Как чистить колодцы

      Башня в степи была, конечно, очень красива.       Под башней стояли в ряд запечатанные канистры с надписями по бокам «Осторожно! Только в химзащите!» (Марсель насчитал их шесть), два чана с чистой водой, цепочка ведер с зеленой жижей, из которой время от времени выпузыривались страшные рожи, и сломанный шланг от насоса.       Перед башней в песке была дыра, выложенная верхним кольцом из камней — тот самый колодец, — над дырой кругом торчали лучшие люди Талига и пялились в нее.       — О, Марсель приехал, — сказал Эмиль Савиньяк.       — Как вас сюда пропустило? Вы же не эорий, — изумился Раймон Салиган.       — Он на лошадке приехал, — фыркнул Гектор Рафиано, кивая на взмыленного иноходца. — Лошадка-то не простая.       Марсель сошел с иноходца и степенно поблагодарил его. Иноходец вежливо отмахнулся хвостом.       — Да его и с лошадкой не должно было пустить…       — И вы понимаете, что кому оно должно? Я сразу сказал, — радостно объяснил Эмиль, — что в вашей магии ничего не смыслю, и вам того же советую.       — А где Рокэ? — вставил Марсель.       Салиган кивнул вниз и лаконично пояснил:       — В дыре.              … На самом деле, Марселя и вправду не должно было пропускать сюда, а вообще все началось с выходцев.       За последний год выходцы регулярно приходили к разным честным людям с одним предупреждением: колодцы переполнены и кончится это плохо.       Когда выходцев удалось поймать и разговорить, выяснилось, что люди на планете сейчас бесятся не случайно, а от зеленой «скверны», и именно этой скверной переполнены колодцы.       Абвении, создавшие планету, решили отрегулировать всякую мерзость, вырыв в разных местах колодцы и сливая скверну в них, пока колодцы наконец не переполнились.       Марсель счел, что изящная словесность выходцев ввела всех в заблуждение, так как по сути то, что они пышно называли колодцами, являлось прескверными выгребными ямами.       И, как положено при переполнении таких ям, случилась катастрофа и эпидемия, и всё это вполне объяснимо.       В Кэртиане происходит сейчас эпидемия «скверны», и с ней срочно надо что-то делать.       Вот на вопросе, делать что, и случился затык.              Скверные колодцы нашлись в разных местах, в основном волшебных и закрытых от непосвященных. С волшебными колодцами так и бывает.       Проблема в том, что мастеров по очистке таких колодцев в мире было много, но никто из них, не будучи эорием, не мог даже подобраться к искомому предмету.       А среди посвященных, то есть эориев, оказались разные люди, но золотаря ни одного не было.       Плюс близость колодцев на непосвященных мастеров плохо действовала, они не работали, а бесились.       Только на эориев скверна не действовала, а это значило… то, что значило. Немногие были избраны Абвениями для высокой миссии промыть канализацию.       И вообще их, посвященных, было мало: один, четыре и шестнадцать. Плюс немногочисленные родственники, от которых благодаря магии Излома почти никто не остался, за что эории сейчас были Абвениям особенно благодарны.       Формула «1+4+16+засоренная канализация=?» была мрачна и имела только одно решение.              Марсель подошел к башне поближе.       — Послушайте, — с внезапной надеждой начал Арно Савиньяк, — но если виконта Валме пропустило, то может, стоит попробовать?..       — А мы не пробовали? — отрезал его дядя. — Как мы только не пробовали. И Хайнрих в Гаунау пробовал, и Руперт в Дриксен, и Баата в Кагете, и Карои в Алате! Всё перепробовали, ни одного золотаря не пропустило!       Чистая правда. Марсель с увлечением следил за этим процессом. Он знал, что эориям оставалось только записать мудрые инструкции лучших золотарей и выполнить их — самим. Сами, всё сами.       Впрочем, их задачу существенно облегчил Ринальди-Леворукий с Рубежа, когда его позвали на помощь: он снабдил страждущих некоторыми предметами, достижениями более передового века и технического прогресса, и научил ими пользоваться. Еще он лично продемонстрировал действие чудесных предметов, легко и быстро очистив ими один колодец. А потом получил срочный вызов с Рубежа, извинился и отбыл.       Кое-чем помог и Салиган, например — крепкими ведрами. Салиган хвалился, что ограбил три пожарные бригады, прежде чем нашел нужное.              Сейчас Салиган косился на свои ведра с булькающей зеленью и вздыхал.       — А где насос Ринальди? — спросил Марсель, вспомнив эту хитроумную машину. — И… как это называется… обеззараживатель?       — Их включил очень нервный Робер, грохнула молния и всё сломалось, — доложил Эмиль. — Здесь же место такое… особенное, Сила реагирует на что угодно. Обидно, у Ринальди получилось очистить всё так быстро. Вальдес утащил всё чинить.       — Или окончательно доломать, — сказал экстерриор. — Говорил я, надо дождаться возвращения Ринальди. Но Рокэ же не умеет ждать, ему надо срочно и лучше вчера, вот мы и маемся.       — Рокэ съязвил, что Вальдес починит, как раз когда мы закончим с последним колодцем, — вздохнул Салиган.              — А кто — мы? — уточнил дотошный Марсель.       По тому, что он видел, с колодцем заканчивал один Рокэ, а остальные «мы» только раздавали друг другу ценные указания.       — Надо было соглашаться на предложение Фельсенбурга, — простонал Эйвон Ларак. — Я же говорил, а теперь поздно…       Дело в том, что Руппи фок Фельсенбург относился к делу так же прохладно, как все остальные, пока не появилась прекрасная Селина. Эта необыкновенная девушка тоже имела доступ к колодцам, как и ее брат, и она жаждала действий.       Селина предложила Руперту помощь, и он воспылал такой любовью к очищению, что вместе с напарницей совершил подвиг, сделав все колодцы в родной Дриксен. Мало того, он предложил помощь окрестным странам и собирался, когда колодцы планеты кончатся, посетить и соседнюю. Селина умела ошеломляюще действовать на людей.              На руке Эмиля загорелся лиловым браслет, из него дико затрещало, так что Марселю захотелось заткнуть уши, и нечто искаженно похожее на мужской голос буркнуло:       — Дезинфекция, серая и белая.       Арно Савиньяк подвинул к колодцу две канистры, Эмиль рявкнул в браслет: «Ловите». Из колодца высунулись два щупальца, сгребли канистры и утащили обратно.              — Мы, — пояснил эстерриор Марселю, пока он не забыл свой вопрос, — это Рокэ. С Проэмперадором Севера, Юга, Запада и Востока, а также Регентским советом, Маршалом Севера и Юга, экстерриором и кошкой в ступе.       — Экстерриор — это же вы, — удивился Марсель.       — Когда мы отказались лезть в чертов колодец, Рокэ нас всех уволил, — доложил Эмиль. — И теперь он всё это сам.       — «Готовы на всё во имя Талига! Сделаем что угодно ради спасения мира! Мы согласны на всё!» — передразнил Салиган. — Оказалось, не на всё.       — На всё, — твердо сказал Эмиль, — кроме этого. Я готов воевать с дриксами и гайифцами, да хоть с раттонами и Изначальными тварями, я готов пожертвовать собой ради мира на земле, я готов драться с бесноватыми и вообще со всеми, с кем Рокэ прикажет, но это!!!       — Это издевательство, — заключил Марсель. — Вместо драки чистить нужник. Чтобы спасти Кэртиану, нужно не рубить бесноватых, а пробить засор в канализации, это же осмыслить невозможно.       — Вот, ты всё понимаешь.              — Хайнриху повезло, он как увидел колодец, так долго хохотал и признал, что он туда не влезет, — сказал Арно. — Издевался еще: я ж вам говорил, ешьте больше, какие вы тощие.       — Робер совестливый, он полез, — Салиган кивнул на иноходца, доставившего Марселя к месту. — Но он же лошадь, да еще нервная, он застрял. Пришлось терять время и его вытаскивать.       Иноходец окончательно превратился в герцога Эпинэ и виновато развел руками.       — Я очень хотел помочь, но выходит, что я могу только развозкой заниматься.       — Ох, нелегкая эта работца, — заключил Марсель, — из колодца тащить Иноходца.              — Герцог Эпинэ полез, потому что на нем кровная клятва Раканам, — сказал Эмиль. — Если Ракан отдал приказ, у него выхода нет. У Валентина Придда то же самое, поэтому, собственно, он с Рокэ там сейчас. Они вдвоем и чистят.       — И это правильно, потому что Придд Волна, — добавил Ларак. — Это его стихия. Волны и должны чистить, а не кто другой.       И он посмотрел на экстерриора Рафиано.       — Я старый и толстый, — заметил экстерриор, — я сразу предложил вместо себя наследника.       Он кивнул на светло-зеленого Франсуа Рафле.       — Ли полез, на самом деле, — сказал Эмиль. — Он сначала препирался, что он тут вообще ни при чем, он Молния, так дядюшка напомнил, что он наполовину Волна, и он полез. Крикнул из глубины, что тут такие крутые пути в иное измерение, круче дорог выходцев, и всё, больше мы о нем не слышали. Рокэ с Приддом когда спустились, всё обшарили и его не нашли. Давенпорта позвали, он вроде Ли даже в другом измерении чувствует, так Ли сказал Давенпорту, что всё под контролем и он вылезет сам, когда закончит расследование. Рокэ сказал — всё, мы его не вытащим, теперь только ждать Ринальди.       — Чего ни придумают люди, лишь бы канализацию не чистить, — пожаловался Ларак. — Даже в другое измерение готовы провалиться…              Рация на браслете Эмиля снова затрещала, сказала «Всем отойти» и зловеще клацнула.       От края колодца все отошли, и сначала щупальце выбросило оттуда пустые цистерны, а потом из дыры медленно и плавно взлетел Зверь Раканов.       Он приветливо кивнул всем четырьмя головами, сорвал защитную пленку и противогазы, басом сказал «Мяу» и плюхнулся в ближайший чан с чистой водой.       Зверь окунулся, вынырнул и стал блаженно мыться.       — Ну, вот вам ваш Рокэ, — проворчал экстерриор.       Марсель вглядывался в Зверя, пока не нашел в нем сходства с Рокэ, так и не нашел, но лучше ему не стало.       — А Придд где? — подозрительно спросил Салиган. — Тоже в другое измерение провалился?       — В глубине, — сказал Зверь голосом Алвы, — дно доделывает. Скоро вылезет. Глубокий же колодец нам сообразили, каррьяра, до ядра Кэртианы чуть не достает.       — А ведь этот колодец только первый из двух, — скорбно сообщил Ларак. — Тут рядом вторая башня, а при ней вторая дыра.       — Там Райнштайнер с Ариго работают, — заметил Рафиано.       — У Райнштайнера нашлось время на колодец?! Как я помню, он всё время занят был. Он отговаривался: Западный фронт, Марагона, Манрики с Колиньярами, старая магия…       — Был занят, — кивнул Эмиль, — а когда Рокэ пригрозил, что силой Ракана отберет Повелительство Волн и вернет Валентину Придду, так сразу время нашлось.                     — Райнштайнер с Ариго не здесь, на них колодцы Придды и Марагоны, — объявил Зверь Раканов из бака и вылез очень чистый, сразу обернувшись Рокэ Алвой.       Рокэ бросил взгляд на ряды ведер с зеленой жижей и зло спросил:       — А это кто будет мыть?       — А можно, — с надеждой предложил Арно, — мы дождемся, пока вернется Ринальди и починит обеззараживатель?       — Вы хоть что-то готовы делать сами, без меня да Ли с Приддом? — вздохнул Рокэ.       Все молчали.       — Чего я больше всего боюсь, — признался Рокэ, — так это, что мы сейчас вводим в Кэртиану новые правила чистки колодцев: десять смотрят, пока один работает. Это же особое место, и если в нем эории проводят особый ритуал, Абсолют может понять неправильно… Или слишком правильно. Каррьяра, что ж теперь с народом-то будет. Такой прекрасный и трудолюбивый народ был, а мы что наделали? Каюк Кэртиане.       — Продержится, — напророчил экстерриор. — Пока хотя бы один из десяти человек работает, всё продержится!              — Марсель, — нежно позвал Рокэ. — На тебя скверна не действует, тебя сюда пропустило. Ты готов?       — Смотря на что, — задумался Марсель. — Мне тоже придется во что-то превращаться?       — Необязательно, просто восемь рук удобнее двух… О, вон Валентин вылезает.       Из колодца во все стороны полезли щупальца, а за ними всплыл спрут.       Спрут в противогазе выглядел внушительно, впрочем, когда противогаз сняли, Марсель не заметил особой разницы.       Осьминог внезапно развернул лебединые крылья и взлетел, чтобы плюхнуться во второй водяной бак и завязаться там морским узлом.       — И вот это, — резюмировал Эйвон Ларак, — надо повторять каждые два-три года. Чистить колодцы надо регулярно, так Ринальди сказал.       Вместо ответа спрут развязал узел и свернулся кренделем.              — Валентин, — робко позвал Арно, — там что-то было на дне? Почему так долго?       — Там, — сообщил спрут, высунувшись из воды, — было хорошо. Волшебно. Даже не хотелось возвращаться. Не зря граф Савиньяк там пропал.       Из рук Эмиля чуть не выпало ведро.       — На самом деле, там нет дна, — продолжал спрут. — Там, пожалуй, вход в другое измерение. Мне показалось, что на дне лежит сказочная страна. Другое небо, другая земля, удивительные существа, замок с сокровищами… Видели бы вы те сокровища! Там у всех людей есть хвосты и они летают, как птицы. Я бы там остался…       — И там Ли? — уточнил Эмиль.       — Графа Савиньяка я не видел, — признал Придд. — Как я понял, он ушел в соседний колодец. Вход в страну грез есть на дне нескольких колодцев.       — И там сокровища, — хмыкнул Салиган.       — В нашем колодце почти нет, только на дне, но в соседнем, если верить жителям, золотом прямо стенки выложены, и если их отмоешь…       — Соседний колодец в полхорны отсюда же! — заорал Салиган и вскочил.       Эмиль и Арно уже собирали канистры, Робер, обернувшийся иноходцем, помогал грузить на себя чистые ведра, юный Рафле считал, сколько взять защитных пленок и противогазов. Вскоре компания с гиканьем и свистом убралась, и настала тишина.              Старый Рафиано поправил ведра с жижей, которые в суматохе чуть не свалили. Рокэ вздохнул и подошел к Валентину.       — Какой же вы бессовестный лгун, герцог, — сказал он. — Я прямо заслушался.       — Ни одного слова неправды, — парировал спрут. — На дне такая концентрация газов, что и не такое примерещится. Мне мерещилось, крайне нездоровое место. Надо будет спросить Ринальди о средствах с большей степенью защиты.       — Вот почему, — заключил Рафиано, — когда засоряется канализация — это катастрофа, это конец света. Наша цивилизация не первая, которая рушится от того, что забились ее колодцы.       — Там не только колодцы, кстати, — заметил Рокэ. — С соседними дырами действительно есть связь, там система, для времен сотворения мира совсем неплохо продуманная. И трубы отведения там были, только куда они вели…       — И фрески на стенках потрясающие, — добавил Валентин. — Живые.       — Они нам со стен советы давали.       — Но действительно, колодцы устарели.       Рокэ Алва, как самоназначенный сантехник, кивнул и припечатал:       — Там всю систему менять надо.       — И в первую очередь менять отношение к системе. Все должны выучить, что чистить канализацию — куда больший подвиг, чем рубиться с бесноватыми, — вставил Марсель. — Мыть колодцы — благородное занятие, сами Абвении делали это!              Издалека раздался топот, это мчался взмыленный Иноходец.       Он доложил:       — Они в том колодце докопались до трупа Изначальной твари! — и замер, ожидая указаний.       Рокэ скривился:       — Да в этих дырах внутри чего только не лежит… А потом все удивляются, что колодцы переполнились. Скажите им, пусть вытащат труп наверх, чтобы не мешал, и оставят его для опытов Ринальди.       Иноходец отдал честь копытом и умчался.       — Мы с вами тоже наткнулись на такой труп, — кивнул Рокэ спруту, — и что удивительно, как-то сами справились, никого не звали.       — Монсеньор открыл проход в гальтарский лабиринт, - пояснил спрут окружающим, - и мы запихнули Тварь туда.       — А оказывается, чертовых Тварей по колодцам лежит немерено.       — Или это наша всплыла обратно, через другую дыру?       — Каррьяра, еще и лабиринт потом чинить, — простонал Рокэ. — Кто же знал, что он такой дырявый!       — Лабиринту несколько тысяч лет, за это время всё изнашивается…              Когда Марсель возвращался в Олларию, он любовался дивной благостью и людской добротой, которой лучился воздух.       Город сиял чистотой, жители улыбались и помогали друг другу. Уборка дыр явно, откровенно действовала.       Впрочем, первым это доказал Руппи на примере Дриксен. Когда адмиралу Кальдмееру пришли документы о полной реабилитации и личные извинения от правительства Дриксен с инструкциями, как получить от властей компенсацию за перенесенные страдания, все догадались, как много значат чистые колодцы.       На одном из заборов Марсель прочел: «Почисти свой колодец, почувствуй себя Рокэ Алвой!» — и даже изумился. Он не стал поправлять, имеется ли в виду источник воды или канализация, потому что зачем? Чем плохо, если несведущие люди будут чистить и то, и другое? Кэртиана будет очень чистой, а это только лучше.       В соседнем дворе колодец прямо при нем чистили. Пять человек стояло сверху, один ругался изнутри. Марсель хотел подойти и спросить, чувствует ли себя последний Рокэ Алвой, но что-то его остановило.       Главное - что Рокэ, как всегда, был прав.