Дочь Падшего

События происходят после становления Морганы деканом и начала расширения её влияния. В редкие моменты отдыха она открывает для себя новую страсть — коллекционирование автомобилей и опасную ночную езду. Часть первая: Искра Глава 1: Зов дороги Это началось случайно, как часто начинаются самые важные вещи. Моргана возвращалась поздно вечером из университета после очередного изматывающего заседания совета попечителей. Её чёрный Дефендер, верный спутник европейских путешествий, мягко катил по пустым улицам Провиденса. Дождь, моросивший весь день, наконец прекратился, оставив после себя влажный асфальт, отражающий огни фонарей. Город спал. На перекрёстке Benefit Street и College Street она остановилась на красный свет. Рядом с ней, по левой полосе, остановился автомобиль — старый, но ухоженный Dodge Charger 1969 года, чёрный, с матовыми полосами. Его двигатель урчал низко и мощно, как большой хищный кот. За рулём сидел мужчина лет шестидесяти, с седыми висками и кожаной куртке. Он бросил взгляд на Дефендер, потом на Моргану — и улыбнулся. — Хорошая машина, — сказал он через открытое окно. — Но тяжёлая. На такой в повороты не пойдёшь. — Я не гоняю, — ответила Моргана. — Зря, — мужчина усмехнулся. — В Провиденсе по ночам самые лучшие дороги. Пустые. Длинные. Особенно шоссе вдоль побережья. Я каждую пятницу там. Если надумаете — присоединяйтесь. Загорелся зелёный, и Charger рванул вперёд, оставив после себя облако выхлопных газов и низкий, вибрирующий гул. Моргана проводила его взглядом. Внутри неё что-то шевельнулось — то самое чувство, которое она испытала в Монако, на трассе Формулы-1, за рулём Порше. Скорость. Свобода. Контроль. В ту ночь она долго не могла уснуть. Лежала в постели между Энид и Уэнсдей, слушала их ровное дыхание, а в голове крутились мысли. Не о политике, не о реформах, не о расширении влияния Ада. О дороге. О том, как асфальт убегает под колёса, как ветер свистит в открытых окнах, как мир сужается до точки на горизонте. На следующий день она начала искать. --- **Глава 2: Первая находка** В старом гараже на окраине Провиденса, который держал пожилой механик по имени Берт, Моргана нашла то, что искала. Вернее, то, что нашло её. Гараж был забит автомобилями — старыми и не очень, ржавеющими и восстановленными. Пахло бензином, маслом и металлом. Берт, кряжистый мужчина с руками, навсегда въевшимися в смазку, сначала смотрел на высокую бледную посетительницу с чёрным глазом и чешуйчатой рукой с недоверием. Но когда она заговорила, его отношение изменилось. — Я ищу что-нибудь классическое, — сказала Моргана, оглядывая гараж. — Американское. С мощным двигателем. — Для себя? — уточнил Берт. — Для коллекции. Он хмыкнул и повёл её в дальний угол гаража, где под брезентом стояло нечто длинное и приземистое. Когда он стянул брезент, Моргана замерла. Chevrolet Impala 1967 года. Чёрная. С хромированными деталями, которые тускло блестели в полумраке гаража. Кузов был в идеальном состоянии — ни царапины, ни вмятины. Салон — чёрная кожа, потёртая, но целая. — Четырёхдверный седан, — сказал Берт. — Двигатель V8, 327 кубических дюймов. Не самая мощная версия, но надёжная, как адский молот. Предыдущий владелец умер два года назад. Наследники не знали, что с ней делать. Я выкупил, восстановил. Продаю. Моргана провела рукой по капоту. Металл был холодным и гладким. Она закрыла глаза и почувствовала... нет, не демоническую энергию. Что-то другое. Историю. Память. Словно этот автомобиль ждал кого-то, кто поймёт его. — Сколько? — спросила она. Берт назвал цену. Моргана не торговалась. Через три дня Импала — чёрная, блестящая, отполированная до зеркального блеска — стояла в подземном гараже особняка на холме, рядом с Дефендером. Уэнсдей, увидев её, приподняла бровь. — Ещё одна машина? — Это классика, — ответила Моргана. — Это седан для пенсионеров, — возразила Уэнсдей, но в её голосе не было осуждения. — Хотя... для Аддамсов сойдёт. Энид, напротив, пришла в восторг. — Она как из фильмов про охотников на монстров! — воскликнула она, заглядывая в салон. — Только оружия в багажнике не хватает. — Я подумаю над этим, — усмехнулась Моргана. --- **Глава 3: Первая ночная поездка** В ту же пятницу, дождавшись, пока Энид и Уэнсдей уснут, Моргана спустилась в гараж. Она села за руль Импалы, повернула ключ зажигания — и двигатель ожил. Низкое, вибрирующее урчание наполнило гараж, отдаваясь в груди. Она выехала на улицу и направилась к шоссе вдоль побережья. Ночь была безлунной, и дорога, освещённая только фарами Импалы, казалась бесконечной. Слева чернел океан, справа — скалы. Моргана нажала на газ. Импала рванула вперёд с неожиданной для своего возраста прытью. Стрелка спидометра поползла вверх: шестьдесят, семьдесят, восемьдесят... Она не боялась. Она вообще редко боялась — после всего, что пережила, страх стал редким гостем. Но здесь, на пустой дороге, на скорости, которая для обычного человека была бы смертельной, она чувствовала нечто иное. Не страх — азарт. Чистый, первобытный азарт, который не был связан ни с политикой, ни с магией, ни с ответственностью. Только она и дорога. Только двигатель, поющий свою мощную песню. Только ветер, свистящий в приоткрытых окнах. Она проехала двадцать миль, прежде чем сбросить скорость. На обочине, у старого маяка, стояли несколько машин — тот самый Dodge Charger, Ford Mustang, ещё один Chevrolet. Мужчина, которого она видела на перекрёстке, стоял, облокотившись о капот, и курил. — Решилась всё-таки, — сказал он, увидев Импалу. — Хорошая тачка. Шестьдесят седьмой? — Да, — Моргана вышла из машины. — Я Рэй, — он протянул руку. — А это — мои друзья. Мы здесь каждую пятницу. Гоняем по побережью, пьём пиво, рассказываем байки. Ты, значит, новенькая. Как звать? — Моргана. — Красивое имя, — Рэй кивнул. — Ну что, Моргана, хочешь попробовать себя на настоящей трассе? Он указал на извилистую дорогу, уходящую в холмы. Моргана посмотрела на неё, потом на свою Импалу, потом на звёзды над головой. — Да, — сказала она. — Хочу. --- **Глава 4: Ночное братство** Так Моргана стала частью странного ночного братства — людей, которые собирались по пятницам у старого маяка, чтобы гонять по пустым дорогам и разговаривать о машинах. Здесь не было ни политики, ни изгоев, ни демонов. Только бензин в крови и ветер в волосах. Только уважение к мастерству и скорости. Рэй, бывший механик, относился к ней как к равной. Другие — Карлос, владелец Mustang, и Мэгги, единственная женщина в группе, гонявшая на Pontiac GTO, — приняли её без вопросов. Они не знали, кто она такая. Им было всё равно. Моргана не скрывала свою природу — чешуйчатая рука и чёрный глаз были заметны, — но никто из них не спрашивал. Может быть, думали, что это просто модификации тела. Может быть, им было всё равно. А может быть, в мире, где изгои становились всё более видимыми, такие вещи переставали удивлять. Она стала регулярно появляться на этих пятничных встречах. И каждый раз, выезжая на трассу, она чувствовала, как напряжение недели — споры с политиками, угрозы врагов, груз ответственности, — уходит, сменяясь чем-то чистым и простым. Скоростью. Контролем. Свободой. Домой она возвращалась под утро, тихо парковала Импалу в гараже и ложилась в постель, стараясь не разбудить жён. Она никому не рассказывала о своих ночных вылазках — не потому, что хотела скрыть, а потому, что это было её личное. Её тайное убежище. Её терапия. --- **Глава 5: Вторая находка** Через месяц после покупки Импалы Моргана нашла ещё одно сокровище — на этот раз на аукционе в Массачусетсе. Ford Mustang Boss 429 1969 года. Оранжевый, с чёрными полосами, с двигателем, который ревел, как проснувшийся дракон. Она купила его, не раздумывая, и заплатила вдвое больше стартовой цены, перебив ставку какого-то коллекционера из Нью-Йорка. — Зачем тебе столько машин? — спросила Энид, когда она пригнала Mustang домой. — Ты же не можешь ездить на всех одновременно. — Это коллекция, — ответила Моргана. — Как твои иллюстрации. Или как ножи Уэнсдей. Каждая — со своей историей, своим характером. — У ножей есть характер? — удивилась Энид. — Конечно, — Уэнсдей, сидевшая в кресле с книгой, подняла глаза. — Например, этот, — она достала из-за пояса небольшой кинжал с костяной рукоятью, — предпочитает серебро. Не любит оборотней. Но с ним нужно быть вежливым. Энид перевела взгляд с ножа на Уэнсдей, потом на Моргану. — Вы обе невозможны. — Спасибо, — хором ответили они. Mustang Boss 429 занял своё место в гараже, рядом с Импалой и Дефендером. Моргана проводила долгие часы, полируя его, проверяя двигатель, настраивая подвеску. Она начала изучать механику — не магическую, а самую обычную, человеческую. Училась менять масло, свечи, фильтры. Это успокаивало её. Простые, понятные действия, результат которых был предсказуем. Не то что политика, где каждое решение могло обернуться катастрофой. --- **Глава 6: Мотоцикл** Но настоящая страсть пришла к ней позже, когда на одном из ночных собраний Рэй приехал на мотоцикле. Это был старый Harley-Davidson Sportster — не самый мощный, не самый новый, но Рэй говорил о нём с такой любовью, что Моргана заинтересовалась. — Хочешь попробовать? — спросил Рэй, заметив её взгляд. — Я никогда не ездила на мотоцикле. — Это как машина, только свободнее. Ветер чувствуешь всей кожей. Дорогу — всем телом. Попробуй. Она попробовала. И влюбилась. Мотоцикл давал совершенно иное ощущение, чем автомобиль. На машине ты был внутри, защищён. На мотоцикле ты был частью дороги, частью ветра, частью ночи. Каждый поворот требовал полной концентрации, каждое ускорение отдавалось дрожью в позвоночнике. Это было... идеально. Через неделю у неё был свой мотоцикл. Indian Scout, современный, но выполненный в классическом стиле. Чёрный, с кожаными элементами и хромированными деталями. Он был быстрее, чем Harley Рэя, и Моргана наслаждалась его мощью. Она выезжала на нём поздно ночью, когда Энид и Уэнсдей уже спали, и мчалась по пустым дорогам, чувствуя себя свободной. По-настоящему свободной. --- **Глава 7: Опасная езда** С каждым разом её поездки становились всё более рискованными. Она больше не ограничивалась шоссе вдоль побережья. Она находила заброшенные участки старых дорог в холмах, где асфальт потрескался, а повороты были коварны. Она гоняла в дождь, когда видимость падала до нескольких метров. Она выезжала в туман, полагаясь только на инстинкты, которые у демонов были острее человеческих. Однажды, на горном серпантине, она вошла в поворот на скорости, которая была слишком высокой даже для неё. Заднее колесо Indian Scout занесло, и мотоцикл накренился к земле. Долю секунды Моргана балансировала на грани падения — а потом её тени, повинуясь инстинкту, выбросились вперёд, стабилизируя мотоцикл. Она выровнялась и продолжила путь, но сердце колотилось быстрее обычного. «Я могла упасть, — подумала она, когда адреналин начал спадать. — Я могла разбиться». Но даже эта мысль не остановила её. Наоборот — она почувствовала странное, тёмное удовлетворение. Она прошла по грани и выжила. Снова. Вернувшись домой, она долго стояла под душем, смывая с себя запах дороги и ночи. Её левая рука, чешуйчатая, слегка дрожала — не от страха, а от остаточного возбуждения. Она посмотрела на своё отражение в зеркале. Чёрный глаз сиял. Серебряный смотрел устало. — Что ты делаешь, Моргана? — спросила она себя. Ответа не было. --- **Глава 8: Беспокойство Энид** Энид заметила странности не сразу. Моргана была скрытна, но не идеальна. Однажды утром, спускаясь в гараж, чтобы взять свой велосипед, Энид заметила, что Импала припаркована не так, как вчера. И на капоте — капли воды. Дождя ночью не было. — Ты куда-то ездила? — спросила она за завтраком. — Ночью? Нет, — ответила Моргана, не поднимая глаз от чашки. Энид не стала допытываться, но её внутренний зверь, всегда чуткий к запахам и звукам, забеспокоился. Она чувствовала на Моргане запах бензина, асфальта и... ветра. Запах дороги. Через несколько дней Энид проснулась около трёх часов ночи оттого, что рядом с ней никого не было. Постель Морганы была холодной. Энид встала, подошла к окну и увидела, как из гаража выезжает мотоцикл — чёрный, с одной фарой, — и исчезает в ночи. Она не стала будить Уэнсдей. Она просто села у окна и стала ждать. Моргана вернулась под утро, тихо вошла в спальню и замерла, увидев, что Энид не спит. — Ты где была? — спросила Энид тихо. — Каталась, — ответила Моргана после паузы. — На мотоцикле. — Ночью. Одна. На мотоцикле, о котором я даже не знала. — Я не хотела тебя беспокоить. — Беспокоить?! — Энид встала, её голос дрожал. — Моргана, ты — моя жена! Я волнуюсь о тебе каждый день, потому что ты влезаешь в политические интриги, потому что тебе угрожают, потому что ты взвалила на себя целый штат! А теперь ты ещё и по ночам гоняешь на мотоцикле неизвестно где! — Это помогает мне, — тихо сказала Моргана. — Это... терапия. Я не могу всё время быть Княжной Ада. Иногда мне нужно быть просто Морганой. Женщиной, которая любит скорость. — Тогда позволь мне быть с тобой, — голос Энид смягчился. — Не отталкивай меня. Если ты хочешь гонять — давай гонять вместе. Или хотя бы говори мне. Чтобы я знала, где ты. Чтобы я не просыпалась в пустой постели и не думала, что тебя похитили или убили. Моргана опустилась на кровать. — Прости, — сказала она. — Я не думала, что ты будешь волноваться. Я просто... я привыкла справляться одна. — Я знаю, — Энид села рядом. — Но теперь ты не одна. У тебя есть я. У тебя есть Уэнсдей. Мы — триединство, забыла? Моргана положила голову ей на плечо. — Не забыла. Просто иногда... трудно. Трудно делить себя на части. Декан, Княжна, жена, гонщица. Я боюсь, что одна из этих частей поглотит остальные. — Этого не случится, — Энид обняла её. — Потому что мы не позволим. Мы будем напоминать тебе, кто ты. Всегда. --- **Глава 9: Реакция Уэнсдей** Уэнсдей узнала обо всём на следующий день. Она выслушала сбивчивый рассказ Энид, потом — молчаливую исповедь Морганы, и долго сидела, обдумывая услышанное. — Ты гоняешь по ночам на мотоцикле, — резюмировала она. — На опасной скорости. Без шлема? — Демоны не нуждаются в шлемах, — заметила Моргана. — Это не ответ. — Я контролирую ситуацию. Мои тени реагируют быстрее, чем любая система безопасности. Уэнсдей прищурилась. Она знала, что Моргана не лжёт — её демонические способности действительно делали её почти неуязвимой на дороге. Но «почти» — это не «абсолютно». — Я не буду тебе запрещать, — сказала она наконец. — Ты взрослая. Ты Княжна Ада. Но я хочу, чтобы ты знала: каждый раз, когда ты уезжаешь ночью, я буду ждать. И если ты не вернёшься к рассвету, я пойду искать тебя. Даже если для этого придётся спуститься в Ад. — Я всегда возвращаюсь, — сказала Моргана. — Возвращайся, — ответила Уэнсдей. — И, возможно, когда-нибудь... покажешь мне, как водить мотоцикл. Моргана удивлённо подняла бровь: — Ты хочешь научиться? — Я Аддамс, — пожала плечами Уэнсдей. — Мы ценим опасные увлечения. Кроме того, если ты всё равно рискуешь, я предпочитаю быть рядом. --- **Глава 10: Совместные выезды** Так начались совместные ночные выезды. Не всегда — иногда Моргане всё ещё нужно было одиночество, и тогда она уезжала одна, оставляя записку на кухонном столе. Но всё чаще она брала с собой Энид или Уэнсдей — или обеих сразу. Для Энид, никогда раньше не сидевшей на мотоцикле, первые поездки были одновременно пугающими и захватывающими. Она прижималась к спине Морганы, обхватывая её руками, и чувствовала, как ветер хлещет по шлему (Моргана настояла на шлеме для неё). Скорость опьяняла, и её внутренний зверь, обычно настороженный в таких ситуациях, радостно подвывал в такт двигателю. — Я понимаю, почему тебе это нравится! — крикнула она однажды, когда они остановились на смотровой площадке над океаном. — Это как... полёт. Только ближе к земле. — Именно, — Моргана улыбнулась. Уэнсдей, напротив, подходила к вождению с методичностью, свойственной ей во всём. Она изучила устройство мотоцикла, прочитала учебник по безопасной езде (а также несколько руководств по экстремальному вождению) и только потом села за руль Indian Scout, пока Моргана сидела сзади и давала указания. Через неделю она уже уверенно входила в повороты, а через две — попросила Моргану показать ей «что-нибудь посложнее». — Ты прирождённый гонщик, — заметила Моргана после того, как Уэнсдей прошла сложный серпантин на скорости, от которой у обычного человека заложило бы уши. — Я Аддамс, — ответила Уэнсдей, и в её голосе прозвучала гордость. --- **Глава 11: Коллекция растёт** К концу года гараж особняка на холме больше не вмещал все машины Морганы. Пришлось арендовать (а затем и выкупить) соседнее здание — старый склад, переоборудованный под частный музей. Там стояли: — Chevrolet Impala 1967 года — первый американский автомобиль в её коллекции, чёрный, блестящий, как в день покупки. — Ford Mustang Boss 429 1969 года — ярко-оранжевый, с двигателем, который ревел так, что стены дрожали. — Dodge Charger R/T 1968 года — тёмно-зелёный, с белыми полосами, найденный на аукционе в Техасе. — Plymouth Barracuda 1970 года — фиолетовый, редкий, восстановленный почти с нуля. — И наконец, Cadillac Eldorado 1959 года — огромный, сияющий хромом, с плавниками, как у космического корабля, и розовым салоном. Этот автомобиль был настолько абсурдным и прекрасным одновременно, что даже Уэнсдей, увидев его, не смогла сдержать усмешку. — Это... нечто, — сказала она. — Это искусство, — возразила Моргана. Энид, разумеется, была в восторге от розового салона. Среди мотоциклов тоже было пополнение: — Indian Scout, с которого всё началось — чёрный, мощный, верный. — Harley-Davidson Fat Boy, подарок от Рэя на годовщину их знакомства — массивный, хромированный, с гравировкой на баке. — Triumph Bonneville T120 — британская классика, которую Моргана купила после того, как прокатилась на таком во время одной из редких поездок в Лондон. Каждый автомобиль и мотоцикл имел свою историю, которую Моргана могла рассказывать часами. Она знала о них всё: год выпуска, особенности двигателя, количество surviving экземпляров, имена предыдущих владельцев. Это было не просто хобби. Это была страсть. И, возможно, способ сохранить рассудок в мире, который требовал от неё всё больше и больше. --- **Глава 12: Ночная гонка** Однажды ночью Рэй предложил ей нечто особенное. — Слышал, ты хорошо гоняешь, — сказал он, когда они сидели у маяка после обычной пятничной поездки. — Есть одна трасса. Заброшенный автодром в Нью-Гэмпшире. Пара часов езды отсюда. Мы иногда устраиваем там... неофициальные заезды. Никаких призов, никаких ставок. Только чистая гонка. Хочешь попробовать? Моргана задумалась. Она никогда не участвовала в настоящих гонках — только в той, в Монако, и то это была скорее случайность. — Я согласна, — сказала она. На следующий уик-энд она погрузила Mustang Boss 429 на автовоз (Рэй настоял, чтобы она взяла именно его — «этот зверь создан для трека») и отправилась в Нью-Гэмпшир. Энид и Уэнсдей поехали с ней — они не собирались отпускать её одну. Заброшенный автодром был местом, которое словно сошло со страниц постапокалиптического романа. Разрушенные трибуны, потрескавшийся асфальт, ржавые барьеры. Но трасса — длинная, извилистая, с перепадами высоты — была всё ещё пригодна для гонок. Здесь собралось около дюжины человек с разными машинами. Рэй приехал на своём Charger, Карлос — на Mustang, Мэгги — на Pontiac. Были и незнакомцы. Гонка началась после полуночи. Машины выстроились на стартовой линии, и когда Рэй (выступавший в роли судьи) махнул флагом, они рванули вперёд. Моргана вела яростно. Она забыла обо всём — о политике, о врагах, о грузе ответственности. Только двигатель, ревущий на пределе, только повороты, в которые она входила с ювелирной точностью, только адреналин, бурлящий в крови. Она обошла Карлоса, затем Мэгги, затем ещё двоих. На последнем круге она шла нос к носу с Рэем, и они пересекли финишную черту почти одновременно. Рэй победил — на долю секунды. — Чёрт, — выдохнул он, выходя из машины. — Ты меня чуть не сделала. Где ты так научилась? — В Монако, — ответила Моргана, и это было правдой, хотя и не совсем. — В Монако? — Рэй присвистнул. — Дорогая, ты полна сюрпризов. Энид и Уэнсдей, наблюдавшие с трибун, обняли её. — Ты была великолепна, — сказала Энид. — Ты была опасна, — добавила Уэнсдей. — Но да, великолепна. --- **Глава 13: Авария** Но с опасной ездой приходят и опасные последствия. Однажды ночью, когда Моргана гоняла одна на Indian Scout по горному серпантину, случилось то, чего она всегда боялась в глубине души. Она входила в поворот, когда из-за скалы внезапно появился олень. Она дёрнула руль, уходя от столкновения, но на мокром асфальте (прошёл дождь) мотоцикл потерял сцепление. Её выбросило из седла. Тени попытались смягчить падение, но скорость была слишком велика. Она пролетела несколько метров, ударилась о каменное ограждение и рухнула на землю. Боль была... значительной. Даже для демона. Она попыталась встать и не смогла. Левая рука, чешуйчатая, была сломана в двух местах. Рёбра трещали при каждом вдохе. На затылке пульсировала гематома. Кровь — тёмная, почти чёрная — заливала лицо. Моргана лежала на холодном асфальте, глядя в звёздное небо, и думала: «Вот так. Вот так это могло бы закончиться. Не в битве, не от рук врагов, а на пустой дороге, из-за оленя». Её инстинкты кричали: «Встань! Исцелись! Выживи!» Но она не могла. Впервые за долгое время она не контролировала ситуацию. Она не знала, сколько прошло времени. Минуты? Часы? Сознание то проваливалось в темноту, то возвращалось. Наконец, вдалеке послышался звук мотора. Её мотоцикл, Indian Scout, всё ещё работал, лежа на боку. Но этот звук был другим. Автомобиль. Через несколько минут над ней склонилось лицо — мужчина, пожилой, с усами. Местный фермер, ехавший по горной дороге рано утром. — Боже мой, — прошептал он. — Мисс, вы меня слышите? — Слышу, — прохрипела Моргана. — Позвоните... моим жёнам. Телефон... в кармане. Фермер достал телефон, нашёл номер «Энид» и нажал вызов. --- **Глава 14: Больничная палата** Очнулась Моргана в больнице. Белый потолок, запах антисептика, писк мониторов. Её левая рука была в гипсе, рёбра перебинтованы, голова гудела. Рядом с кроватью сидели Энид и Уэнсдей — обе бледные, с тёмными кругами под глазами. — Сколько... — начала Моргана. — Три дня, — ответила Уэнсдей. — Ты была без сознания три дня. Врачи сказали, что демоническая регенерация работает, но она замедлилась из-за серьёзности травм. — Ты нас напугала, — голос Энид дрожал. — До смерти напугала. Когда этот фермер позвонил, я думала, что потеряю тебя. Моргана попыталась сесть, но боль в рёбрах заставила её отказаться от этой идеи. — Простите, — прошептала она. — Я не хотела. — Мы знаем, — Уэнсдей взяла её за правую руку. — Но это должно прекратиться. Не гонки — мы понимаем, что тебе это нужно. Но опасная езда в одиночку, без предупреждения. Ты — Княжна Ада, Моргана. Миллионы рассчитывают на тебя. Мы рассчитываем на тебя. Ты не имеешь права так рисковать. — Я знаю, — Моргана закрыла глаза. — Я просто... забыла. На мгновение. Что я не бессмертная. Ну, не совсем бессмертная. — Ты смертна, когда забываешь об осторожности, — сказала Энид. — Пожалуйста, помни об этом. В палату заглянула медсестра, за ней — врач. Они были удивлены скорости восстановления пациентки («невероятно, просто невероятно»), но предупредили, что полное выздоровление займёт недели. Вечером, когда Энид и Уэнсдей вышли в коридор, Моргана осталась одна. Она смотрела в потолок и думала о том, как близко подошла к грани. Не к смерти — к тому, чтобы потерять всё, что ей дорого, из-за собственного безрассудства. «Я должна измениться, — сказала она себе. — Не перестать гонять — это часть меня. Но делать это с умом. С предупреждением. С осторожностью». --- **Глава 15: Выздоровление** Выздоровление заняло почти месяц. Моргана, привыкшая к мгновенной регенерации, была раздражена медлительностью своего тела. Демоническая кровь ускоряла заживление, но травмы были серьёзными, и даже её природе требовалось время. Всё это время Энид и Уэнсдей не отходили от неё. Они организовали домашний кабинет, чтобы Моргана могла работать, не вставая с постели. Торн взял на себя часть деканатских обязанностей. Демоны-советники продолжали свою работу в городе, докладывая Моргане по видеосвязи. А по вечерам, когда дела заканчивались, они втроём сидели в гостиной у камина, и Моргана, закутанная в плед, чувствовала, как любовь и забота жён согревают её лучше любого огня. — Я дура, — сказала она однажды. — Безусловно, — согласилась Уэнсдей. — Но мы всё равно тебя любим. — Мы всегда будем тебя любить, — добавила Энид. — Даже когда я рискую собой по-глупому? — Особенно тогда, — сказала Энид. — Потому что это напоминает нам, что ты не только Княжна Ада. Ты — живая. Со своими слабостями, страстями, ошибками. Ты — наша. Моргана улыбнулась. — Спасибо. За то, что вы есть. — Это взаимно, — ответили они хором. --- **Глава 16: Возвращение на дорогу** Когда гипс наконец сняли и рёбра перестали болеть при каждом вдохе, Моргана вернулась в гараж. Она стояла перед своими машинами и мотоциклами, глядя на них с новой смесью любви и осторожности. Она всё ещё хотела скорости. Всё ещё хотела ветра в волосах и ночных дорог. Но теперь она знала, что это не должно быть ценой жизни — её или чьей-то ещё. — Я хочу построить гоночный трек, — объявила она однажды утром. — Частный. С безопасными барьерами, медицинским пунктом, системой слежения. Чтобы гонять без риска для жизни. Для себя и для других. — Это будет дорого, — заметила Уэнсдей. — Казна Ада, — напомнила Моргана. Через несколько месяцев на участке земли в часе езды от Провиденса был построен гоночный трек. Сложный, с перепадами высоты и извилистыми поворотами, он был спроектирован по лучшим стандартам. По выходным там собирались гонщики — и изгои, и норми, — чтобы соревноваться в безопасных условиях. Моргана финансировала его, но не управляла — этим занялся Рэй, который с радостью согласился на роль менеджера. Свой первый заезд на новом треке Моргана совершила сама, на Mustang Boss 429. Она ехала быстро, но контролируемо. Чувствовала машину, чувствовала трассу, чувствовала, как адреналин бурлит в крови — но теперь это был азарт без отчаяния. Радость без страха. Скорость без безрассудства. Когда она вернулась в бокс, её ждали Энид и Уэнсдей. — Ну как? — спросила Энид. — Идеально, — ответила Моргана. — И в этот раз — безопасно. — Значит, мы можем не волноваться? — уточнила Уэнсдей. — Можете волноваться меньше, — Моргана обняла их. — Я обещаю. --- **Эпилог: Ночная поездка** Прошло несколько месяцев. Трек процветал, коллекция росла — к ней добавились Shelby GT500 и ещё один мотоцикл, Ducati Panigale, который Моргана купила, поддавшись мгновенному порыву. Но иногда, очень редко, она всё ещё выезжала на старые ночные дороги. Одна. Просто чтобы почувствовать то, что не мог дать трек: свободу, абсолютную и бесконечную. Она остановилась на смотровой площадке над океаном. Заглушила двигатель Indian Scout. Сняла шлем (на этот раз она надела его). Ночь была тихой, только волны шумели внизу да звёзды мерцали над головой. Она думала о том, как изменилась её жизнь. Когда-то она искала любовь — и нашла. Когда-то она искала цель — и стала защитницей. Когда-то она искала свободу — и нашла её на пустых ночных дорогах. Она всё ещё была Княжной Ада. Всё ещё несла груз ответственности за тысячи жизней. Всё ещё боялась, что однажды власть поглотит её. Но здесь, на краю океана, под звёздами, она была просто Морганой. Женщиной, которая любит скорость. Женой, которую ждут дома. Демоном, который нашёл свой путь. Она завела мотоцикл. Двигатель отозвался низким, мощным гулом. Впереди была дорога — длинная, извилистая, манящая. Она нажала на газ и поехала домой. К Энид. К Уэнсдей. К своей жизни, которую она выбрала. И к рассвету, который всегда наступает после самой тёмной ночи.