться. Даже если они не встретятся, чего ему очень не хотелось, он навсегда запомнит всё — ночи, когда они в темноте и шелесте листвы скрывались от взрослых, чтобы быть вместе.