Искупление

— Олег, открой дверь, звонят и звонят, — Лиза толкнула парня в бок. — Это всё сон, — повернулся он. — Олег, — ударила сильнее. — Иду, я иду, — еле открыв глаза, Валенцов решил поинтересоваться, кто тот самый разрушитель сна. — Вадим Юрьевич, — удивлению не было предела. — Лиза где? — слишком бодро выглядел Казанцев для семи утра воскресенья. — Спит, — односложные ответы продолжались. — Уже нет, — на пороге появилась младшая Москвина. — Мама твоя где? — нервы Казанцева были на пределе. — В автобусе, наверно, домой едет с командировки. Через полтора часа где-то будет, у меня будильник стоит. — Читай, — сунул ей гаджет в руки. Сон девушки сняло моментально. Автобус, в котором Ольга Сергеевна должна была возвращаться домой, попал в аварию на трассе. — Она в больнице? — теперь количество взбудораженных гостей превалировало над сонными. — Нет. Я и ей звонил, и в больницу. Она не берёт. В больнице её нет. Я не знаю, где она. — Может, дома? — предположила девушка. — Ну! — — Сейчас, секунду, — до Лизы дошёл весь смысл его визита с утра. — Идёмте. — Я вас здесь подожду, — Валенцов всё ещё пребывал на грани между сном и реальностью. Квартира Москвиной была достигнута за несколько секунд. В коридоре их встретил чемодан, а на диване под пледом мирно спала сама хозяйка. — Мам, — первой прошла внутрь Лиза. — Лиза? Вадим? — Как видишь. Ничего рассказать не хочешь? — поинтересовался мужчина. — Я забыла тебе позвонить, да? — Там автобус в аварию попал, в курсе? — нарушить молчание Вадима Юрьевича решила девушка. — Я опоздала на автобус, решила взять такси. По дороге уже увидела, как он попал в аварию. Хотела из дома вам позвонить, рассказать, но так что-то устала — водитель ещё так лихачил, — решила чуть вздремнуть, а потом набрать. Я не думала, что вы так рано встанете. — Заснула она! — негодованию Казанцева не было предела. — Мам, ну по факту Вадим Юрьевич прав. Я пойду посплю ещё, пока время есть, — Лизе катастрофически сильно захотелось ретироваться из своей родной квартиры. — Вадим, — Ольга осознавала свою вину. — Не переживай, я сейчас скоро уйду, сможешь спать, сколько захочешь, — Казанцев открыл бутылку виски из шкафчика, налил в стакан и сел на диван. — Вадим. Ноль реакции. — Прости, — Ольга подошла к нему со спины. Даже не шелохнулся. — Я очень виновата, — пересела к нему на колени и слегка ослабила галстук. Вадим Юрьевич держался. — Я очень сильно хочу искупить свою вину. Москвина неспешно начала свою пытку. Пальцы медленно прошлись по его шее — от ключицы до подбородка. Железная выдержка Казанцева балансировала: ноль эмоций, слишком равнодушный взгляд. — И как ты собралась? — глотнув виски, поинтересовался мужчина. Ольга Сергеевна наклонилась, поцеловала уголок его губ — коротко, почти невесомо. Потом ещё раз — но уже чуть дольше. Казанцев не ответил, даже не попытался её удержать. Москвина перешла к более решительным действиям: поцеловала по-настоящему — прямо в губы. На секунду он сломался. Рука легла ей на затылок, пальцы запутались в волосах. Ничего лишнего, просто касание. — Ты издеваешься? — прошептала Ольга ему в губы. — Нет, — выдохнул он. — Ты хотела искупить. Искупай. Москвина продолжила свои извинения. Расстегнула пуговицу на его рубашке. Вторую. Третью. Провела ладонями по груди, по животу, чувствуя, как под пальцами напрягаются мышцы. Казанцев замер. Ольга подняла голову, встретилась с ним взглядом — секундный гипноз. Взяла его руку и положила себе на талию. Сама. — Неужели ты меня не хочешь? — поинтересовалась, слегка прикусив мочку уха. Это было ниже его достоинства. Хотел её. Очень хотел. Уже после её первого «Вадим», после её поцелуев хотелось унести её в спальню. Вадим рывком притянул её к себе, впился поцелуем — жёстко, требовательно, почти больно. Его руки скользнули под пижаму, сжимая кожу на пояснице. Москвина выгнулась — как же ей этого хотелось и так не хватало, — запуталась пальцами в его волосах. — Больше так не делай, — прохрипел Вадим Юрьевич, оставляя засос на её шее. — Не буду, — выдохнула Ольга Сергеевна.