О совместных ночевках

Барнс с ней больше не спит. Просто не спит. А еще он больше не следит, чтобы она высыпалась, чтобы питалась вовремя, чтобы… — У меня из-за тебя всё к чертям летит! — невнятно сообщает ему Таша, когда приходит спать в спальню Кэпа. — Мне нужен нормальный сон. И я подсела на вас обоих как на обезболивающие. Что почти правда. Таша не пьет таблетки, предпочитая им старый-добрый виски, который не так уж и туманит ее сознание. Вот только кошмары алкоголь не прогоняет. А вот два суперсолдата, которые спят по обе стороны от нее — просто спят, позволяя чувствовать себя защищенной… Они прогоняют ее кошмары. Но, оказывается, это работает только с ними в комплекте. — Мне нужен сон, — говорит Таша, падая на кровать рядом с Барнсом. Стива в комнате нет, но он ей не очень-то и нужен. А может и нужен. А может и нет. Она не пробовала спать только с кем-то одним из них, кроме той первой ночи. Поначалу Роджерс явно опасался, что Баки придушит ее во сне. Поначалу она тоже так думала. И нет, смерти Таша не боялась. Думается, та с радостью поприветствует свою Торговку, когда придет час. — Можете хоть трахаться, главное — не будите, — бормочет Таша, обнимая подушку. Барнс осторожно касается ее спины, и Старк раздраженно дергает плечом. Она невнятно мычит и блаженно выдыхает, когда ее накрывают одеялом и осторожно начинают поглаживать по спине. Металлической рукой. Такая нежность от орудия Гидры… это всегда ее завораживало. Вот и сейчас Старк не спит, нет, она заворожена, она почти в трансе, в полуяви, погруженная в эту странную ласку, в нежность, рожденную грубостью. Хлопает дверь ванной, но Таша не вздрагивает под рукой Барнса. — Таша? — говорит Стив, и по голосу ясно, что он хмурится. — Что ты здесь?.. — Он обрывает себя и тише уточняет: — Она спит?.. — Да, — мягко говорит Баки, — она спит. Пришла, сказала, что ей нужен сон, легла спать… Сказала, что мы можем даже трахаться. Главное — ее не будить. — Старк, — морщится Капитан-Моралист. — Ладно. Я понял. И да, психолог же советовал тебе начинать с хомячка. — Ты о чем? — все так же мягко говорит Барнс. — «Мы в ответе за тех, кого мы приручили», — цитирует Стив, садясь на кровать с другой стороны от Таши, и касается ее волос большой теплой ладонью. — Ты приручил ее, Бак. Ты заботился о ней. И она привыкла. Она позволила тебе заботиться о ней. А потом ты отобрал у нее всё это. — Ей это не было нужно, — возражает Барнс, и голос его на мгновение становится почти отчаянным: — Я ей не нужен!.. Ты знаешь, Стив!.. Ты знаешь, что я сотворил!.. И если бы она узнала… Она бы не просто послала меня с моей заботой… Она бы убила. И я бы даже… позволил?.. — Нет, — говорит Стив. — Нет, — соглашается Баки. — Но видеть бы ненависть на ее лице я не смог. Хотя придется. Надо рассказать ей. Чтобы она послала меня. Чтобы… — Больше не приходила разгонять твои кошмары? — хмыкает Стив, и его пальцы осторожно массируют затылок Таши. — Ты же сам понимаешь, что цепляешься за нее? В этом мире у тебя есть только я и она. Только нам ты позволяешь быть настолько близко. И что ты будешь делать, если она перестанет быть твоим якорем? — Я справлюсь, — говорит Барнс, на миг перестав поглаживать спину Таши. Она неуютно ведет плечом, и он продолжает эту завораживающую ласку. — Ты уверен? — хмыкает Роджерс, перестав гладить ее волосы. — Ты уверен, что готов справляться без нее? Без этой неугомонной, сумасшедшей, гениальной, невозможной женщины? — Да, — решительно, крайне решительно. — А она готова справляться без тебя? — спрашивает Кэп. — Она пришла к тебе, потому что не могла уснуть. Ты нужен ей. — Не после того, что я совершил!.. — отчаянно выдает Баки и даже убирает руку со спины. — Я… Это сделал я, понимаешь? Я был тем, кто… — Убил моих родителей, — вздыхает сонно Таша. — Я знаю. Она открывает глаза и смотрит на него, переполненного отчаяньем и ненавистью к себе. Барнс не понимает. Придется пояснить, да? — Я убила заказчиков за два дня до той первой ночи, — проговаривает Таша, закрывая глаза и сильней вцепляясь в подушку. — А потом нашла в спальне Кэпа Зимнего Солдата. Я знала, что ты — просто орудие с промытыми мозгами. Еще я знала, что могу тебя убить. Но в тот момент убивать я не хотела. Я сдохнуть хотела. Я работала двое суток. Я была пьяна и вымотана. Я надеялась не проснуться. И тут — такая удача! — Зимний Солдат, который убил моих родителей… Таша чувствует, как слезы собираются в уголках глаз, утыкается лицом в подушку и молчит, чувствуя тяжелую тишину. А потом металлическая рука осторожно ложится ей на спину. И начинает свою нежную ласку. О. Она не сомневается, что позже, когда она будет не так вымотана, Кэп выдаст что-то яростное о ее суицидальных наклонностях — еще Пеппер с Роуди пожалуется, но сейчас… Сейчас он вытягивается слева от нее — большой и теплый — не касаясь. Барнс вытягивается справа, продолжая поглаживать по спине. Сон приходит почти вовремя и без кошмаров.