Часть 1
27 апреля 2026 г., 21:42
Тихо играющая музыка из саксофона и мягкий свет от свечей в чужом поместье создавал особую, интимную атмосферу и даровал некую приватность. Она была необходима для Леона и всех ему подобных - вампиров. Было трудно создать своё общество, тайные места в округе людей и при этом оставаться незамеченными, однако они справились и с каждым днем их сообщество лишь росло. Каждый был разным - со своими принципами и обычаями, но их объединяло одно - лихорадочная жажда крови.
Кеннеди, в отличие от других, по большей части полагаясь на себя. Действовал он тоже с предельной осторожностью и предпочитал не убивать девушек, которые падкие на чары кровопийц, а лишь лакомится свежей кровью и отпускать.
Боялся ли он, что после этого случая его жертвы раскроют какую-то информацию? Вовсе нет. По одной простой причине: они не будут помнить о происходящем. Следовательно - опасаться было нечего и сегодняшний вечер не исключение.
Леон вальяжно откинулся на бархатный диванчик, с упоением наблюдая за девушкой, которая сидела уж слишком близко. Воздух стал плотнее, а аромат крови агрессивно ударил в его нос с новой силой. В такие моменты он никогда не чувствовал сексуального возбуждения или потребности в чем-то большем, нежели сладкая кровь. В отличие от других вампиров тут, которые часто удосуживались затянуть девушек в постель. По их воле, конечно же.
— А ты...очень симпатичный, — пробормотала девушка сквозь легкую пелену дурмана, что исходила от Кеннеди. Обыденная способность, дабы потенциальная жертва не испугалась и по возможности не почувствовала боли.
— Спасибо, — почти что промурлыкал он, изобразив мнимое смущение.
Его уголки губ дернулись от такого комплимента, а ладонь покрепче сжала плечо девушки. Глазами Леон буквально сканировал и выбирал место для укуса: шея или запястье? Сложный выбор...Но всё же он остановился на шее: с чрезмерной бережностью, он откинул волнистые волосы девушки за спину и поддался ближе.
Кеннеди полной грудью вдохнул манящий запах и от нетерпения клыки неприятно заныли. Девушка же сама склонила голову в сторону, предоставив ему больше доступа. В глазах Леона загорелся ненасытный огонек, а жажда крови била через вверх. Он специально не питался последние дни, чтобы сейчас испытать максимальное и долгое наслаждение.
Наконец Кеннеди раскрыл рот шире и не раздумывая вонзился в свежую, мягкую плоть. Кровь тут же хлынула ему на язык - такая терпкая и неимоверно сладкая. Из уст девушки послышался легкий стон больше удовольствия, нежели боли. Она и не собиралась противиться, наоборот отчаянно прижимаясь к нему в поиске ласки.
Он в блаженстве прикрыл глаза и начал пить агрессивней, полностью игнорируя обстановку вокруг: музыка, разговоры — все это сплелось воедино, а внимание было сосредоточено лишь на своей добыче. Леон сам не смог сдержать удовлетворенного воздыхания...Свободно рукой он потянулся к её затылку и крепко сжал, удерживая на месте. Сила медленно перетекала в его тело, от чего Кеннеди ощущал вознесение и ещё большую жадность.
Однако приятную трапезу прервал резкий запах свежей человеческой крови, пороха и.…метала? Леон распахнул глаза и услышал бешеное, испуганное биение чужого сердца. Посмотрев по сторонам, он заметил, что остальные вампиры тоже заострили внимание на этом. Досадно простонав, Кеннеди заставил клыки выскользнуть из-под кожи и затянуться обратно.
Девушка же что-то недовольно промычала и безвольно опустилась на мягкий диванчик, лишенная полноценных сил. Леона раздражало, когда кто-то прерывал его от такого действа и не давал насладиться сполна. Чтобы разобраться с этим, он поднялся первым и последовал на источник запаха и биения сердца - вглубь помещения.
Миновав диванчики, он оказался перед человеком, сокрытым в плаще. По фигуре и росту, вероятней, это была женщина. Лицо не разглядеть, уж очень тщательно она скрывалась. Однако это вовсе не помогло против Кеннеди, который обитал на земле больше столетия. Хмыкнув с некой забавой, он склонился над ней, внимательно осматривая руку, что часто сминала что-то под тканью.
— Ты заблудилась, охотница?
Она дрогнула от его изрядно бархатного и нежного голоса и наконец приподняла голову. Теперь ему открылась часть её лица: румяные губы и выразительный нос. Лишь глаза были вскрыты от чужого взора, а вернее...вампирского, для противостояния взятия под контроль.
"Умная, да не слишком" — пронеслось у Леона в мыслях, прежде чем он резко схватил женщину за локоть. Она зашипела и попыталась отдернуть руку, но Кеннеди был сильнее во сто крат. Ровно в этот момент его поразила вспышка чего-то нового, что заставила пошатнуться и потерять бдительность. Запах крови этой женщины стал невыносимо приятным, а страстная тяга моментально возросла в глубине темной души Леона.
Он в прямом смысле хотел наброситься на неё: испить пряную кровь, а после впиться окровавленными устами в её нежные. Однако эта вспышка утихла так же быстро, как и началась. Секундная слабость погасла, уступив пленяющей ненависти.
— Отпусти меня, — громко выпалила она, раздражаясь поведением вампира. Её атаковала такая же вспышка, однако женщина не спешила предавать этому огромное значение из-за своей неопытности.
— Чёрт, умолкни, — гневно промолвил Кеннеди и не разжимая хватки потащил её к выходу из поместья. В какой-то момент женщина перестала сопротивляться, осознав, что это бесполезно.
Прочная деревянная дверь распахнулась, и Леон вытолкнул её за пределы помещения, выйдя на свежий ночной воздух следом. Он сам не понимал, почему увел столь глупую охотницу прочь, а не оставил на растерзание своим соратникам.
Женщина сделала шаг назад и возвела правую руку, которую всё время прятала в кармане. В ладони она крепко сжимала револьвер, попытавшись прицелиться ему прямо в сердце. Это совсем не впечатлило Кеннеди, наоборот - позабавило. Он искренне усмехнулся и развел руки в стороны, не чувствуя и капли страха.
— На что ты надеялась, когда пришла в обитель вампиров, а потом привлекла внимание каждого своим...запахом и этим раздражающим, громким голосочком?
— Не думала, что вы устраиваете здесь пиршества. Я пришла лишь за одним отродьем, — произнесла женщина, однако дрожь в голосе и руках выдавала её, обнажая уязвимость. — Не двигайся, иначе, клянусь - я прикончу тебя, Леон. Я наслышана о тебе.
— Ты этого не сделаешь...и раз ты знаешь меня, было бы вежливо поинтересоваться как тебя зовут?
Женщина нахмурилась и подула на рыжую прядь волос, что выбилась из-под капюшона. Она должна была убить хотя бы одного вампира, чтобы показать значимость другим охотникам и дать им понять, что может беспрекословно убивать отродий.
— Я Кармен. Почему думаешь, что не сделаю? — поинтересовалась она и склонила голову в сторону.
Леон вскинул брови и мигом оказался сзади Кармен, оставив за собой сгусток черной дымки. Неожиданно он наклонился и его голос прорезал тишину прямо над её ухом.
— Потому что пугливая ты, охотница. Новичок в этом, я прав?
Кармен округлила глаза от шока и на пятках развернулась к Кеннеди. Во мраке он выглядел ещё более устрашающе, что заставило её усомниться в своем выбранном пути. Но, по правде сказать, у неё не было выбора: весь род убивал вампиров и мало того, она была рождена охотницей. Это её предназначение и бремя на всю оставшуюся долгую жизнь.
— Даже если прав - сути не меняет. Я выполню свой долг, как его выполняли до меня.
Леон громко цокнул и мельком взглянул на двери особняка. Пусть вампиры и были сосредоточены на своих жертвах - скоро они учуют что-то неважное и сбегутся сюда.
— Послушай, Кармен. Лучше уходи отсюда, пока не стало слишком поздно. Ну или можешь остаться, если хочешь послужить ужином, — расчётливо произнес он и поправил ворот черной рубашки.
— Ты так просто отпустишь меня? — в недоумении спросила Кармен, медленно опуская пистолет вниз. Она корила себя за то, что не выстрелила. На словах это было просто, но...ей было сложно отнять жизнь у кого-то. Даже у того, кто веками уничтожал их род.
— Лишь, потому что не голоден. В следующий раз я не собираюсь делать поблажки...Если, конечно, доживешь до него. Ну же, уходи.
Кеннеди раздражало, что глаза Кармен были скрыты под капюшоном, из-за чего на неё нельзя было повлиять и навеять желание уйти. А еще в душу закралось непонимание, почему он так просто отпустил охотницу, пусть и не опытную, которая в будущем наверняка уничтожит его соратников, друзей...
"Странно. Слишком странно. Ещё эта вспышка...страсти, а потом ненависти? Она тоже её почувствовала?"
Она на несколько секунд замялась, прежде чем спрятать пистолет и скрыться во тьме переулков. Леон вдохнул шлейф запаха её крови, что постепенно испарялся. Хмыкнув, он обратно зашел в особняк через тяжелые двери, где его с порога встретил Эллиот - хороший знакомый.
— Леон, где ты пропадал? Посмотри, какую красоту нашел. Я в жизни крови слаще не пил, — пробормотал он, будучи опьяненным столь насыщенным вкусом. Эллиот крепко обнимал девушку за плечи, которая ослаблено ткнулась в его шею.
По подбородку вампира стекала тонкая струйка крови, за которой Кеннеди внимательно проследил.
– Спасибо, но я уже сыт. К тому же, нужно провести леди, — ответил он и кивнул в сторону девушки, лежащей на диванчике. Эллиот же пожал плечами и оголив кровавые клыки норовил примкнуть к шее "добычи" вновь.
— Как хочешь...
Леон мигом оказался около бархатного диванчика и осторожно начал приподнимать девушку за руки. Колотые ранки на шее уже начинали затягиваться и, вероятней, к утру пропадут. Она сонно промычала и сквозь привычную пелену дурмана взглянула на него.
— Ну, милая, нам пора идти.
— Куда? Мне и здесь хорошо. С тобой...
— В более приватное место, — соврал Кеннеди и закинул её правую руку на свое плечо, а после поплелся из бара прочь под любопытные взгляды соратников.
***
Он провел девушку на свежий воздух и положив ладони на хрупкие плечи, склонился, заглядывая в её глаза. — Возвращайся к своему мужу, он наверняка заждался тебя, — нежно произнес Леон, разгладив ткань её корсетного, пышного платья. — Воспоминания о нашем вечере покажутся тебе прекрасным сном. Девушка слабо улыбнулась в ответ на его слова и неуверенно зашагала прочь. Кеннеди вздохнул с облегчением - проблема решена и лишнего шума не возникнет, поэтому Леон со спокойной душой поплелся вдоль пустующих ночных улиц, наслаждаясь полной луной, а главное - тишиной. Прохладный воздух дарил некое чувство легкости и бодрости, заставив позабыть об инциденте с охотницей. Кеннеди завернул за угол, и внимание привлек столб, на котором виднелось развешенное объявление. Желтые края бумаги подрагивали из-за ветра, словно зазывая к себе. Он решил подойти ближе и это оказалась вырезка из газеты. Заголовок гласил: "Вампиры реальны?!" Леон тихо засмеялся и опустил голову ниже, чтобы прочитать остальное. Это вызвало у него неподдельный интерес и некую жалость к людям. "В последнее время в округе участились странные случаи "амнезии" у молодых женщин. Пострадавшие описывают одно и то же: провалы в памяти, и крошечные, едва заметные точки на шее, что походят на укусы. Обязательно берите сопровождение, если вы дама при дворе. Нежели - оставайтесь дома." Это не на шутку развеселило Кеннеди и его клыки блеснули при лунном свете. Он сорвал объявление, разорвав его в клочья. Стоило ему пройти ещё несколько метров, как Леон резко замер и прислушался к обстановке: листья деревьев приятно шуршали, а где-то вдалеке был слышен лай собак. Но внимание привлекло не это - к его ушам достигло чье-то беспокойное дыхание. Прищурившись, Кеннеди посмотрел по сторонам и заметил её, притаившуюся около деревьев и пышных кустов роз. Кармен вжалась в ствол дерева, скрывая свое лицо и оружие вновь. — Выходи, Кармен. Не совсем удачное место выбрала для слежки, но засчитано, — проговорил он и слабо усмехнулся, наблюдая за ней. Она раздражено шикнула и вышла из укрытия. Теперь Леон не внушал должного страха, как минимум из-за того, что всё ещё не прикончил её. Поэтому Кармен скинула капюшон, обнажая обворожительные, зеленые глаза. — Как ты...заметил меня?! — У меня обостренный слух. Тебе про это не рассказывали? Советовал бы найти такого же неопытного, новообращенного вампира, если тебе так необходимо убить кого-то. Кармен замялась и опустила взгляд вниз. Давление на неё было чертовски сильным, а вот собственной силы воли нет. Она и представить себе не могла, что пойдет на убийство. Но и с пустыми руками возвращаться в обитель не желательно... — Рассказывали. Я знаю вашу природу и то, что вы проделываете с невинными девушками, — твердо произнесла она и нахмурилась. В душе гнездилась ненависть к роду вампиров, но больше всего именно к Леону. Но тело...тело необычным образом притягивалось к отродью, вступая в борьбу с мозгом. — А правду ли тебе вещали? Лично я просто питаюсь ими и отпускаю. Я хватаюсь за жизнь, как все живые существа. — И лишаешь их воли, наверняка получая от этого удовольствие. Кеннеди изогнул бровь и сделал шаг вперед. Он внимательно проанализировал Кармен, которая теперь держалась более стойко, чем час назад. В её завораживающих зеленых глазах пылало пламя ненависти, но вместе с этим там было что-то ещё. — Не говори того, чего не знаешь, Кармен, — холодно произнес Леон и едва заметно оскалился. — Я не выбирал кем рождаться. — Как и я. Она хмыкнула и не смея больше задерживать Леона, с досадой скрылась в ночи. Кармен опять провалилась и это её угнетало - все в роду были такими сильными, хладнокровными в отличии от неё. Идя по улочкам её проняла дрожь страха перед остальными охотниками...Сейчас она явится ни с чем и неизвестно, что им взбредет в голову как наказание. Но выбора особо не было, поэтому Кармен продолжила свой путь и через долгие минуты пробралась к воротам особняка, что в ночи выглядел зловеще. Вампиры не могли попасть сюда, как минимум из-за энергетической защиты. Она тяжело сглотнула и распахнула ворота, ступая на свою родную территорию. Кроны деревьев склонялись над окнами, а ветки, шатаясь от ветра шаркали по стеклу. Приподняв подол плаща, Кармен поднялась по ступенькам из темного камня и три раза постучала, прежде чем открыть входную дверь. С порога на неё навалились охотники, задавая сто вопросов насчет первой миссии. Она деликатно отошла в сторону стены и выцепила глазами отца. В его почти 60 он порой выбирается на охоту, убивая даже самых опытных вампиров. — Я никого не убила. Они были...слишком сильными, — скрежета зубами ответила Кармен, мысленно подготовившись к худшему исходу. Нескончаемый поток голосов тут же утих, от чего она почувствовала себя униженной. Отец стиснул челюсть и жестом попросил остальных уйти и оставить их наедине. Все разбежались по комнатам, громко хлопнув дверьми. Кармен вжалась в стену сильнее, попытавшись не смотреть в его гневные глаза. — В смысле никого?! С твоей силой ты не смогла убить даже самого слабого? — прошипел отец и склонился в опасном, предостерегающем жесте. — Или ты почувствовала жалость к ним? Или ещё чего хуже, один смог завладеть твоим наивным сердцем? Она поджала губы и забегала глазами по деревянному полу. В голову тут же врезался образ Леона, которого ненавидела, но при этом чувствовала странное притяжение. Оно началось с тех пор, как он...коснулся её. Однако Кармен быстро вспомнила то, что увидела: с каким упоением Кеннеди пил кровь невинной девушки и ему всё было мало. Отродье. Чудовище...Не зря их так прозвали. — Я не.... Закончить предложение ей не дала звонкая пощечина, что оставила багряный след на щеке. Рвано выдохнув от боли, Кармен в опаске взглянула на отца. Он всегда отличался своей жестокостью и как бы она не пыталась - полюбить его, как отца, не могла. К нему таилась лишь вязкая ненависть. — Если ты ещё раз допустишь такую слабость - я приму меры, — прошипел отец и с огромной силой сжал её плечо. Она болезненно простонала и немного согнулась в теле, пока сердце в бешеном ритме стучало о ребра. — Я.…поняла.***
Параллельно с этим Леон наблюдал за языками пламени, что плясали в завороженном танце. Тепло от камина проступало в его обитель, но для самого Кеннеди это было бесполезным. Он был устойчив к любым температурам и ощущал себя комфортно всегда. Лениво потянувшись к чаше с изысканным алкоголем, Леон почувствовал обжигающий удар на своей щеке. Будто кто-то отвесил ему знатную пощечину. Он замер в недоумении, попытавшись найти этому объяснение: запущенный голод? Нет... Кеннеди сразу отмел этот и последующие варианты, не понимая, что за чертовщина твориться. Потерев щеку, он решил не забивать этим голоду, а насладиться виски. Но теперь ему не позволил это сделать сильный спазм в плече, словно кто-то сжимал его до хруста костей. А вот это уже не на шутку разозлило его; в мыслях возник образ Кармен и ощущение той вспышки, что возникла между ними. Эта мимолетная страсть, а после ненависть, из-за противостояния видов. Леон был наслышан о многом, как и видел многое...Но точно не формулирование связи между вампиром и охотницей. — Да быть такого не может, — пробормотал он себе под нос, потеряв всякий былой интерес к алкоголю. Теперь на языке и в уме крутилось лишь одно имя - Кармен. И её зеленые глаза, что так и глядели в душу. По познаниям Кеннеди, связь образовалась лишь между одним видом, в случаи взаимного, необъятного притяжение. Эта связь порочно скрепляла две темные души и сплетала две жизни в одну. Ранят одного - рану получает и другой. И смерть...смерть тоже забирает сразу двоих. Так же, потенциальные партнеры вполне могли знать, что чувствует их половинка и в какой обстановке находится... "Из всего изобилия вампирш и раз уж на то пошло - охотниц. Судьба решила связать меня с самой неопытной." Он громко фыркнул и начал расхаживать вдоль гостиной. Ему слабо верилось в правдивость этой неестественной связи, но есть лишь один способ убедиться в этом. Глубоко вздохнув, Леон провел ладонью по своему лицу. — Если это правда, то живи, Кармен. Моя жизнь сейчас в твоих...никчемных руках. Как и твоя в моих, — проговорил он в пустоту, вовсе не радуясь этой новостью. Кармен слишком юна, неопытна. Будет удивительно, если со своим нравом и характером она продержится больше недели. И, подсознательно, Кеннеди понимал, что теперь ему придется стать её стражем, если хочет жить. Это и раздражало больше всего. Сильный вампир, что живет более столетиями, теперь уязвим из-за охотницы. Одно неверное движение - и они мертвы. Леон прикрыл глаза и постарался прислушаться к Кармен, уловить то, что она сейчас чувствует. Вспомнив её очертания более детально, пред ним словно образовалась легкая дымка. Его органы чувств обострились до предела; теперь он чувствовал то, что питала она. Это было горькое, липкое чувство унижения, обиды и страха. Кеннеди догадался, что и кто заставил её чувствовать себя так. — Противиться своей природе всегда непросто... Леон произнес эту фразу мысленно, но был более чем уверен, что она достигла и к её ушам. Пусть и отдаленно. Всё же, чтобы "слышать" пассию необходимо укреплять и подпитывать узы страстью, любовью. В нормальных союзах. Но вот как поступать в случае двояких чувств: ненависти и любви одновременно. Охотница и вампир. Природа явно медленно, но, верно, сходила с ума. Кеннеди распахнул глаза, испытав упадок сил. Видимо попытка контакта с Кармен была слишком затратной из-за неокрепшей связи. Леон потер виски, а голод начал закрадываться вновь, будто уймы крови, что он отведал будто и не бывало. Для решения всех дальнейших проблем ему необходимо встретиться с ней. Где-то под вечер завтрашнего...По крайне-мере ей нужно знать об этой связи как можно больше, чтобы не допустить оплошности с её стороны. Он уже представлял как она взбесится, узнав эту чудную новость. Этот факт, на удивление, даже забавлял его. Если, конечно, игнорировать все трудности и проблемы. Некое предвкушение от встречи стремительно росло, как и нетерпение от того, что же это принесет им двоим.***
На город опустились сумерки, а это значит, что она вновь вышла на охоту. Ладони изрядно вспотели, из-за чего револьвер порой соскальзывал с них. Перспектива об убийстве не радовала, вернее Кармен питала облегчение от того, что таким путем невинных страдает меньше. Но только тогда, когда жизнь у отродий отнимают не её руки, а чужие. Тягостно вздохнув, она попыталась отключить бушующие эмоции внутри себя; такие как сострадание, грусть и жалость. Выходило сложно. У Кармен была совершенно другая натура, не присуща охотникам. В ней не было этой хладнокровности, существенной жестокости...Временами ей казалось, словно глубоко внутри неё имеется сломанный механизм. Это чертовски тяготило и не давало ей принять саму себя. От мыслей её оторвал вампир, что приник к стене заброшенной церкви. Судя по тому, как он зажимал уши из-за звуков вдалеке, можно было предположить, что он новообращенный. Сверхчувствительность к звукам, свету и лихорадочная дрожь от голода...всё совпадало. Притаившись около кроны плакучей ивы, Кармен перезарядила оружие и навела его на отродье. Рука жутко тряслась, из-за чего ей пришлось взять его двумя. Поток ветра ударил по лицу и выбил рыжую прядь волос, на которую она не обратила внимание. Вспомнив слова и обещания отца, Кармен поняла, что сомневаться больше нельзя. На выдохе, она выстрелила - серебряная пуля молниеносно вылетела и попала прямиком в сердце молодого вампира. Он захрипел и схватившись за рану рухнул на колени. Его глаза устремились в небо, прежде чем его вампирская жизнь не оборвалась. К горлу Кармен подступила тошнота от столь неприятного зрелища и осознания, что как не крути её руки теперь в крови. Спрятав револьвер в кобуру, сокрытую под плащом, она последовала к безжизненному телу, миновав сухие ветки. Кожа отродья стала серой и покрылась трещинами, а после...всё превратилось в пепел, что развеялся по ветру. В душе что-то неприятно кольнуло и дабы хоть немного развеяться и не допустить чувству вины поглотить её изнутри - отправилась внутрь заброшенной церкви. Она была маленькой - несколько рядов деревянных лавок по бокам и в центре располагалась кафедра. Кармен опустилась на край одной из лавок и пробежалась кончиками пальцев по серебряному кресту, что висел на её шее. Она не верила в Бога, как и не верила то, что это делается и в его благо. Облокотившись на спинку, Кармен расслабилась, но ненадолго. Левую руку пронзила чудовищная боль, словно на коже выжигали что-то раскаленным предметом. Отдернув рукав, она взглянула на предплечье и ужаснулась: под кожей пробиралась метка, напоминающая угольную вязь. Узоры переплетались между собой, поднимаясь всё выше, а остановились около плеча. Кармен шикнула от боли, а потом вздрогнула, когда услышала знакомый голос. Внутри неё начали бушевать надменность, веселье и.…нотка воодушевления. Но эмоции это были чужими, они не принадлежали ей. — Пришла в грехах покаяться? — саркастично произнес Леон, приподняв уголки губ вверх. — Боюсь, уже не поможет. — Ты опять нашел меня. Как? — спросила она, напрочь проигнорировав столь глупую шутку. Он бесцеремонно уселся рядом, резко схватив её за запястье. Холод его кожи контрастировал с её теплом и вызывал дрожь. Первая реакция Кармен была рывком выдернуть руку, однако это принесло ещё большую боль, так как Кеннеди сжал его крепче. — Ты можешь быть спокойной хотя бы 5 минут?! Я всё объясню, — раздраженно пробормотал он, фыркнув. Под тленом его слегка презрительного взгляда она соизволила расслабиться. Леон внимательно осматривал замысловатый узор на предплечье, что разрастался словно ветви. Он неоднозначно хмыкнул и провел кончиками пальцев вдоль. — Значит, всё-таки решилась на убийство? Уж эту метку охотника я не спутаю ни с чем. Кармен отвела взгляд и притянула руку к себе, когда Кеннеди отпустил её. Теперь узор скрылся под темной, тяжелой тканью. — Это мой долг. Как бы мне не нравился факт убийства, я понимаю, что делаю это во благо невинных людей. Сколько семей загублено от ваших рук? — А ты не задумывалась, сколько семей погубили охотники? Многие связаны кровными узами. Ты не представляешь, что они чувствуют, когда их насильно разрывают. После того, как умер один - второй не сможет сформировать их с кем-то ещё. Как и почувствовать любовь. Она замолчала, находя в словах Леона горькую правду: это противостояние за жизнь, что приносит боль всем. Но разве есть другой выход? — Зачем ты пришел сюда? Если хочешь убить меня и тем самым отомстить - давай, только прекрати мучать. — Я может и хотел бы это сделать, но между нами сформировалась связь. Убью тебя - погибну сам. — Чего?! — в недоумении воскликнула Кармен, сосредоточив взгляд на безэмоциональном лице Кеннеди. Он выглядел так, словно это ничего не значило. — Это невозможно между охотницей и вампиром. — Я тоже так думал. И за все 120 лет своего существования, я не встречал такого. Но вчера...после нашей встречи ты получила пощечину. Я ощутил это на себе, а потом смог почувствовать твои эмоции. К тому же...ты разве этого не ощутила? Желание стать ближе? Она нахмурилась, судорожно вспоминания тот вечер и ту ночь...Кармен и вправду ощутила что-то странное, но не предала этому особого значения. Спихнула всё на усталость... — Ощутила. Эту связь можно разорвать? — Нет. Поэтому впредь мне необходимо ошиваться рядом и не дать тебе погубить нас двоих, — недовольно произнес Леон, закинув ногу на ногу. Кармен подавила в себе импульс влечения и пыл сладострастных чувств. Она не могла допустить любви к вампиру, поэтому столь упорно противостоял "природе", заменив её на ненависть. Что получалось плохо. Но возможно ли обманывать свою суть постоянно? А уж тем более оспаривать настоящую, неимоверно сильную связь. Когда его биение пульса смешивается с её собственным. Кармен испустила вздох, откинув прядь рыжих волос назад. Такая перспектива не радовала, но была необходимой во благо существования. Насколько это долго продлится? Нужно будет всю жизнь скитаться с вампиром, с которым вы неразрывно связанны жизнями и пленяющей страстью? — Я не хочу любить тебя, — тихо произнесла она, сжав руки в кулаки. — Потому что я монстр? Его голос предательски дрогнул, а в глазах мелькнул проблеск обиды и горечи, словно вскрыли его зияющую рану. Он знал, что с каждым днем связь будет только крепчать... — Да, — сухо ответила Кармен, не стесняясь задеть Леона. — Это как минимум. А ещё, потому что это неправильно. И если об этом узнает отец и другие охотники... — Хм... — протянул Кеннеди и повернул голову в направлении её тонкой шеи. Запах крови манил всё больше, завлекал словно песнь сирены. — Ты же понимаешь, что мы не можем проводить наши дни в мнимой ненависти постоянно? Как бы нам не хотелось - страсть, любовь накроет нас с головой рано или поздно. Она приоткрыла свои пышные губы, заметив, как он поддался ближе. Сердце забилось чаще, а эмоции и чувства, даже мысли переплетались в унисон. Это было что-то похожее на настоящую химию. Еще секунда и губы Леона вместе с клыками сомкнулись бы на её яремной вене, однако Кармен резко поднялась с места. Она подняла подбородок и взглянула на вампира со смесью страха и затуманенного желания. — Я смогу ненавидеть тебя, — выпалила Кармен, натянув на себя капюшон. — И не вздумай повлиять на меня своим дурманом. — Не собирался. Связь всё сделает сама, вот увидишь. Кармен не стала слушать его, а уж тем более задерживаться здесь. Вся эта новость была настоящим ошеломлением и испытанием на выдержку. Что-то внутри неё боролось за то, чтобы развернуться и пасть в ледяные руки Кеннеди...Но нет. Нельзя. Нужно ненавидеть его.***
В обители все охотники заядло поздравляли её с первым убийством и меткой охотницы. Вот только сама Кармен не чувствовала даже намека на гордость и удовлетворения за содеянное. Было даже отвратно в какой-то мере. — Ты молодец, Кармен. Я горжусь тобой, — радостно проговорил отец, ухмыльнувшись. — Впредь, я надеюсь, ты так же хорошо будешь выполнять остальные убийства и очищать наш город. Слабо кивнув, она выдавила из себя улыбку. А потом изобразила изнуренность, зевнув. — Можешь во мне не сомневаться, отец. И я, пожалуй, пойду спать. Охота выжала из меня все соки. Не дождавшись дальнейшего ответа - Кармен последовала вдоль длинного коридора, по бокам которого располагались комнаты постояльцев охотников. Достигнув деревянной, извилистой лестницы, она поднялась на второй этаж. Здесь же размещались её покои, её отца и остальных охотников "старейшин". Которые имели особое влияние и силу. Дверь расспахнулась под давлением её ладони, впуская в уютную и родную комнату. Окно было зашторено плотными шторами насыщенного изумрудного цвета, а двухспальная кровать стояла в самом центре. Это было всё, если не считать шкафа. Но и в нем кроме удобной одежды для охоты ничего не было. Никто не приучал её к роскоши, не позволял носить платья и прочую, обычную одежду. Вся жизнь, начиная с детства, была окружена борьбой и жестокостью. Сказкам про любовь там не было и места. Кармен привыкла к этому, но ей хотелось порой вдаться в нежность, а не хладнокровность битв. Испустив усталый вздох, она подошла к зеркалу, которое висело рядом со шкафом. Кармен стянула с себя тяжелый плащ, кофту, а следом и обтягивающие, кожаные штаны. Руки потянулись к бинту, что плотно прилегал к груди и резал чувствительную кожу по краям. Она неспешно начала разматывать его, ощущая облегчение с каждым движением. Отбросив бинт в сторону, Кармен на мгновенье прикрыла глаза, пока легкая боль из-за сжатости спадала, а прохлада приятно окутала всё тело. Дискомфорт от бинта был невыносимым, но вместе с этим это вынужденная мера, чтобы в бою было удобнее. В такие моменты она проклинала свои пышные изгибы, что трудно адаптировались к её суровой жизни. Откинув густые пряди волос назад - Кармен достала из шкафа воздушную, короткую ночнушку и надела её. Только так она могла напомнить себе о собственной нежности... Забравшись на кровать, Кармен натянула на себя пышное и прохладное одеяло. Напряженность со всего тела плавно исчезла, сменившись приятной и долгожданной расслабленностью. Перед тем, как провалиться в сон, на языке она ощутила фантомный металлический привкус, а в груди завибрировало чувство удовлетворенности и утоления голода. Связь... Она могла поклясться, что прочувствовала Леона. Его мысли, желания и даже то, чем он занимался. Кеннеди с упоением питался кровью невинного человека...Что не было удивлением, но оставляло неприятный осадок. "Как ты меня достал, Кеннеди..." Не желая больше прислушиваться к нему сквозь узы, Кармен закрыла глаза вновь и отдалась пелене сна. Через несколько минут, перед глазами начали появляться различные образы, пока они не слились в одну единую картинку. Она вновь оказалась в заброшенной церкви. За разбитыми окнами стояла непроглядная тьма, а единственным источником света были канделябры, в которых горели свечи и воск плавно стекал по ним, застывая. Увидев свое облачение - ту самую ночнушку, Кармен рефлекторно прикрыла тело рукой, ведь чувствовала уязвимость. Жар внезапно прилил к её лицу, заставив рвано выдохнуть. В паре метров показалась внушительная и крепкая фигура. Рассмотреть лицо, чтобы понять, кто решил отведать её сны было невозможно из-за полумрака. Но Кармен знала лишь одно - что её тянет к этому волшебному образу. Она приоткрыла уста, в попытке задать вопрос, но некто сделал пару аккуратных шагов вперед. На его лицо упало теплое пламя, что смягчало черты лица. Кармен округлила глаза, отступив назад, но уперлась в стену. Это был Леон...Он не давал покоя даже в сновидениях. — Кармен, ты...боишься меня? — поинтересовался Кеннеди, склонив голову в сторону. Его лицо отображало спокойствие и необузданное желание. — Боишься, что...даже если ты решишь отдаться этой любви, рано или поздно я сорвусь? Убью тебя? Она смотрела куда-угодно, но только не в его голубые глаза. В них можно увязнуть, забыться, позабыв о всяком здравом смысле. — Да и я признаю это. Что ты можешь знать о любви и нежности? На твоих руках столько крови и... Леон опечалено покачал головой и подошел ещё ближе, возведя руку, чтобы коснуться её щеки. Кармен зажмурилась, в ожидании боли, но он в свою очередь ласково погладил нежную кожу. — За все свое существование я многое знаю о любви, пусть и.…мне не довелось получать её. И точно знаю, что от неё нельзя бежать, как это делаем мы. Она замотала головой, подавив всхлип. Все оковы в грезах спадали, обнажая уязвимость. Узы крепчали, набирали обороты и как бы сильно Кармен не хотела противиться из-за принципов морали, чувства всегда будут сильнее. — Я не могу любить тебя. Это...обреченный союз. Вампир и охотница, как ты себе это представляешь? — жалобно протянула она, испытывая неимоверную тоску, некое желание от его прикосновений. И.…потребность в них. — Можешь...никто не обязан знать про то, что нас связывает. Одно лишь слово, и мы можем пропасть из этого города навсегда, — спокойно прошептал Кеннеди, склонившись ниже. Теперь его уста были в опасных миллиметрах от её шеи. — К тому же, как бы ты не кричала о ненависти ко мне - сны вскрывают твои истинные желания, подавляя лживую ненависть, что ты так пытаешься внушить. Было бесполезно бежать. Она напряглась, ожидая от его укуса мучительной боли, однако, когда клыки пронзили тонкую кожу, Кармен не почувствовала ничего кроме наслаждения и потребности в большем. Леон действовал осторожно, выпивая её кровь не спеша. В то время как его руки заботливо скользили вдоль живота и пышного изгиба бедер. Кровь была немыслимо сладкой; она даровала наслаждение. Тихо простонав, Кармен вцепилась в его крепкие плечи, стремясь слиться с ним... Но чем больше Кеннеди пил, тем слабее она становилась. Тогда её одолел страх того, что он не сможет держать себя в руках и выпьет всё без остатка. — Леон, — слабо прошептала Кармен, похлопав его по плечу. Опасения не подтвердились, ведь Леон тут же отстранился и слизал струйку крови на своих губах. — Я умею контролировать себя, Кармен. И своей любви, уж поверь мне, я не наврежу. — Это настоящее безумие, — на выдохе произнесла она, заслепленная маревом от любовных утех. Холодные ладони Кеннеди объяли её горячие щеки. Ему не хотелось прощаться с ней, но совсем скоро она проснуться и.…вряд ли будет рада столь насыщенному сну. Терять было нечего, поэтому он примкнул к её губам, бесцеремонно запуская язык. Она поддалась этому, охотно отвечая на ласки и чувствуя металлический привкус собственной крови на кончике его языка. — Это любовь... Слова стали вязкими, еле достигая её ушей. Образ Леона расплывался, краски тускнели и тогда Кармен резко распахнула глаза. Она приподнялась на кровати, в попытке отдышаться. Сквозь тонкую щель штор, в комнату начал проникать лучик утреннего света. Ткань ночнушки неприятно липла к телу, а Кармен отчаянно пыталась принять всё то, что произошло ночью... Алые уста пылали так, словно поцелуй произошел на яву. Спохватившись, она поплелась к зеркалу и начала лихорадочно осматривать шею, на наличие колотых ран, но кожа была безупречно чистой и невредимой. Но это не принесло облегчения. Воспоминания терновым венцом впились вглубь её души, перекрыв доступ к кислороду. Его холодные руки, влажные губы и.…укус, что не принес ничего кроме ранее неизведанного удовольствия. Вместе с этим пришла удушающая вина за столь откровенные сны о своим врагом. "Это просто сон, Кармен. Глупый сон." Из раза в раз проговаривала она в мыслях. Однако убеждать себя можно сколько угодно, но истина совсем другая — это не являлось обычным сном. Сквозь пелену грез, они встретились на более тонком уровне, что позволило узам укорениться глубже. Если раньше с влечением можно было справиться легко, заглушив его и перекрыв ненавистью, то сейчас, после сладкой ночи — это давалось особенно трудно. Разум затуманивался сильнее, отчаянно требуя лишь одного - Леона. Его прикосновений и тепла, что исходило от него не смотря на ледяную кожу. Кармен в панике задышала, не зная, куда податься и что предпринять в этой безвыходной ситуации. Единственное, что было ясно - не стоит показывать уязвимость при отце. Нельзя, чтобы он догадался об этом.... Она закрыла глаза, что есть силы сжав руки в кулаки. Кармен поклялась, что с головой уйдет в изнурительные тренировки, лишь бы забыться и стать настоящей охотницей, о которой и мечтает отец...***
Неделя тянулась вязко и мучительно. Как бы Кармен не пыталась пробудить в себе охотничьи инстинкты и забыть про существование Леона - всё было зря. Она понимала, что не хотела убивать никого, даже в вампирах. Нежность и сострадание в глубине души не давали ей это сделать. Ситуация лишь ухудшалась: подобные сны стали обыденностью, а к отродью её тянуло лишь сильнее...Она чувствовала его эмоции, слышала мысли и.…потребности. Это было настолько невыносимо, что в один из дней она больше не могла терпеть это противостояние между здравым смыслом и настоящим внутреннем желанием. Провинцию окутала глубокая, туманная ночь. Кармен стояла около своего окна, вглядываясь в лес, что погрузился во мрак. Из-за воздушных облаков выглянула полная луна, отбрасывая свой свет на её лицо . Кармен завороженно наблюдала за этим, слыша зов из самой чащи. Тот самый нежный, пленный голос Леона, что сопровождал её во всех снах. Кончиками пальцев она коснулась холодного стекла, не в силах противиться чудовищной жажде оказаться рядом с Кеннеди...Это было выше её былых клятв роду и самому отцу. Решительно отойдя от окна - она облачилась в привычный одежду, захватив с собой револьвер и пару кинжалов. В тайне из обители проникнуть на улицу не составило и труда. Оказавшись на заднем дворе, Кармен вдохнула ночной воздух и сосредоточилась на энергии внутри. Связь вела Кармен прямиком к Леону, поэтому, слушая этот зов она быстрым шагом последовала к дремучему лесу. По мере приближения, пульс всё сильнее кипел в жилах, а дыхание ускорялось. Кармен переступила через толстые корни дерева и раздвинула ветки ладонью. Перед ней оказалась широкая поляна, с одиноким деревом, под которым скучающе сидел Кеннеди. Он усмехнулся краем губ и медленно повернул голову в её сторону. При лунном свете его глаза были ещё более обворожительными и манящими. Она хотела поддаться ближе и впиться в губы Леона, но что-то глубоко внутри сдерживало её и кричало, что это неправильно; предательство всего рода, предательство себя... — Я скучал по тебе. Даже считая факт того, что мы виделись во снах. Кармен бросило в жар, а по лицу разлился густой румянец. Она догадывалась, что это не было обычными грезами, но до последнего отрицала. Судорожно вздохнув, Кармен обхватила рукоять клинка, сокрытую под тяжелой тканью плаща. — Разорви её, — дрожащим голосом произнесла она, игнорируя неуместные мысли, что так и норовили залезть в голову. — Разорви связь, которую ты сам создал. Зачем мучаешь и влияешь на меня через сны, заставляя любить тебя... Кеннеди поднялся с земли, отряхнув листья с брюк. Он сделал осторожный шаг вперед, однако это только сильнее напугало Кармен и заставило её попятиться назад. — Я ничего из этого не совершал. Столь сильную связь нельзя образовать самостоятельно, а уж тем более без желания...пассии, — спокойно разъяснил Леон и поджал губы. — Она образовалась благодаря влечению и взаимной любви, Кармен. Тебе нужно принять свои чувства и не стыдиться их. — Ты лжешь! — выпалила Кармен, а горячие слезы, что текли ручьем, обожгли нежную кожу щек. Ей было страшно от того, что в словах Леона была чистая, непорочная правда. Она устремилась вперед, выставив перед собой кинжал. В долю секунды ей удалось прижать его к широкому стволу дерева. Кеннеди не сопротивлялся, лишь с упоением и безграничной любовью наблюдая за Кармен. — Ты можешь убить меня, но тогда погибнешь вместе со мной, — ласково пробормотал он, приподняв руки в победном жесте. Кинжал в её ладони задрожал, а слезы хлынули новой волной. — Не смей делать это, — сдавленно прошептала она, заставив руки безвольно опуститься. — Делать что? — Говорить таким нежным голосом. Смотреть на меня вот так... Кинжал выпал из её ладони, беззвучно упав в листву. Кармен осмелилась встретиться взглядом с его бездонными глазами, и тогда её сердце совершило кульбит. — Как же мне ещё смотреть на женщину, которую я люблю? Она замерла от этих слов на доли секунды и не в силах сопротивляться этому - жадно впилась в его губы. Леон тут же притянул её к себе ближе за талию, подхватив долгожданный поцелуй, а их языки сплелись в яростном танце. Кармен нетерпеливо застонала, схватившись за его плечи. Он мягко отстранился от её сладких уст, затуманено глядя на неё. — Я узнал, что нашу связь необходимо окончательно скрепить моим укусом. Ты будешь под моей защитой и другие...вампиры будут знать это, а значит к тебе не притронутся. К тому же...ты сможешь чувствовать мои эмоции и всё прочее, когда сама захочешь и это не будет доставлять мучений. Дарует тебе бессмертие, но вампиром ты не станешь, не переживай. Она застыла в раздумье, понимая, на какой безумный шаг идет. Он означал конец всему, во что верила раньше. Отречься от своего предназначения и.…предать Обитель, отца. Но чувства били через край и в какой-то момент ей стало плевать. На статус охотницы, принципы и долг, что повесили на неё. — Сделай это, Леон, — пробормотала она и обнажила свою шею для его клыков. Кеннеди бережно погладил талию Кармен вновь и, оттолкнувшись от дерева, увлек её на землю и навис над ней. Листва приятно зашуршала, а лучи лунного света полностью озарили её лицо. — Ты уверена в этом, Кармен? Эти узы невозможно разорвать и они будут с нами всю бессмертную жизнь, — тихо произнес Леон, кончиками пальцев пробегаясь по её шее. Она утвердительно кивнула и окольцевала его шею, привлекая ближе. Кожу защекотало теплое дыхание Кеннеди, от которого по всему телу разлились мурашки. — Уверена. Ну же...приступай, — умоляюще потребовала Кармен, прикрыв глаза. Её тело расслабилось, словно приглашая его руки и уста. Леон больше не медлил - открыл рот, позволив клыкам вытянуться. Его широкие ладони бережно коснулись талии, а клыки пронзили чувствительную кожу. Кровь хлынула в рот Кеннеди, из-за чего он издал короткий стон. Кармен дернулась, будучи обескураженной секундой болью, что сменилась немыслимым наслаждением. Глубоко внутри неё разлилась теплая энергия, которая медленно, но, верно скрепляла их души. Переживания исчезли, не оставив после себя ничего, кроме звенящей любви и единения. Леон же более жадно впитывал её сладкую кровь, усилив хватку на талии. Тело дрожало в блаженстве и желании взять больше. Но как только он почувствовал, что Кармен становится слабее - сразу отстранился с глухим стоном и вытер уголки губ. Кеннеди укусил себя за запястье и багряные капельки крови выступили на его безупречно бледной коже. Он поднес руку к её губам и мягко приказал: — Пей. Лишь один глоток, чтобы завершить ритуал. Она ослаблено вздохнула, ещё не прийдя в себя от такой волны удовольствия. Но слова Леона резонировали глубоко внутри и это дало ей стимул высунуть язык дабы отведать пару капель. Горькая кровь разлилась в её рту, из-за чего Кармен поморщилась. Когда глоток был совершен - их двоих накрыла очередная волна, окончательно скрепивши узы. Любовь, влечение и страсть обострились втрое, как и "ощущения друг друга". Она мягко улыбнулась и села, тут же потянувшись к Кеннеди. Их тела сплелись в трепетных объятиях, а поцелуи посыпались градом. Невидимая метка, оставленная Леоном на шее, приятно жгла. Кармен сама поражалась тому, как легко позволила ему оставить этот след...Любовь, и природная связь явно были сильнее, нежели заблуждения. — Я не хочу возвращаться в Обитель. Убийства...вампиров не мой путь. Я лишь хочу разделять свои дни с тобой, — шептала Кармен, не в силах отстраниться от него. — Но вместе с этим ко мне закрадывается вина. Узы не изменили её личность, желания и чувства - они вскрыли их, подавив сомнения и заблуждения...Кеннеди оставил поцелуй на её шее, а после провел горячим языком. Из уст Кармен вылетел стон, который она и не пыталась подавить. — Никто не в праве решать кем тебе стать, кого любить и.…что делать со своей жизнью, — ласково произнес он и на выдохе продолжил. — Я придумаю что-то, что заставит их поверить в твою смерть. Тогда мы отправимся далеко отсюда в.…одно из моих поместий. Нас будет ждать спокойная, уединенная жизнь. Ты согласна, Кармен? — Конечно согласна, но...нам нужно составить тщательный план, чтобы...отец никогда не догадался, что мы обвели его вокруг пальца, — томно прошептала она, скользнув ладонью по его широкой груди. — У меня есть одна идея, но я расскажу её тебе позже, когда она станет надежной, — любовно пробормотал Леон и кончиками пальцев скользнули по двум крошечным, бардовым точкам, что контрастировали с её светлой кожей. Ему приятно было осознавать, что теперь Кармен находится под его покровительством и всецело защищена от недобросовестных вампиров. Она дрогнула и тихо промычала от столь трепетного прикосновения. Хотелось остаться с Кеннеди подольше и разделить с ним ночь, но это невозможно...Вернуться в Обитель придется и лучше сделать это как можно раньше, чтобы отец ничего не заподозрил. — Как же я хочу остаться и провести ночь с тобой, утопая в твоих ласках, — проговорила Кармен и решительно прижалась устами к шее Леона, чувствуя, насколько медленно и равномерно бьётся его пульс. Промурлыкав, она с особым упорством втянула нежную плоть, вырвав из него приглушенный стон. Когда Кармен отстранилась с тихим причмокиванием, на бледной коже Кеннеди расцвело алое пятно. Он довольно усмехнулся и пробежался по её огненным волосам. Они были так близко к друг другу - душой и телом. Связь была неимоверно сильной: пульсирующая нить, что пылала перетекающей страстью. — Если бы я только мог воплотить твое желание сейчас...Но придется потерпеть, — непринужденно сказал Леон, а в его глазах отобразилась печаль и едва уловимое недовольство. — Тебе лучше уйти, чтобы никто не узнал о нашей любви... Разочарованно кивнул, Кармен поднялась и слегка пошатнулась от потери крови. Однако это состояние было приятным, ведь было вызвано благодаря Кеннеди. В её жилах по-прежнему текло вожделение, что можно было заглушить лишь близостью. — Встретимся через несколько дней - поведаешь мне о плане, — томно ответила она и заправив спутанную прядь волос за ухо, усмехнулась. Он тоже поднялся с земли и приблизился настолько близко, что Кармен чувствовала его дыхание на своих губах. Словно зачарованный, Леон тыльной стороной ладони погладил её щеку, а кружевные оборки его манжет приятно защекотали кожу. — Обязательно. Ступай и знай, что мы можем связываться с друг другом и через узы... Она оставила короткий поцелуй на его руке, которая не прекращала гладить щеку, а после отстранилась и последовала прочь. Желание обернуться было сильным, но Кармен понимала, что если сделает это - их будет не остановить - страсть накроет с головой... Леон же остался стоять на месте, влюблённым взглядом наблюдая за тем, как утонченный силуэт отдаляется и сливается с тьмой ночи. Он был безмерно счастлив, что Кармен приняла свои чувства и перестала считать это чем-то постыдным. Больше её не тревожил ни долг, ни контроль отца...она принадлежала самой себе и Леону. Но никак не Обители и призрачной обязанности перед родом.***
Последующие недели Кармен носила маску перед отцом и другими членами Обители. Это выходило сложно, но подозрений не вызвало. Ей пришлось убить нескольких вампиров на охоте вместе с отцом, что вызвало внутри чувства отвращения и тошноты от столь неприятного зрелища. С Леоном же удалось увидеться лишь раз, но встреча не продлилась слишком долго - они успели обсудить план и дату его осуществления, но времени насладиться друг другом не было. И наконец наступил вечер решающего дня. Воздух был пропитан запахом дождя, а Кармен почувствовала приятное покалывание, что предвещало присутствие Леона. Она ступала аккуратно по лесной местности, продвигаясь к обрыву. Охотники шли прямиком за ней, а отец рядом. — И где же он? — поинтересовался он, крепче стиснув холодную рукоять клинка. — Ты уверена, что след ведет именно сюда? Кармен замерла у самого края. Там внизу были одни лишь скалы, окутаны туманом. А если хорошо присмотреться, можно было заметить реку. Ей стало боязно, поэтому она поспешно отошла от края и дернула подбородком в сторону. — Он не мог уйти далеко. Я чувствую, что он где-то рядом...выжидает, когда мы будем уязвимы, — холодно произнесла Кармен и раздраженно фыркнула. "Милая, я приступаю к плану" — пророкотал голос Кеннеди в её голове, что заставило её щеки загореться едва заметным румянцем. Вдруг, погода резко ухудшилась - вдали загремело, неподалеку ударила молния, а с неба обрушился ливень. Вокруг заклубилась черная дымка и Леон осторожно показался со своего укрытия. Охотники тут же навели на него свое оружие, понимая, какое зло стоит перед ними. Он был могущественным, поэтому дрожь в руках мужчин было тяжело скрыть. Они с опаской сделали шаг назад, на что Кеннеди задорно усмехнулся, а взгляд его был направлен лишь на один объект обожания - Кармен...В их глазах вспыхнул ответный огонь, который ничего не могло потушить. — Вот и пришел твой конец, отродье, — выплюнул отец, направив в его сторону кинжал. — Стреляйте. Но Леон был куда быстрее - пули пролетали мимо, пока он стремительно приближался. Справа послышался мучительный крик и характерный хруст. Он впился в глотку одного из охотников, а кровь стремительно стекала по подбородку Кеннеди, и это повергло в шок всех остальных. В их глазах Леон был монстром и лишь в глазах Кармен он был любовником и самым близким человеком. — Кармен, стреляй же! — выкрикнул отец, с опаской наблюдая, как Кеннеди переключился на другого охотника. Она же изобразила животный страх, округлив глаза, позволив револьверу упасть наземь. Дымка стала гуще, из-за чего видимость стала нулевой. Этим и воспользовался Леон - молниеносно приблизившись к Кармен, он бережно схватил её за запястье и потянул к себе. Так они приблизились к обрыву. Кеннеди прижал её спиной к своей груди и склонился над ухом: — Ничего не бойся, Кармен, я тебя держу, — прошептал он, ненавязчивым движением погладив утонченную линию её челюсти. Леон вдохнул приятный запах Кармен и слабо усмехнулся. Дымка рассеялась и теперь отец и оставшийся охотники увидели, в каком же ужасном положении они находились. Кеннеди крепче сжал её талию и склонил голову в сторону. — Уже поздно. Двинетесь хоть на шаг - я с радостью разорву её глотку либо сделаю шаг назад и от неё ничего не останется, — холодно проговорил он, а Кармен почувствовала, как его пальцы в незаметном жесте огладили живот, сквозь влажную ткань промокшего плаща. Глаза отца расширились: в них плясала ненависть и страх, но не за Кармен, а за самого себя. Он не способен быть отцом...она для него лишь расходный материал - охотница, но не более. Уцелевшие охотники пусть и держали оружия вытянутыми, но не осмеливались что-то предпринять. Сила Леона была слишком велика, а власть безпредельная. Но ему не нужно ничего из этого. Единственным желанием остается уберечь возлюбленную и отправиться с ней в укромное место, дабы разделить вечность. — Отпусти её! — пригрозил отец, нахмурившись. Он держался на земле уверено и явно намеревался сделать шаг. — Ты уверен, что тебе нужна Кармен? Ты ведь относишься к ней как к данному, — безмятежно проговорил Кеннеди, и именно спокойствие в голосе, не смотря на ситуацию, очень пугало. — Я думаю её кровь очень сладкая... Леон провел пальцами по её шее, чувствуя, как бешено стучал пульс от волнения. Кармен дернулась от прикосновения, идеально отыгрывая тревогу и желание выбраться. — Отец... — беспомощно прошептала она и прикрыла глаза. Дыхание Кеннеди опалило кожу, а после его губы невесомо коснулись участка, где проступила яремная вена. — Ты не посмеешь, — выкрикнул отец и ринулся вперед с кинжалом. Ровно в этот момент Леон сделал решительный шаг назад и увлек за собой Кармен. Из её уст вырвался крик: земля ушла из-под ног, а в ушах начал звенеть ветер, а отец безмолвно наблюдал, как их тела исчезают в тумане. Ей было страшно, но хватка Кеннеди была стальной. Они стремительно падали вниз, и когда она ожидала болезненного удара об землю - под ними заклубилась темная дымка, что замедлила падение и даровала им мягкое приземление около темного леса. Почувствовав почву под ногами, Кармен не сдержала радости и набросилась на Леона с объятиями. Он тут же прижал её к себе и уткнулся в макушку, вдохнув запах её влажных волос. Его взгляд устремился на карету в нескольких метрах. — Давай пойдем. скорее. Не будем заставлять наш экипаж ждать...***
В карете, что стояла неподалеку было тепло. Кеннеди предоставил ей сухую одежду, которую поручил привезти слугам из его особняка. Она быстро переоделась в рубашку, что пришлась на несколько размеров больше. Затянув шнуровку у груди, Кармен откинулась на мягкую спинку сиденья и взглянула на Леон. Карета пришла в движение, из-за чего её начало покачивать. — Это...твои слуги? Ты не рассказывал про них. Я думала мы будем добираться своими силами. Это позабавило его, от чего он не сдержал короткого смешка. — Можно и так сказать. Они тоже вампиры - обитают в поместье на краю города, куда мы и направляемся. Даже для меня - вампира это очень длинное расстояние. Почему бы не воспользоваться комфортом? — Ты...прав. Она улыбнулась в ответ и смутилась, когда холодная ладонь Кеннеди легла на её бедро и начала неспешно поглаживать. Его умиляла эта реакция, как и выражение лица Кармен в такие моменты. Не раздумывая, он потянулся за долгожданным поцелуем, но она ловко увернулась от его губ и указала подбородком вперед. — Леон, — намекнула Кармен, надеясь, что Леон поймет, что к чему. Он проследил за её движением и переместил взгляд на портьеру, что открывала вид на спины кучеров. Кеннеди подался вперед и плавным движениям задернул шторку, что даровало им некую приватность. Смелость взяла вверх и Кармен первая примкнула к его губам. Весь долгий путь к поместью сопровождался их ласками и разговорами про всякие мелочи и планы на будущее. Узы были настолько крепкие, что им было тяжело отстраниться друг от друга хотя бы на секунду...***
По прибытию во внушительное поместье уже перевалило за полночь, и Леон тут же начал раздавать приказы подчиненным, и это пробудило трепет в глубине души Кармен. Ведь Кеннеди очень лояльно и по-доброму, как к друзьям, относился к ним, не смотря на всю власть в его руках. Неоспоримым глазом можно было увидеть, как другие вампиры уважают Леона и взаправду считают своим другом. — Ты знала совсем другую "правду" про нас, верно? — поинтересовался он, бережно ведя Кармен под локоть вдоль широко коридора на втором этаже. Теплое пламя от свечей обрамляло его лицо и придавало некой таинственности...романтичности. — Меня с самого детства обучали тому, что вампиры это зло. Мне толкали такие страшные вещи, что...порой это в голове не укладывалось, — прошептала она, с интересом разглядывая интерьер поместья. — Среди нас бывают и жестокие, которые совершают плохие поступки, но далеко не все такие, — мягко отметил Кеннеди и толкнул массивную деревянную дверь, что вела в спальню. Кармен пришла в восторг, когда увидела бархатные шторы кровавого цвета, что защищали комнату от солнечного и лунного света. Огромная кровать стояла по центру, а на стенах висели канделябры, в которых медленно горели свечи, озарив спальню теплым, интимным светом. Леон закрыл за собой дверь и слегка усмехнулся. — Впредь это будет нашей спальней, если ты не против, — проговорил он, приблизившись к ней ближе. Она развернулась к нему и ловко окольцевала его шею. — Я только за... Кеннеди обнял Кармен крепче и подвел к кровати, мягко уложив её. Их уста тут же врезались в друг друга с жадными поцелуями. Это давало отличную подпитку их связи. — Я ждала этого, — пробормотала она и издала рванный стон, когда он уверенно стянул с неё рубашку, а после штаны, а после проделал тоже самое со своим облачением. Леону открылся вид на её обнаженное тело, на которое он смотрел с упоением и обожанием...Каждый изгиб был утонченным, словно высеченным из мрамора... Позабыв обо всем, они отдались в руки наслаждению. Складывалось впечатление, что они знают друг другу не одну жизнь. Кармен прикрыла глаза и откинула голову на мягкие простыни. Широкие и холодные ладони Кеннеди уверенно скользили по бокам и бедрам, вызывая приятную дрожь в теле. А его влажные губы вожделенно покрывали нежную кожу шеи и ключиц поцелуями. Узы усиливали ощущения в несколько крат и делали процесс ещё более невероятным. Леон склонился ближе и уткнулся носом в изгиб шеи Кармен, пока их бедра создавали ненавязчивое трение. Их сердца забились в унисон, а реальность путалась, ведь это походило на приятное сновиденье из-за сложности поверить во все происходящее. — Повернись на живот, Кармен, — мягко указал Кеннеди и подмигнул ей. Она сквозь пелену удовольствия сделала так, как желал он. Её колени уперлись в мягкие простыни, как и руки. Леон поддался ближе и провел ладонью по спине Кармен, из-за чего она выгнулась сильнее, а после ненавязчиво надавил. — Ты можешь пригнуться, так будет комфортнее для тебя, — спокойно прошептал он. Его голос был словно маяк, к которому хотелось прислушиваться. Кармен опустилась и заметила, что так взаправду стало удобнее. Мягкие простыни щекотали кожу её щеки, пока она наблюдала за сосредоточенным лицом Кеннеди. — Ты слишком серьезный, — на выдохе произнесла Кармен, когда его руки ласково легли на её бока. — Я просто хочу, чтобы тебе было приятно... — С тобой иначе и быть не может... Леон усмехнулся на эти слова и грудью прижался к её спине. Она не сдержала подступившего стона от горячего дыхания, что обожгло лопатки, и слегка вильнула бедрами. Сдерживаться не было смысла, поэтому он плавно вошел с прерывистым выдохом, а после начал аккуратно двигаться. Кармен не желала перехватывать инициативу, продолжив наслаждаться близостью. Она лишь изредка покачивала бедрами в ответ по мере того, как темп нарастал. Звук шлепка кожи об кожу стал громче, как и их стоны. Рука Леона порой с бока перемещалась ей на живот, что вызывало волну мурашек. Но взгляд был направлен на манящий изгиб шеи, а запах крови Кармен заполнил всю комнату. — Кармен...могу ли я выпить твоей крови? Совсем немного, — затуманено произнес он, уткнувшись туда носом. Она повернула голову в его сторону сильнее и уверенно кивнула. — Да, конечно...конечно можешь, — со сбитым дыханием произнесла Кармен, а в следующий момент шею пронзила секундная боль, что сменилась тягучим удовольствием... Кеннеди жадно начал пить её сладкую кровь, как можно дольше смакуя её на языке. Ему хотелось ещё и ещё...Движение его бедер стало в разы быстрее, но по-прежнему было осторожным. Кармен из-за переизбытка эмоций и ощущений сжала шелковые простыни, отдаваясь Леону. Сдержав свои порывы, он отстранился от её шеи и горячим языком слизал алые капли. Кармен облегченно вздохнула, когда волна наслаждения от укуса стала сильнее. Свечи, догорая, иногда подрагивали в такт их движениям. Кеннеди подушечками пальцев коснулся её груди и обвел чувствительные соски. Она вздрогнула от холода и блаженства, что исходил от его касаний. — Леон...я люблю тебя, — отчаянно выпалила Кармен, совершенно позабыв о прошлых заботах в пучине наслаждения. — И я тебя, Кармен... С решающими толчками они достигли сильной разрядкой, почувствовав эмоции друг друга. Этот всплеск был невыносимо ошеломляющим. Леон не спешил заканчивать, желая доставить ей как можно больше удовольствия. Он спустился ниже и крепко сжал её дрожащие бедра. — Леон, ты и так сделал достаточно, я... Договорить Кармен не дал горячий язык Кеннеди, что медленным движением обвел клитор. Из сладких уст Кармен вылетел очередной стон. Ощущения были слишком необычными и от того приятными. А через узы их наслаждение переплеталось с друг другом. Леон тонко чувствовал, в какой точке она выгибается больше и какой темп задает пик удовлетворения. С тихим причмокиванием, он обхватил губами чувствительный узелок, немного втянув в себя. Кармен рывком дернула бедрами, из-за чего ему пришлось ещё крепче сжать их. — Ш-ш-ш, тише, — опьянено пробормотал он, прикрыв глаза. К языку Кеннеди добавил свои длинные пальцы, которые осторожно ввел в её влагалище. Их темп был неспешным, приятным... Кармен покраснела пуще прежнего и спрятала свою лицо в простынях, а тело окатило волной дрожи. Чувственных и внимательных ласк Леона хватило ненадолго прежде чем она не достигла повторного оргазма. Кеннеди мягко усмехнулся и напоследок вновь провел горячим языком по пульсирующему клитору, в попытках некого успокоения. Отстранившись, он провел языком по своим влажным губам, на которых скопился её сладкий сок наслаждения. А после перекатился в сторону и заботливо привлек к себе дрожащее тело Кармен. Она прижалась к нему, положив голову на грудь. Леон мягко улыбнулся и подушечками пальцев убрал спутанные пряди её рыжих волос за ухо, поцеловав в висок. Она расплавилась под этими нежностями, желая быть как можно ближе со своей любовью. — Я рад, что ты прислушалась к своему сердцу, — пробормотал он и хмыкнул. — И я был приятно удивлен, когда ты...так внезапно отрекнулась от "предназначения". — Связь и чувства сделали свое дело. Еще в самом начали пути меня преследовали сомнения и я.…не ощущала себя охотницей. Ты помог открыть глаза на многие вещи…я очень счастлива быть с тобой здесь. В потоке эмоций Кеннеди оставил поцелуй на её румяной щеке, а после погладил. Именно любовь, настоящую любовь, он искал сквозь столетия. Тосковал, будучи в одиночестве. И теперь судьба или сама вечность, наградили его самым ценным подарком. Впредь он будет защищать её и их дом любой ценой. — Ты мне льстишь, — насмешливо пробормотал Леон и взял уточненную руку Кармен. Его нежные, пусть и холодные пальцы благоговейно пробежались по её запястью и предплечью, вызвав улыбку на лице. А потом комнату разразил смех. — Я даже не начинала, — торжествующее ответила она и медленно перевела взгляд на тяжелые, бархатные шторы. Ещё месяц назад Кармен не думала, что жизнь свяжет её с порождением ночи. Невероятно красивым, заботливым и нежным. В груди завибрировало тепло, что отозвалось и в душе Кеннеди. Его ладонь переместилась на её грудную клетку в области сердца. Оно бешено стучало от ранее пережитых ласк и...всепоглощающей любви. — Чувствуешь? — поинтересовалась она, и её глаза заблестели. — Чувствую, Кармен... Их любовь настолько сильна, что явно переживет не одно поколение. Полуночник и охотница...
