когда закончится лето

- ♡ - Начало весны. Снег тает, растения процветают, в колледже готовятся к экзаменам. Люмин готовилась к выступлению в колледже, они должны были танцевать с девушками на одном мероприятии в честь праздника. Все бы и было хорошо, но не всегда можно было жить в сладком мире с розовыми очками. Сяо в какой-то момент снова закрылся. Не выходит гулять, лежит дома, редко созванивается. Люмин ведь так и не узнала, что с ним, почему он так себя ведет. Это явно не было нормой, но поговорив с Ху Тао, та рассказала ей, что для Сяо уже давно это норма, а если быть точнее, у него есть некие психологические проблемы, о которых знает лишь Чжун Ли. Но тот уехал в командировку, отчего спросить девушка не могла. Так продолжаться не могло. В один из дней Люмин позвонила Сяо, тот нехотя и хрипло ответил, в голосе чувствовалась усталость и боль. — Привет. Я хочу с тобой поговорить. Ты можешь выйти на улицу? — спросила златовласка, надеясь, что ответ будет положительным. Парень некоторое время молчал, но затем ответил: — Прости. Не сегодня. В следующий раз может быть получится. Снова. Снова этот сухой ответ, который он говорил в последний дни каждый раз. Люмин не выдержала. — И когда этот следующий раз наступит? Я не понимаю, что с тобой, Сяо! Ты не подпускаешь меня к себе, я хочу тебе помочь, но ты банально из дома не можешь выйти, чтобы встретиться со мной. Молчание. Парень ничего не мог ответить, лишь томный вздох в трубку. — Люмин, прости. Просто такое время. — Ты вечно это говоришь. Я сейчас же к тебе приду. - ♡ - Парень хотел было отказать, но любимая уже повесила трубку. Он убрал телефон, затем провел рукой по волосам. Целыми днями он не вставал с дивана, заказывал доставку еды, мусор выкидывал в мусоропровод в подъезде. Он не хотел никого видеть, слышать. Хотел лишь остаться в одиночестве дома. «Почему в так поступаю? Почему я такой бессильный и жалкий?» — думал Сяо, чувствуя, как боль снова возвращается к нему. Неужели он опять вернется в то состояние, из которого не мог выйти годами? Через полчаса раздался звонок в дверь. Парень лениво встал и подошел, чтобы открыть её. Под глазами его круги от недосыпа, губы сухие, взгляд усталый. — Боже мой! Что с тобой случилось? — обеспокоенно расспрашивала девушка. Сяо остановил её. — Зачем ты приехала? Я же говорил, мне просто нужно побыть одному некоторое время... — Побыть одному? Ты выглядишь как чертов зомби! Пожалуйста, прими мою помощь. Мы же с тобой одно целое, мы встречаемся в конце концов. Сяо, я очень люблю тебя, я не хочу тебя терять, но ты ставишь между нами стену своими действиями. Я не понимаю уже, как мне до тебя достучаться! — говорила девушка, взяв руку Сяо в свою. Он слегка сжал ее руку, но затем оттолкнул. Парень лениво встал и подошел, чтобы открыть её. Под глазами его круги от недосыпа, губы сухие, взгляд усталый. — Боже мой! Что с тобой случилось? — обеспокоенно расспрашивала девушка. Сяо остановил её. — Зачем ты приехала? Я же говорил, мне просто нужно побыть одному некоторое время... — Побыть одному? Ты выглядишь как чертов зомби! Пожалуйста, прими мою помощь. Мы же с тобой одно целое, мы встречаемся в конце концов. Сяо, я очень люблю тебя, я не хочу тебя терять, но ты ставишь между нами стену своими действиями. Я не понимаю уже, как мне до тебя достучаться! — говорила девушка, взяв руку Сяо в свою. Он слегка сжал ее руку, но затем оттолкнул. Сяо отступил на шаг назад, вглубь своей темной прихожей. Его ладонь, еще хранившая тепло ее пальцев, безвольно повисла вдоль туловища. Этот жест — когда он оттолкнул ее — не был грубым по силе, но был сокрушительным по смыслу. — Одно целое? — его голос надломился, переходя в сухой, безрадостный смешок. — Вот в этом и проблема, Люмин. Ты хочешь быть со мной «одним целым», но ты не понимаешь, что это значит. Быть со мной сейчас — это значит захлебнуться в этой вязкой тишине вместе со мной. А я не хочу тебя топить. — Я не утону! Я умею плавать, Сяо! — в отчаянии воскликнула она, делая шаг за порог, нарушая его личное пространство. — Почему ты решаешь за меня, что мне под силу, а что нет? Сяо внезапно резко вскинул голову. В его глазах, обычно спокойных, как застывшее озеро, промелькнула ярость — та самая ярость, которая бывает только у людей, доведенных до предела собственной немощью. — Потому что я вижу тебя! — почти выкрикнул он, и этот звук в пустой квартире прозвучал как выстрел. — Я вижу тебя в колледже. Вижу, как ты смеешься с друзьями в кафе, как ты споришь с профессорами, как ты светишься, когда просто идешь по улице. Ты — это жизнь. А я... — он обвел рукой пустую комнату, — я — это вот это. Ты говоришь про «стену», но эта стена — единственное, что не дает моей тьме перекинуться на тебя. Он подошел вплотную, так что Люмин почувствовала запах горького кофе и лекарств. — Ты не «достучаться» до меня хочешь, Люмин. Ты хочешь, чтобы я изменился. Чтобы я стал «нормальным» парнем, который может пойти с тобой на весенний бал или просто посидеть в кафе, не вздрагивая от каждого звука. Но я не могу поменять себя. Я такой и есть. И эти две недели... это и есть настоящий я. Усталый, пустой и ненавидящий дневной свет. — Это неправда, — прошептала она, и слезы наконец заструились по ее щекам. — Ты просто боишься, а я хочу... — Да, я боюсь! — Сяо схватился за косяк двери, его пальцы побелели от напряжения. — Я до смерти боюсь того дня, когда ты проснешься рядом со мной в такой вот «черный период» и поймешь, что твоей любви недостаточно. Что ты тратишь свою золотую весну на то, чтобы сторожить мой покой в склепе. Он начал медленно закрывать дверь. — Сяо, нет! Если ты закроешь ее сейчас, я больше не приду! — голос Люмин дрожал. — Я не могу вечно стоять под дверью и гадать, жив ты или просто решил, что я тебе больше не нужна. Сяо замер. Половина его лица уже скрылась в тени двери. — Тогда не приходи, — тихо, почти не слышно произнес он. — Иди туда, где солнце. Весна в этом году слишком красивая, чтобы ты провела ее в темноте из-за того, кто не может даже выйти за порог. Может быть, мне стоит уйти? Дверь закрылась с негромким, но окончательным щелчком. Люмин осталась стоять в пустом коридоре. За окном на лестничной клетке цвели деревья, и их лепестки, занесенные сквозняком, казались на сером полу чем-то чужеродным и слишком ярким. Она прижала ладонь к холодному дереву двери, но за ним не последовало ни звука — только тяжелая, удушливая тишина, которую Сяо выбрал вместо нее. - ♡ - Проходили дни, недели. От Сяо больше не было сообщений, не было звонков. В сети он был только в тот день, когда Люмин приехала к нему. В свою очередь девушка также не появлялась больше в его жизни. Это расставание? На душе было больно, словно парень изрезал её сердце ножом. Может, и вправду стоит быть с теми, кто мог быть ярким, кто мог быть рядом с ней даже в шумной толпе на концерте какой-нибудь музыкальной группы? Жизнь ведь не должна закончиться на этом, верно? Однако, все вокруг словно потеряло тот уют, что она ощущала в отношениях с тем, кого полюбила больше всего. Фонари Ли Юэ надоедали, колледж казался наказанием в её жизни, а подруги даже не могли её поддержать. — Все! С меня достаточно, Паймон уже злится! — вдруг вскрикнула Паймон, придя к своей лучшей подруге домой. — Мы идем с тобой на дискотеку, организованную нашими одногруппниками из колледжа, где ты расслабишься и забудешь о Сяо. Ху Тао сказала, что пойдет с нами. Люмин пыталась отказаться, но выбора ей не оставалось. Собравшись, подруги выехали в нужное им место. Дискотека проходила ярко и шумно. Златовласка впервые почувствовала, как шум давит на неё. Она привыкла разделять спокойный уют и быт вместе с Сяо. И снова он в её мыслях. — Выпей! Это поможет тебе расслабиться, — сказала Ху Тао. Вообще, она тоже пыталась выйти на связь с угрюмым братцем, но тот даже ей не отвечал. Люмин приняла напиток. Она не любила пить много, знала, что Сяо не любит пьяных людей, но все равно это сделала. Она пила и пила, пытаясь забыться вместе с подругами. Они веселились, постепенно девушка вернулась в свое обычное яркое русло. Забыв о своих проблемах, она даже познакомилась с одним парнем. Но провела свое время она с ним недолго, ведь то и дело вдруг вспоминала лицо любимого. Нельзя. Нельзя ей было это делать. Но ведь, разве она не свободна сейчас? Он же сам ей говорил, что ей нужен такой же светлый человек. Настроение снова упало. Люмин решила уехать домой. Пока она ждала такси, слезы сами пробились из её глаз. Она стала звонить Сяо, но как и ожидалось, ответа не было. Лишь автоответчик, который был готов записать голосовое сообщение. — Придурок... Я знаю, что ты просто меня игнорируешь... Я так люблю тебя... Почему ты просто так отстранился? Почему ты думаешь, что ты должен уйти? Прошу, ответь мне... — со слезами на глазах говорила девушка, пытаясь получить ответ. Но как и ожидалось, ответа не последовало. И снова неделя в одиночестве. На следующий день должно было быть выступление, к которому так готовилась Люмин. Она так хотела увидеть на нём Сяо, пусть он и не будет в рядах людей, а где-то вдали. Но хотя-бы так она хотела увидеть его, знать, что он смотрел её выступление. Но кажется, теперь такого не будет. Выступление прошло отлично, но златовласка не была рада. Ей не принесло удовольствие то, что ей обычно так нравилось. А что теперь ей сделать? Ничего. Сяо больше нет рядом. Больше нет и не будет. Ведь так? На следующий день в колледже Люмин отправили в медпункт, ей нужно было забрать какие-то справки и отнести их своему куратору. И пока она искала бумаги, в какой-то момент она услышала знакомый голос. Это был голос куратора Сяо, она с ним познакомилась, когда встречала своего любимого после пары. И как бы не были её действия глупыми, она решила подслушать его разговор с врачом. — Да, сейчас он снова не появляется на занятиях. Писать об этом в документах также, как вы и говорите? — говорил куратор, тяжело вздыхая. — Верно. Просто запишите в эту графу «Тревожно-избегающее расстройство с депрессивными эпизодами». Что? Это его болезнь? Неужели Люмин была так слепа, что не могла заметить очевидного? В этот момент мир девушки переворачивается. Она понимает, что его «уходи» в тот вечер не было актом нелюбви. Это был симптом. Его мозг в тот момент буквально не мог генерировать радость или близость. То, что она приняла за холодность, было параличом души. Хотелось прибежать к нему, поговорить, сказать, что она была готова быть с ним рядом даже с этой его изюминкой. Но она понимала, что такой вариант будет не самым лучшим. — Извините, могу ли я у вас взять конспекты? Я отнесу их Сяо, — вдруг сказала златовласка, подойдя к куратору. Тот поприветствовал её, и конечно же отдал нужные конспекты, поблагодарив её за заботу о этом несчастном парне. После колледжа Люмин тут же поехала к дому любимого. Она уже приготовила записку до него, сложила конспекты и даже купила его любимый тофу. Постучав в дверь, она оставила послание под дверью и ушла, в надежде, что все наладится. - ♡ - Дверь открылась. Сяо взял пакет, в котором лежало тофу и конспекты, а также записка. Войдя в дом, он открыл записку и зачитал: — Привет, Сяо. Знаешь, я многое время думала, что ты разлюбил меня, что ты не хочешь меня больше видеть и решил таким образом отстраниться от меня. Но недавно я узнала, что творится у тебя на самом деле. Тебе не нужно пытаться стать "нормальным", ты индивидуален, у тебя своя изюминка и я люблю тебя таким, какой ты есть. Я подожду тебя, даже если такой твой период жизни продлится неделю, месяц, полгода. Я всегда рядом, когда ты будешь готов, приди ко мне, пожалуйста. С любовью, твоя девушка Люмин. Он застыл. Записка была слегка сжата, а из глаз полились слезы. Он наговорил ей слишком много мерзких и злых вещей, но, она все ещё продолжает его любить и ценить? В голове стали проявляться моменты их совместной жизни, радости мелочам, подарки, ночные прогулки. Сяо не хотел уходить. Он хотел быть рядом, хотел остаться с ней и никуда не отпускать, но своими действиями он делал только хуже. Прошла неделя. Парень долгое время обдумывал ее слова, обдумывал свои поступки и действия. Нужно было что-то менять в своей жизни. Поздняя ночь. Сяо никак не мог уснуть, и в конце концов, собравшись с силами, он оделся и поехал к Люмин. Во дворе час ночи, а он как глупый мальчишка едет к ней. Постучавшись несколько раз в дверь, парень уже подумал, что его любимая уснула и не откроет, но нет. Дверь открылась, а перед ним стояла с растрепанными волосами и сонными глазами Люмин. Она посмотрела на него, её сердце вдруг заколотилось в такт с его сердцем. — Прости, что так поздно. Ты знала, что я болен, и всё равно принесла те конспекты. Почему? Я же прогнал тебя самым мерзким способом, — отчаянно говорил парень. Он исхудал, взгляд его был прозрачным и стеклянным, но больше не было той защитной ярости. — Потому что я злилась на тебя, Сяо. А нужно было злиться на болезнь. Я думала, ты выбираешь одиночество вместо меня. А ты просто тонул, и пытался сделать так, чтобы я не прыгнула следом, — открыто сказала златовласка, подойдя ближе. Она не хотела нарушить его личные границы, поэтому не прикасалась к нему, пока тот не одобрит. — Я не знаю, станет ли лучше. Врачи говорят... это может повториться. Весна закончится, придет осень, и я снова могу стать тем "зомби", которого ты видела. Ты молодая, яркая. Зачем тебе ждать человека, который наполовину состоит из тени? Я действительно не понимаю. — Потому что в те моменты, когда тень отступает, ты — самый настоящий человек из всех, кого я знаю. Сяо, нам не нужно быть "одним целым" в плане постоянного веселья. Мы будем командой. Ты будешь учиться справляться с этим, а я буду учиться просто быть рядом, не пытаясь тебя переделать. Её слова дали надежду. Он снова видит свет, и чувствует, что этот свет никогда и никуда не уйдет. Иллюзия идеальной любви была разрешена, однако, теперь было построено зрелое понимание. Отныне не будет лжи, хоть и продолжится его подобное поведение и эпизоды, но теперь переживать это будет легче. Сяо помнит, что он теперь не одинок. Рядом с ним теперь его любимая девушка, которая готова поддерживать его, быть рядом, даже если они будут просто молчать. Сяо прошел внутрь квартиры. Люмин увидела, как глаза его были слегка покрасневшими. Он плакал. Девушка помогла парню снять куртку, затем протянула руки для объятия, чтобы узнать его ответ, а не давить. Он тут же прижался к ней, уткнувшись лицом в её шею. — Мне все ещё страшно, Люмин. Однако... С тобой в этой тьме больше воздуха. Спасибо тебе, — шепотом говорил он, слегка сжимая её своими холодными руками. Люмин слегка отстранилась, посмотрев в его глаза. Она провела рукой по его щеке, затем её взгляд устремился на его губы. Она притянулась к нему, но не напористо, давая ему отстраниться, если он захочет этого. Сяо же сделал шаг. Их губы слились воедино, этот поцелуй был полон отчаяния, они у друг друга просили прощения этим немым жестом. Постепенно они перешли на кровать. В комнате Люмин было так тепло. Тишина не давит, а лечит. Поцелуи были нежными, не напористыми. Руки блуждали по их телам, успокаивая друг друга от пережитого ими эмоций и трудного периода. Теперь нет никаких «я один», есть только «мы вместе». - ♡ -