я отравлен тобой

Дикиджи падал, но не разбивался, к его большому сожалению. Каждое падение отбивалось глухой ненавистью к себе за то, что он не может собраться. Синяки, которые оставались после падения, казались правильными. Ведь заслуженно же, нечего, как сопля размазываться, только по льду. Тренер чаще кричал, постоянно говорил - «Дикиджи, хватит лед полировать, соберись!».  А собраться уже не получалось долго. И вместо полетов на льду, он летал в своих мыслях. Состояние всегда и так было убойное, а после тренировок становилось еще хуже. Ненависть к себе подпитывалась по всем фронтам, в учебе ничего не получается, на тренировках ничего не получается. А причина какая? Самая обычная. Как у девочек всех - парень. Дикиджи до сих пор этот день помнит, хоть и хочется забыть навсегда. 

***

Влад лежит спокойно на диване, листая рилсы в инсте. Иногда что-то закидывает в избранное, иногда лайкает, что-то вообще Пете отсылает, хоть тот и вряд ли отсмотрит, он сейчас не дома вообще, а со своим любимым в отпуске. Ему бы тоже хотелось с Шайдоровым куда-то съездить. Они виделись-то раза три в жизни и то, Миша тогда приезжал по делам, ему не до Влада было, как он говорил. А хочется так, чтоб вместе долго лежать и нежиться. Чтоб ни о чем другом не думать, кроме друг друга.  От мыслей отвлекает звук уведомления. Петя что ли ответил, или лайк кто-то поставил. Влад вновь утопает в телефон, открывая вкладку с уведомлением, и не читая, сразу переходит на него. Оказывается, что это телега и чат с Мишей. Вспомнишь солнце - вот и лучик, думает Дикиджи.  мишаня <3 Влад Я думаю нам стоит перестать Перестать, что? От подозрений у Влада начала дергаться нога и стучать зубы, резко стало холодно. Пальцы не хотели печатать правильно, все время промазывая. владос папирос перестать что?  не понимаю  Дикиджи спрятался под одеяло, пытаясь найти тепло и перестать стучать зубами. Кожа покрылась мурашками, начинало не по-детски трусить от переживаний. Влад старался успокоиться, но вообще не получалось. Плохие мысли лезли в голову, ему нужно было подтверждение, что это лишь мысли, а не реальность. Миша печатал.  мишаня <3 ну закончить это нашу передружбу - недоотношения  мне не нужны проблемы  Влад прочитал. Буквы расплылись, а содержание показалось ложным. Он перечитал, но ничего не изменилось. Трусить перестало, плохие мысли превратились в реальность. Только все было намного хуже. Влад думал, что встречается с Мишей уже четыре месяца. Никто не предлагал, но это не было нормой дружбы. Теперь все недовольные мордочки Миши при длительных поцелуях, нежелание оставаться вместе на долго, пропадания на два дня, начали оправдывать себя.  Шайдоров, видимо, никогда и не хотел быть с ним вместе, делить настроение, миловаться долгое время, разговаривать о чем угодно. И это расстраивало, потому что Владу он действительно нравился. Первая слеза скатилась от глаза до щеки почти сразу, вторая прошла такую же дорожку напротив через минуту. А потом Дикиджи не мог их остановить. Так и лежал минут 10, смотря в телефон перед собой.  Он сам себе все придумал. Было больновато, но он и злился. Злился на себя и Мишу, потому что они вместе дали надежду. Он дал себе надежду на крепкие отношения, ведь думал, что уже встречается с Шайдоровым. А Миша постоянно флиртовал, писал Владу поддержку, ставил лайки на истории и милости отправлял, давая понять, что между ними больше, чем дружба.  Влад отмирает, нажимая на профиль Шайдорова, и ищет кнопку блокировать, жмет. Ему больно, но так будет лучше. Будет лучше, если Миша больше не напишет с желанием пообщаться еще четыре месяца, а потом также закончить. Лучше убрать из жизни сейчас, чем потом страдать по новой.  Дикиджи плачет, думает о свершенном действии и параллельно ищет контакт Пети, чтоб позвонить. И ему наплевать, что друг в отпуске. Наплевать, что Малинин снова будет бурчать. Может он плохой друг, но ему сейчас слишком нужна поддержка и услышать от кого-то другого, что он не дурак.  Вызов тянется. Раз гудок, два гудок. Влад думает о том, чтоб сбросить и написать, что случайно позвонил. Три гудок, четыре гудок. Ему слишком нужен Петя. Пять гудок, шесть гудок. Ладно, видимо не судьба и Владу нужно самому перебороть все это. Но седьмого гудка не поступает, а на экране высвечивается 00:00 от звонка. Кучерявому резко становится страшно.  — Ало? Влад? — звучит в телефоне хриплый голос Пети и шуршание. Дикиджи явно отвлек друга от чего-то. К горлу подлезает ком, а по щекам все так же валятся слёзы. Он плохой друг. Очень плохой друг. Пете сейчас хорошо, а он все испортит.  — Maybe he accidentally typed it in his sleep? — слышится скучающий Малинин. Петя хмыкает в ответ и, зная Гуменника, задумывается. Влад случайно шмыгает носом, подавая звук. Теперь ему точно нужно что-то сказать, но он не знает что. — Петь… Прости… Я-я не хотел отвлекать — сдавленно и тихо бурчит Влад, заикаясь и срываясь на всхлипы. Он пытается скрыть, что ему плохо, но не получается. Не получается совсем. В телефоне что-то шуршит.  — Он плачет? — тихо шепчет Малинин на ломаном русском, чтоб Влад не услышал, но он слышит. Петя выдает какой-то нечленораздельный звук в ответ.  — Влад, ты плачешь? Что случилось? — спокойно мурчит Петя. Это уже звучит, как поддержка. И Влада прорывает. Он больше не сдерживает своих постоянных шмыганий носом, своих всхлипов, а слезы неприлично и непривычно льются ручьем.  — Миша — еле произносит единственное слово Влад, заикаясь почти на каждом звуке. Он не знал, что плакать и говорить одновременно - трудно. Дикиджи стирает слезы с глаз, пытаясь успокоиться и не плакать, чтоб рассказать. Вдох делает. И выдыхает. — What happened to Misha? — обеспокоено звучит от Ильи. Гуменник в трубке шикает, чтоб тот не прерывал Владоса. А кучерявый снова размазывается от одного имени, продолжая захлебываться в слезах. Снова пытается успокоиться.  — Так, Владос, подожди, давай успокоимся. — звучит умиротворяющий голос Пети, пока сзади что-то шуршит и закрывается дверь. Видимо, Илья ушел. Влад мычит в согласии, пытаясь подобрать свои слезы наверх.  — Давай вместе дышать, хорошо? — спокойно проговаривает Петя. Влад еле выговаривает «Да», почти сразу прикусывая губу, чтоб не вырвался всхлип.  — Вдох Влад медленно вдыхает, прикрывая глаза и отпуская последние слезы в обычный путь. На фоне слышится, как Петя тоже громко вдыхает. Это успокаивает. — Задержка  Влад не дышит. Он вообще не двигается и не думает, боясь спугнуть процесс восстановления, и снова сорваться. И Петя не дышит. Будто все остановилось.  — Медленный выдох  Влад медленно выдыхает и открывает глаза. Он старается убрать всё с этим движением, чтоб осталось только спокойствие и тишина. Петя тоже выдыхает и становится спокойнее, ведь он не один. У него есть опора.  — Отлично, ты молодец. Повторим? Я рядом и будем делать вместе. — спокойно и нежно говорит Петя.  И они повторяют. Также делают вдох, задерживают дыхание и выдыхают. С каждым разом Владу становится легче и легче. Мысли рассеиваются, и он забывает из-за чего вообще плакал, хоть это и на время. Голос Пети дает понять, что он не один и у него есть поддержка. Становится легче. Гуменник просит умыться и выпить воды. А когда кучерявый возвращается, то они не разговаривают про Мишу, потому что тогда все эмоции вернутся. Петя говорит на какие-то отдаленные темы, потом приходит Илья, и они втроем болтают на всякое разное. Влад активно ведет диалог, а потом быстро устает, начиная меньше говорить, и больше слушать рассуждения пары. Он не замечает, как отрубается под монотонные голоса. Петя сбрасывает звонок, а Илья рассказывает ему, что сказал Миша.  Когда Влад проснулся, он сначала не понял, но потом воспоминания ударили в голову. Они захлестнули с такой силой, что голова заболела. И первая слеза вновь покатилась по щеке. Но просто сидеть, рыдая, он не мог. Сначала он попробовал успокоиться, как с Петей, но быстро схватил, что это уже не истерика, а осознание.  Противное, тягостное осознание. Он уже понимал, что человек, который на протяжении четырех месяцев дарил ему тепло, отказался от их отношений. И это не вернуть, с этим просто жить. Перетерпеть и отпустить.  И казалось бы, ты с ним общался всего четыре месяца, это не десять лет, не двадцать. Но Влад слишком привязался. В его жизни было много Миши, хоть он и не был рядом. Дикиджи постоянно мечтал. Мечтал о отдыхе с Шайдоровым, мечтал о их свадьбе, мечтал о букете роз на День влюбленных. И он мечтал, что все это сбудется. Поэтому было и тяжело, но он сам виноват.  Встать было трудно, все тело ломило от неудобной позы. Слезы бесконтрольно лились, пока Влад занимался рутиной. В зеркале его встретил опухший Влад с красными глазами. На раковине стоял стаканчик с щетками. Одна его, вторая Петя, а третья… Третья Миши.  Влад сглотнул, а слеза вновь покатилась по щеке и капнула на пол. Он взял эту щетку и выкинул в мусорку. Оставить её - ждать, что он когда-то снова приедет к Дикиджи. А он не приедет.  Кучерявый взял свою щетку, намазав на нее пасту. Он агрессивно чистил зубы, вколачивая щетку в эмаль и цепляя десны. Злится и плачет, сплевывая пасту с кровью, потому что переборщил. Умывается, слишком сильно втирая средство, пытается стереть с лица грусть. Убрать свои красные глаза и синяки под ними. Купается под горячей водой, все еще пытается смыть с себя все. Становится плохо после душа, и слезы льются еще больше, потому что план не работает.  Одевшись, Влад идет завтракать и, подходя к холодильнику, обнаруживает, что на магнитики прицеплены их с Мишей фотки с какой-то будки. Лучше не становится. Конечно же, Дикиджи срывает эти фотки, выкидывая в мусорку. А еле остановившиеся слезы катятся с большей силою.  Он больше не может. Скатывается по стенке у холодильника и рыдает. Громко и стыдно. Прижимает колени к себе и утыкается в них, все еще пуская слезы. Почему так? Почему именно с ним Миша захотел поиграть в любовников, а потом уйти? Зачем Влад согласился? Если это все было игрой то, почему Дикиджи было так искренне хорошо с Мишей? Почему Шайдоров улыбался при виде его?  Успокоиться Влад не мог минут 10, а потом понял, что уже опаздывает на тренировку. И не завтракавши, взял сумку, накинул куртку и вышел к машине. Ехал спокойно, сосредоточившись на дороге, лишь иногда давая себе слабину. Когда шнуровал коньки - снова плакал, потому что какую-то тупую шутку Миши вспомнил.  Катался плохо, за тренировку только раз чисто приземлил прыжок. Тренер лишь качал головой, а девочки расстроенно смотрели. До дома Влад не плакал, но на смену пришла апатия, которая делала ситуацию не лучше. И Владу казалось, что он просто существовал.  В первое время так происходило почти каждый день. Дикиджи либо плакал, либо просто существовал. Хоть «провстречались» они с Мишей недолго, но воспоминаний осталось куча.  То ему попадется в галереи фотка, на который он спит на груди у Миши, а Шайдоров целует его в макушку и фоткает. То он случайно найдет футболку, которую брюнет забыл у него дома. То вспомнит о том, что носит колечко, подаренное Мишей.  А один раз он и вовсе вспомнил, что у него в историях для друзей висит тренд под «purple rain», в котором он озвучивает свои цели, а потом встречает Мишу и все цели теперь с ним. Конечно, он все это убирает подальше от греха. Но также и плачет постоянно, напоминая себе.  Но время лечит и таких вещей становится все меньше. И он почти не плачет. Конечно, функционировать сначала тоже особо не получается. Но потом Влад потихоньку восстанавливается. Сначала спокойно завтракает, потом начинает учиться, а потом и вовсе на льду загорается.  Он даже вместе с Петей берется за новогодние шоу, хотя раньше они на выходные быстрее убегали. Вот сейчас они и сидят после такого шоу. Влад устал, но ему так приятно от этой усталости. От того, что он живой.  — Блин, надо было не брать перед праздниками работу — тяжело проговаривает Женя Семененко, падая на скамейку. Влад усмехается. За дверью раздевалки резко становится шумно, слышно как кто-то что-то нервно бормочет. Они втроем переглядываются, а потом смотрят прямо на дверь. — Может кто-то заблудился?  Договорить Женя не успевает. Их дверь в раздевалку резко открывается, также резко закрывшись. Но в раздевалке их становится пятеро. Рядом с троицей образовывается запыхавшийся Малинин и Шайдоров с громадным букетом роз. Глаза расширяются от шока не только у Влада и Жени, а даже у Пети. Все трое открывают рот, пока Илья буднично оглядывается. — Fuck, мы случайно не в ту раздевалку сначала зашли — усмехается Илья, хлопая себя по лбу — Надеюсь, те девочки подумали, что у них общий трип.  — Илья, что вы тут делаете? — хрипло отозвался Петя, поднимаясь с лавки. Илья обернулся к нему, быстро обнимая и чмокая в щечку.  — Не время объяснять! — торопливо сказал Малинин, хватая Петю и шокированного Женю. Он быстро вывел их за ту самую дверь, пока Влад сидел в ступоре.  Они остались с Мишей. Один на один.  От живого Шайдорова захотелось заплакать, ведь это тоже было напоминанием. У Дикиджи встали слезы в глазах, он встал со скамейки, равняясь ростом.  — Влад… — начал Миша, кладя в сторону свой глупый букет. Он медленно походил к нему, и Дикиджи это не нравилось.  — Нет — еле выговорил Влад, поднимая перед собой руки. Миша аккуратно взял их в свои. И кучерявый больше не видел смысла сопротивляться.  — Влад… прости. Мне правда жаль, что я так поступил. Я не хотел делать тебе больно, просто… — проговорил Миша быстро, будто учил эту речь или проговаривал перед сном. Влад слушал. — Я испугался… Ладно? Я побоялся того, что мне можешь нравится ты.. Ну, то есть не ты… А кто-то одного пола со мной.  Миша остановился. Влад кивнул. Он понимал, что такое внутренняя гомофобия. Но он все еще не понимал, почему они не прошли это вместе. Почему Шайдоров не сказал.  — Ты мне очень нравился… И я испугался. Решил, что лучше всего бросить. А потом понял, что без тебя странно. Что лучше не становится… — Миша говорил это, потирая пальцы Влада в руках.  Дикиджи присел, а Шайдоров опустился за ним вниз на колени. Он смотрел снизу в верх на Влада. И в этом взгляде было столько нежности и мягкости, что кучерявый был готов простить все, что угодно.   — Становилось только хуже. Я долго думал и размышлял… Понял, что ты безумно мне нравишься. Я хочу попробовать еще раз… — протянул брюнет, все еще заглядывая в глаза. — Прости меня. Давай начнем все с чистого листа?  — Хорошо, давай. — почти сразу ответил Дикиджи, пуская слезу. Только слезу счастья. Возможно, он должен быть более справедлив к себе и Шайдорова надо было помучить. Но он не мог. Все плохое пропало, когда Миша посмотрел на него этим взглядом. Нежным и мягким.  Даже сейчас, когда брюнет притянул его в объятия, Влад понял, что ни с кем не чувствовал себя таким счастливым, как с ним. Дикиджи долго утыкался в шею к Мише, а потом радостный и кокетливый фоткал свою 101 розу. Лишь спустя полчаса открылась дверь.  — То есть ты - Илья Малинин встречаешься с Петруччо, а он - Михаил Шайдоров встречается с Владосом — проговаривал Женек в проеме, указывая с одного на другого. Он все еще был в шоке.  — Yeah, you're a quick learner, kid! — весело проговорил Илья, потрепав Женю по голове. На секунду послышалось молчание, а потом все громко рассмеялись. Счастье.