Все же ты мне интересен...

Это было первое настоящее задание. Не тренировочный полигон с муляжами и инструкторами, которые в случае провала просто поставят низкий балл. Это — реальный объект. Частный музей в центре города, три этажа антиквариата, действующая охрана, настоящие камеры. Цель проникнуть в архивный отдел на втором этаже и считать данные с изолированного сервера, не подключённого к внешней сети. Бан сидел на крыше соседнего здания, свесив ноги и смотрел на светящиеся окна музея. Ветер развивал его волосы, зелёные пряди лезли в глаза. Наушник привычно вибрировал — канал активен. — Бан, подтверди готовность, — голос Капитана был сухим и сосредоточенным. — Готов я, готов. Не нуди, — Бан поправил перчатки и поднялся. — Давай уже. Скучно сидеть. — Скука — признак непрофессионализма. Внимание, через сорок секунд охранник уйдёт с поста. У тебя будет окно в двенадцать секунд, чтобы попасть на крышу музея. Не больше. — Двенадцать? Легко. Бан разбежался и прыгнул. Расстояние между зданиями было метра три. Для него с его подготовкой — ерунда. Приземлился мягко, перекатом, мгновенно ушёл в тень за вентиляционной трубой. Дыхание ровное, сердце бьётся в рабочем ритме. — На месте,– произнес Бан. — Вижу. Дальше по плану вентиляционная шахта слева от тебя. Узкая, но ты пройдёшь. — Ага, конечно, — Бан хмыкнул. — Опять меня в щели засовываешь. Скажи честно, ты специально задания с вентиляциями выбираешь? Потому что я мелкий? В эфире короткая, едва уловимая пауза. Затем голос Капитана прозвучал чуть более напряжённо. — Я выбираю оптимальный маршрут, Бан. Твои физические параметры позволяют пройти там где другие может и застрянут. Это преимущество. Используй его. — Ладно-ладно, не кипятись. Я же шучу. Ну, почти. Бан открутил решётку и скользнул внутрь. В шахте было темно и тесно. Он полз на локтях, стараясь не шуметь, а в ухе звучал спокойный голос, который вёл его через лабиринт. — Через два метра поворот направо. Там будет решётка, выходящая в коридор второго этажа. За ней пост охранника. Жди. Я скажу когда уйдёт. Бан замер. В щель решётки он видел кусок коридора. Светлый паркет, старинные часы на стене, край стола, за которым сидел охранник. Мужик лет пятидесяти, скучающий, листающий что-то в телефоне. Ждать пришлось минут десять. Для Бана это была пытка. Лежать неподвижно в тесной шахте, когда мышцы затекают, а в голове крутятся мысли это сводило его с ума. — Капитан, он что, там уснул?—прошептал Бан. — Терпение. — Да какое, блин терпение у меня уже колено онемело! — Бан, — в голосе Капитана появился тот самый нажим, который Бан уже научился распознавать как не спорить. — Если ты сейчас сорвёшься — второго шанса не будет. Дыши ровно. Бан выдохнул и прижался лбом к холодному металлу. Ладно. Он умел ждать. Научился в детстве когда приходилось сидеть тихо, пока родители орали друг на друга за стеной. Просто здесь и сейчас это знание почему-то раздражало его ещё больше. — Всё, ушёл. У тебя три минуты, — сказал Капитан. Бан выскользнул из шахты, бесшумно приземлился на пол и метнулся к двери архива. Дальше всё шло быстро. Замок взломан, сервер найден, устройство для считывания подключено. Бан следил за прогрессом на экране, когда Капитан вдруг сказал. — Охранник возвращается. Раньше графика. — Твою мать! — прошипел Бан. — Сколько ещё качать? — Двадцать секунд. Не успеешь. — Успею. Не мешай.— начал спорить Бан. — Бан, это приказ — уходи! Я потом найду способ достать данные, но ты не должен... — Я сказал — не мешай! — Бан стоял над сервером, глядя на ползущий процент. Шаги в коридоре становились громче. Он слышал, как скрипнул стул. Охранник вернулся на пост и мог в любую секунду заметить приоткрытую дверь архива. В висках стучало. — 95 процентов... 97... 99... –тихо произносил Бан, смотря на загрузку. — Бан, он встаёт. Уходи! Сейчас! Это приказ! — Да пошёл ты со своим приказом! Готово! Бан выдернул устройство, метнулся к вентиляции, втиснулся внутрь и закрыл решётку за секунду до того, как луч фонарика охранника прошёлся по коридору. Сердце колотилось где-то в горле. В шахте было темно. Бан полз обратно, тяжело дыша и в наушнике повисла тишина. Долгая. Слишком долгая. — Ну? — не выдержал он. — Что даже не похвалишь? Данные у нас. Я справился. — Ты нарушил прямой приказ, — голос Капитана был ледяным. Таким Бан его ещё не слышал. — Ты рискнул операцией и собой ради секундной бравады. Если бы охранник заметил тебя, у нас были бы проблемы с полицией, с владельцами музея, с главой. Ты понимаешь это? — Но я же...— не успел сказать Бан. — Ты справился, — перебил Капитан. — На этот раз. Но если ты и дальше будешь ставить свои импульсы выше плана, я откажусь с тобой работать. Ты понял? Бан замер в шахте. Отказаться работать? С ним? Это прозвучало как пощёчина. Хуже, чем пощёчина. Как угроза которая била глубже, чем он ожидал. — Понял, — выдавил он сквозь зубы. — Понял я. Не кипятись. — Возвращайся на базу. Данные скинешь в облако. Конец связи. Щелчок. Больной щелчок... Бан остался один в темноте. И почему-то ему было паршиво. Не от того, что на него наорали, к такому он привык. А от того, что голос который он уже начал воспринимать как... Напарника? Союзника? Единственного человека, который всегда на связи? Этот голос только что сказал, что откажется от него. — Да и хрен с ним... подумал Бан, выбираясь на крышу. Но осадок остался. В своей комнате Капитан снял гарнитуру и потёр переносицу. На мониторе горел отчёт о выполненном задании. Данные получены, риски минимальны, результат достигнут. Он должен был быть доволен. Но он злился. И он отдавал себя в этом отчёте. Злился не столько из-за нарушения протокола, сколько из-за того, что испугался. Когда охранник двинулся к двери, а Бан отказался уходить, Капитан на долю секунды представил, что сейчас услышит в эфире не дерзкий голос, а разборки и проблемы. И эта мысль ударила его сильнее, чем он ожидал. Непрофессионально — сказал он себе. Эмоции мешают работе. Он не имеет права привязываться к агенту. Это нарушение всех его принципов. И всё же... Он открыл файл с досье Бана и внёс ещё одну пометку. "Склонен к неоправданному риску ради результата. Требуется коррекция поведения. Рычаг давления: угроза разрыва связки." Перечитал, подумал и добавил "Эффективно, но использовать с осторожностью. Связка ценна." Связка ценна? Не агент ценен. Связка. Их пара. Он сам не заметил, как начал думать о них как о едином целом. После музея была пара стандартных операций: слежка, перехват данных, работа с информаторами. Ничего захватывающего, просто рутина. Бан выполнял всё чётко, больше не спорил с прямыми приказами, но их общение стало каким-то... холодным? Капитан говорил только по делу и Бана это бесило. — Слушай, а ты вообще когда-нибудь отдыхаешь? — спросил он однажды, когда они ждали появления цели на объекте. Была глубокая ночь. Бан сидел в машине, припаркованной в тёмном переулке, и от скуки разглядывал дождевые капли на стекле. — Это не относится к заданию, — ответил Капитан. — Да брось, мы тут ещё часа два торчать будем. Можно же просто поговорить? Не как админ с агентом, а как... ну, не знаю, люди? Последовала долгая пауза. Бан уже решил, что ответа не будет, но тут в наушнике раздалось. — Отдых, Бан, это запланированное время. У меня оно обычно после полуночи. Час или два, в зависимости от графика. — И что ты делаешь? Спишь? — Читаю. Иногда слушаю музыку. — Музыку? — Бан оживился. — Какую? — Классическую, в основном. Иногда пробую, что-то новое. — Охренеть! — Бан тихо рассмеялся. — Вот это ты меня удивил. А я думал, ты там у себя под Моцарта отчёты строчишь и радуешься. — А ты? — неожиданно спросил Капитан. — Что слушаешь ты? Бан моргнул. Он впервые задал встречный вопрос. Не по делу. Личный. — Я разное. Меломан в принципе. Что-нибудь громкое и злое бывает слушаю. Под настроение. Иногда такое, что-то спокойное, — он усмехнулся. — Сеструха говорит, что у меня иногда просыпается вкус как у озлобленного подростка. — У тебя есть сестра? — голос Капитана стал чуть менее сухим. — Ага, Лайк ну...Лана. Младшая. Ты, наверное видел в моём личном деле. Она у нас художница, вся в розовом, любит кроликов. Полная моя противоположность. А у тебя? Снова пауза. Бан подумал, что перегнул палку. Протокол, наверное, запрещал такие разговоры. Но Капитан ответил. — У меня тоже есть младшая сестра. И младший брат. Вика и Хэви. — О, круто! И какие они? — Вика — аналитик. Работает здесь же, в лабораторном крыле. Очень способная, но слишком скромная. Хэви ещё учится. Он... более общительный, чем я. Бан ухмыльнулся. — Более общительный, чем ты? Это наверное заметно, если ты сам это говоришь. Ты вообще, наверное, в детстве с учебниками разговаривал больше, чем с людьми. — В твоём предположении есть доля истины. Бан рассмеялся в голос. Капитан. Тот самый сухой, строгий Капитан только что почти пошутил. Уже прогресс. — Ладно, админ. Буду знать, что ты тоже человек. — Цель появилась, — вдруг сменил тон Капитан. — Северный вход. Готовься. — Принял. Рабочий режим включился мгновенно. Но после этого разговора что-то изменилось. Лёд тронулся. Это должно было быть простое задание. Перехват цели с флешкой ничего сложного. Но всё пошло не по плану. Цель оказался не один. И он был вооружён помощниками. Бан ждал его в подземном паркинге — тёмном, гулком, пахнущем бензином и сыростью. Когда цель появилась, он двинулся на перехват, но из-за колонны вышел второй охранник. Завязалась драка. Бан был быстрее. Он приложил охранника об колонну, выбил нож, который тот попытался достать и переключился на цель. Но в этот момент из темноты появился третий водитель, которого Капитан не заметил на камерах. Удар в бок. Резкая, обжигающая боль. Бан опустил взгляд и увидел кровь на своей толстовке нож вошёл неглубоко, скользнул по рёбрам, но рана была неприятной. — Сука! — выдохнул он, отшатываясь. — Бан! Что случилось? — голос Капитана в наушнике дёрнулся. Впервые в нём прозвучало что-то кроме спокойствия. Тревога? — Ничего, порезался немного, — прохрипел Бан, уходя от следующего удара. — Ты говорил двое! Откуда третий?! — Я не видел его. Камеры не покрывают слепую зону за грузовиком. Бан, уходи. Задание отменяется. Слышишь? Отменяется! Уходи сейчас же! — Ага, сейчас, разбежался!– Бан пнул водителя в колено, схватил цель за шкирку и вырвал у него сумку с флешкой. Раненый бок горел огнём, но он не собирался уходить без результата. Не после всего этого дерьма. — Бан, твою мать это приказ! У тебя кровь! Я вижу через твою камеру, ты ранен! — Ничего страшного, царапина, — Бан прижал сумку к груди и побежал к выходу. — Направляй меня. Короткий путь к машине. — Ты невыносим! — голос Капитана сорвался почти на крик. Почти. Для него это было равносильно истерике. — Налево! Теперь направо! Быстрее, они сзади! Бан бежал, чувствуя как тёплая кровь стекает по боку. Перед глазами немного плыло, но адреналин держал. Он выскочил из паркинга на боковую улицу. Пустую, тёмную, залитую светом фонарей. Из рации в наушнике продолжали сыпаться указания, но голос Капитана уже звучал по-другому. Жёстче. Собраннее. Злее. — Я отправил машину, — отрывисто сообщил Капитан. — Чёрная, без номеров. Поворачивай налево, через два квартала будет ждать. За рулём наш водитель. Он довезёт тебя до комплекса. — Я сам могу... –хрипло попытался ответить Бан. — Ты истекаешь кровью, Бан! Заткнись и делай, что говорю! Хотя бы раз в жизни! Бан споткнулся на бегу о бордюр, но удержался на ногах. В висках стучало. Толстовка на боку стала мокрой и тяжёлой. Ладно... Пусть будет машина. — Понял, — выдохнул он. — Левый поворот. Два квартала. Он бежал, прижимая руку к ране и каждые пятнадцать секунд слышал в наушнике голос Капитана: — Прямо. Ещё квартал. Быстрее. Не останавливайся. Машина действительно ждала за углом. Чёрная. Бан дёрнул заднюю дверь и буквально упал на сиденье. В салоне было тепло и пахло кожей. За рулём сидел мужчина лет сорока. Короткая стрижка, цепкий взгляд в зеркало заднего вида, руки спокойно лежат на руле. — Пристегнись, — бросил он вместо приветствия. Машина рванула с места. В наушнике всё ещё звучал Капитан. — Ты в машине? Бан, подтверди! — В машине, в машине, — простонал Бан, откидывая голову на подголовник. — Еду. Отстань пожалуйста. Он не видел, как Капитан в своей рубке откинулся в кресле, закрыл глаза и несколько секунд просто дышал, пытаясь унять сердцебиение. Дорога до комплекса занимала минут двадцать. Машина проезжала по ночным улицам. Бан сидел на заднем сиденье, зажимая рану. Кровь продолжала сочиться, голова немного кружилась. Он пытался сосредоточиться на разговоре, Капитан всё ещё был на связи. — Почему ты не ушёл, когда я сказал? — голос Капитана звучал ровно, но Бан уже научился различать оттенки. Сейчас за ровностью кипела ярость. — Потому что флешка была важна, — буркнул Бан. — Ты сам говорил данные приоритетные — Я говорил, что твоя безопасность приоритетнее данных! — почти рыкнул Капитан. — Или ты думаешь, я шучу, когда даю приказ на отход? — Я думаю, что ты перестраховываешься. — А я думаю, что ты лезешь в опасность, как ребёнок, которому нужно что-то доказать! Сидевший за рулём мужчина бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида, но промолчал. Он работал в компании давно и привык не вмешиваться в разговоры агентов с их администраторами. — Я не ребёнок, — процедил Бан сквозь зубы. — Тогда перестань вести себя как ребёнок! Ты хоть понимаешь, что... — Да что ты понимаешь?! — вдруг взорвался Бан. — Ты сидишь в своей рубке, в тепле, в безопасности, и командуешь! А я там, на месте, вижу ситуацию! И я решил, что могу сдержаться! И сдержался! — Ты сдержался ценой ранения! А если бы удар пришёлся на пару сантиметров левее? Если бы задели артерию? Ты бы умер там, пока я слушал бы это в эфире и ничего не мог сделать! Ты об этом подумал?! Бан замолчал. Не потому что закончились аргументы. А потому что в голосе Капитана в этом всегда собранном, ледяном голосе он услышал то, чего не ожидал. Настоящий, неподдельный страх, боль, отчаяние, запрятанное глубоко, но прорвавшееся наружу. Повисла тишина. Водитель кашлянул и негромко произнёс, не оборачиваясь. — Ребята, я, конечно, всё понимаю, но давайте без ссор в машине. Пассажиру покой нужен. — Езжай молча, — бросил Бан, но уже без злости. Устало. — А ты не хами водителю, парень, — спокойно ответил водитель. — Я тут вообще-то помогаю. Бан хотел огрызнуться, но сил не было. Он откинулся на сиденье и закрыл глаза. — Бан, — снова зазвучал в наушнике Капитан. Голос стал тише. Спокойнее. — Ты как? Говори со мной. — Нормально, — слабо ответил Бан. — Просто устал. — Не отключайся. Слышишь? Оставайся в сознании. — Да не отключаюсь я. Чего ты паникуешь? — Я не паникую. — Паникуешь. У тебя голос дрожит. — Это профессиональная обеспокоенность, — сухо возразил Капитан. — Ага, конечно, — Бан усмехнулся, но улыбка вышла вялой. — Скажи честно ты за меня испугался? Пауза. Долгая. Потом... — Да... Всего одно слово. Короткое. Но оно ударило сильнее, чем любое другое. Бан почувствовал, как что-то тёплое разливается в груди, смешиваясь с болью и усталостью. Чёртов админ. Чёртов сухой, правильный, невыносимый админ, который только что признался в том, о чём Бан и так догадывался. — Я тоже за тебя испугался бы, — тихо сказал Бан. — Если бы ты был там, а я здесь. — Пока я не работаю в таких условиях. Это не вписано в мою задачу.— напомнил Капитан. — Вот и не начинай. А то я за тебя волноваться буду. — Это не входит в твои обязанности. — А ты перестань быть таким... таким...блин! — у Бана не хватало слов, голова плыла. — Просто будь человеком, а? Он не услышал ответа. Потому что в этот момент темнота мягко накрыла его, и он провалился в беспамятство. На пару секунд в наушнике была тишина, затем.. — Бан? Бан! Ответь! — Водитель авто Р4— голос Капитана разорвал эфир. — Он потерял сознание! Сколько до комплекса? Водитель бросил взгляд в зеркало заднего вида. Агент на заднем сиденье обмяк, голова безвольно свесилась на плечо. — Три минуты, — ответил водитель. — Может, меньше. — Жми! Медики уже ждут у входа. Быстрее! В клинике Бану наложили швы восемь стежков, неглубоко, повезло ему. Он сидел на кушетке, голый по пояс, пока медсестра бинтовала ему бок. Толстовка была безнадёжно испорчена и до ниточки пропиталась кровью. Он мысленно попрощался с ней. Ведь она была его любимой. Медсестра закончила и вышла, оставив его одного.В кармане завибрировал камуникатор. Сообщение, не голосовой вызов. Капитан: Как состояние? Бан усмехнулся и набрал ответ: Жить буду. Восемь швов. Толстовке хана, а так норм. Капитан: Я должен извиниться. Бан удивлённо приподнял бровь: За что? Это же не ты меня ножом пырнул. Капитан: Я не заметил третьего. Это мой просчёт. Я отвечаю за твою безопасность. Бан долго смотрел на экран. Потом набрал: Слушай. Мы оба знаем, что камеры были дерьмовые. Ты сделал всё, что мог. Я сам полез в драку, хотя мог свалить. Так что если кто и виноват то я. Проехали. Капитан: Ты снова нарушил приказ. Я сказал уходить. Бан: А ты снова на меня орёшь. Может, встретимся и поорёшь вживую? А то через наушник не так стройно звучит. Снова долгая пауза. Бан уже подумал, что Капитан обиделся или отключился. Но пришло новое сообщение. Капитан: Это шутка? Бан: Наполовину. Капитан: Я... не умею шутить. Но я рад, что ты в порядке, Бан. Бан: Я тоже рад. И спасибо. За то, что вывел меня. И за машину. Капитан: Это моя работа. Бан: Ага. Просто работа. Спокойной ночи, Капитан. Капитан: Спокойной ночи, Бан. Восстанавливайся. Бан отложил коммуникатор и закрыл глаза. Бок болел, но внутри было странное чувство. Тёплое. И он знал, за какими словами скрывается правда. Не просто работа. И не просто агент. В эту ночь Капитан не спал. Он сидел перед монитором и пересматривал запись операции. Раз за разом прокручивал момент, когда из слепой зоны появился третий. Раз за разом видел, как Бан дёрнулся от удара, как кровь проступила на ткани как он, продолжал драться. И раз за разом он слышал свой собственный голос в записи "Бан, твою мать, это приказ!" Голос, в котором было слишком много страха. Слишком много личного. Он закрыл лицо руками. «Что ты со мной делаешь, Бан?» — подумал он.