Мечтают ли Комиссары об электробойфрендах

      Ло не сразу понял, в какой момент его сны перестали быть просто снами.              Раньше они были более-менее предсказуемыми. Не в смысле содержания, наоборот, каждый раз новые детали, новые лица, новые вариации одних и тех же ситуаций. Но в них всегда была чёткая граница: он знал, что это не настоящее. Даже когда просыпался с перехваченным дыханием и ощущением, будто что-то внутри всё ещё застряло в прошлом.              Теперь границы нет.              Или она есть, просто проходит не там, где должна.              После Острова его внутренний модуль будто «распаковали». Сняли ограничения, убрали глушилки, и система, долгое время работавшая в полузадушенном состоянии, начала разворачиваться, занимая всё доступное пространство. Сначала это проявлялось в мелочах: ускоренная реакция, чуть более точный анализ, почти готовые решения, которые приходили раньше, чем он успевал сформулировать вопрос.              Потом это проявилось в снах.              Потому что Ло стало сниться прошлое. То прошлое, которое было закрыто пеленой лечения и проработкой травм, но порой передающее «привет» в проявляющемся ПТСР. Лололошка знал, что он покалеченный, неправильный и очень опасный, если его крышу сорвёт.              Он не спешил делать выводы, потому что те напрашивались слишком очевидные.              В Империи такие вещи называли просто: побочный эффект перегрузки. Длительное воздействие, нарушения границ восприятия, нестабильность модуля. Ничего, что нельзя было бы классифицировать, описать и, при необходимости, подавить.              Ло не хотел проверять, к какой категории это отнесли бы теперь.              Поэтому он игнорировал, работал, выполнял поручения. Когда голова забита делами, сны оставались побочным фоном, который забывался после пары холодных всплесков воды в лицо.              Это произошло во время очередного сна про бункер. Его зрение наполовину отсутствовало, во рту — привкус не своей крови. Снова бежать по коридору, впереди будут двое, которых нужно будет вынести...              — Серьёзно? Ты опять прокручиваешь это?              Слишком ясная мысль для кошмара времён Империи. Дейв покрутил головой, потом качнул ею и перехватил оружие посильнее. Но при шаге коридор не сдвинулся ни на дюйм. Послышался долгий вздох.              — Нет, я, конечно, понимаю: травматические паттерны, закрепление через повторение, — голос приближался, — но у тебя это даже не вариативность, это тупо один и тот же сценарий по круг, — тихое цыканье. — Скучно.              Дейв резко обернулся. Никого.              Но именно в повороте он увидел в проёме, где должны были лежать тела двух мёртвых, лишь чёрную пустоту. Контуры пространства дёрнулись, зарябили и вдруг начали покрываться мелкой сине-зелёной сеткой.              Из проёма в один шаг появился человек. Которого никогда не было в Империи. В пыточных. Вообще в той реальности.              Дилан осмотрелся и перевёл взгляд на Дейва с выражением, в котором смешались раздражение и откровенное недовольство, будто его выдернули из более важного дела. Дейв на это сощурился, обвёл здоровым взглядом и озвучил короткое:              — Ты не можешь быть здесь.              — Да, спасибо, я в курсе, — язвительно откликнулся Дилан, пожимая плечами. — У меня, знаешь ли, тоже есть базовое понимание реальности.              — Да нет же. Ты умер.              Дилан застыл, а потом склонил голову в сторону.              — Спорно. Но даже если принять это за рабочую гипотезу, тогда у меня к тебе вопрос.              Он подошёл ближе, всего каких-то три шага. Дейв ощущал повышающуюся наэлектризованность пространства между ними.              — Почему я тогда с тобой сейчас разговариваю? И вообще, сменим-ка сцену.              Дилан поднял руку и, буркнув, что всегда мечтал так сделать, щёлкнул пальцами. Окружение мгновенно покрылось той самой сетью матрицы, превращая пространство в подобие моделируемой программой сценки для игры. Стены и коридор с треском трансформировались, превращаясь в уже привычную Лололошке комнату в общаге. За окном словно включился звук дождя. Дилан опустился на кровать и осторожно похлопал рядом с собой.              — Давай тебе мозги вправлять.              Лололошка послушно опустился рядом, не совсем понимая, что происходит. Дилан взял его лицо в свои вечно ледяные руки и начал касаться то тут, то там. В какой-то момент зрение восстановилось, и Ло уже смотрел на Дилана во все глаза.              — Но как?              — Отголосок моего программного кода как-то застрял в матрице твоего внутреннего модуля во время наших... экспериментов с железом. Я смог вмешаться и показать, что тут, лишь когда вы сбежали, — Дилан убрал руки, но Ло их перехватил и снова вернул на свои щёки, накрывая своими сверху, чтобы наверняка. — Я всё видел. Я знаю. Мне жаль Шэрон. И жаль, что не смог выбраться...              — Но ты здесь, в моей голове. Я могу полноценно называть тебя голосом разума? Или голосом своего сердца?              — Фу, Ло, что за розовая бурда, — Дилан фыркнул, поглаживая большими пальцами скулы. Лололошка дёрнулся вперёд, подминая Дилана под себя и спокойно выдыхая куда-то ему в висок.              — У тебя в голове бардак. Никогда не видел такой сборки архитектуры. Мой восторг и уважение создателям, конечно, но буду теперь помогать тебе с мозгами.              — Почему тогда ты ощущаешься так реально?              Дилан очень длинно выдохнул и положил руку на глаза, массируя их. Ло услышал неразборчивые ругания, после которых раздражённый голос пояснил:              — Ошибка восприятия. Твой модуль считает это допустимым и включает сенсорную эмуляцию. Ничего сверхъестественного.              Ло прижимается к Дилану ближе, обвивая того ногами.              — Удобно.              За окном всё так же лил дождь. Дилан чуть повернул голову, бросая короткий взгляд в сторону окна.              — Кстати, — тихо шепчет он, запуская руку в волосы Ло, массируя затылок над тем местом, где внутренний модуль, — это не дождь. Это просто зацикленный аудиофайл, у него паттерн повторяется каждые тридцать секунд.              Ло чуть подался вперёд, почти уткнувшись лбом в его висок. Кожа Дилана ощущалась как и обычно: прохладная, пахла деревом и озоном.              — Не уходи, — тихо протянул Ло. Дилан замер в его объятиях.              — Я и не... — начал он автоматически, но запнулся, выдыхая. — У меня, знаешь ли, не так много опций, чтобы «уйти».              — Я серьёзно, — перебил Ло, склоняя голову, чтобы говорить ближе, почти в ухо. — Не исчезай.              Дилан прикрыл глаза, как будто собираясь с чем-то внутри себя, потом всё-таки выдохнул.              — И не планировал.              Ло чуть улыбнулся — едва заметно — и заёрзал, укладываясь ещё более комфортно. Привычное тело рядом, мягкая кровать, умиротворяющий звук дождя за окном, пусть и созданный искусственно — всё это и правда успокаивало после нескольких дней повторяющихся кошмаров.              — Тогда договорились.              — Ты сейчас заключаешь соглашение с фрагментом кода в своей голове, — не удержался Дилан. — Это, конечно, новый уровень.              — Мне не привыкать. Ты не Райя, конечно...              — ...но лучше всяких там П.Е.Р.С.И.К.-ов?              — Однозначно.