Мамочка, что с нами будет?
20 апреля 2026 г., 03:30
Осень. Последний класс школы. Сегодня был выходной — редкий, долгожданный день, когда можно не спешить, не думать об уроках, а просто жить.
Иза долго стояла перед зеркалом, выбирая наряд и придирчиво разглядывая каждую деталь. Она перебирала вещи, примеряла, отбрасывала — хотелось, чтобы всё было идеально. В конце концов выбор пал на розовый вязаный свитер. К нему — белая юбка выше колена, подчёркивающая стройность ног, белые капроновые колготки и белые кроссовки, придающие образу лёгкость.
Выйдя из дома, она поспешила к соседнему дому — тому самому, где жил Финес. Её любимый Финес. Всю дорогу она думала о нём: о его рыжих веснушках, рассыпанных по носу и щекам, как золотые искры, о его улыбке, которая всегда казалась такой искренней, о заразительном смехе, от которого на душе становилось теплее.
Она увидела его вдалеке — он тоже заметил её и помахал рукой. И тут же в животе затрепетали бабочки. Они щекотали изнутри, поднимались к горлу, мешали дышать ровно. Иза поправила свои тёмные длинные волосы, шагая навстречу и стараясь не улыбаться слишком глупо.
Каждый шаг к нему отдавался внутри странным трепетом. Бабочки не просто порхали — они метались, бились о стенки, будто пытались вырваться. Ладони вспотели, дыхание сбилось. Она сглотнула, пытаясь унять этот вихрь, но он только усиливался.
Но вдруг всё оборвалось. Бабочки не улетели и не исчезли — они разбились о стекло жестокой реальности. Так же быстро, как и появились.
Прямо перед ней, буквально повисая на шее Финеса, стояла какая‑то блондинка. Иза замерла. А он смотрел на неё — с горящими глазами, с той самой улыбкой, которую она так любила. Той самой, что предназначалась не ей.
Зайдя во двор дома Финеса, Иза остановилась на мгновение, пытаясь унять дрожь в руках.
— Всем привет! — произнесла она чуть громче, чем обычно, будто пытаясь убедить себя, что всё в порядке.
Во дворе, кроме неизвестной блондинки и Финеса, была вся их компания: Ферб, Балджит и Бьюфорд. Они о чём‑то оживлённо болтали.
— Привет, Иза! Это Лия, моя девушка. Лия, это Изабелла, наша подруга.
Блондинка повернулась, окинула Изу быстрым взглядом и мило улыбнулась:
— Приятно познакомиться, Иза.
Внутри всё оборвалось. «Девушка? У него есть девушка?» — мысль ударила, как ледяной дождь. Иза с трудом сглотнула, пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.
— Да, мне тоже приятно, — выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
В голове гудело. Хотелось провалиться сквозь землю, убежать, исчезнуть. Но она стояла, застыв на месте, пока в груди разрасталась острая боль.
— Вы простите, но я вообще пришла сказать, что не смогу сегодня погулять, — слова вырвались сами собой, торопливо, почти сбивчиво. — Дома срочные дела, а мама попросила сходить в магазин…
— О, жаль, — отозвался Балджит, но Иза едва ли услышала его.
Она развернулась и пошла прочь, изо всех сил сдерживая слёзы. Шаги получались неровными, дыхание сбивалось, а в ушах всё ещё звучали слова: «Моя девушка».
Изабелла развернулась и ушла со двора, изо всех сил сдерживая слёзы. Боль накрыла её целиком, лишая сил и дыхания. Она шла вперёд, не замечая ничего вокруг: ни ярких осенних листьев под ногами, ни прохладного ветра, ни голосов прохожих. В голове крутились сотни вопросов, острых, как осколки:
«Почему именно она?»
«Чем эта блондинка лучше?»
«Как, в конце концов, теперь смотреть Финесу в глаза?»
В те самые шикарные глаза, которые теперь будут смотреть с любовью на другую.
Ей не хотелось идти в магазин, да и необходимости в этом не было — мама ничего не просила. Но вернуться домой сразу после этого? Они же увидят — дом стоял буквально напротив. Это был бы явный проигрыш.
Зайдя в магазин, Иза машинально взяла плитку шоколада и оплатив побрела домой.
Оказавшись внутри, она была безумно благодарна тому, что родители взяли дополнительные дни на работе и вернутся лишь под вечер.
Девушка сразу бросилась в комнату, упала на кровать и зарылась лицом в подушку. К горлу подступил ком, сдавив его. В глазах защипало, и по щекам покатились горькие слёзы. Они душили, мешали дышать, не давали вымолвить ни слова. Иза пыталась убедить себя, что это не конец света, что она справится, но боль была слишком сильной, слишком острой.
Дни слились в один мрачный ком. Иза больше не проводила часы перед зеркалом, подбирая образ. Не выкладывала фото в Instagram, дабы Финес заметил его. Избегала с ним встреч, а если он писал, отвечала максимально сухо.
В попытках отвлечься она сидела до рассвета за уроками, гуляла с подругами. Даже сходила на собрание скаутов — раньше она обожала эти походы, но теперь всё словно потеряло цвет. Мир стал серым, звуки — приглушёнными, а радость — далёкой и недостижимой.
Мысли о Финесе и его новых отношениях не покидали её голову. Они возвращались снова и снова — как навязчивая песня, которую невозможно выбросить из головы.
Тем временем отношения Финеса и Лии развивались стремительно. Они проводили вместе всё свободное время: Ходили в кино. По утрам мама Финеса отвозила девушку и своих младших детей в школу. Часто гуляли компанией, но только Изабеллы не было.
Финес чувствовал себя счастливым — Лия понимала его с полуслова, поддерживала во всём и дарила ощущение тепла и уюта.
***
Лия бежала с букетом из сухих листьев, которые они собрали вместе с Финесом. Подбегая к лавочке у старого клёна, девушка с возгласом разбросала листья вверх. Золотисто‑коричневые вихри взметнулись в воздух, закружились в медленном танце и стали плавно опускаться над головами пары — словно осеннее конфетти, сотканное из последних тёплых дней. — Всё, я устала! — говорила она, заливаясь звонким смехом, и с облегчением опустилась на лавочку, шумно выдохнув. Щёки блондинки раскраснелись от бега, а глаза искрились задором. Лия слегка поёжилась от резкого порыва ветра. Девушка невольно подтянула колени к груди и обхватила себя руками, но улыбка не сходила с её лица. — Вот, надень, — Финес слегка улыбнулся, быстро расстегнул молнию и снял свою кофту, бережно набросив её на плечи девушки, — Так будет теплее, - Финес усмехнулся и сел рядом. — Давай сфоткаемся? — улыбнулась девушка, доставая телефон. Парень обнял её за плечи, они прижались друг к другу и широко улыбнулись. Щёлк — кадр запечатлел момент: их счастливые лица на фоне величественного заката, золотистые лучи, пробивающиеся сквозь ветви, и атмосфера безмятежного счастья, которую хотелось сохранить навсегда. Они ещё немного посмотрели на угасающее солнце, затем снова взялись за руки и пошли дальше, обсуждая, какое из фото выложить в соцсети.***
Иза вышла из дома и зашагала в сторону школы, машинально листая ленту Instagram. Утренний воздух был свежим, но она этого не замечала — взгляд скользил по экрану, пальцы привычно смахивали фото одно за другим. И вдруг — стоп. Сердце пропустило удар. На экране появилось фото: Финес. Он сидел на лавочке, прижимая к себе ту самую блондинку, имя которой она не запомнила. А на той была… его кофта. Та самая — тёмно‑синяя, с логотипом баскетбольной команды, которую Иза столько раз замечала на нём и явно не могла перепутать. Ком подступил к горлу, дыхание перехватило. Мир вокруг будто размылся: тротуар, деревья, прохожие — всё слилось в серую пелену. В голове крутились обрывки мыслей: «Она в его кофте… Он её обнимает… Он любит её... А я даже не решилась ему сказать». Она не замечала ничего вокруг. Не слышала гудка машины, не видела, как та стремительно приближается. Резкий толчок — и Иза отлетает в сторону, ударившись о бордюр. Кто‑то закричал. К ней подбежала женщина в светло‑бежевом пальто — та, что шла впереди по тротуару. Дрожащими руками она достала телефон, торопливо набрала «911», что‑то быстро говорила, оглядываясь на Изу. Но было уже поздно. Изабелла лежала неподвижно в луже собственной крови. Вокруг сгущался утренний туман, а где‑то вдалеке всё ещё доносились звуки города — гул машин, голоса людей, — будто жизнь шла своим чередом, не замечая, что в этот момент для кого‑то она оборвалась навсегда. А телефон всё это время валялся где‑то посреди дороги — маленький осколок прежней жизни. Экран покрылся множеством трещин. Он ещё миг мерцал, тускло вспыхивая, борясь за жизнь. Но вот экран затух уже навечно — беззвучно, окончательно, бесповоротно. Теперь никто не узнает, что последнее девушка видела перед смертью. И никто не узнает о её влюблённости — эту тайну она унесла с собой в могилу, оставив лишь разбитый экран, хранящий в себе последнее изображение, которое так много значило для неё.
