Голос моря

Чонгук влетел в темницу как безумный. — Чимин! Русал лежал на холодном каменном полу, свернувшись в комок. Лицо было мертвенно-бледным, дыхание — едва заметным. Он был почти без сознания. — Нет… нет, только не это… — Чонгук упал на колени и дрожащими руками подхватил любимого на руки. Тело Чимина было пугающе лёгким и холодным. — Я здесь, я с тобой. Держись… Он прижал Чимина к груди и побежал. Замок уже гудел. Крики стражи, топот сапог, приказы короля — всё смешалось в хаосе. Чонгук знал каждый тайный ход. Он нырнул в старый подземный коридор за гобеленом, потом резко свернул в узкий проход за винным погребом, пытаясь запутать преследователей. Всё это время он нёс Чимина на руках, крепко прижимая к себе. — Потерпи ещё чуть-чуть… пожалуйста… — шептал он в мокрые от пота розовые волосы. — Я не дам им тебя забрать. Я не дам тебе умереть. Держись за меня… Сердце Чимина билось слабо и медленно под его ладонью. Каждый вдох русала был мучительным. Они вырвались из подземного хода прямо к морю. Волны шумели совсем близко. Чонгук, тяжело дыша, добежал до кромки воды и осторожно опустил Чимина в мелководье. — Давай… превращайся… — умолял он. Чимин едва успел коснуться воды. На мгновение его тело замерло. Хвост вернулся, но сам русал лежал неподвижно, словно жизнь покинула его. — Чимин?! — Чонгук в ужасе упал на колени в воду. — Нет… нет, пожалуйста, не уходи… Я люблю тебя, слышишь?! Я люблю тебя! Вдруг ресницы Чимина дрогнули. Он медленно открыл глаза и посмотрел на Чонгука. Слабая, но такая родная улыбка появилась на его губах. Чонгук с рыданием притянул его к себе, обхватывая мокрое тело русала. Они крепко обнялись посреди прибоя, плача в объятиях друг друга. Чимин дрожал, зарываясь лицом в шею принца. В этот момент из воды показалась величественная фигура. Пак Богом. Царь Семи морей сначала резко отшатнулся, увидев человека, обнимающего его сына. Но уже через секунду тоска и страх за Чимина победили. Он ринулся к ним, выкрикнув: — Чимин!!! Чимин повернул голову, всё ещё не отпуская Чонгука. — Отец… — прошептал он слабым голосом. Пак Богом подплыл ближе. Его глаза метались между сыном и человеком, который держал его на руках. Чимин, собирая последние силы, тихо заговорил: — Это он… Чон Чонгук. Принц, которого я спас. Он отказался от всего — от короны, от свадьбы, от своего будущего… ради меня. Он любит меня, отец. По-настоящему. Пак Богом и Чонгук встретились взглядами. В глазах царя бушевала буря — гнев, страх, недоверие, боль и… что-то новое, почти человеческое. А в глазах Чонгука была только одна, ясная и непоколебимая решимость. Он не отпустит Чимина. Никогда.