Тепло

      Март перетек в апрель. Чаще появлялось солнце, становилось теплее, хотелось одеваться полегче, но утро всё ещё было настолько прохладным, что руки сами собой тянулись за шарфом. Да и долгожданные тёплые деньки иногда внезапно прерывались чередой дней ветреных и холодных — причём настолько холодных, что даже любители одеваться в рубашки краем глаза посмартивали на свитера, мялись, ворчали, но всё же надевали свитер, просовывая руки в рукава.       Пережить холод можно и самому. Одеться теплее, заварить себе чашку чая, купить по дороге домой кофе навынос в стакане за неоправданно высокую цену. Но, если рядом есть дорогой человек, добавляется ещё один важный компонент — желание согреть другого. И тогда ты не только занят вопросом добычи лишних джоулей тепла для себя, но и пытаешься урвать ещё парочку для другого.       Впрочем, тепло иногда может быть сжигающим. Ростислав с Александром, например, пытались сохранить свои нервные клетки в этом семестре, как и в любом другом. Сохранить и не отдать в жертву выгоранию, которое подступало, не стесняясь, уже семимильными шагами. И в очередной раз поругаться на пустом месте из-за усталости было бы слишком просто для них, кандидата технических наук и магистра техники и технологий. И потому они поступали по-другому — были рядом друг с другом морально, не только в одном пространстве.       Вечера проходили уже привычно. Ростислав, вернувшийся с лекций и вечерних практик, готовил ужин, внимательно отмеряя соль и пробуя гарнир на вкус. Проветривал кухню, разбавляя плотные запахи жареных котлет прохладным воздухом с улицы. Кормил кошек Индуктивность и Ёмкость, жадно чавкающих паштетом. Александр же возвращался с консультаций и приносил целый пакет продуктов, но замирал в дверях кухни, наблюдая, как дорогой человек готовит ужин. Снова щеки красились смущением, снова по груди мягко разносилось тепло. Ассистент часто заморгал и чуть кашлянул в кулак, поднесенный к губам, пытаясь отделаться от этого впечатления. Дрожащими руками стал быстро раскладывать продукты по холодильнику, даже не переодевшись в домашние шорты и футболку, так и потея в своем шерстяном свитере не только от жары, но и от внезапного чувства восхищения.       — Как это ты подкрался, даже не услышал, как ты домой заходишь, — усмехнулся Ростислав. Повернулся к дорогому человеку, глянул на него поверх очков.       — Так у тебя тут всё шумит, шипит и пахнет, конечно, — ответил Александр.       — Ну уж нет, запахи на слух не влияют, — доцент скрестил руки на груди.       Александр поднял взгляд на него. Почему-то почувствовал себя таким маленьким, хотя всегда Ростислав смотрел на него свысока — как он ещё должен был посмотреть, будучи двухметровым? Александр чуть возвышался над его плечом и уже было привык к этому взгляду, но в этот момент доцент как будто впервые глянул на ассистента так, заставляя щеки Александра краснеть, а взгляд — бегать где угодно, не попадаясь под взгляд этих серо-зелёных драгоценных близоруких глаз.       Ростислав же чуть прищуривался. Это обычно Александр говорил что-то такое, что цепляло сердце, чуть царапало и выпускало кровь в щёки, согревая и лишая дара речи побочным эффектом. Сейчас же с красными щеками ассистент стоял сам, поджимал губы, и это ещё ни одной фразы не прозвучало от самого Ростислава — да и, впрочем, Александр обычно смущался не его словам. Значит, что-то доцент успел сделать, но что — тот сам не понимал. Но это «что-то» раскрасило щёки Александра в цвет провода с плюсом в цепи постоянного тока.       Александр из своего смущения вырвался сам. Кинулся к Ростиславу, сжимая его в своих объятиях, даже не морщась на его худобу — просто обнимал, как любимую кошку, как будто не видел его целую вечность и этих пересечения на кафедре не было совсем.       — Ростик, я соскучился, не видел тебя целых восемь часов! — проныл Александр, утыкаясь ему в плечо.       — Саша, придушишь… — проворчал Ростислав.       Александр лишь обнял его ещё крепче. Но тут же отпустил. И тут же вздрогнул сам, чувствуя объятия Ростислава.       — Я тоже соскучился, — прошептал Ростислав. Тут-то Александр и заметил, что у него на глазах выступили слёзы.       Сели ужинать. Александр с удовольствием съел бы всё за раз, но решил не торопиться. Отламывал по кусочку, тщательно разжевывал каждый кусок. И рассказывал о своём рабочем дне. Близилась олимпиада, и потому ассистент часто задерживался вечерами, раз проводил подготовительные занятия.       — Я опять дал им задачи международного тура на подготовку, — усмехнулся Александр. — Ну, ничего, подготовленнее будут!       Ростислав подпирал свой бородатый подбородок рукой. Разглядывал дорогого человека. Тот, когда говорил, был как певчая птица, разве что крыльями не размахивал, зато активно жестикулировал. И говорил так увлекательно, так живо, как не говорил о чем-то другом. Глаза сияли от азарта, голос звучал так довольно, будто ассистент выиграл в лотерее крупный приз. Впрочем, он бы сам сказал, что действительно его выиграл, — и показал бы на человека напротив.       — Что-то ты молчишь, — вдруг встретились взглядами. Александр прищурился, глядя на Ростислава.       Ростислав отвёл взгляд. Смущённо улыбнулся, закрывая лицо руками.       — Ну-ну, я же ничего такого не сказал, — только и усмехнулся Александр.       — Ты просто такой… увлечённый… и что-то я задумался о том, что ты рассказываешь это всё мне, а не кому-то ещё… — неловко усмехнулся Ростислав.       — Вот и смущаемся весь вечер, как два школьника, — улыбнулся Александр. Встал из-за стола, собрав всю грязную посуду в раковину. Включил воду и стал мыть тарелки и ложки с вилками. — Ростик, спасибо за ужин, очень вкусно. Завтра ужин с меня.       — Пожалуйста, Саш. Но, по-моему, я опять раньше приду, — Ростислав повернулся к нему. Смотреть, как кто-то другой моет гору посуды, было не менее увлекательно.       — Ну, на кафедре ремонтники разгребли коридор от своего мусора , поэтому можешь посидеть в лаборатории и потыкать свои вычисления, никто шуметь и мешать не будет. А я с практиками закончу и заберу тебя оттуда, — предложил ассистент.       — Наконец-то разгребли… — выдохнул доцент.       — Да, хоть есть, где ходить, — Александр вытирал руки полотенцем. Поднял на руки кошку Ёмкость, раз та ластилась к нему, царапая штанины джинсов, прижал к груди, слушая громкое мурчание. — Ну что, Ёма, рассказывай, как дела?       После ужина снова занялись работой. Александр проверял домашние задания своих студентов, Ростислав проверял курсовые работы у своих. Кошки мурлыкали на коленях, дразня, ставили лапы на рабочий стол и тут же убегали, играя друг с другом и гоняя по полу упавшие ручки.       — Смотри, мой студент — гений! — Александр тронул Ростислава за плечо. Положил перед ним работу, которую исправлял красной пастой почти с самой первой строчки и до конца второго листа.       — Что, получает только двойки и пятёрки? — усмехнулся Ростислав.       — Пока только двойки, — улыбнулся ассистент. Заглянул через плечо в курсовую, которую проверял доцент. — Ну наконец-то кто-то правильно считает передаточную функцию, боже.       — Зато там в другом месте косяк, — доцент перевернул лист, и Александр увидел исправления чёрной пастой.       — Ой, да ну его. Пойдём чай пить, — Александр чмокнул дорогого человека в висок и сжал плечи. Ростислав зажмурился, однако улыбнулся своей тёплой улыбкой.       На следующий день на кафедре пытались выкроить время друг для друга. Александр проходил мимо лекционной аудитории и остановился, разглядывая высокую спину дорогого человека в синей кофте с тонкими белыми полосками. Ростислав писал на доске формулы и изображал графики, и Александр подглядывал за тем, как дорогой человек делает свою работу. Только заметив, что доцент поворачивается к аудитории, ассистент тут же убрал руки в карманы джинсов и умчался дальше, в преподавательскую, чтобы не попасться на глаза, — хотя вряд ли Ростислав заметил бы его с такого расстояния.       Ростислав закончил лекцию и на перерыве тоже пошёл в преподавательскую. Руки, привычно холодные, как-то уж совсем озябли в аудитории без отопления. И тем удивительнее было видеть дорогого человека, Александра, в серой рубашке, а не в свитере.       — И что это, я замёрз, а ты — нет? — Ростислав приподнял бровь. Сжимал и разжимал пальцы в кулаках, пытаясь согреть их движением.       — Ого, новая кофта, тебе очень идёт! — только и прощебетал Александр. Поставил на стол кружку с чаем, от которой столбом поднимался пар от горячего.       Ростислав только опустил взгляд, улыбнувшись. Лицо согревалось от тепла смущения и неловкости. Однако ж доцент после секундного смущения прищурился и глянул на дорогого человека:       — Ты не ответил на мой вопрос.       — А ты не выпил чай, — Александр скрестил руки на груди. — И не ответил на мой комплимент.       — Спасибо, Саш, — Ростислав взял в руки кружку. Ладони окутало теплом, и от глотка чая оно разнеслось по всему телу.       — Я просто в куртке весь день хожу, пока не на занятиях, вот и не мёрзну, — ответил Александр. — Ростик, если вечером будет не так холодно, давай прогуляемся!       — Ну, если я не совсем окоченею, — усмехнулся Ростислав.       — Аспиранты ныли, что в лаборатории холодно, поэтому накинь куртку на плечи, — Александр потрепал Ростислава по плечу. — Я побегу, у меня практика, — быстро приобнял дорогого человека под рёбрами и, схватив со стола бумаги, выбежал из преподавательской, хлопнув дверью.       Ростислав не успел даже попрощаться. Покачал головой, улыбнулся, чуть прищурившись, как довольная кошка. И, вымыв кружку, отправился в научную лабораторию. Там и правда отовсюду тянуло холодом, и даже без советов Александра пришлось бы приодеться. Доцент накинул свою зелёную куртку на плечи и углубился в работу над вычислениями.       Даже не заметил, как прошло часа три, а за окном потемнело небо, из голубого, как глаза дорогого человека, превратившись в тёмно-синее, как его кофта. Ростислав пригладил стрелки на чёрных брюках и встал из-за стола, собирая разложенные бумаги в папку. Выключил компьютер и вышел из лаборатории, по счастливой случайности наткнувшись на Александра в коридоре.       Вместе пошли в сторону дома. Почти ни о чем не говорили. Переглядывались исподтишка, улыбались, подмечая, как у одного растрепались волосы, а у другого съехали на кончик носа очки. Лишь в безлюдном переулке, не сговариваясь, взяли друг друга за руки, ни одной морщинкой не возмущаясь на холодность ладони или, наоборот, её тепло.       — Ростик, — позвал Александр.       — Что, Саша? — Ростислав повернулся к нему, наклонился чуть поближе.       — Прикинь, мы почти четыре года вместе.       — Это что, наши отношения почти закончили бакалавриат? — усмехнулся Ростислав.       — Фу, надо было тебе сюда тащить учёбу, — шутя, упрекнул Александр. — Ну, пусть будет так. И всё равно мы находим что-то новое друг в друге. И снова смущаемся, как будто впервые друг друга видим.       — И мы это делаем вопреки выгоранию и всему, что происходит вокруг и раскачивает нас в разные стороны, — продолжил мысль Ростислав.       — Вот, — Александр крепче сжал руку Ростислава. — Ничего не хотел сказать, просто удивился такой цифре.       Ростислав улыбнулся в ответ, прищурив глаза.       — Давай возьмём маленький тортик, чтобы это отметить, — предложил он.       — И я ещё обещал приготовить нам ужин!