Вкус тишины

В коридоре было темно, только свет с лестничной клетки тонкой полосой разрезал полумрак, высвечивая знакомые очертания вешалки и твоего силуэта. Щелчок замка прозвучал как выстрел стартового пистолета. Сумка с глухим стуком упала на пол, и я сделала то, о чем мечтала последние восемь часов, проведенных в разлуке. Я вжала тебя в стену, даже не дав снять пальто. Мои пальцы вцепились в лацканы, притягивая тебя ближе, и я впилась в твои губы. Это был не поцелуй — это была жажда. Как если бы я заходила в квартиру и первым же делом срывала самые жадные, самые голодные поцелуи, забыв закрыть дверь. Ты тихо ахнула от неожиданности, но тут же ответила, твои руки запутались в моих волосах, притягивая еще ближе. Я чувствовала соленый привкус твоей кожи, смешанный с твоими духами. В какой-то момент нежности стало слишком много. Я разорвала поцелуй ровно на секунду, чтобы запустить руку тебе в волосы на затылке, слегка оттягивая голову назад, открывая твою шею. Я провела губами по бьющейся жилке, чувствуя, как частит пульс, а затем сомкнула пальцы на твоей шее. Не больно, но ощутимо. Контролируя. Придушивая. — Скучала, — выдохнула я тебе в кожу, слегка кусая то место, где только что были мои губы, в качестве запоздалого извинения за эту маленькую власть. В прихожей было прохладно, но между нами уже поднимался градус. Я скользнула руками тебе под футболку, и мои ладони обожгло жаром твоего тела. Я нежно провела кончиками пальцев по выступающим ребрам, чувствуя, как ты вздрагиваешь, а затем прижала тебя к себе так сильно, будто хотела, чтобы между нами не осталось даже воздуха. Наши губы снова встретились. Сначала легко, дразняще, проводя по кончику твоего языка, а затем я резко превратила эту нежность в жадность, углубляя поцелуй, требуя большего. Моя рука, все еще под тканью футболки, медленно поползла вверх. Я специально не торопилась, заставляя тебя тянуться за моими пальцами. Когда я добралась до груди, то сначала просто накрыла ее ладонью, чувствуя, как сильно бьется твое сердце. А затем, легко, почти невесомо, провела ногтями по нежной коже, задевая сосок. Я всем телом почувствовала, как тебя это «добивает». Ты дернулась, выгнулась навстречу, и твой тихий стон утонул в моем рту. При этом всем я не торопилась. Это был самый сладкий плен. Целовать жадно, глубоко, но при этом медленно, словно смакуя каждое мгновение, и все равно выхватывать у тебя последние остатки кислорода. Я все еще отыгрывалась за тот момент, когда ты сегодня днем на работе прислала мне фото в этом белье. Я сидела на планерке, а у меня сбивалось дыхание. Я сгорала от желания, а должна была слушать отчеты. Я припоминала тебе об этом сейчас, вкладывая в каждый укус нижней губы, в каждое движение бедер, прижимающих тебя к стене, всю ту накопившуюся за день энергию. Мы рухнули на кровать не в силах разомкнуть объятия, запутавшись в снятой наполовину одежде. Но я не позволила тебе продолжить. Я перехватила твои руки, когда ты потянулась к пуговице на моих джинсах, и подняла их над головой, удерживая одной рукой. — Нет, — прошептала я, глядя в твои потемневшие от желания глаза. — Теперь моя очередь смотреть. Я отпустила твои руки, но ты послушно оставила их лежать над головой. Я отстранилась, садясь рядом с тобой на колени, и просто смотрела. Взглядом поедала твое прекрасное тело, разметавшееся на сбитой простыне. Ты лежала почти обнаженная, если не считать тонких кружев, которые я еще не успела снять. На виске блестела небольшая испарина от того градуса, что был между нами, и от моих откровенных, раздевающих взглядов. Твои губы припухли от моих поцелуев, грудь тяжело вздымалась. Я видела в тебе все. Ты была для меня воплощением всех комплиментов мира. Самая желанная. Самая красивая. Моя. Тебя это, конечно, смутило. Ты слегка улыбнулась, смущенно отводя взгляд, и потянулась рукой к подушке, чтобы прикрыться. Но я мягко перехватила твою руку, останавливая. — Не смей, — тихо, но властно сказала я. — Ты прекрасна. Дай мне запомнить это. Я хотела запечатать этот момент в своей памяти навечно. Ты закусила губу, борясь со смущением, но руку убрала, позволяя мне смотреть. Мой взгляд скользил по изгибу твоей талии, по ложбинке между бедер, по тому, как кружево трусов контрастирует с твоей бледной кожей. Я снова склонилась к тебе. Но на этот раз не к губам. Я начала целовать твое тело. Медленно, изучающе. Как если бы я хотела только кусать и целовать каждый сантиметр твоей кожи. Я провела губами по твоей шее, спускаясь к ключице, которую слегка прикусила. Ты выгнулась, запуская пальцы мне в волосы. Я спускалась все ниже, покрывая дорожку из поцелуев и легких укусов. До ребер, до живота, который дрожал под моими губами. Я задержалась у края кружева, дразня, горячо дыша на кожу, но не касаясь самого сокровенного. Ты застонала от нетерпения, дернув бедрами навстречу. Я лишь усмехнулась, целуя внутреннюю сторону твоего бедра, чувствуя, как горят твои мышцы. — Пожалуйста, — выдохнула ты. Это «пожалуйста» прозвучало как самая сладкая музыка. Я подчинилась.