Ларк и Меон

      Десятый класс уже вступил в свою активную фазу. Дополнительные занятия, подготовка к экзаменам, горы заданий — всё это превращало обычные дни в плотный, насыщенный график. Алисия Гринвуд только что закончила очередное дополнительное занятие по математике и теперь медленно шла по коридору, чувствуя приятную усталость.       Она решила зайти в тот самый кабинет на втором этаже — тихий, почти всегда пустой класс, где уже с прошлого года происходило её тайное сотрудничество.       Её «анонимный писатель» и она продолжали работать над историей о мальчике в мире песка. Каждый раз, когда Алисия находила новую главу, её сердце начинало биться чуть быстрее. Ей невероятно нравился этот процесс: читать текст, представлять сцены и оживлять их своими иллюстрациями. Это было как настоящее маленькое волшебство, которое принадлежало только им двоим.       Она тихо открыла дверь кабинета и замерла на пороге.       За партой, где они обычно оставляли тетрадь, сидел Марк Лайер.       Он был один. Ручка быстро бегала по бумаге, иногда он останавливался, задумчиво хмурил брови, а потом снова продолжал писать с очень серьёзные выражением лица, которого Алисия ещё не видела. Его короткие тёмные волосы были слегка растрёпаны, зелёные глаза блестели от вдохновения.       Алисия стояла в дверях и не могла пошевелиться.

      Всё сложилось за одну секунду.

      Тот самый энергичный, весёлый, немного хаотичный Марк Лайер — это и был её анонимный писатель. Тот самый человек, с которым она уже так давно создавала целую историю, не зная, кто он на самом деле.       Она вспомнила все иллюстрации, которые рисовала с таким удовольствием. Вспомнила, как улыбалась, читая его новые главы. Вспомнила, как он отвечал на её короткие записки добрыми и искренними словами.

Марк.

Это был Марк.

      Алисия почувствовала, как по её лицу медленно расплывается широкая, почти до ушей, улыбка. Она прикрыла рот рукой, чтобы не издать ни звука, и тихо отступила назад, прячась за дверным косяком.       Марк ничего не заметил. Он продолжал писать, полностью погружённый в свою историю.       Алисия постояла ещё несколько секунд, наслаждаясь этим странным, тёплым чувством. Её сердце билось быстро, но радостно.

Теперь это была её маленькая тайна.

      Она не собиралась раскрывать себя. Не сейчас. Ей слишком нравился этот процесс — тайный, особенный, только их двоих. Ей нравилось читать его слова и оживлять их своими рисунками. Нравилось оставлять короткие записки и ждать ответа.       Если она сейчас выйдет и скажет: «Это была я», всё может измениться. Станет неловко. Или слишком открыто. А ей хотелось, чтобы это маленькое волшебство продолжалось как можно дольше.       Алисия ещё раз улыбнулась — широко, искренне, всеми своими тридцатью двумя зубами — и тихо закрыла дверь кабинета.       Она пошла по коридору, чувствуя внутри приятное, тёплое волнение.       Теперь, когда она знала, кто её тайный соавтор, всё стало ещё интереснее.       Алисия Гринвуд шла домой с улыбкой, которая не сходила с её лица до самого вечера. Это была её маленькая тайна. И она собиралась хранить её очень бережно.