Взаимно

      В какой момент всё пошло не так, Питер сказать не мог. Он был достаточно умен в точных науках, в школьной и университетской программе, но в плане любви — полный отстой. Потому оставался потерянным к пришедшему выводу после стольких раздумий и решений, анализа развития событий. И зашел в тупик, что возник в его голове, когда он бродил по туннелям и понял, что пропал.        Влюбился. Впервые за двадцать один год влюбился. Как школьник, как ребенок. Как идиот. Вел себя также: заплетался язык, нервничал перед объектом своей симпатии и не мог понять, что ему делать.       Любить не страшно, нет. Страшно быть отвергнутым, не принятым. Осознать, что ты в глазах своей любви — такой, как все, ничем не выделяющийся. Нет ничего особенного, за что можно зацепиться и возжелать тебя как своего партнёра.        Питер, как идиот, сидел в набранной теплой ванне и не сдерживал тонкие струи слез из своих глаз, что стекали по щеке и прямиком попадали в общий объем воды. Прикрыл глаза и вслушивался в звуки собственного дыхания. Прерывистое и глубокое. Тяжелое из-за слез. Проводил сморщенной из-за долгого нахождения в воде рукой по жидкости, создавая волны. Затем хлопнул кулаком, вызвав брызги по стенам и своему лицу. Благо, шторка прикрывала от всплесков на пол.        Тони Старк… Тот самый объект его любви, заставляющий замирать и забывать свои собственные мысли. Что заставлял при совместном времяпрепровождении подниматься в облака своих фантазий, а после больно падать на асфальт тяжелой реальности, где являться возлюбленным данного персонажа — невозможно. Всё, конец истории. Нет хэппи энда и надежд на будущее.        Тони Старк — легенда современного мира, что в тридцать восемь лет смог победить озлобленного на Землю титана. Смог изобрести искусственный интеллект. Выжить после похищения. Собрал, черт возьми, мини реактор, сидя в яме, из металлолома. Сплотить вместе совершенно разных людей, которые совершили подвиги — Мстителей.        И кто же Питер Паркер?       Парень из Квинса. Живет с тетушкой Мэй в не особо благоприятном районе. Дружелюбный сосед чувачок-паук, который приносит Железному Человеку только сплошные неприятности. И Питер… не рассчитывал на взаимность. Знал, что это не взаимно. Мечтал, что было бы, будь у него хотя бы шанс быть для Старка не товарищем по команде, не стажером, не подчиненным… а кем-то большим. Но смешивать свои фантазии и реальность не мог, не хотел.        Единственное, о чем он мечтал, чтобы они проводили лишь немного времени вместе. Вдвоём. Хотя бы как команда. Хотя бы как товарищи по команде.        Просто… товарищи по команде. 

***

      — Да ладно, ЭмДжей, я в порядке, — лёжа в своей постели, проговорил едва внятно в динамик телефона во время их звонка Питер.        — Ты не в порядке. Не надо мне лгать, придурок, — подруга била прямо в цель. Как всегда. И даже… лгать расхотелось под ее напором.        — Я не в порядке, — вздохнул Питер, глядя в потолок и прижимая телефон к уху. Другую руку сложил на одеяле, ближе к груди.        — Старк?        — Да.        Мишель недолго помолчала и лишних вопросов задавать не стала. Питер же не стал лукавить и выразил всего одним словом, что его беспокоит уже длительное время. Неделя, месяц, год? Он потерял счет времени.        — Собирайся, мы пойдем в клуб. Зайду за тобой через пятнадцать минут.        Питер не успел возразить — та отключилась быстрее, чем он сказал бы хоть слово. Но всё же поднялся с постели и пошел к своему шкафу, выискивая подходящую одежду.        Но что значит «подходящая»? Раз они идут в клуб, чтобы выпить и развеяться, Питер наденет обычные безразмерные кофту и штаны. Из обуви — кроссовки или кеды. Да, так и нужно. Достал всё необходимое и направился в душ. Быстрый и охлаждающий, чтобы не было ни секунды времени думать. Переоделся и стал дожидаться Мишель.        Та приходит ровно через пятнадцать минут в его комнату.        — Боже, ты что на себя напялил?       В отличие от Питера, Мишель выглядела как сошедшая с журналов модель: черное облегчающе платье с откровенными вырезами на груди, завитые кудри, высокие каблуки, красивый дерзкий макияж со стрелками. Если бы Питер не был влюблён в Старка, он бы постарался ухаживать за ней. Настолько Мишель Джонс выглядела великолепно.        — Ну… Мы же просто выпьем. Разве нет? Я не думал, что предстоит так наряжаться, — он стоял посреди комнаты и смотрел в зеркало. Волосы влажные после душа и в полном беспорядке.        — Так дело не пойдет, — подруга небрежно скинула свою сумку на постель и подошла к нему, стараясь поправить ему прическу. Но, поняв, что безнадежно, бросила эту затею со вздохом. Посмотрела на наручные часы, убедилась, что у них есть в запасе достаточно времени, улыбнулась и вернула взгляд на Питера, сложив руки на талии. — Я тебя в этом не пущу в клуб. Мы идем по магазинам. Сейчас же.        — Но ЭмДжей… — Питер хотел возразить, но разве эта девушка станет его слушать?       — Отказы не принимаются, придурок.        Она взяла свою сумку, и они направились в торговый центр. Обходили каждый магазин в поисках подходящего образа, который устроит Мишель. А её предпочтениям, как оказалось, было сложно угодить — то цвет не подходил, то слишком облегающее, то недостаточно облегающее, и так по кругу. Питер ощущал усталость с каждым пройденным метром и совсем не понимал, как подруга на высоких каблуках может так быстро передвигаться. Он ею молчаливо восхищался.        Питер все меньше понимал, для чего ему нужно красиво наряжаться, если их главная задача — выпить. Но разубеждать Мишель больше не пытался, ведь она приняла решение, на которое ему предстоит только согласиться.        Спустя ещё полчаса ходьбы, когда Питер уже не чувствовал ног, Мишель остановилась у последнего магазина с мужской одеждой, в который они ещё не заходили. И Джонс нашла подходящий лук, который в её фантазиях выглядел восхитительно. Набрала себе в руки, передала Питеру и отправила его в примерочную.        Тот долго переминался, но все же стал переодеваться. Надел черную рубашку, брюки на застежках и туфли. Прикрыл глаза, вздохнул… и открыл.        Честное говоря, он был удивлен. Благодаря паучьим способностям, у него образовалось хорошее накаченное тело. Но Питер действительно удивился, как стройно он смотрелся в облегающей одежде. Под рубашкой не скрывалась его мускулистая грудь и накаченные мышцы. Он сглотнул, чувствуя неловкость из-за собственного удивления — ведь, черт возьми, он действительно хорош собой.        — Ну что? Долго ты там? — Раздался голос Мишель.        — Нет, я переоделся. Сейчас покажу, — закусил губу, глядя на свои плохо уложенные кудрявые волосы, растрепал их и открыл шторку. — Вроде не…       — Мамочки! — Прикрыла руками губы Мишель, вылупив глаза от удивления. — Питер, мы точно берем этот наряд.       Питер вздохнул с усмешкой и закрыл за собой шторку.        После покупки одежды они направились в парикмахерскую, что, благо, находилась в этом же торговом центре, далеко идти не пришлось. Питеру помыли заново голову, высушили и сделали укладку. Только после полного преображения друга Мишель осталась довольна.        Позже они пришли к Питеру домой, чтобы тот положил свои вещи хотя бы на постель. Как только он собирался положить телефон в карман, Мишель его выхватила и поставила на беззвучный режим, после чего вернула в руки владельцу.        — Ты не сможешь развеяться, если будешь отвлекаться на телефон. Так что я слежу за тобой, чтобы ты действительно отвлекся.        — Слушаюсь, босс, — устало вздыхает Питер, но улыбается.        В самом деле он благодарен Мишель. За весь день он ни разу не подумал о своей не взаимной любви. И, всё-таки, подруга права — ему действительно стоит развеяться.        Позже они направились в клуб, что находился в Нью-Йорке, на машине ЭмДжей, которую ей подарили родители на двадцать один год. Питер взглянул на время на телефоне — примерно в девять вечера они будут в клубе. Планировали вернуться домой к шести утра.        — Убери телефон, Паркер, — Джонс на него даже не взглянула, но Питер все же послушался. — Я же сказала, мы будем развеиваться. Без мобильных.        — Я просто посмотрел на время, — оправдался Питер.        Мишель на секунду взглянула на него и тут же стала следить за дорогой.        — Слушай, Пит, я действительно хочу, чтобы ты смог отдохнуть. Развеяться — не значит, чтобы ты переспал с первым попавшимся человеком и изменил своим чувствам к нему. Я не обесцениваю то, что ты испытываешь. Я лишь хочу, чтобы ты на время смог забыть о своем разбитом сердце и повеселился. Мне грустно смотреть, как ты страдаешь, понимаешь?        Питер посмотрел в окно, сглатывая и прикрывая глаза. Мишель попала точно в цель его переживаний, даже когда он сам не мог найти причину своего нежелания идти в клуб. Он не хотел взаимодействовать с кем-то любого пола незнакомых ему людей, ведь возводил на пьедестал объект своего обожания и боготворил только его. Хотел слышать и думать только о нём, хоть и приносило порой сплошную боль. И Джонс права — ему нужно выйти из круга боли хотя бы на эту ночь. Даже если придется вновь крутиться как белка в колесе в своих переживаниях, сегодня он их оставит позади, напьется и, вернувшись домой, вырубится.        — Спасибо, ЭмДжей, за всё.        Та улыбнулась. Дальше они ехали до клуба молча. 

***

      Громкая музыка и неоновые подсветки встретили у самого входа. Проходя вглубь сквозь народ, столпившийся посреди зала, Мишель и Питер дошли до барной стойки. Заказали себе алкогольных коктейлей и, смеясь, выпивали. Они едва слышали друг друга, из-за чего им приходилось даже кричать на ухо во время разговора. Но все равно под воздействием спиртных напитков их тела расслаблялись, и шум не мешал им здорово проводить время.        Они танцевали со всеми находящимися в клубе, веселились. По мере их времяпровождения становилось душно, из-за чего Питеру пришлось расстегнуть первые две пуговицы на рубашке.        Через некоторое время Мишель отошла в туалет, оставив Питера посреди танцпола. Но ему было неважно, его мозг был туманным, улыбка сама по себе появлялась на губах. Никаких переживаний сейчас не возникало — он просто отдавался этому моменту.        И вдруг он чувствует чужое дыхание возле уха и мужские руки на своей талии.        — Ты что тут забыл так поздно, паучок?       Питер замер. Он был недостаточно пьян, чтобы не разобрать, чей это был голос.        — М-мистер Старк? — Повернулся, глядя в такие до боли знакомые глаза, что заставляли ноги подкоситься.        Тони, положив руки на бока Питера, смотрел прямо и с ухмылкой, приближая его к себе ближе.        — Хорошие паучки должны сидеть дома в такой поздний час, малыш, — проговорил он на ухо, заставив сглотнуть.        — Значит, я плохой паучок, сэр, — улыбнулся своей шутке Питер, но стушевался. — Простите… Я тут со своей подругой пришел… Мы развеяться хотели.        — Так дело не пойдет, — едва услышал Питер чужой ответ и ощутил, как его ведут за руку на второй этаж клуба. Где находились вип комнаты для особых гостей.        Питер смотрел вниз, выискивая свою подругу. Та нашлась возле барной стойки, которая, глядя на него с явным переживанием, указывала пальцем на свой телефон. Намекнула, чтобы он ей написал позже. Кивнув, он продолжил идти за мужчиной.        Зайдя в самую отдаленную комнату, отчего Питер стал заметно нервничать, его посадили на край кровати. Сам же Старк присел на колени, смотря в глаза парню снизу вверх.        — Теперь расскажешь, что ты тут делаешь, малыш? — С мягкой улыбкой спросил мистер Старк, рукой поглаживая его по волосам.        Питер прикрыл глаза и млел под касаниями чужих рук. И даже не думал о причинах подобного действия мужчины. Сейчас так было всё равно на это. Хотелось лишь замереть в этом мгновении: он, Старк и уютная тишина.        — Мишель предложила развеяться и сходить в клуб. Я согласился, и мы вот приехали, — не стал лгать. Не получалось умалчивать правду этому мужчине, а под воздействием алкоголя особенно.        — Развеяться? Тебя что-то волнует? — Старк прекратил поглаживания и положил руки по бокам Питера на кровати.         — Да, но я не скажу, — расстроился из-за исчезнувшей ладони на его волосах. Но все же открыл глаза и смотрел на Старка. — Вы будете смеяться надо мной.        — Не буду, — серьезно ответил Тони. Выглядел он больше уставшим нежели пьяным.        — Будете, — почему-то вел себя как ребенок, отчего заулыбался. Хотя смешно не было.        — Питер, — с выдохом проговорил Тони, и улыбка с губ парня исчезла.        Он не мог контролировать поток слов, что исходили с его рта. Он понимал, что ему стоит помолчать, либо сказать совершенно не то. Но не мог остановиться говорить.        — Невзаимная любовь меня беспокоит, мистер Старк, — он улыбнулся одним уголком губ. Взгляд был его грустным, разбитым. — Это даже больше, чем любовь. Я в своей жизни никогда подобных чувств не испытывал. Вдохновляться человеком, подражать ему, а позже разбиваться о реальность несбыточных мечт очень больно, сэр. И я так от этого устал, — в глазах стало щипать, но он продолжил говорить, глядя в серьезное выражение лица напротив. — И сейчас, когда я решил действительно забыться, хотя бы на сегодняшний вечер, в меня вселяют надежду, но все равно оставят с разбитым сердцем. Это хреново, мистер Старк.        Он не кричал, не истерил. Проговорил голосом уставшего человека.        Мистер Старк смотрел на него, прищурив глаза, а затем спросил:       — Это камень в мой огород?       Питер не стал избегать прямого ответа на этот вопрос. Будь что будет. Идёт оно к черту.        — Да.        — Ясно, — он приподнялся с колен и стал приближаться к лицу Питера, не разрывая зрительного контакта. — С вашего позволения, мистер Паркер, — прошептал Тони и усмехнулся, обхватив ладонью щеку Питера и наблюдая, как забегали его глаза.        Когда губы мужчины накрыли его собственные, Питер не понял. Его мысли были заняты тем, как сдерживаться от вскриков непонимания и восторга. Но позже он прикрыл глаза и принялся отвечать на поцелуй. Кусачий, мокрый, оглушающий поцелуй, заставляющий дрожать.        Через несколько секунд Питер оказался прижатым к чужому телу на постели, разведя ноги и громко дыша от нарастающего возбуждения прямиком в губы Старка. Мысли путались, не получалось найти логических объяснений, но он охотно подставлялся под мокрые поцелуи. Тони стал поглаживать тело Питера, громко дыша в его губы. И прислонился своим возбуждением к вставшему члену Паркера, показывая, что не только тому хорошо от происходящего.        — Мы не займемся с тобой сексом, малыш, не сегодня, — отстранился Тони и поцеловал напоследок в щеку. Затем опустился на кровать и подвинулся к теплому боку, обняв за плечи и положив его голову себе на грудь. Другой рукой он переплел пальцы с рукой Питера.        Некоторое время они молчали, переводя дыхание. Питер вслушивался в стук сердца любимого человека и чувствовал себя умиротворенно. Впервые за долгое время ему было хорошо и спокойно. Даже несмотря на непонимание происходящего, он не переставал наслаждаться каждым прикосновением.        — Ты же умный мальчик, Питер. Догадываешься, что явно не из жалости я тебя поцеловал? — Спросил Тони тихо, поглаживая по плечу.        — Возможно, — хмыкнул Паркер, чувствуя, что алкоголь постепенно выветривается из организма.        — Издеваешься?        — Возможно, — с улыбкой пришло в ответ.        Они снова некоторое время молчали, переваривая произошедшее между ними. Они понимали, что им предстоит сейчас поговорить, чтобы совсем не сойти с ума из-за собственных догадок.        — Ты мне не безразличен, Питер, — сглотнул Старк, прикрыв глаза, и продолжил говорить. Собираясь с мыслями, надеясь, что сможет сказать то, что действительно вертится на языке. — Я желаю видеть тебя рядом, желаю, чтобы я был рядом с тобой. Мне ненавистна мысль, что ты отдалишься от меня. Противно думать, чтобы ты был с кем-то другим.        — Это значит… — Питер прекрасно понимал, что значат слова мужчины. Но ему необходимо было услышать. Не догадываться самому.        — Я люблю тебя. Считай, с первой нашей встречи. Тебе тогда было восемнадцать, ты был совершеннолетним, но все равно разница в возрасте ощутима, верно? — Он дождался утвердительного мычания и продолжил. — Я долго мучился над этим вопросом. Порой ночами не спал, размышлял, почему мне так не хватало дней, когда ты приходил ко мне в мастерскую. А когда пришел к выводу, что именно я испытываю, долго отрицал.        — Я тоже, — грустно усмехнулся Питер. — Только я совсем не рассчитывал на взаимность.        — А я знал, — улыбнулся Тони, поцеловал любимые кудряшки. — Не забывай, что у меня есть Пятница. Она докладывала мне о твоем состоянии повышенного сердцебиения и окситоцина при каждом нашем касании.        — Какой позор, — уткнулся Питер в плечо Старка под его смех.        — Не позор, малыш. Ты просто влюблён, — он освободил руку от переплетения их пальцев и поднял голову Питера за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — И ты влюблён взаимно. Это же хорошо.       Питер улыбнулся. Не верил в собственное счастье и положил ладонь на щеку мужчины, поглаживая её большим пальцем.        Красивый. Мистер Старк до безумия красивый.        — Люблю Вас, мистер Старк, — почти прошептал Питер.        — Тони, — улыбнулся он в ответ, приближаясь к его лицу. — Называй меня по имени, Пит.        — Я люблю тебя, Тони, — проговорил Паркер, но слова были неразборчивыми из-за нового поцелуя.        Невзаимная любовь возводит до небес, а позже бросает на асфальт из-за суровой реальности. Но взаимная любовь окрыляет, лишь больше заставляет взлететь, ощущая прилив энергии, желания творить чудеса и радости новому дню.        Питер Паркер и Тони Старк познают взаимную любовь с каждым днем сильнее. 

***

Питер: Мы с ним встречаемся. 

Мишель: 

Выпью за ваше счастье.