Облачный гейминг

Игра, временно поставленная на паузу по случаю завершения эпизода, продолжилась. Благополучно вернувшийся к хозяину Маркус теперь приводил роскошный дом в порядок, а потом ухаживал за дедом-художником, Карлом. При виде старика в инвалидной коляске настал черёд Мирдала вздохнуть: — Напоминает знакомого инвалида и творческого работника, но в игре Карл хотя бы богатый и с сиделкой. В жизни ему могло быть труднее. — А почему ты его не вылечил? Умеешь же, а деньги для тебя не главное, — в чём заключались проблемы того знакомого, Столас не знал. — Потому же, почему Вэгги, ангел из Отеля Хазбин, не хочет себе глаз возвращать, непременно желают сначала решить другие общественные проблемы, — пояснил Мирдал, качнув ушами вбок. После того, как Маркус принёс Карлу завтрак, у андроида появилось время чем-то занять себя, пока дед ел. Вариантов у него много, и для начала Столас подвёл персонажа к пианино. К удивлению Светлого демон вытащил из-за пазухи переложением «Времён года» и сыграл их. Закончив, заглянул Маркусом к книжному шкафу: — О! «Диалоги» Платона! — вид знакомой книги вызвал у демона немало энтузиазма. — Всегда находил греческий оригинал завораживающим, особенно когда Тимей заводит речь о Демиурге и о живом космосе с душой и умом, уж не оттуда ли ты… Но сравнить текст в игре со знакомым Столасу не дали. Карл на самоходной коляске подкатил к Маркусу и завёл с ним разговор. Столас от этого сначала разочарованно вздохнул, но затем его внимание захватила суть диалога старика с андроидом: о его свободе воли и о том, что андроид — нечто большее, чем просто машина. — Этот старец тоже прав, — демон пожал плечами. — Сухая философия мертва без живого опыта. И то, что он говорит… Как это… знакомо, — его совиное лицо приобретало всё более задумчивое выражение, перья он прижал к телу, выдавая грустное настроение. —Из меня тоже лепили своеобразного андроида, внушая, что я рождён лишь для того, чтобы исполнить определённую программу: следить за звёздами, родить наследницу и вести себя прилично. — Тебе просто внушали, — взгляд Мирдала тоже стал более отстранённым, — а с кем-то буквально сделали, переписав сознание на то, что нужно и удобно. Впрочем, не знаю, стало ли от этого хуже в конечном итоге, раз мы оба нашли собственный путь. К тому же Карл захотел и Маркуса подвести, поведя его учиться живописи и пользоваться воображением. Когда Маркус начал рисовать, смешивая краски на палитре и широко, не глядя, но осмысленно и экспрессивно ведя кисточкой по холсту, Столас зачарованно замер. Он даже забыл про джойстик, просто наблюдая за проявлением картины на мольберте. — Прекрасно, — выдохнул он с улыбкой. — Использовать краски, чтобы создать что-то новое, что существует только в твоём воображении… Это высшая форма свободы, не так ли? Я сам люблю рисовать… хотя Блитц это называет «почеркушки» и посмеивается над моими набросками. — Да уж лучше него ты рисуешь, — Мирдал коротко рассмеялся, вспомнив блитцевы кринжёвые творения, — я видел твои «почеркушки» в вокстаграмме, они и лучше, чем у Карла. — Неправда, — без сожаления и самоунижения отверг комплимент Столас. — Может быть, у меня более ровные линии, чем у старого художника, но живопись тем и отличается от рисунка, что состоит не из линий, а из композиции и мысли. Маркус тоже идеально повторил натюрморт поначалу, но в чём разница такого повтора на холсте с распечатанной фотографией? Моё искусство ограничивается передачей информации о том, что меня телесно возбуждает, и если по форме я не сужусь оценивать его достоинство, по содержанию это обычная порнушка. У Блитца в рисунках, впрочем, нет ни формы, не мысли, он просто занимает время, пока дозванивается до клиентов, — он бросил быстрый, хитрый взгляд на Мирдала, отложил джойстик и освободил руки, чтобы «обмотать» хвост дракона вокруг своей талии чуть крепче. — Посмотрим, куда Маркуса приведёт искусство. С таким учителем, как Карл, он и без революции сможет стать глашатаем перемен. — А с такими гондонами, как его сын? — откинулся Мирдал на спинку дивана, недовольно наблюдая, как заявившийся потомок Кларка — Лео — невежливо клянчит деньги на наркотики и ругает предка за то, что тот любит андроида больше. Столас с презрительной гримасой наблюдал за сценой с сыном Карла. Перья нервно трепетали, мягкая часть клюва откровенно скривилась, а верхняя пара глаз прищурилась, выражая чистое омерзение. — Какой невыносимый, неблагодарный маленький ублюдок, — прошипел он, хотя и старался говорить тише, чтобы не испортить атмосферу. — У него есть отец, который любит его, который заботится о нем, а он требует денег на химический отуп, словно он для того и родился. — Столас тяжело вздохнул, опустив взгляд. — Моим братьям за такое отец бы уже врезал двадцать раз, и в такие моменты я его полностью поддерживал. Больно смотреть, что бедный Карл не может так же ответить. Потом действие вернулось к Коннору, что, как ни в чём ни бывало — словно не погиб в первой миссии после падения с крыши — был загружен в новое тело и отправился в нуарный бар вытаскивать Хэнка из запоя расследовать дело. — О, ну конечно! — демон указал на экран. — Содрали планировку бара из «Я, робот» вплоть до текстуры столиков. Поверим, что это не плагиат, а просто человеческая фантазия циклически возвращается к одним и тем же образам? Мирдал глупым голосом спародировал какого-то обзорщика: — Это оммаж и гениальная отсылка. С уважением к оригиналу. — Ну-ну, — посмотрел тем временем Столас на пьяного Хэнка, едва не валявшегося за барной стойкой. — Лейтенант Андерсон, значит. Узнаю собственный взгляд, когда я заливал в себя алкоголь и антидепрессанты сразу. Коннор может вытянуть его из этого состояния? — Столас нажал кнопки, чтобы подвести Коннора ближе. — Я в таких случаях с Блитцем просто жду, пока он прочистит организм естественным образом, — он махнул рукой, отгоняя воспоминания, — но у нас с департаментом полиции Детройта явно нет столько времени на это. Как к Хэнку лучше, помягче или встряхнуть? Мирдал, ты же играл раньше. Хэнк реагирует на сочувствие, или ему нужен пинок под зад? Я бы не хотел расстраивать его ещё больше, он и так выглядит, будто готов расплакаться матюгами. — Парадоксально, но выбрал налить ему ещё, — подмигнул Мирдал. — Знаешь, почему? Когда проходил игру, впервые увидев Хэнка, заржал в голос, так он внешне напоминал учителя физики из Ликдула. А потом выяснилось, он ещё и характером с ним один в один. Не верю в физиогномику, но «как начнёшь изучать семейные портреты, так и уверуешь в переселение душ», — Мирдал спародировал Шерлока из советской «Собаки Баскервилей». — Блестяще, — Столас улыбнулся краями клюва. — Значит, налить, чтобы показаться своим парнем и сломать стереотипы об андроидах как скучных и чопорных, всегда поступающих по правилам эффективных роботах? Мирдал не соврал, Хэнк выпить за чужой счёт был только рад, и это достаточно подняло ему настроение и придало уверенности в себе, чтобы вместе с Коннором отправиться искать улики по делу убийства девиантом хозяина. После короткой поездки андроид и полицейский оказались рядом с захламлённым домишкой, где произошло убийство. Хэнк, к слову, сначала Коннора к расследованию допускать не хотел. Напротив, приказал ждать в машине. — Вот представим, — Столас покачал затёкшей головой, вытягивая шею маятником-неваляшкой, — что законопослушный игрок за Коннора не станет перечить старшему по званию и будет балдеть от невероятно скучного геймплея, сидя в машине тридцать минут. Это точно программа для развлечения, а не заставка для экрана? — Ты переоцениваешь терпение среднего геймера. К тому ж, не уверен, что тут в целом есть опция не выходить, — Мирдал развёл крыльями. — Вот что я называю «рельсами», — вывел Столас Коннора из машины, и игра тут же наградила бедного андроида «программным сбоем». — Ух, просто превосходно! Сценарист, ты ты таким образом хочешь сказать, что поступать по правилам всегда скучно, значит, дабы стало весело, надо их нарушать? Намёк понят. Хэнк ворчал, увидев андроида, что всё же присоединился к снующим по дому полицейским и начал самостоятельное расследование. Внутри потрёпанного дома со срачем, не уступающем таковому в доме Тодда, раскидывал на полу руки жирный и обсиженный мухами труп наркомана. — Двадцать восемь ударов ножом… — пробормотал Столас с лёгким содроганием, но больше от изумления, чем от страха. — Это не просто убийство. Это… страсть. Это безумие. Это ритуал безумия. — Да, убийца своего рода культист, — Мирдал прокомментировал ванную комнату, где нашлась фигурка андроидского божества из грязной глины, а стены все были вымазаны надписями rA9 — всюду, куда в принципе можно было дотянуться. — Кто бы ни оставил их, он был либо очень упрямым, либо психом, — решил Столас, когда Коннор зашёл в душевую. — Игру программировали французы, — подсказал Мирдал ещё один скрытый пласт. — А на французском rA9 звучит как er a neuf, созвучно ère neuve, «новая эра». Столас откинулся на подушку, его глаза расширились от осознания: — Как же… гениально и одновременно пугающе. Французы мастера придать вещам загадочности, — он снова подался вперед, заставляя Коннора осматривать идола. Который, откровенно говоря, выглядел так, словно его сделали даже не из глины, а из куда менее приятной субстанции. — Это же чистейшая теология зарождающейся конфессии! — голос демона стал более спокойным, словно он обсуждал не видеоигру, а древний гримуар. — Андроиды ищут спасителя. rA9 для них надежда и символ того, что они не просто машины, что у них есть душа, способная на веру и поклонение. Впрочем, они ищут не Мессию, а Мошеаха, кого-то, кто разрушит им старый мир и разорвёт за них цепи. Жаль, что боги так не работают, — Столас на секунду замолчал, его взгляд стал отстранённым, глядя куда-то сквозь экран, потом встряхнулся, сбрасывая наваждение, и снова сфокусировался на игре. — Хорошо, Коннор, — прорычал он, нажимая кнопку, чтобы проанализировать улики. — Давай найдём этого сумасшедшего фанатика. Мне нужно знать, что за божество они пытаются призвать в этом грязном подвале. По собранным уликам восстановилась картина преступления: убитый несколько недель назад хозяин дома нанюхался наркотика под названием красный лёд и напал на собственного андроида битой, за что и получил ножевые… и продолжал их получать даже некоторое время после смерти. Выяснив, что девиант-убийца прячется на чердаке, Столас отправил Коннора туда. Беглый робот сначала резко перебегал от ящика к ящику, но потом сам был безжалостно застукан и с жалким видом поднял руки, прося не выдавать его полиции. — В первый раз выпрыг был скримером, — Мирдал обнял Столаса и прижался сбоку, сейчас наблюдая за партией спокойно. — Обоссался, как девочка. — Ты как с кракалевнами воевал… — вздохнул Столас, трепя его клювом по гриве. Коннор, как порядочный дядя Стёпа, отправил преступника в следственный изолятор.