Слабость лидера.

Голоса Уджина и Луи доходили до ванной, несмотря на шум стекающей воды. Оюль всегда восхищался тем, как младшие к вечеру оставались активными даже после адских тренировок. Их крики и визги под конец дня не раз подставляли их, что злые, уставшие соседи стучались в дверь и грозились написать жалобу на них. Один раз даже вызвали полицейских и пришлось тревожить Джей Пака, чтобы он, как ответственный человек и названный отец группы разобрался. После того случая они на некоторое время успокоились, получив от директора шквал ругани и в наказание стояли в углу, каждые пять минут повторяя в чем провинились. Старшие участники в тот неблагополучный день тоже отхватили за то, что не успокоили их вовремя и после ухода Джей Пака уже сами занялись воспитанием двух проказников. Как ни крути, что в 16 лет, что в 18 лет детство все еще не покидает тело. Иногда, в моменты, когда он устает от участи лидера, вспоминает группы, где больше десяти человек. Они, как старшие, еле справляются с двумя младшими. Так, что же творится в больших группах? Он об этом даже думать боялся. Вспомнив, что Рюль сегодня вернется поздно, он выключил воду и обмотав бедра одним полотенцем вышел из ванной. Капельки воды капали с волос, слегка замутнив взор. Уджин и Луи как всегда творили что-то наподобие боя без правил и лидер всегда волновался, лишь бы они не угробили лицо друг другу перед съёмками. — Эй. — услышав голос лидера, младшие сразу же прекращают свой бой и смотрят на него. — Уже одиннадцать, соседи будут жаловаться. Идите спать, завтра опять проспите и опоздаете. Младшие неохотно убирают безобразие, которое сами натворили и обняв по одной подушке, бросают что-то по типу: «Да, мамочка Оюль», а затем получают прилетевший в спину тапок. — Хватит уже дразнить меня. — Оюль громко цокает и наблюдает за тем, как младшие побежали и закрыли за собой дверь комнаты. Проводив их взглядом, он чувствует, что вместе с тишиной квартиры возвращается его собственная усталость. Брошенный тапок, который удачно приземлился рядом с пяткой Луиса, так и остаётся там лежать. Оюль напоследок бросил взгляд на входную дверь, с маленькой надеждой, что услышит звук кода и направился в комнату. Он ворочается, пытаясь заснуть и наконец сдаётся, открыв глаза. Включив телефон, морщится от яркого света, от которого глаза уже отвыкли за то время, что он пролежал держа их закрытыми. Часы показывали час ночи, а кровать Рюля все еще пустует. Даже нет намёка, что он приходил. Оюль набирает его с растущей в груди тревогой. Мысли сразу же проходятся вихрем в голове. Вдруг с ним что-то случилось? Авария? Драка? Вдруг у него проблемы? Нервирующие гудки наконец обрываются и по ту сторону слышится развеселый голос Рюля. — Оюл-и? Что-то случилось? — Ты что пьян? Ты где? Когда придёшь? — Уже скоро буду рядом, милый. — хихикает Рюль и сердце лидера немного успокаивается. Услышав это нетрезвое «милый», Оюль почувствовал, как тревога, когтями сжимавшая горло, мгновенно трансформируется в глухое раздражение. Он тяжело вздохнул и сел на кровати, потирая переносицу. — Рюль, если ты «уже скоро» будешь в таком состоянии и не вспомнишь код двери, я тебя так и оставлю ночевать в коридоре. Понял меня? — проворчал Оюль и услышав «да», направился на кухню. Сон окончательно помахал рукой и закрыл за собой двери общежития. Через десять минут в тишине подъезда действительно раздался приглушенный звук. Писк электронного замка прозвучал как выстрел. Оюль замер в дверях кухни, скрестив руки на груди. Дверь медленно отворилась и наконец показался Рюль, у которого щеки покраснели, а взгляд расплывчатый. Заметив любимого, который стоит перед ним, он расплылся в улыбке. Он снял ботинки и пытаясь положить их аккуратно, уронил, сморщившись от грохота. Оюль с опаской взглянул в дверь комнаты младших и шикнул на рэпера, грозясь прибить этим же ботинком. — Иди в ванную. — Оюль потащил его за локоть. — Я тебе приготовлю суп, ты наверное пил на голодный желудок. Рюль, послушно семеня за лидером, только что-то согласно мычал под нос. Оюль буквально впихнул его в ванную комнату, на ходу проверяя, чтобы тот не задел плечом дверной косяк. ​— Умойся. Холодной водой, Рюль, — строго скомандовал лидер, включая свет. — И постарайся не уснуть прямо в раковине. ​Из ванной послышался плеск воды, а через пару минут в дверях кухни появился Рюль. Он выглядел чуть более свежим, но всё таким же «не здесь». Мокрые пряди волос прилипли ко лбу, а воротник футболки намок. Он не пошел к столу, а подошел прямо к Оюлю и, не говоря ни слова, уткнулся лбом в его плечо. ​— Ммм, Оюл-и… — пробормотал он, обхватывая лидера руками за талию. — Ты лучший лидер в мире. И пахнешь как… как покой. ​— Я сейчас пахну как человек, который хочет тебя придушить, — сухо отозвался Оюль, но рук Рюля не убрал. — Садись давай. Суп почти готов. ​— Не хочу суп, хочу так стоять, — Рюль сжал объятия чуть крепче и подняв голову, поцеловал лидера прямо в родинку на шее. — Ты еще так сладко пахнешь. Не дав ответить, Рюль перевернул Оюля и прижал к столешнице, накрыв его губы собственными и затягивая в нежный поцелуй. ​Рюль подался вперёд, вжимая Оюля в край столешницы так плотно, что между ними не осталось воздуха. Его губы, влажные и обжигающе горячие, требовательно сминали губы лидера, в рваном, нетерпеливом ритме. ​Оюль почувствовал, как по телу прошла слабая дрожь, когда пальцы рэпера, всё ещё прохладные после улицы, скользнули под край его халата, обжигая поясницу. Лидер невольно выдохнул в поцелуй, и этот тихий звук, кажется, окончательно снёс Рюлю крышу. Его язык настойчиво коснулся губ Оюля, заставляя того приоткрыть рот, и поцелуй стал глубоким, тягучим, почти одурманивающим. ​Рюль целовал его так, словно пытался выпить целиком, жадно и собственнически. Он чуть приподнял Оюля, заставляя того обхватить его талию ногами, и в этот момент мир за пределами кухни просто перестал существовать. Слышны были только их сбивчивое дыхание и тихий, влажный звук поцелуев, заполняющий пространство между ними. Когда Рюль на мгновение отстранился, чтобы переместиться к чувствительной коже под челюстью, Оюль запрокинул голову, чувствуя, как его собственные пальцы до белизны костяшек впились в плечи рэпера. ​— Рюль… — сорвалось с губ Оюля тихим, прерывистым полушёпотом. — Не здесь… Рюль лишь усмехнулся и снова впился в губы, неся лидера в их комнату, роняя по дороге туда предметы декора. Оюль завтра обязательно будет ворчать из-за разбитой вазы, но сейчас это не имеет смысла. Лидер млеет под прикосновениями рэпера, подставляя свою шею под его поцелуи и еле слышно скулит, прикусывая губы до крови. Рюль целует его везде, спускаясь с каждым поцелуем чуть ниже и ртом обхватывает соски. Оюль выгибает спину и прижимает Рюля ближе, пальцами путаясь в его волосах. Комната наполнилась звуками, которые они так тщательно старались скрывать от младших за стеной: рваными вздохами, тихим скрипом кровати и влажным, дразнящим причмокиванием. Оюль чувствовал себя натянутой струной, которая вот-вот лопнет под умелыми руками Рюля. ​Когда рэпер жадно обхватил губами его сосок, Оюля прошибло током. Он до боли впился пальцами в мокрые волосы Рюля, не то пытаясь отстранить его, не то, наоборот, боясь, что тот прекратит эту сладкую пытку. Лидер закусил губу настолько сильно, что металлический привкус крови смешался с жаром его собственного дыхания. ​— Рюль… — его голос сорвался на хриплый шепот, когда он почувствовал, как горячий язык рэпера очерчивает дразнящие круги, вызывая новую волну неконтролируемой дрожи. — Черт, ты же специально… ​Рюль ничего не ответил, лишь сильнее прижался лицом к его груди, оставляя на коже влажные, горящие следы. Его руки, до этого сжимавшие бедра Оюля, скользнули выше, сминая талию и бесцеремонно исследуя тело лидера. Каждый маневр рэпера был пропитан пьяной уверенностью и той особой нежностью, которую он позволял себе только с ним. ​Лидер потянул Рюля за волосы, заставляя его поднять голову и снова посмотреть в глаза. Взгляд рэпера был темным, полным обожания и первобытного голода. Оюль, не выдержав этого напряжения, сам прильнул к его губам, накрывая их в требовательном, почти отчаянном поцелуе, вкладывая в него всё то томление, что копилось в нём, пока он ждал возвращения своего непутевого рэпера. Рука Рюля потянулась в сторону прикроватной тумбочки, вслепую нащупывая оттуда баночку смазки и упаковку презерватива. Оюль восторженно вздохнул, когда услышал звук открытия баночки. Смазанные обильно пальцы Рюля дразняще остановились перед входом и лидер возмущенно поёрзал, сжимая волосы рэпера кулаке до боли, вызвав у него стон. Рюль хрипло рассмеялся прямо в губы Оюля, наслаждаясь этой нетерпеливой вспышкой возмущения. Ему нравилось, когда его обычно сдержанный, контролирующий всё на свете лидер вот так терял самообладание, превращаясь в комок оголенных нервов и чистого желания. — Не торопись, Оюл-и… — выдохнул он, обжигая дыханием покрасневшее ухо лидера. — Ты ведь так долго меня ждал, разве нет? В ответ на болезненное натяжение волос, Рюль всё-таки сдался, но вместо резкого толчка он лишь едва ощутимо коснулся входа подушечкой указательного пальца, совершая медленные, издевательски дразнящие круговые движения. Холодная смазка контрастировала с его горячей кожей, заставляя Оюля снова вздрогнуть и выгнуться всем телом. Лидер издал надрывный звук, что-то среднее между стоном и рычанием, и сильнее вжался в постель, чувствуя, как мышцы невольно сокращаются в ожидании. — Рюль, хватит… — прохрипел Оюль, его взгляд окончательно затуманился, а на лбу выступили мелкие капли пота. — Входи уже, чёрт тебя дери. Видя, что лидер доведен до предела, Рюль перестал паясничать. Его взгляд мгновенно стал серьезным и темным. Он мягко, но уверенно надавил, вводя первый палец. Оюль судорожно выдохнул, запрокидывая голову, его пальцы на затылке Рюля разжались, лишь слабо поглаживая корни волос. Рюль не спешил, давая Оюлю привыкнуть, растягивая его с осторожностью, которая была так несвойственна его пьяному состоянию. Он прильнул к губам лидера, заглушая его рваные вдохи своим поцелуем, пока пальцы внутри начали двигаться в такт их общему сердцебиению, нащупывая ту самую точку, которая заставляла Оюля забывать собственное имя. Лидер терялся в своих ощущениях и кусал губы до крови, боясь издать звук погромче и мысленно проклинал Рюля. Его голова металась по сторонам, пока тело вздрагивало от каждого приятного толчка, выбивающего из него весь запас воздуха. Он прижал рэпера ближе, обнимая его двумя руками и вцепился за плечи зубами, кусая болезненно и в ответ получил такой же болезненный укус. Толчки стали размашистыми и они одновременно забились в судорогах, тяжело вздыхая. Прошло несколько минут, прежде чем тишина перестала звенеть в ушах. Только тяжелые вздохи и мерное тиканье часов на стене нарушали покой. Рюль медленно отстранился, его взгляд был всё ещё подернут хмельной дымкой, но в нём читалось бесконечное обожание. Он нежно слизнул капельку крови с прокушенной губы Оюля, вызывая у того слабую, вымотанную улыбку. ​— Ты меня точно прибьешь утром, — прошептал Рюль, аккуратно поправляя растрепанные волосы лидера и целуя его в кончик носа. ​— Если не смогу встать с кровати, то прибью, — выдохнул Оюль, чувствуя, как приятная тяжесть разливается по конечностям. — А теперь… помоги мне дойти до ванной. И на этот раз без приключений.