моя любовь, ненависть и вражда с русалкой

Что это за слова такие? Кто вообще может задать такой глупый вопрос! Пусть она и не любила Иан, но с этой особой, нет, с этой рыбой, не могло быть никакого сравнения. Что сегодня происходит? Почему один за другим все задают такие вопросы?! Она не понимала, не осознавала и очень хотела сбежать. Русалка, не дождавшись ответа, снова крепко сдвинула красивые брови. Впрочем, она быстро успокоилась. Её холодная длинная рука нежно, но властно обхватила Бу Янь за талию, тесно прижимая к себе, а тон стал слегка угрожающим: — Раз уж ты пришла, разве свидание со мной — это не хорошо? — Зачем тебе искать её? Увидев застывшее и полное нежелания лицо Бу Янь и её попытки вырваться, русалка впервые познала вкус гнева и осознала, что значит та самая «ревность», о которой часто говорили в лаборатории. Гнев, страх, тревога. С одной стороны — упрекать другого за то, почему он не может любить тебя, почему в его глазах не можешь быть только ты; с другой стороны — ненавидеть себя за то, почему ты не стала достаточно хорошей, чтобы другой полюбил тебя по доброй воле? — Она настолько хороша? — Ведь она всего лишь мой полуфабрикат. В глубине глаз русалки читалось недоумение. Казалось, она долго мучилась над этим вопросом, бормоча себе под нос: — Я — настоящая. — Но почему ты выбрала именно её? — Потому что она умеет готовить? Может защитить тебя? — Но я тоже так могу, и даже справлюсь лучше неё. — Я сильнее неё. Однако вскоре недоумение сменилось эмоцией, которую Бу Янь не могла понять. Русалка силой повернула голову Бу Янь, заставляя её встретиться взглядом с собой. В то же мгновение эта фраза сама собой возникла в голове: «Ксеноморфные существа обладают сильным чувством собственничества, даже по отношению к самим себе». В мозгу Бу Янь загудело, мысли замерли. Почему она так подумала? Какое отношение имеет оригинальная владелица к этой фразе? Она не успела глубоко задуматься, как резкая боль заставила её вернуть улетевшие далеко мысли. Она опустила глаза: всё, что попадало в поле зрения, было синим. Словно она снова оказалась на рифах посреди океана. — Отпусти меня для начала, ладно? — Бу Янь сглотнула слюну, осторожно схватив русалку за белую, почти прозрачную руку, и тихо взмолилась: — Обо всём можно договориться... Кончики пальцев погладили кожу Бу Янь. Русалка склонила голову набок, колеблясь. На самом деле, даже если бы человечица этого не сказала, она бы всё равно её отпустила. Люди слишком хрупкие. Даже когда она подавляла внутренний порыв уничтожить или наказать её, она всё равно слышала хруст, издаваемый сдавливаемыми костями. Подбородок слишком худой, шея слишком тонкая. На теле совсем нет мяса. Жизненная сила не отличается стойкостью. «Нужно больше укреплять организм», — тут же сделала она вывод. Следом она отпустила Бу Янь. — Забудь. — В голосе промелькнула едва заметная печаль. Первая встреча спустя долгое время — русалка не хотела оставлять у человечицы плохое впечатление. Её намерением было не запугать или ранить её, а обнять. Ради этого она упорно искала, заплатила огромную цену, но так и не могла прикоснуться. Она отпустила Бу Янь, вместо этого взяла её за руку, помяла мягкую плоть на её предплечье и вздохнула. — Я больше не буду спрашивать. Русалка склонила свою прекрасную голову, пригнулась и прислонилась к плечу Бу Янь. Казалось, в мире остались только они двое, тесно прижавшиеся друг к другу, вместе зализывающие раны. Резкая боль в челюсти заставила Бу Янь мгновенно прийти в себя. Затуманенный разум осознал, что перед ней не человек, а русалка, которая существует лишь в далеких мифах и легендах, и в чье существование в реальности никто не смеет верить. Взвесив все за и против, она тут же затихла. Она перестала бесконечно сопротивляться и искать Иан, а послушно стала «живой подушкой», позволяя холодным бледным пальцам русалки скользить по телу и играть с ним как вздумается. Перед лицом жизни всё остальное не имело значения. Тем более что действия русалки ограничивались поверхностью и не заходили глубже. Бу Янь зажмурилась — будь что будет. Пусть делает что хочет, это любовные долги оригинальной владелицы, её они не касаются. Прошло неизвестно сколько времени, когда сзади раздался голос, полный слез: — Сестра, где же ты... Почти в то же мгновение призрачная дымка закрыла глаза. Когда зрение снова прояснилось, русалка исчезла, а её место заняли теплые и знакомые объятия Иан. Иан подошла к ней со спины, встав там, где раньше была русалка. Она обняла её, нежно похлопывая по спине и успокаивая: — Куда ты уходила? — Я долго тебя искала и нигде не могла найти. Она прижалась там же, где прижималась русалка, ласково потерлась о мягкую шею Бу Янь. Теплый и влажный воздух при вдохах и выдохах попадал на чувствительную кожу, отчего Бу Янь невольно обмякла и издала сдавленный вздох. — Я никуда не уходила. — Бу Янь вдруг осознала, что вести себя так прилюдно — очень странно. Она втянула шею, подалась вперед, уклоняясь от дальнейших действий Иан, и нервно переадресовала вопрос ей: — Я сама хотела тебя спросить: ты-то куда только что пропала? — Ты знаешь, что только что тут была одна... Её слова оборвались. Потому что неподалеку русалка сидела на стуле, подперев голову рукой, и со смертной скукой наблюдала за ними. Заметив её взгляд, она с легкой улыбкой подняла руку и поманила её пальцем. Её губы шевелились, но звуков не было слышно. Однако Бу Янь всё равно услышала, она говорила: «Иди сюда». Черта с два! Бу Янь притворилась, что не видит её. Она перевела взгляд выше и неожиданно столкнулась с солнцем. Как уже говорилось ранее, погода сегодня была очень хорошей, ненормально хорошей. Бу Янь подняла руку к козырьку и принялась внимательно разглядывать небо. Лазурное, чистое небо, украшенное несколькими фальшиво-белыми облаками, похожими на сахарную вату. Ярко-красное солнце пряталось за одним из облаков, высунув половину своего круглого лица. Внезапно подул ветер, подняв немного пыли. Солнечный свет, падая на неё, обрел форму и цвет — золотисто-желтый. Частицы парили перед глазами, и вдруг пыль стала желтой. Деревья и здания вдали тоже стали желтыми. Бу Янь в спешке посмотрела на русалку. Солнце светило на русалку, и её ярко-синие волосы тоже стали желтыми. Бу Янь достала телефон, открыла камеру и с изумлением обнаружила, что она сама тоже стала желтой. Этого не может быть. Такая ситуация невозможна. Бу Янь попробовала пройти несколько шагов, прячась туда, где нет солнца, но её тело всё равно не приняло прежний цвет. В это время Иан, кажется, тоже заметила неладное. Она быстро подошла к Бу Янь и тихо спросила, что случилось, почему её лицо такое бледное. Говоря это, Иан подняла голову и посмотрела на небо. Похоже, ей очень нравилась сегодняшняя погода. Она удовлетворенно кивнула и с сияющими глазами стала хвалиться перед Бу Янь: — Сестра, как тебе сегодняшняя погода? Правда же, замечательная? — Я тебе скажу: знаешь, сколько времени у меня ушло, чтобы наладить такую погоду? Иан хотела, чтобы Бу Янь её пожалела, поэтому намеренно преувеличила: — Семьдесят два часа! — Знаешь ли ты, целых семьдесят два часа я глаз не смыкала, я так устала! Бу Янь отрешенно кивнула: — Это и впрямь благодаря тебе, Иан. Затем она задала следующий вопрос: — Но разве ты не заметила ничего странного? Иан долго и пристально смотрела на Бу Янь, после чего растерянно спросила: — Что именно? — Я, — Бу Янь указала на себя, — ты видишь в мне что-то необычное? Иан покачала головой. Всё ведь нормально. Бу Янь по-прежнему красавица: глаза на месте, нос на месте, рот на месте... О-о, прождав почти минуту, Иан наконец-то заметила — Бу Янь сегодня накрасила губы тинтом, хе-хе, очень нежным оттенком пыльной розы. Она радостно сообщила о своем открытии Бу Янь. У Бу Янь дернулся уголок рта, она не удержалась и легонько щелкнула Иан по лбу: — О чем ты только думаешь? — Я спрашивала о других странностях. — Никаких нет, — честно кивнула Иан и клюнула Бу Янь в уголок губ. Бу Янь необъяснимым образом почувствовала укол совести. Она быстро метнула взгляд в сторону русалки и, не обнаружив её силуэта, почувствовала, как сердце внезапно забилось чаще. Но в следующую секунду лицо Иан перед глазами превратилось в лицо русалки. Русалка с нескрываемым удовольствием облизнула губы и, полная нетерпения, спросила: — Можно еще раз? — Я хочу, чтобы ты проявила инициативу. Бу Янь: — ? Твою ж налево, эта девица опять здесь? А её жена? Куда её такая большая жена делась? Психопатка, нет, психорыба! Неправильность, которую она подавляла в себе с самого утра, обрела свой источник. Неужели всё это подстроила эта рыба? Включая встреченный при выходе маленький поезд, странные вещи в небе, внезапную потерю контроля над эмоциями у Иан и её беспричинные вопросы о том, любит ли она её... Всё это, абсолютно всё — неужели это иллюзия, созданная этой рыбой? Но с какого момента... они в неё попали? Бу Янь сделала несколько глубоких вдохов, подавляя поток нескончаемых вопросов в голове, и первым делом спросила о самом главном: — Где Иан? Куда ты её опять девала? Жена вот-вот исчезнет, зачем ей тогда жизнь. Бу Янь было уже наплевать на то, насколько эта русалка прежде казалась свирепой и пугающей, она спросила в ярости. Русалка мгновенно застыла и после минутного замешательства спросила: — Почему ты снова ищешь её? — Разве я не подхожу? Почему? Бу Янь даже рассмеялась от злости. Она еще не спросила её, зачем та снова затащила её в иллюзию! В реальности-то осталось жить всего несколько дней. Судя по прошлому опыту, в реальности она и Иан, вероятно, сейчас стоят у дверей, полные ожиданий и готовые выйти. Но именно в такой прекрасный момент эта рыба затащила их сюда. Чтобы составить ей компанию в скучной и неинтересной игре! При мысли об этом Бу Янь вспыхнула праведным гневом. Что за глупостей наворотила оригинальная владелица при жизни! Имея жену, она еще флиртовала и с той, и с этой. Ладно бы просто флиртовала, так еще и рыбу подцепила. Ладно бы рыбу, так еще и такую проблемную! Разве рыбы не должны умирать, долго находясь на суше? Почему эта рыба до сих пор не сдохла! Русалка чутко уловила перемену в Бу Янь, прочитав эти эмоции в её глазах. Оказывается, человек, которого она всегда искала, спутница всей жизни — она такая же, как и остальные люди в лаборатории. Все они хотят её смерти? Хотя небольшое отличие всё же было: одни просто хотели, чтобы она сдохла. А другая хотела выжать из неё всю ценность до последней капли, а уже потом дать ей умереть. Надолго воцарилось молчание. Бу Янь, видя, что русалка помалкивает, сочла, что той стыдно и она не смеет говорить. Она с силой отшвырнула её руку и зашагала прямо под солнечные лучи. Раз та не говорит, она сама пойдет и найдет её! Иллюзия-то размером с кошачий чих, она не верила, что не сможет найти! Она заберет Иан отсюда и отведет её домой. Бу Янь ни разу не оглянулась, решительно шагая вперед. Она и не знала, что за её спиной из клочка тумана вышла Иан. Встав перед русалкой, она отбросила свой привычный невинный и безобидный вид, вызывающе посмотрела на русалку и с гордостью похвасталась своими достижениями: — Видишь, ну и что с того, что я не настоящая? И что с того, что ты рассказала об этом Бу Янь? — Разве Бу Янь всё равно не выбрала меня? — А ты лучше сиди смирно в своей лаборатории и не высовывайся лишний раз. — Она тебе совсем не рада.