Битва за Джорджа

Это началось сразу после обеда – Макс вёл себя странно. Ну, страннее, чем обычно. – Ты считаешь Шарля красивым? Джордж поднял взгляд от телефона. – Чего? Высунув голову из-за своего компьютера, Макс смотрел на него с серьёзным выражением лица. Освещённый полуденным солнцем, он выглядел так, словно над ним сиял нимб. – Ты считаешь Шарля красивым? – снова спросил Макс – так серьёзно, словно обсуждал с инженерами данные телеметрии. Джордж понятия не имел, куда вообще ведёт весь этот разговор. – Эм… Ну, я думаю, любой согласится с тем, что Шарль красивый. Макс нахмурился, а затем тихо хмыкнул и вернул внимание к экрану компьютера. Джордж моргнул, пытаясь осознать, что это только что было. Абсолютно очевидно, что его парень был раздражён, но Расселл не понимал, почему. Спустя время неловкий момент растворился в тишине, и Джордж вновь удобно устроился на диване, продолжая скроллить ленту. Когда его глаза начали болеть и стало невозможно сфокусироваться на экране телефона, британец поднялся, бросил короткое «я в душ» и исчез в коридоре.

***

Макс напряженно смотрел на экран компьютера, обновляя страницу уже в третий раз за последнюю минуту. Твиттер смотрел на него в ответ. Кто-то решил, что будет забавно выбрать, кто из гонщиков Формулы-1 подходит Джорджу лучше всего. Опрос постепенно насчитывал всё больше и больше голосов. Какая же идиотская идея. Потому что, очевидно, самым лучшим вариантом для Джорджа был, конечно же, он – его парень. Зачем Джорджу быть с кем-то вроде Карлоса или Ландо? Но наблюдая за первым раундом голосования, Макс осознал, что существуют люди, которые думают, что Шарль – этот до зубного скрежета смазливый Шарль – был лучше, чем он. Но они все ошибаются. По крайней мере, Макс думал, что они ошибаются. Потому что сам Джордж только что сказал, что Шарль красивый. Джордж, его парень, считает Леклера (который не его парень!) более привлекательным, чем Макс. Какой абсурд. Но что если…

***

Джордж стёр пар с зеркала в ванной, повернул голову влево и вправо, чтобы проверить, не появилось ли каких-нибудь пятен или несовершенств на его раскрасневшемся лице. Результат его удовлетворил. Расселл наклонился, чтобы плеснуть на лицо холодной воды, надеясь, что это поможет покраснению сойти. Джордж выпрямился и тут же испуганно подпрыгнул – в зеркале он увидел, что прямо позади него стоял Макс. – Макс! – воскликнул Джордж, разворачиваясь, чтобы слегка шлепнуть парня по плечу. – Ты меня напугал! Ферстаппен ничего не ответил. Он просто подался вперёд и прижался лбом к плечу Джорджа. Расселл слегка отступил назад под тяжестью внезапного веса и рассмеялся, неловко похлопав Макса по спине. – Я тоже рад тебя видеть. Макс пробурчал что-то в ответ и обвил торс Джорджа руками, крепко сжав британца в объятиях. Джордж снова улыбнулся. – Я ни слова не понял из того, что ты сейчас сказал. Макс поднял голову и нахмурился как обиженный котенок. – Ты считаешь Шарля привлекательным. Даже если бы Джорджу дали сотню попыток угадать, что скажет Макс, он бы никогда не пришёл к такому итогу. – Я… Что? Макс нахмурился ещё сильнее, хотя казалось, что это невозможно. – Ты сказал, что Шарль красивый. Джордж моргнул, пытаясь сообразить, что к чему. – Макс, я сказал, что он красивый, потому что это общеизвестный факт. Я ничего такого не имел в виду. Это то же самое, если бы я назвал красивым Льюиса или Оскара. Джордж взял лицо Макса в свои ладони: – Но они – не ты, мой прекрасный и слишком много думающий мужчина. Макс недоверчиво хмыкнул, но в итоге всё же позволил этим словам себя убедить. Он слегка прижался щекой к руке Джорджа, прежде чем отстраниться. – Поторопись, – пробурчал Макс, а потом развернулся и вышел из ванной комнаты, оставив Джорджа гадать, что же, чёрт возьми, сегодня не так с его парнем.

***

Макс вовсе не был счастлив. Да, Джорджу нет никакого дела до Шарля, но, оказалось, что он считает Льюиса и Оскара привлекательными. А эти двое также участвовали в «битве». Ещё больше людей, с которыми Максу придётся сражаться. Ферстаппен плюхнулся на кровать и достал из кармана телефон. Он быстро открыл Твиттер и, дважды проверив, что он зашел именно в свой фейковый аккаунт – russllluvr69, стал искать пользователя, который запостил этот дурацкий опрос. Первый раунд закончился. Он обошёл Шарля. Макс с облегчением выдохнул. Но начался второй, и теперь ему предстояло сразиться с Оскаром. С ОСКАРОМ! Когда Пиастри вообще в последний раз разговаривал с Джорджем? Должно быть, это просто стечение обстоятельств. Потому что в первом раунде противником Оскара был Кими – Макса передёрнуло от одной только мысли о том, что Кими и Джордж возьмутся за руки – а это лёгкая победа. Поэтому не стоило даже беспокоиться, ведь Макс по-прежнему явно был лучшим вариантом. Волновала его другая «пара» второго раунда – Алекс и Льюис. Единственной положительной вещью во всём этом было то, что они сражались друг с другом, а не с ним. Один из них был лучшим другом его парня и, вероятно, всегда будет знать Джорджа лучше него, а другой был Льюисом, мать его, Хэмилтоном. Он в жопе. Он в полной жопе. Макс пролистал ниже, чтобы принять участие в голосовании. Он выбрал «Галекс», потому что сама идея того, что Льюис и Джордж могут быть вместе, казалась ему слишком реальной – однажды Макс даже спрашивал Джорджа, было ли что-нибудь между ними. Проголосовав и увидев промежуточные результаты, он был шокирован тем, что Алекс в несколько раз опережал Льюиса. Макс пролистал ещё ниже, где был баттл между ним и Оскаром, и выбрал «Расстаппен». Здесь была немного иная картина: он опережал Пиастри, но всего на 15%. Это слишком мало. Он не может проиграть Джорджа Оскару. Дверь ванной открылась, и Макс быстро закрыл Твиттер, изо всех сил делая вид, что всё в порядке.

***

Джордж удивился, когда увидел, что Макс ждёт его в кровати. Он выглядел неестественно напряжённым и смотрел в свой телефон. Ферстаппен поднял взгляд и молча протянул к британцу руки. Когда Джордж подошёл достаточно близко, Макс крепко обхватил его и повалил на кровать, используя свой вес, чтобы удержать их в этом положении. – Макс! Спустя время Джордж бросил попытки выпутаться из хватки голландца. Когда Расселл перестал двигаться, Макс, наконец, расслабился, но их нынешнюю позицию менять отказался. – Я тебе нравлюсь? – голос Макса внезапно разрезал тишину комнаты. Джордж резко вскинул голову и тут же уткнулся носом в макушку своего парня. – Чего? Макс вздохнул и сел на кровати, чтобы посмотреть Джорджу в глаза. – Я тебе нравлюсь? Может быть, ты бы хотел, чтобы я иначе себя вёл? Или чтобы брился чаще? Джордж моргнул, пытаясь найти слова. Спустя почти минуту тишины Макс расстроенно вздохнул и лёг обратно, крепко обняв Джорджа. Мозг Расселла, наконец, начал функционировать. – Макс, – Джордж в очередной раз попытался выпутаться из хватки, но сдался, когда понял, что это бесполезно. – О чем ты говоришь? Макс пожал плечами и надул губы, словно ребёнок. Джордж вздохнул. – Я думаю, что ты прекрасен таким, какой ты есть. Я встречаюсь с Максом Ферстаппеном – жестким, иногда агрессивным гонщиком, который большую часть времени ведёт себя как последняя задница. И если бы я хотел быть с кем-то другим, я бы был, – Джордж протянул руку и коснулся пальцами подбородка Макса, заставляя его поднять взгляд. – Откуда всё это взялось? Макс снова пожал плечами. Вздохнув, Джордж откинул голову на кровать. Пара пролежала так еще некоторое время, пока в ванной не начал звонить забытый телефон британца. – Дерьмо, – Джордж снова безрезультатно попытался выбраться из объятий своего парня. – Макс, отпусти меня, это мой будильник. Мне пора идти. Макс неохотно разомкнул объятия. Ферстаппен наблюдал за Джорджем, пока тот бегал по комнате, собираясь. – Куда ты идешь? – Я же собирался поужинать с Алексом, помнишь? – он подпрыгнул, чтобы натянуть свои белые брюки. Макс любил эти брюки, в них ноги Джорджа выглядели потрясающе. – Мы собираемся в тот итальянский ресторан, который нам порекомендовал друг. Джордж быстро застегнул пуговицы на рубашке, оставив две верхние нетронутыми. Слишком много обнаженной кожи. Особенно для ужина с Алексом. Джордж направился в ванную, чтобы быстро поправить волосы перед зеркалом – его кудри изящно легли на его лоб. Удовлетворенный, он вышел из ванной и поцеловал Макса в макушку. – Я напишу, когда соберусь домой. Скорее всего, буду поздно, так что не жди. Менее, чем через минуту Макс услышал, как закрылась входная дверь.

***

Макс сидел, не двигаясь, ещё несколько мгновений, а затем потянулся к телефону и открыл Твиттер. Он обходил Оскара, но Алекс опережал Льюиса на 53%. Если бы Макс попытался состязаться с ним, он бы проиграл ему, как минимум, 20%. Люди думали, что Алекс – лучший вариант для Джорджа. Алекс, на ужин с которым Джордж направлялся в этот самый момент. В романтичный итальянский ресторанчик. Одетый так, словно это свидание. Макс не собирался отдавать Джорджа Алексу. Ферстаппен ткнул на иконку профиля – snoopluvbot (он ненавидел этот ник) – и открыл личные сообщения, не дав себе подумать. Он не особо понимал, что печатает. Всё, что он помнил, это бесконечные «пожалуйста», «удали опрос» и «оно того не стоит». Он нажал «отправить», даже не заботясь о том, было ли его сообщение хоть немного логичным и последовательным, и тут же швырнул телефон в другой конец комнаты. Он встал и вышел из спальни, направившись к симулятору. Это всегда решало все его проблемы. Макс запустил установку. Подумал о своём телефоне. Прошёл пару трасс. Вновь подумал о телефоне. В итоге, громко застонав, он снова направился в спальню. Жалко опустился на колени, чтобы выудить телефон из-под комода. Как оказалось, у него достаточно самоконтроля для того, чтобы сначала сесть на диван и только потом открыть свои сообщения, чтобы посмотреть, получил ли он ответ. Не получил. Вот же блядство.

***

Было немного за полночь, когда Джордж вернулся домой. В комнатах царила темнота – их освещал только свет уличных фонарей, просачивающийся сквозь окна, и экраны симулятора Макса. Джорджу удалось различить силуэт парня. Когда Расселл медленно подошел ближе, он увидел, что на мониторах ничего не происходит. Решив, что Макс спит, Джордж потянулся и нежно потряс его за плечо. Ферстаппен резко повернул голову и уставился на него широко раскрытыми глазами, напугав британца так, что тот чуть не свалился на диван. – Господи, Макс! Голландец снял наушники и посмотрел на него пустым взглядом. – Ты вернулся. – Да, – Джордж выпрямился и стряхнул невидимую пылинку с рубашки. – Как и говорил. Макс встал и медленно осмотрел Джорджа с головы до ног. – Как Алекс? То, как он выплюнул имя Албона, не осталось незамеченным. – Он в порядке. Большую часть времени мы обсуждали все эти штуки, связанные с подготовкой к их с Лили свадьбе. Ты уверен, что все в порядке? Макс пожал плечами и подошел ближе. – Просто рад, что ты дома. – Меня не так уж долго не было. И это был просто ужин с Алексом, – Джордж взял Макса за руку. – Думаю, нам пора спать. Поболтаем утром. Макс позволил ему увести себя в спальню и уложить в кровать. Прежде, чем лечь рядом, Джордж переоделся в низко сидящие на талии шорты. Пара устроилась поудобнее, и Макс прижался к спине Джорджа, притянув его к себе. В темноте комнаты Джордж прошептал: – Я никуда не уйду. Я обещаю. Макс обнял его ещё сильнее. Макс ему верил. Но завтра утром все равно собирался посмотреть результаты опроса.

***

Тем временем в спальне на другом конце города Алекс смеялся себе под нос, читая пронизанное отчаянием сообщение, пришедшее в директ его фейкового аккаунта. Пожалев отчаявшегося незнакомца, он разместил новый пост, в котором извинился за то, что спровоцировал скандал. А затем добавил, что он бы никогда в жизни не посмел поставить друг против друга «Галекс» и «Расстаппен». На этом голосование было закрыто.