Все же ты мне интересен...

      Из-за ссор родителей и поднятия рук на детей, Бан стал часто ругаться и спорить с ними. Защищая себя и сестру от родителей. В тринадцать лет он пообещал себе и Лайк, что на восемнадцатилетие первым делом съедет от родителей и заберёт Лайк с собой. Учился Бан хорошо. Он был смышлёным и умелым в учебе. Благодаря этому не было трудностей бесплатно поступить в любой колледж. От чего он сперва откладывал на поступление, а когда поступил бесплатно стал откладывать на покупку собственной квартиры. Спустя пять лет Бану стукнуло восемнадцать. У него получилось снять квартиру и съехать, забрав с собой и Лайк. Прошло пару лет с того момента как Бан и Лайк съехали от родителей и оборвали связь с ними. Лайк расцвела в их маленькой съёмной квартирке. На ярком характере, который в детстве выливался в нелепые домашние концерты не осталось и следа травм, чего Бан и добивался. Теперь она училась на "дизайнера иллюстратора". Бан же помимо учебы работал, так как скоро заканчивал последний год в колледже по специальности "Информационные системы и кибербезопасность".       Ребята разделили квартиру. Бан взял комнату себе, а лайк себе. У Бана комната была более темной. Зелёные, черные цвета, полочки с его цветами. Которые он тоже любил. А также его постеры. Особо интересного там не было. У лайк же все цвета светлые, розовые, белые. Ещё у нее стояло зеркало во весь рост в углу комнаты. И, конечно, ее любимый зайка, который до сих пор с ней, сидит на тумбочке возле кровати. Их квартира была странной, но уютной, несмотря на разницу в вкусе. Все было хорошо, стабильно. Но эта стабильность напрягала Бана. Бан никогда не умел сидеть на месте. Спокойная жизнь — это, конечно, круто, но ему этого не хватало. Поэтому он требовал чего-то большего, чем учёба и вечерние посиделки с сестрой за просмотром дурацких сериалов. Ему нужно было движение, риск, возможность применять свои навыки на деле. Спустя какое-то время, в один день после пар, преподователь Бана вызвал его к себе на разговор. — Богдан, есть одна организация. Частная. Аналитическо-оперативного профиля. Им нужны люди с твоим складом ума и... скажем так, с твоей биографией. Люди, которые привыкли полагаться на себя и не ломаются под давлением. Я дал твои контакты. С тобой свяжутся, если твоя анкета заинтересует эту компанию — тебя примут. Если нет — просто забудь об этом разговоре. Бан хмыкнул, покрутил в руках визитку с каким-то логотипом и сунул в карман толстовки. Забудет? Ну уж нет, любопытство взяло его. Он подал анкету. Её рассматривали три дня. Собеседование прошло в сером здании на окраине города. Внутри всё выглядело стерильно и технологично: тихие коридоры, мягкий свет мониторов, люди в строгой одежде, которые передвигались быстро и без лишних разговоров. Бана провели в кабинет к, судя по всему, важному человеку. Суровому мужчине с военной одежде и цепким взглядом. – Мы предлагаем тебе должность полевого оперативного аналитика, — начал он без предисловий. — Это не офисная работа и не просто походить, посмотреть. Это внедрение, наблюдение, сбор данных в реальном времени. Ты будешь нашими глазами и ушами в поле. Работать будешь в связке с администратором. Он ведёт тебя из центра, видит общую картину, даёт указания через специальную гарнитуру. Сейчас решение стоит за тобой. Или отказываешься, или мы все же подписываем договор. — Хотите сделать из меня шпиона? — Бан усмехнулся, откидываясь на спинку стула, и скрестил руки на груди. — Звучит как какая-то хрень из фильмов. — Мы называем это оперативной аналитикой. И да, с твоими навыками и твоим характером, — человек сделал паузу многозначительно глядя на него, — тебе это подойдёт. Условия такие: ты проходишь обучение здесь, на базе. На время стажировки тебе предоставляется комната в жилом крыле комплекса. Оно оборудовано для сотрудников. Если остаёшься — комната закрепляется за тобой на постоянной основе. Зарплата достойная. График гибкий, но по вызову. Риски есть. Вопросы? Бан помолчал прокручивая в голове варианты. Лайк уже взрослая, должна справится без него на какое-то время. Квартиру он не продаёт будет приезжать. А эта работа... это именно то, что ему нужно. Движение, адреналин, возможность использовать мозги по полной. И собственная комната в комплексе — удобно, не надо мотаться через весь город после ночных смен, если они будут. — Один вопрос, — он наклонился вперёд. — Если мне что-то не понравится, я смогу свалить в любой момент? — Контракт имеет пункт о досрочном расторжении, — сухо подтвердил человек. — Но таких как ты, мы обычно не отпускаем. Слишком ценные кадры. — Тогда по рукам, но без всякого дерьма с промывкой мозгов, ладно? Терпеть не могу, когда мне указывают, что делать, не объясняя причин. — с небольшим негативом ответил Бан под конец предложения. Главный всего лишь махнул головой в знак согласия. Через неделю Бан перевёз часть вещей в выделенную ему комнату. Это было жилое крыло комплекса — длинный коридор с одинаковыми дверями, чем-то напоминающий общежитие, только гораздо чище и спокойнее, по сравнению с общагой. Сама комната оказалась небольшой, но уютной. Кровать, рабочий стол с небольшим, но отличным монитором, шкаф, собственный санузел. Никакой роскоши, но всё функционально и современно. Бан быстро обжился, раскидал свои вещи, повесил пару постеров, поставил на стол фигурку самолётика, которую зачем-то притащил из дома. И свои любимые растения — замиокулькас, кактус и лилия. Зелёные пряди волос не много выделялись в свете ламп, пока он распаковывал коробки. –Неплохо, — хмыкнул он, оглядывая результат. — Жить можно. Повезло, что тут выдают комнаты. Соседей по этажу он видел мельком такие же молодые парни и девушки. Кто в строгом, кто в повседневном. Кто-то явно был из аналитиков, кто-то из полевых. Пару раз в коридоре он сталкивался с невысокой девушкой в белом халате поверх простой одежды, с тёмными волосами, но со скрытым окрашиванием. Вроде... Фиолетовый, как он заметил. Собранными в хвост, и тихим голосом Вики, сестра одного из администраторов, но об этом Бан узнает позже. Жизнь стажёра в этой компании была подчинена строгому, но не душному ритму. Никаких сирен и криков «Подъём!», как в армии. Всё работало иначе. Тихо, технологично, через персональный коммуникатор. Каждому стажёру выдавали браслет-коммуникатор. Тонкий, чёрный, с небольшим экраном. Он вибрировал каждый раз, когда приходило новое расписание. И расписание это менялось постоянно. Утром ты просыпался, смотрел на экран и видел свой план на день. 07:30–08:15 — Физическая подготовка (Зал №2). 09:00–10:30 — Тактическое ориентирование (Городской полигон). 11:00–12:00 — Теория шифрования и защищённые каналы связи. 13:00–14:30 — Практика: городской паркур и скрытное перемещение. 15:00–16:00 — Анализ пройденного материала (индивидуально, отчёт). 18:00–19:30 — Спецподготовка: работа с оборудованием (Лаборатория №5). 20:00 — Свободное время. И попробуй только опоздать. Кураторы не кричали, не штрафовали рублём они просто отмечали в системе. Три опоздания за неделю и тебя вызывали на «собеседование» к главному, а это собеседование, как быстро узнали стажёры, было хуже любого наказания. Сухой взгляд, несколько точных вопросов и ты выходил из кабинета с чувством, будто подвёл всю организацию лично. Ужас! Бан, при всей своей вспыльчивости и нелюбви к расписаниям быстро понял правила игры. Опаздывать он не собирался не потому что боялся выговора, а потому что это ставило под угрозу его место в программе. А место это ему все же нравилось.Утренние тренировки начинались рано. Зал №2 был просторным, с матами, турниками, грушами и полосой препятствий. Инструктор – бывший военный Никита Викторович, мужик лет сорока с вечно недовольным лицом не давал поблажек никому. – Бан! Ты что, как балерина порхаешь? Бей жёстче! Это не танцы! — рявкал он каждое утро. – Да я бью жёстче, чё вы орёте! — огрызался Бан, вытирая пот со лба и снова вставая в стойку. –За языком следи, стажёр. Здесь тебе не подворотня. Бег, растяжка, силовые упражнения, отработка ударов, броски, уходы от захватов — каждый день одно и то же. Физическая усталость помогала прочистить голову. А когда на спаррингах ему удавалось уложить соперника он скалился довольной улыбкой, поправляя растрепавшиеся светлые волосы с зелёными прядями. Отдельной темой были спарринги с высокими противниками. Никита Викторович специально ставил Бана против парней под сто восемьдесят и выше проверить, как низкий рост скажется на его эффективности. И Бан каждый раз воспринимал это как личный вызов. Он не просто дрался он доказывал. Каждому кто смотрел на него сверху вниз. Каждому кто думал, что рост всё решает. Однажды, после особенно жёсткого спарринга с парнем которого ему поставили в пару, Бан, тяжело дыша, но стоя над поверженным противником, процедил сквозь зубы — Ну и что, что ты выше на голову? Упал так же. Парень только сплюнул и поднялся, а Бан, развернувшись и поймал на себе взгляд Никиты Викторовича. Тот ничего не сказал, но что-то черкнул в планшете. Его упрямство и вспыльчивость иногда выливались в конфликты. Однажды, когда Никита Викторович в очередной раз раскритиковал его стойку, Бан психанул. — Да достали вы! Я делаю, как удобно мне, а не как в вашем уставе написано! Может, ваш устав устарел, не думаете?!— Ещё слово, Бан — и пойдёшь к Куратору. — Да идите вы..!— Бан замолчал сжал зубы, выдохнул. Нельзя, не сейчас. Он всё-таки пересилил себя и продолжил тренировку молча. Городской полигон. Целый квартал-симулятор внутри комплекса — фальшивые улицы, дома, подворотни, лестницы, крыши. Всё как в реальном городе, только под контролем камер и датчиков. Здесь стажёров учили двигаться незаметно. Сливаться с толпой, выбирать маршруты, уходить от слежки, проникать в здания через окна и крыши. Паркур был обязательной частью программы и он давался Бану легче всего. Низкий рост, хоть и не сильно заметное, но спортивное телосложение. Из-за роста делали его юрким и быстрым. Именно здесь его комплекс сам превращался в преимущество. Бан пролезал в такие щели в какие высокие парни даже не пытались соваться. Он взбирался по трубам быстрее, групировался легче, прятался за ящиками так, что его вообще не было видно. Инструктор по скрытному перемещению, сухая женщина с позывным "Тень" так не кличели. Однажды даже поставила его в пример. — Бан — смотрите. Компактное телосложение, меньше площадь заметности, быстрее проходит узкие проёмы. Не надо быть шкафом, чтобы быть эффективным. Запомните! Бан тогда аж поперхнулся его и в пример? За то, чего он когда-то стеснялся? Вот это нифига. Он хмыкнул и отвернулся, но про себя запомнил этот момент. –Бан, твою мать, ты как кошка! — восхищённо выдохнул однажды его напарник, глядя как Бан за считанные секунды взобрался по водосточной трубе на второй этаж и скрылся в окне.— Завидуй молча! — хохотнул Бан сверху и скрылся внутри. Но не всё было гладко. На тренировках по скрытному наблюдению Бан часто зарывался. Ему было скучно просто сидеть в укрытии и ждать. Его тянуло действовать. Инструкторы записывали это в отчётах как: "Склонен к импульсивным действиям, излишне инициативен, требуется контроль со стороны администратора". Система отбора была двухуровневой. Пока стажёры потели на полигонах, за ними наблюдали не только инструкторы. За ними следили их будущие администраторы. Каждый администратор ещё до того, как получить постоянного агента проходил этап кураторства над стажёрами. Это было частью их собственной подготовки научиться читать поведение, предугадывать ошибки, оценивать психотип. Как не странно, они тут попадались. Администраторы сидели в своих комнатах, подключённые к камерам полигонов и вели досье. Капитан, как один из лучших администраторов своего потока получил доступ к наблюдению за несколькими стажёрами. Среди них был и оперативник "Бан". С самого начала Капитан вёл личный файл. Не тот официальный, что требовали, а свой подробный, дотошный, структурированный до мелочей. Таким он был во всём. Наблюдать за стажёрами было его обязанностью, но Бан... Бан цеплял его внимание снова и снова. Капитан сидел в своей комнате, перед монитором транслирующим записи с тренировок в ускоренном режиме и делал пометки. На столе в идеальном порядке лежали планшеты, клавиатура, чашка с давно остывшим чаем. Светлые волосы с синими прядями были собраны в аккуратный хвост. Фрагменты из досье Капитана на стажёра "Бан". Стажёр: "Бан" Особенности: низкий рост (169 см), не очень заметное спортивное телосложение. Светлые волосы с зелёными прядями. Пирсинг. Предпочитает свободную одежду тёмных и зелёных тонов. Нарушений дресс-кода не имеет (полевой допуск). Психологический профиль (предварительно): • Высокая импульсивность. Склонен к спонтанным решениям. • Агрессия контролируемая, направленная. Вспыхивает, но быстро остывает. • Ярко выраженное упрямство. Авторитеты признаёт выборочно. • Самостоятельность. Не терпит микроменеджмента. (Новая пометка) Дополнительное наблюдение: тема роста. Бан остро реагирует на любые комментарии о росте. Заметно, что это является зоной повышенной чувствительности. Предположительно сформированный в детстве или подростковом возрасте комплекс. Это можно заметить через • мгновенное напряжение челюсти (сжимает зубы) • агрессивная вербальная реакция (вплоть до нецензурной лексики) Этот же комплекс, однако даёт побочный позитивный эффект в полевых условиях Бан никогда не сдаётся первым, даже против превосходящего по габаритам противника. Рекомендация: избегать ШУТОК о росте в эфире, даже в шутливой форме. Бан не тот человек с которым это сработает. Заметка: его манера держаться в конфликтах твёрдая, прямая, без попыток принизить оппонента через физические данные, несмотря на комплекс. Предположительно, сформирована в результате необходимости защищать не только себя, но и близкого человека. Записал это, Капитан просмотрел личное дело. Родные: младшая сестра. Капитан перечитал последний абзац и задумался. Он знал, что такое нести ответственность за младших. Так что понимал, что такое быть старшим братом. Капитан смотрел запись очередного спарринга. Бан снова поспорил с инструктором. Голос у него был резкий, жесты порывистые, но в движениях никакой хаотичности. Бил точно, уклонялся расчётливо. — Интересно, — пробормотал Капитан, перематывая момент, где Бан после команды инструктора не стал делать стандартный приём, а провёл свой. За долю секунды оценил расстояние, вес противника, выбрал угол атаки. Это было интересным альтернативным решением. Дополнение: нестандартное мышление. Склонен импровизировать. Не отключает голову даже в стрессовых ситуациях. Риски: возможны конфликты с администратором на почве несогласия с планом. Капитан начал замечать то, чего не видели другие администраторы. Например, как Бан на тренировках по скрытному наблюдению, тех самых, которые ему давались хуже всего из-за необходимости сидеть неподвижно, в какой-то момент переставал психовать и просто замирал. И тогда его лицо менялось. Оно становилось отстранённым почти холодным. Так словно он учился терпению не здесь, а где-то гораздо раньше. Капитан делал пометку: Вторичная реакция на стресс. — замирание и анализ. Высокий самоконтроль после первой импульсивной фазы. Когда кого-то хвалили за хороший рост, стойку или, что-то ещё, Бан старался не подавать виду и быть в такой момент отстранённым и безразличным. Вывод: комплекс глубокий, но Бан научился маскировать его под внешним безразличием. Либо он привык, что на его рост обращают внимание, и выработал защитную броню. Было в этом что-то... знакомое. Однажды просматривая запись тренировки на полигоне, Капитан поймал себя на том, что пялится на кадр где Бан стоя на крыше учебного здания, смотрит вдаль ветер треплет его светлые волосы, а на лице абсолютно спокойное, почти мечтательное выражение. Что-то кольнуло в памяти. Что-то очень далёкое... Мальчик в поле... Самолётик. Но воспоминание ускользнуло быстро. Итоговое наблюдение: потенциально высокая психологическая совместимость. Рекомендован к закреплению за мной. Последнюю строчку Капитан написал и долго смотрел на неё, прежде чем сохранить файл. Он сам не до конца понимал, почему так уверен в этом решении. Просто чувствовал, этот импульсивный, дерзкий, вечно спорящий стажёр — его. К концу каждой недели стажёры получали сводный рейтинг. Оценивались все параметры, физическая подготовка, тактика, техника, дисциплина, психологическая устойчивость. Рейтинг вывешивался в общем доступе на информационной панели в жилом крыле и это был ещё тот стимул. Бан стабильно держался в пятёрке лучших, хотя дисциплина тянула его вниз. Он злился глядя на строчку "Дисциплина: 6/10" но ничего не мог с собой поделать — желание спорить с инструкторами было сильнее его.