Грешница

Город окунулся в вечернюю атмосферу. Солнце заходило за линию горизонта, скрываясь и забирая с собой теплые лучи. Небо было покрыто низкими облаками, из которых вылетали стаи птиц, а после снова пропадали из поля зрения. Хлюпая подошвой по лужам, Рюджин шла по тропинке в лесу. Это был самый короткий путь, чтобы дойти до места, где она стала появляться слишком часто. Из густого леса начало появляться очертание монастыря. Громадное старое здание, что хранит внутри себя много тайн. Над головой пролетел ворона, что-то крикнув. Рюджин нагнулась от неожиданности, а после продолжила путь. Дойдя до забора, девушка встала на носочки и, подтягиваясь на руках, перелезла через него. Проведя рукой по джинсам, вытирая их, она осмотрелась по сторонам. –Пока что всё идет по плану. – прошептала она. Рюджин направилась к заднему входу, надеюсь, что тот не заперт. Удача на ее стороне. Дверь тихо скрипнула, и девушка скривилась. Она зашла внутрь, то и делая, что оглядываясь. Увидев подъем на вверх, Шин кивнула сама себе и направилась туда. Этот монастырь стал чем-то большим для нее, чем планировалось изначально. Однажды Рюджин, как она считает, совершила слишком большой грех. После расставания, её уже бывшая девушка не выдержала и покинула этот мир. И Шин, понятное дело, винила себя. Поэтому с надеждой в глазах и тоской на душе она пришла сюда, чтобы исповедоваться. Всё пошло не так, когда она заметила одну девушку. Среди толпы монахинь её взгляд зацепился за необычный кошачий разрез глаз, что были полны спокойствия. С того момента Рюджин начала приходить сюда чуть ли не каждый день. Ступеньки поскрипывали под весом девушки. Каждый шаг был опасным и рискованным. Поднявшись на второй этаж, Шин вздохнула. Коридор пустой, и это только на руку. –Как она там говорила… Третья дверь справа? Пройдя немного вперед, она остановилась и развернулась к двери лицом. Нельзя ошибиться, иначе всё закончится. Она толкнула дверь и облегченно выдохнула, когда заметила знакомое лицо. –Ох, Йеджи. – Шин закрыла за собой дверь и провернула ключ, что торчал в ней. Никто не должен потревожить. –Я думала, у тебя не получится. – Хван поднялась и подошла к девушке, обнимая. Рюджин прижалась к ней, чувствуя, как аромат чистоты и воска от свечей наполняет её легкие. В келье было темно, лишь небольшая лампа и свечи на столе были единственными источниками света. –Тебя точно никто не видел? – отстранившись, спросила Йеджи. На девушке был лишь подрясник, волосы немного взъерошенные. –Не видел, – ответила Рюджин, мягко коснувшись ладони Хван. – А ты начала правила нарушать? –Я их нарушила еще тогда, когда ты заявилась сюда. – Йеджи отдернула руку и, открыв окно, облокотилась на подоконник. –Эй, ты чего… – Шин подошла к девушке, кладя руку ей на спину, но та резко развернулась. –Это неправильно. – коротко и сухо ответила она. Девушки никогда не переходили границ. Максимум – это объятия. Они не знали, что между ними. Но зато Рюджин прекрасно знала, что ее тянет в это место не для того, чтобы исповедоваться. Всё дело в Йеджи. Она, словно маяк, направляет сюда Шин. –Это неправильно, – повторила Хван. – Но и без этого я не могу. Она вздохнула и опустила голову. Руки мелко тряслись, не слушались. Рюджин подошла к ней и положила руку на плечо. –Я остаюсь в этом месте лишь ради тебя. Когда ты пришла сюда впервые, я сразу заметила тебя, твой взгляд. Боже, ты меня там чуть ли не раздела мысленно, я уверена. – она тихо посмеялась. –А я прихожу сюда лишь ради тебя. По-настоящему я пришла сюда раскаяться лишь единожды. А остальное – грязная ложь. Я просто хотела увидеть тебя, – Шин подошла к ней ближе и коснулась ладонью её щеки, гладя большим пальцем. – Но это ведь большой грех, Хван Йеджи. Вы готовы за него поплатиться? – Рюджин посмеялась, на щеках появились ямочки. –К черту это всё. Я слишком долго терпела. Я согрешила уже слишком много раз, хуже не будет. После этих слов Йеджи поддалась внутреннему желанию. Она приблизилась и поцеловала Рюджин. Грубо, резко и до одури страстно. Девушка понимала, какие последствия могут быть. Но всё отошло на второй план. Шин же улыбнулась в поцелуй и ответила на него с таким же удовольствием. Схватилась за талию Хван и прижала к себе. Руки скользнули к ягодицам, сильно сжимая, от чего Йеджи промычала в поцелуй. –Тебе не хватит и сотни исповедей, Хван. – прошептала Рюджин, почти касаясь губами уха девушки. Йеджи лишь закатила глаза, а после снова льнула к губам девушки, постепенно переходя ниже к нежной коже шеи. Рюджин запрокинула голову назад, открывая больше пространства для действий Хван. Шин не могла ждать. Она помогла снять подрясник Йеджи, и та осталась в одном лишь нижнем белье. Хищный взгляд девушки скользил по изгибам тела Хван, нагло изучая каждый сантиметр кожи. –Боже, Йеджи, ты такая… блять, ты слишком сексуальна без этой гребаной мантии. Рюджин резко притянула её к себе, вновь целуя без намека на нежность, их языки словно сплелись воедино. Девушка толкнула её на кровать, раздвигая колени и усаживаясь между ними. Она гладила впалый живот, властно и хищно глядя на Йеджи, что не отводила от нее взгляд. –И где же делась та послушная и сдержанная Йеджи? – Шин целовала её ключицы, слабо покусывая белую кожу. – Теперь ты самая настоящая грешница. От таких слов лицо Хван залилось краской. Она отвела свой взгляд на свечи, чьи огоньки, словно почувствовав атмосферу, начали «танцевать». Рюджин скинула с девушки бюстгальтер, а следом стянула остальную ненужную ткань. Она заметила, как по оголённому бедру стекают соки Хван. Улыбнувшись, она устроилась между ног девушки и слизала эту естественную смазку языком, глядя прямо в глаза Йеджи. Коснувшись кончиком языка к клитору, Шин начала круговыми движениями доводить Хван до экстаза. Девушка сжала простынь под собой, выгибаясь в спине. Этот взгляд Рюджин… В нем не было ни капли смущения и стыда. Лишь похоть и желание. Когда ноги Йеджи начали дрожать, она отстранилась и облизала губы. Хван тихо простонала, явно недовольна таким резким прекращением ласк. Рюджин заткнула девушку поцелуем и, приставив два пальца к входу, ввела их по костяшки. Узкие стенки пульсировали от новых ощущений. Йеджи кусала нижнюю губу, сдерживая стоны. Шин начала двигаться внутри под разным наклоном, стараясь принести как можно больше удовольствия девушке. Что-то внутри Хван проснулось. То желание, что она так долго копила и скрывала… Она взяла свободную руку Рюджин и положила её к себе на шею, немного сжимая. Та сначала растерялась, но после прислушалась к этому немому жесту. Она немного сжала тонкую шею Йеджи, перекрывая доступ к кислороду, а после отпускала. Тихие стоны Хван стали хриплыми. –Ты сводишь меня с ума, Йеджи… – прошептала Рюджин, целуя грудь девушки. Она чувствовала, что Хван вся дрожит от наступающей разрядки. Шин ускорила движение пальцами, большим пальцем задевая клитор. Еще пару толчков и Рюджин целует Йеджи, заглушая громкий стон экстаза. Она легла рядом и обняла девушку, мягко целуя в висок. –Кто же знал, что такая правильная Хван Йеджи имеет такие предпочтения, – посмеявшись, сказала Рюджин. – Сейчас полежи, потом в душ сходишь. А после мы сбежим отсюда. Хван с удивлением посмотрела на нее. –В смысле сбежим? –Ты думаешь, я пришла так искупить свои грехи и оставить тебя здесь? – она заправила прядь волос ей за ухо и оставила ладонь на щеке. – Ну так что, ты за? Йеджи ничего не сказала, лишь нежно поцеловала девушку, а после направилась в душ, думая над тем, как будет проходить её новая жизнь.