Стеклянный Ангел

Первая учебная неделя в новом статусе тянулась, как жвачка. Вроде бы шла даже гладко, но до ужаса медленно, оставляя после себя липкое послевкусие. Айла старалась жить по принципу, который сама себе придумала в первое утро: «не ебать никому мозг лишний раз». Не попадаться лишний раз на глаза Владиславу, чтобы не чувствовать себя обязанной за его молчаливое гостеприимство. Не попадаться на глаза Адель - по довольно понятным причинам. И много, очень много общаться с Сашей, которая оставалась единственным островком воспоминаний в этом море чужого быта. В целом получалось даже очень ничего. Утром она спускалась на кухню самой первой. Заваривала себе кофе - на плите, как показал Владислав, - брала тост или яблоко и исчезала до того, как на лестнице раздавались тяжёлые шаги хозяина дома или быстрые, резкие - его дочери. Вечером - сразу после школы - уходила в свою комнату. Не запиралась - это выглядело бы глупо, - но давала понять, что она тут тоже не особо жаждет находится. Адель, со своей стороны, тоже не проявляла особой инициативы к общению. Они пересекались редко и случайно: в коридоре, когда одна выходила из ванной, а другая туда заходила; на кухне, когда Айла задерживалась на минуту дольше обычного. В такие моменты Адель вела себя ровно так, как и обещала: нейтрально. Ни злости, ни тепла. Просто «привет», если первой здоровалась Айла, или короткий кивок, если проходила мимо. Никаких разговоров по душам. Это было бы тупо. Никаких милых и радужных приветствий. Но Айла заметила кое-что ещё. На третий день - если быть точнее, в среду - она спустилась на кухню чуть позже обычного. За окном моросил мелкий, противный дождь, и зеленоглазая хотела успеть выпить бодрящий напиток до того, как проснётся отчим. Она вошла в кухню и замерла на пороге: Адель уже сидела за столом, спиной к двери, и что-то печатала в телефоне. Рядом стояла открытая бутылка с водой и надкусанный бутерброд. Айла замялась. Разворачиваться и уходить было глупо - кофе то она хотела, чашку уже взяла с полки. Но и нарушать утреннюю тишину своим присутствием не имела желания. Поэтому она просто тихо, на цыпочках, прошла к плите и потянулась за туркой. — Кофе на плите. Чайник горячий, если хочешь заварить какао, — произнесла Адель, не оборачиваясь. Айла замерла. Она не успела произнести ни звука. Не кашлянула, не брякнула чашкой, даже ходила так тихо, будто она кошка, охотившаяся за птичкой. — Спасибо, — ответила она осторожно, наливая кофе. — А как ты узнала, что это я?... Адель не сразу ответила. Пальцы её продолжали бегать по экрану. — Ты топаешь, — наконец бросила она. — Как слон. — Я в тапочках вообще-то. Они мягкие. — Значит, твои шаги даже в тапочках громкие. Делай выводы. Айла не нашла, что ответить. Просто налила кофе, взяла кружку двумя руками и пошла к выходу. Уже в дверях она обернулась: — А если бы это Владислав Владимирович зашёл? — У него шаги тяжёлые и медленные, — не задумываясь ответила Адель, всё ещё не отрываясь от телефона. — А у тебя лёгкие, но частые. Как будто ты всегда куда-то бежишь. Айла моргнула. Она не считала, что спешит. Хотя, если подумать, - она действительно старалась как можно быстрее покинуть общие зоны этого дома. Но она понятия не имела, что это можно услышать. И уж тем более - запомнить. За завтраком Айла рассказала об этом Саше в переписке. ailasx: «Саш, она меня по шагам узнаёт. Серьёзно. Я зашла на кухню в тапочках, ни звука сука не издала, она даже не обернулась.» gastello: «Че нах? Типа угадала, что это ты, а не её отец?» ailasx: «Ну да. Сказала, что у меня шаги лёгкие и частые. А у отца тяжёлые и медленные» gastello: «Хера себе. А она случайно этим... Закладчиком не работала? Те тоже шагов боятся и прислушиваются постоянно» ailasx: «Она танцор, Саш. У них слух хороший, они же такт движений считают постоянно.» gastello: «Ну да, да, да. Слух хороший. А то, что она тебя тогда со спины на мотоцикле вычислила - это тоже танцы виноваты?» ailasx: «Она сказала - по сумке и по кедам» gastello: «А в этот раз ты была в домашних тапках и без сумки. И она всё равно узнала. Сладкая, по-моему, у неё либо какой-то ненормальный слух, либо она поехавшая.» Айла тогда посмеялась и отложила телефон. Но мысль осталась. «Она просто очень наблюдательная», — пыталась уверить себя Айла. *** В пятницу случилось ещё кое-что. После уроков Айла задержалась в библиотеке - нужно было сдать книгу, которую она брала ещё до переезда. Школьная библиотека была местом, куда никто не ходил добровольно: пыльные стеллажи, скрипучие половицы, запах старой бумаги. Но эта тишина нравилась девушке. Здесь она могла спрятаться от всех - от любопытных взглядов, от шепотков за спиной, от вопросов, на которые не хотелось отвечать. Она уже шла к выходу, как вдруг услышала голоса из-за стеллажа. Два женских - один высокий, почти визгливый, второй глухой и низкий. — ...так что я просто подошла и спросила, будет ли она участвовать в осеннем баттле. А она смотрит на меня и молчит! Представляешь? Минуту смотрела! Я уже думала, она меня сейчас пошлёт. А потом она говорит: «А, это ты, Лера». И всё. «А, это ты». Как будто не узнала! — Ну, ты же знаешь Адель, — ответил низкий голос с усмешкой. — Она всегда такая. Холодная. Может, просто задумалась. — Да нет! — возразил первый голос. — Она именно что не узнала! Я с ней три года в одной команде танцую. Три года! А она смотрит на меня как на незнакомого человека. Я ей: «Привет», а она молчит. Я говорю: «Это я, Лера», - и только тогда она расслабилась. Это нормально вообще? Айла замерла, прижавшись спиной к стеллажу. Сердце колотилось где-то в горле. Она знала, что подслушивать нехорошо. Но ноги словно приросли к полу. — Может, у неё зрение плохое? — предположил низкий голос. — Да какое там зрение! Она на соревнованиях движения схватывает с первого раза. И в зеркало смотрит, когда танцует. Нет, тут что-то другое. Я сколько раз замечала: она человека узнаёт только когда он заговорит. Или если в привычной одежде и на привычном месте. А если вне контекста - всё, как будто в первый раз видит. Девушки ещё что-то обсуждали, но Айла уже не слушала. Она тихо, на цыпочках, выскользнула из библиотеки и быстрым шагом пошла к выходу. В голове крутились слова Леры. «Она человека узнаёт только когда он заговорит. Или если в привычной одежде и на привычном месте». Прямо как с ней. Прямо как в то утро на кухне, когда Адель не обернулась, но по голосу - нет, не по голосу, она же ещё ничего не сказала! Прямо как в тот раз после школы, когда она узнала её по волосам. Прямо как в тот раз, когда Айла заплела косу и спрятала её под толстовку, Адель не узнала её. Прямо как тогда, в самый первый вечер, когда Айла зашла в комнату Адель и та вздрогнула, только когда услышала её голос. «Что это?» - думала Айла, шагая по лужам. Дождь снова лил как из ведра, но она почти не замечала этого. «Она просто невнимательная? Или это какая-то особенность? И как я раньше этого не замечала?» Она замечала. Просто списывала на высокомерие. На то, что Адель «не хочет» её замечать, а не на то, что она «не может» её узнать. «Стоп. Не может - или не хочет? Я пока не знаю». Она достала телефон и написала Саше. ailasx: «Саш, я, кажется, поняла кое-что. Помнишь, я говорила, что Адель меня как будто не узнаёт иногда?» Ответ пришёл почти сразу. gastello: «Ну» ailasx: «Это не со мной одной. Я слышала, как девушка из её команды жаловалась подруге. Сказала, что Адель её не узнала» gastello: «Жесть. Может, у неё правда со зрением что-то?» ailasx: «Не думаю. Мелочи на улице то она замечает. И вообще... я начинаю подозревать, что это не зрение. Что-то другое» gastello: «Ну, ты там это... не накручивай себя. Может, она просто странная. Бывают же такие люди» ailasx: «Бывают. Но это другое, Саш. Я пока не могу объяснить. Просто... наблюдаю» gastello: «Ладно, наблюдай. Только не становись сама такой же , а то второе сумасшествие я точно не выдержу » ailasx: «Очень остроумно!» gastello: «Я старалась. Ладно, сладкая, давай до завтра. Если будут ещё новости про твою экс секс сестричку - пиши» Айла убрала телефон и ускорила шаг. Домой - то есть в особняк Шайбаковых возвращаться не хотелось, но другого варианта не было. Она всё ещё чувствовала себя там гостьей. Нет, хуже - незваным гостем, который появился на пороге без приглашения и которого из вежливости не выгоняют, но и садиться за общий стол не предлагают. Хотя, если подумать, Адель предлагала. Но всё это она делала так, будто оказывает услугу - не Айле, а скорее отцу, которому пообещала «быть человеком». «Интересно, а для себя она когда-нибудь что-то делает?» - вдруг подумала Айла. «Ну, не для отца, не для школы, не для танцев, не для друзей. А просто - для себя?» Ответа на этот вопрос у неё тоже не было. *** Вечером того же дня они снова столкнулись на кухне. Айла грела чайник - Владислав задерживался на работе, в доме было тихо, и она решилась выйти из комнаты хотя бы за чаем. На этот раз она намеренно ничего не сказала, когда вошла. Просто прошла к плите, стараясь ступать максимально тихо, и взяла чайник. Адель сидела за столом, и на секунду Айле показалось, что та её не заметила. Плечи у Адель были напряжены, пальцы замерли над телефоном, но головы она не повернула. — Ты долго будешь стоять там? — вдруг спросила она, не оборачиваясь. Айла вздрогнула. — Ты меня всё-таки заметила? — Заметила, — сухо ответила Адель. — Чайник на комфорку поставь, а то остынет. Айла выполнила указание и, набравшись смелости, села за стол напротив Адель. Та даже не подняла глаз от телефона, но Айла уже поняла: не потому, что игнорирует. А потому, что ей не нужно смотреть, чтобы знать, кто рядом. — Адель, можно вопрос? — Валяй. — Как ты меня узнаёшь? Пауза. Пальцы Адель замерли над экраном. — В смысле? — Ну, ты не смотришь на меня, но знаешь, что это я. Адель наконец подняла глаза. Они скользнули по лицу Айлы, не задерживаясь. — У тебя походка характерная, — сказала она. — И дыхание. И... Она не договорила. Отвела взгляд. — И что? — настойчиво спросила Айла. — И запах, — нехотя добавила Адель. — Шампунь у тебя такой же, как и духи. Кокос с ванилью. На весь дом чувствуется. Айла невольно улыбнулась. — Это плохо? — Нет. Просто... привычно. Адель резко встала, взяла свою бутылку с водой и направилась к выходу. У двери она на секунду задержалась, но не обернулась. — Я не игнорирую тебя, — сказала она тихо. — Если ты вдруг думаешь. И вышла, оставив Айлу одну в кухне, с закипающим чайником и странным, незнакомым теплом где-то под сердцем. Айла лежала в кровати, смотрела в потолок и прокручивала в голове всё, что накопилось за эти дни. Что-то здесь было. Что-то, что Айла пока не могла сформулировать, но чувствовала - так чувствуют приближение грозы за несколько часов до первых капель. Что-то, что объяснит всё - холодность, странности, эти неожиданные моменты, когда Адель вдруг оказывалась почти... нормальной. Но пока - только наблюдать. И анализировать.