О ночных мыслях

      Снова не спалось.       Воспоминания, веселые и грустные, заполнили его голову, и Макс, устав от самого себя, вышел на балкон, чтобы затянуться сигаретой и немного успокоить ноющее сердце.       Не хватало. Как же ему не хватало родителей, а особенно Мари. Да, говорят, время лечит, но на самом деле оно лишь притупляет боль, но никак не избавляет от неё полностью.       И вроде бы, сейчас всё хорошо, он счастлив с Кириллом, и как бы жаловаться ему не на что, но...       Макс вдохнул ночной свежий воздух, прикрывая глаза, и вытащил сигарету, крутя её в руках, перед тем как зажечь. Дороги были пустыми, оранжевые фонари освещали одинокие улицы, а весенний ночной ветер шептал ему о прошлом.       Раньше, они с Мари любили выходить ночью на балкон и пытаться увидеть звезды, но увы, из-за городского освещения их совсем не было видно. Она всегда обнимала его со спины и целовала в макушку, говоря о том, что хотела бы видеть звезды по ночам и жить в отдалённом месте, чтобы можно было послушать тишину. А Максим всё дулся на неё, что она хочет жить без него, ведь он переезжать отсюда не хотел, ему нравился их городок.       А потом случилось это, и теперь Макс искренне жалел, что вообще уехал учиться в Питер. Надо было, как и в детстве думал, оставаться здесь, и тогда всё было бы хорошо. Тогда его родные не полетели бы к нему и не разбились бы на том ебучем самолёте.       И вообще, если честно, ему так хотелось порой представлять, что они просто уехали куда-то далеко и живут счастливо. Без него правда, но с ними всё хорошо. Он всё отдал бы за это, если честно, но увы...       Жизнь не спрашивала его мнения.       Он щелкнул зажигалкой и затянулся горьким дымом, — это действительно ему было нужно. Ощутить, насколько стремное было его существование без его семьи.       И даже когда Макс услышал тихие шаги за спиной, он не обернулся, всё ещё утопая в грустных мыслях.       — Снова не спится? — спросил Кирилл, обнимая его, так же, как когда-то Мари. Они были похожи в этом плане. От них обоих чувствовалась защита и тепло, в которых Макс всегда нуждался.       — Угу, — выдохнул он дым тонкой струйкой в чистое ночное небо. — Снова думаю о них. Я так скучаю, Кирилл.       — Знаю, — тихо ответил он, прижимая его к себе ближе. — Ты молодец, что вспоминаешь о них. Все-таки, они — твоя семья.       — Ты им понравился бы, — Макс часто заморгал, чтобы непослушные слезы не вырвались наружу. — Особенно Мари. Она была бы от тебя в восторге.       Холодно. Очень.       Что даже объятья Кирилла не согревали, потому что понимал, если бы не их смерть, то они с ним никогда и не встретились бы. А может и встретились, но вряд ли стали бы встречаться. Возможно Макс нашёл бы себе девушку в Питере или парня, а Кирилл тут просто жил себе спокойно и не было бы у него проблем в виде Макса.       — Думаешь? — хмыкнул Кирилл и тоже потянулся за сигареткой. Он встал рядом, опираясь на перилла и устремил свой взгляд на небо. — Может, спросим?       Он указал пальцем наверх, чуть улыбаясь уголками губ.       — Кто ты? И куда ты дел моего Кирилла? — хохотнул горько Макс. — Ты же не веришь ни в гороскопы, ни в знаки, ни в прочую хуйню.       — И ты тоже, как бы, — отозвался Кирилл и взглянул на него, затягиваясь сигаретой. — Но сегодня можно, не так ли? Мари, скажи, я тебе понравился бы?       Макс закатил глаза: конечно, он понимал, что Кирилл просто хотел успокоить, но это уже слишком по-дурацки.       — Я и так это знаю, — пробурчал он, и по пустынной улице быстро проехала машина. — Мари сама по себе очень любила людей. А уж таких сложных, как ты, особенно. Психолог же, — ей интересно было разбирать поведение людей.       — Ну, а вдруг я показался бы ей слишком скучным? — не сдал позиции Кирилл, поправляя очки. — Так и сказала бы: Макс, какую нудятину ты вообще нашёл? Получше найти не мог?       — Ой бля, ты не нудятина, ты просто фрик, так и знай, — Макс докурил сигарету, и он вытащил ещё одну.       Многовато для ночи, ну да ладно. Это лучше, чем стараться не заплакать вновь.       — А ты чудик, — не остался в долгу его парень, а потом снова потянул к нему свои огромные руки, хватая за талию.       Макс хотел огрызнуться, но не успел. Кирилл просто притянул его ближе, и они замерли так — два силуэта на балконе, подсвеченные тусклым светом из комнаты.       — Смотри, — вдруг сказал Кирилл, запрокидывая голову.       Макс поднял глаза. В темном небе, там, где обычно ничего не было видно из-за городских огней, вдруг проступила одна-единственная звезда. Яркая, белая, словно кто-то зажёг её специально.       — Не может быть, — прошептал Макс. — Да ладно! Сколько здесь живу и ни разу не видел звёзд!       Кирилл больше не говорил. Лишь прижимал его к себе, давая Максу пространство для мыслей, и он был ему за это благодарен. Максим смотрел на звезду, не мигая, словно боялся, что она пропадёт, а она просто висела над ними, маленькая, но такая заметная.       — Это она, — вдруг произнёс Макс осипшим голосом. — Мари. Она... одобряет.       Ну, не бывало так, чтобы ни с того, ни с сего здесь появилась звезда! Слишком яркая, что даже городской свет не смог затмить её.       — Похоже на то, — Кирилл чуть сжал его талию. — Что я говорил?       — Я скучаю, Мари, — проговорил он одними губами. — Но у меня теперь есть он. Ты же видишь? У меня всё хорошо.       Звезда чуть мигнула. Один раз. Или ему показалось. Обманываться было так хорошо, особенно сегодня, когда он просто уже не мог выносить эту отчаянную тоску по своим близким.       — Пошли домой, — Кирилл прижал тёплую ладонь к его щеке. — Ты уже замерз.       — Ещё минуту, — попросил Макс, не желая расставаться с этим маленьким ночным чудом.       — Ладно. Одну.       Они постояли ещё немного, — Кирилл всё это время не отпускал его, нежно гладя его щеку, а звездочка всё так же висела в небе, напоминая, что где-то там, в другом мире, Мари смотрела на них и, кажется, улыбалась. Макс вспомнил её лучезарную улыбку и дёрнул уголками губ в ответ: она не хотела бы, чтобы её маленький Максимка грустил, верно?       — Всё, — выдохнул наконец Макс и выбросил окурок в жестянную банку, которая была у них вместо пепельницы. — Пойдём.       Они зашли в квартиру, закрыли балконную дверь. Кирилл молча взял его за руку и повёл в спальню, а Макс и не сопротивлялся.       Когда они легли, Кирилл, как всегда, притянул его к себе, и он уткнулся носом в его плечо, закрывая глаза.       Полегчало. Правда.       Больше они не говорили, и сон медленно забирал их в своё царство. А звезда за окном всё ещё светила, пока не растаяла в рассветных лучах.