Мистер и миссис Ватсон

Жила задолго до сих пор В стране великой и могучей, Жила и видела простор Окраин Англии дремучих, Жила девица юных лет. Милее дамы в тех краях Не сыщешь в тысяче верстах. Красив её лица портрет, Приятен всем изгиб фигуры, Волна морская из глубин Видна в глазах совсем не дуры... Всем встречным взгляд её любим. Она знакомствам всем радушна, И не обделена весельем, И до одýри простодушна, И без ненужного безделья. Мисс Мэри Морстен её звали. Живя всего двадцатый год, Она за пару дней узнала, О чём душа в любви поёт... Не знала Мэри ни проблем, Ни в сердце лукового горя. С названной матерью не споря, Не напряжённая ничем, Жила спокойно, без забот, Будучи скромной гувернанткой У доброй матушки сирот, Что девушке была как нянька. Однако так жилось не вечно: Нашла на жизнь её беда, И вынуждено скоротечно Явиться к сыщику была. Великий Шерлок Холмс воспринял, Обдумал девушки рассказ, И своё действие предпринял: На дело двинулся тотчас. В том деле быстро всё решилось, Убийцы пойманы судом, На том бы встречи завершились... Но Мэри в возгласе немом. На деле том она узнала Того, кто к Холмсу ближе всех. Уж через час она мечтала Пойти к нему сквозь стыд и смех: Учтивость даму покорила. Его янтарный светлый взгляд Смотрел пронзительно... и мило. Губы его краснóй горят В улыбке самой дружелюбной, Что видела на свете Мэри. И вот, любовью неотступной Эмоции её огрели. Дело закончилось. Просила Хозяюшка у детектива Прийти на ужин вечерком И рассказать о деле том. Но Холмс на просьбу не ответил: Скучнó в гостях сидеть ему. Сказать о деле он доверил Верному другу своему. На вечер глядя, прибыл в дом Доктор отзывчивый и добрый. Он говорил весьма спокойно, Пока все слушали молчком. И Мэри молча наблюдала За действием его лица, Вопросами не отвлекала, Не в силах вымолвить словца. И после ужина она В своих возлюбленных мечтах Забыть о Джоне не могла. Она бывала то в слезах, То в радости одушивлённой, То в страшном гневе на себя, Что так ослабла, став влюблённой, Как не бывало никогда. И так неделя промелькнула. Все эти дни она жила И в собственной тоске тонула, И чуда Божьего ждала. Ждала, что может, доктор Ватсон О милой Мэри не забыл, И через время может статься, Что он ответно полюбил. Но время шло нещадно быстро, А изменений не пришло. Любви не исчезала искра, И тоскованье не прошло. Те чувства лишь усугублялись, Средь бытовых вещей мешались, Терзали сердце, точно кошки, Сбивая силы понемножку... Не выдержала наша Мэри. Решила – что греха таить? И в ожидании томить Себя сродни его утере. И вот, среди тиши ночной, Сидя под полною луной, Взялáсь девица за перо... Признание лилось щедрó. «О, доктор Ватсон, вам пишу, От слабости и изможденья. Засело в памяти виденье, Я вас понять меня прошу. Вы были в нашем доме раз, И дважды виделись мы вне. Но вычеркнуть из жизни вас С тех пор легко не дастся мне. О, доктор Ватсон, вы бы знали, Как крепко я вас полюбила! И дальше всё же не остыла, Вы часть души моей забрали. И мне известно, что сейчас Столь откровенные баллады Постыдны в обществе у нас. И умоляю вас: коль надо Ответить мне – вы напишите, Скажите всё, что на уме. Но коль у вас нет чувств ко мне – Молчанием мне откажите. Мисс Мэри Морстен с уважением» И роспись краткая к концу. С горячим, трепетным волнением, Она сдала письмо гонцу. Сóн в ту ночь был беспокойным. Среди подушек заметалась, На мысли страшной помешалась: Слáвой прослыт пред ним позорной... И только к трём часам уснула. Не пробудилась утром рано – Аж до полýденя вздремнула. И разбудило её странно: В тот час, как после сна она Себя в порядок приводила, Хозяйка в комнату вошла И так работницу спросила: «Мисс Морстен, ждём ли мы гостей?» «Не ждём, хозяюшка. А что?» «Да вот, стук слышу у дверей. Просят, что нужен кое-кто Из гувернанточек моих.» «Чей голос-то?» – «Мужской. О, Мэри, Завёлся ль у тебя жених?» Смотрела та лукáвым зверем. «Что вы, хозяюшка! Полнó, Уж если б кто и был со мной, Я бы сказала вам впервóй.» «Ну, то желание твоё. Но всё же права не имею Я джентельмена гнать с порога. Раз уж нашёл он к нам дорогу, То есть у него к нам затея.» И миссис Форестер мелькнула Прочь из покоев в главный холл. А Мэри за окно взглянула: Кто же лично к ней пришёл?.. ...И вот, раздался тихий стук. Мэри причёску подтянула, За ручку двери потянула... И в страхе обомлела вдруг. Пред ней не в грёзах очерёдных Стоял предел её мечтаний: Из сна вернулось очертание Причины чувств не мимолётных. Сам доктор Ватсон прибыл в дом. И, лишь увидев его взор, Все мысли стали об одном: «Уж громкий ждёт меня раздор... Он прочитал письмо, конечно. Иначе б вряд ли он явился Средь бела дня и столь сердечно К моей хозяюшке просился». Повисло долгое молчанье. Мисс Морстен, глазки опустив, Ждала его речей прорыв. А Джона мучило незнанье, Как с милой дамой поступить И лишнего не проронить... Потом мужчина не стерпел, Её вниманием завладел: «Мисс Морстен, буду честен с вами. От вас подобного не ждал, Лишь в своих снах я допускал, Что нет препятствий между нами...» «О чём вы, доктор, говорите? Я вас не понимаю, право». «Прошу, сейчас вы лишь молчите, Моё признанье – не отрава, Я вам не причиню вреда. Всю правду сложно мне сказать, Но и бессовестно молчать Я бы и сам не смог всегда. А правда в том, что чувства ваши Были услышаны судьбой. Я сам страдал ночами страшно, Мысли гонял наперебой. Тому письму я очень рад, Ведь для меня лишь вы одна Важнее жизненных наград. Вы мне с небес подаренá, Ваш взгляд я на себе держал Всё наше скудное общение, Всего одно от вас движение Я словно телом ощущал... Мисс Морстен, я вас полюбил. И полюбил столь глубоко, Что разум весь себе отбил... Однако нынче мне легко, Ведь я ответ от вас узнал – И счастлив прочитать взаимность, От девушки, что мало знал, Но к кому чувства заискрились» От жара резкого наплыва Всё в голове перекружилось, И Мэри, точно вдоль обрыва, Вперёд неровно наклонилась... Но упасть совсем без сил Её любимый ей не дал: Её под локти подхватил, И чуть за плечи приобнял. И девушка приподнялась, Почти всем телом к нему льнула, В его объятья отдалась, В глаза с волненьем заглянула... Дыханье их переплелось, Носы слегка соприкоснулись, Сознанье словно заплылóсь... И наконец, глаза прикрыв, Они схлестнули губы страстно; Любви несдержанной порыв Для них проявлен не напрасно. С тех пор милейшей из девиц Был дан в мужья прекрасный принц, И с гордостью носила статус Юной миссис Мэри Ватсон.