Разлом сердца

Шторм оказался не самым сильным препятствием молодой девушки, так упорно врезающей кончики пальцев в неизвестного материала борт судна, то и дело недовольно раскачивающего, после пережитого морского ветра. Гораздо большее сопротивление она оказывала серо-голубым глазам напротив, старательно въедающихся в память, с недавних пор ставших обременительными. Мужчина непозволительно близко склонился над Лирен, знал, что это единственный способ полностью приковать ее внимание, обезоружить. И был полностью прав - она не смела отвести взгляд. - Ты так старательно лепишь образ законченного циника, которому плевать на всё живое, - Ашриэль процеживал каждую фразу, и было не ясно какая эмоция опережает другую. Аверрис не нравился тон, ситуация и невероятная пустота внутри после использования ее необыкновенных сил. Обычно именно они толкали ее вперед в пучину хаоса и неизвестности, отчасти питали ее дурной характер, подбрасывая дрова в топку дерзкого языка. Но не сейчас. - Но на деле оказалось, что Лирен Аверрис - довольно-таки доверчивая особа, - мужчина совсем немного улыбнулся кончиком губ, подмечая совсем крошечную растерянность на ее лице. Нет, никто не смел подобраться к ней так близко. Особенно после смерти брата. Она боялась признаться самой себе, а еще страшнее - показать остальным. Глаза командира упорно хватались за любое движение мимических мышц. Лирен еще никогда не ощущала, что кто-то настолько близко подберется к ее маске, поймет что она скрывает уродство: ее жизнь в трущобах, среди мерзавцев без какой-либо морали; ее уродливых шрамах на сердце; ее одиночество и обреченность. Никто не посмел бы увидеть это в золотисто-огненных глазах. - Я вижу, как за тобой таскается Сайлен. Как он из кожи вон лезет, чтобы подставить плечо раньше, чем ты об этом попросишь. Вижу как Элеонор теряет самообладание и места себе не находит, стоит тебе побледнеть чуть сильнее обычного. Даже этот ремезар... Раэль чувствует в тебе то, в чем ты себе сама боишься признаться. Неужели это правда? Лирен не могла поверить, казалось на секунду она увидела в этих пепельно-морских глазах ревность? Это было невозможно, только не от Карна, потерявшего жену и не способного принять собственное бессилие. Аверрис всегда презирала лишь одно чувство - страх. Никто не должен был идти у него на поводу, а уж тем более разрушать собственную жизнь, но сейчас, впервые глядя на мужчину обнаружила это. Неужели и его маска покрылась трещинами? - Ты привязываешься к каждому, кто проявляет хотя бы тень искреннего тепла. К любому, кто не пытается сразу тебя убить. Ты ищешь в них союзников, тепло, даже опору. - Его брови сползли к переносице, пытаясь еще сильнее надавить на больное, тонкая полоска губ на мгновение сомкнулась и подарила крохотную надежду, что больше они не смогут принести ей боль. Она ошибалась. Ощутила это когда беспомощно один из ее ногтей согнулся под натиском перил, и эта мимолетная физическая боль показалась ей спасительной. Лишь бы никто не увидел ее настоящей. - Отчаянно ищешь в них того, кого потеряла, и тем самым роешь себе могилу. Пытаешься воссоздать прошлое из обломков случайных людей, - Лирен пыталась уверить себя, что он не посмеет снова окунуть ее в самый страшный кошмар, из которого она так отчаянно пыталась выбраться долгое время. - Ждёшь, что они заменят его, но они не смогут. Никто из них, - Карн лишь на мгновение позволил себе задержаться взглядом не на огненных глазах девушки, а опустить их на бледно-розовые губы. Он отстранился, выпрямился - снова надел маску. А Лирен не смогла произнести ни слова, что-то перекрыло путь к ее горлу, словно роковой шторм, что настиг ее судно, унеся жизни всех кого она когда-то любила. Кого не смогла спасти. - Не делай этого. Единственный совет, который я даю тебе не как командир, а ... как человек. Она больше не слышала его слов, не хотела слышать. Звенящая пустота потери близких людей заполнила все вокруг, покрывая мраком, которого она так отчаянно избегала. Боль которую она не могла заглушить ни алкоголем, ни многочисленными ранами, полученными в уличных боях. Когда она допустила ошибку? Позволила увидеть ее боль кому-то другому? Отчаяние постепенно заполняла ненависть. Нет, не к Ашриэлю - к самой себе. Не медля ни мгновения она резко схватила командира за его черную форму, притянула к себе с самой страшной силой известной человечеству - желанием. Желанием доказать свою ценность, желанием быть нужной. - Да какого хера я должна выслушивать это? - Явно превышая тон соблюдения субординации процедила Аверрис, прожигая взглядом мужчину. Всего лишь на секунду командиру стало непонятно, откуда взялись силы у этой девушки. Но посмотрев прямо в ее глаза, он застыл. - Даже такая дрянь, как я, никогда не читала тебе нотации о гибели твоей жены, чертов кретин! Ашриэль был готов покляться чем угодно, что его его рассудок свихнулся, но он увидел на ее глазах... Слезы? Словно бурный водопад, подобный характеру капитана контрабандистов, сметающих все вокруг подряд слез, спадал с солнечных глаз прямо по щекам бледной девушки. - Думаешь я рада каждый день ощущать это отвратительное разъедающее изнутри чувство? Оно лишь напоминает о своей власти! Кричит мне: "Ты должна быть рада жить здесь на земле! Ведь каждый шаг - лишь хруст костей твой команды под ногами!" Он не мог поверить, ведь его нравоучительные слова, как он полагал, должны были лишь показать ей опасность доверия, особенно к этим лицемерным личностям, собравшихся на одной палубе. Не без его помощи конечно. И впервые он ощутил ценность своих выражений, довольно резких и прямолинейных. - И, клянусь Дьяволом, Аши, если ты еще раз посмеешь упомянуть имя моего покойного брата, я лично покажу тебе ад, - прогрызла его маску, выплюнув остатки в сторону. Она отшвырнула командира вбок, совсем слабо, но пренебрежительно. Разворачиваясь, надеясь что он как можно быстрее уберется с чертовой палубы. И больше никогда не увидит ее слез. Слезы, что она пытается утопить в глубоком море, опираясь предплечьями на перила борта судна. Устремляя глаза в самую бездну, надеясь потопить там остатки надежды на нормальную жизнь, ведь для такой, как она, сама жизнь - ошибка, аномалия. Лирен почувствовала ладонь на своем плече и резко выдохнула, слуховой аппарат похоже немного расстроился и не уловил движения за ее спиной. - Извини, - совсем негромко, но так чтобы девушка услышала сказал Карн. Аверрис не могла поверить в то, что она услышала. Обернувшись, чтобы удостоверится что ее не подводят хотя бы глаза и перед ней действительно стоит Председатель Президиума Магистериума. - Я не буду повторять дважды, сеньорита, - сказал он мягко, словно пропев над ее левым ухом. И разум девушки, возможно впервые дал сбой. В глазах потемнело, до одури быстро. Ей показалось, она падает в бездну моря.