день 1
19 апреля 2026 г., 12:17
– Ступай и приведи сюда Ло Бинхэ.
Мин Фань, послушный мальчик, сразу же убегает. Шэнь Цинцю ждет. Он помнит слишком многое из собственного будущего. Будущего, которое не случится. Бамбуковые листья нежно обвиваются вокруг пальцев. Их не много, не десяток тысяч отравленных стрел, посланных Демоническим Ублюдком (Шэнь Цинцю точно знает, что Звереныш ублюдок во всех смыслах этого слова) в Юэ Цинъюаня. Листьев всего семь. И это символично.
Шэнь Цинцю криво усмехается. Услышав скрип открывающейся двери, он делает шаг назад и смотрит на вошедшедшую тварь, строящую из себя подростка. Кожа сияет здоровьем и жизнью, а притворная хромота выделяется, словно чернила на белоснежном шелке. Полукровный Ублюдок смотрит – и за почтительным взглядом Шэнь Цинцю видит собственные пытки.
Шэнь Цинцю не медлит. Листья, маленькие и послушные его воле, срываются с места, теряясь в демонической плоти, оставляя аккуратные, идеально ровные ранки на светлой коже. По одному в каждый глаз. Три аккуратно в лоб, в резном подобии проклятой метки, перемешивая содержимое черепной коробки, словно рис в чашке конджи. И два на шею, отделяя голову от тела (он знает, насколько Небесные Твари живучи).
– Сяо Ц… Цинцю-шиди? – вопросительно раздается откуда-то сбоку.
– Юэ-чжанмэнь. Неужто тебе не все равно на маленькое происшествие на моем пике? – он оборачивается к застывшему главе Цюндин, переводящему несколько потерянный взгляд с трупа твари на самого Цинцю.
Юэ Цинъюань сглатывает. И не отвечает
Примечания:
"Неужто тебе не все равно на маленькое происшествие на моем пике?" пять человек уже в бету постучали, спасибо огромное, но не надо. Так и задумано. Буквально с этой фразы эта АУшка и началась. Это не Шэнь Юань. И даже не совсем Шэнь Цинцю, это Шэнь Цзю, который вот буквально несколько часов назад (по его восприятию) покинул, померев кстати, водную тюрьму, где у него не было возможности говорить вслух годами. Отдельное чудо, что от него отстали когда он только пришел в себя и то ШЦЦ там скорее шипел, чем говорил, выгоняя всех. Он в тотальном перманентном ахуе и только что буквально убил тварь, которая истязала его годами. Это буквально его самое длинное предложение за этот день, оно должно быть корявым. Еслиб я писала на китайском он бы неправильно расставил тона и возможно перепутал порядок слов (если там есть такое понятие, я хз, не сильна). А тут Юэ Цинъюань такой красивый нарисовался (которого если помните убитая тварь тоже тогось). Так и задумано в общем.
И Юэ-чжанмэнь тоже вполне употребимое сочетание. Несколько формальное для ШЦЦ, и чаще это слово просто переводят, получая в итоге "Глава Ордена Юэ" (буквально. Насколько я помню это то же самое слово, просто в отличие от шиди и прочего его предпочитают переводить)
