В доме Уилеров снова задержались

      - Майк, давай в дом, - крикнул Уилл, выскочив на улицу.       Весь день лил дождь. Холодный, противный, заставляющий сидеть дома и бесконечно хлопать дверцей холодильника, потому что без очередного перекуса поднять себе настроение казалось невозможным.       Особенно в доме Тэда Уилера.       Майк, воспользовавшись тем, что к вечеру ливень немного успокоился, надел старую куртку, взял в руки садовые инструменты и отправился бороться с опавшей, давно увядшей листвой, которая застилала собой весь задний двор Уилеров.       Вопреки любым протестам младшего, Майк снова привез их к своим родителям, аргументируя решение тем, что в этот раз они пробудут в Хоукинсе всего три дня, а ближайшие праздники, включая Рождество, проведут вдвоем. Ну, может, встретятся с друзьями пару раз и то - это совсем не точно.       Перед поездкой, Майк клятвенно уверял, что все работы по дому закончены еще в сентябре, и сейчас они приедут лишь ради того, чтобы отдохнуть от дел и городского шума. Кудрявый, конечно же, соврал.       - Майк! - громче крикнул Уилл, начиная замерзать в тонком синем свитере, который когда-то носил его парень.       Как оказалось, они оба приехали только ради того, чтобы снова заниматься делами, входящими в обязанности Тэда Уилера.       Всю пятницу, под моросящим дождем и ледяным ветром, парни приводят в порядок сад и подъездную дорожку. Они вместе собирают обломанные ветки, высохшие цветы и мелкие бордовые листья, прилетевшие с соседских деревьев. Майк выдергивает с корнем весь сорняк, а Уилл грузит мусор в тележки, чтобы после отвезти все на ближайшую свалку.       Уилл снова обещает себе, что больше не поведется на хитрости любимого, но долго ворчать не получается.       - Майк! Я для кого тут ору? - парень решительно сдвинулся с места, собираясь увести Уилера в дом силой.       Всю субботу шел сильный ливень. Тэд, лениво развалившись в кресле, преспокойно читал пятничную газету и попивал смородиновый чай, а Майк, проигнорировав слова Уилла о непогоде и даже его полуголое тело, только вышедшее из душа, с серьезной физиономией сорвался на улицу. Байерс тогда задумался, неужели Майка настиг какой-нибудь кризис, что его так поперло выслуживаться перед отцом? И, вообще, как часто случаются кризисы в двадцать пять?       Уже после, когда они все сидели за ужином, Уилл бросил привычный, но все еще такой трепетный и осторожный взгляд на помолвочное кольцо, идеально сидящее на его безымянном пальце. Кольцо блестело в свете теплых ламп, согревая сердце Уилла и не подпуская близко ни одной тени сомнения. Ответить согласием на предложение Майка оказалось проще, чем выбрать фильм на вечер. Парень улыбнулся, заметив то, с какой нежностью сейчас смотрел на него будущий муж.       Уилл и сам не мог объяснить себе, каким образом, еще в тринадцать или четырнадцать лет, пришел к выводу, что они с Майком обязательно станут супругами. Он как-будто всегда знал о том, что выйдет замуж за сына Уилеров, но даже предположить не мог, что сами Уилеры станут такой занозой в заднице.       Вчера вечером, к примеру, Тэд сделал замечание Уиллу за слишком короткую футболку, а Майку досталось за то, что распускает руки. Когда они уже выходили из гостиной, кудрявый ущипнул любимого за попу, за что и был отчитан собственным отцом. Внимательность Тэда иногда была излишней.       А вот о том, что Майк и Уилл станут законными супругами уже в мае будущего года, знали только друзья, Джонатан и обе матери парней. Сам Тэд продолжал находиться в благостном неведении, потому что он замечает все, кроме того, что действительно первостепенно.       - Завтра нужно будет помочь нашему соседу, Майкл, - серьезным тоном заявляет Тэд, поправляя очки. - У мистера Андерсена проблемы с электричеством. Зайди к нему пораньше. Он встает не позже шести.       Новый день - новое идиотское задание Тэда. Впрочем, Уилл ни на секунду не сомневался, что Уилер-старший когда-то сам пообещал соседу помощь, только вот на деле помогать не взялся. И как же замечательно, что у него есть сын, который не умел отказывать.       Карен кивнула, поддержав мужа. Она всегда так делала, когда Тэд уже со всем определился. Ни одно ее слово погоду бы не поменяло.       Уилл, который планировал провести хотя бы завтрашний день вместе с Майком, показательно вздохнул, поджав губы.       Тэд снова делал все, чтобы они лаялись друг с другом. Без повода, просто вдохновившись атмосферой. Он нарочно загружал сына поручениями, потому что прекрасно знал, насколько сильно это задевает Байерса.       Майк отложил нож и вилку, не доев. Он поблагодарил мать за ужин, а потом вышел из-за стола, громко отодвинув стул.       Неприятную тишину разбавлял только звук телевизора, в сторону которого Тэд поглядывал каждую секунду.       - Уилл, а ты займешься моим старым велосипедом, - с гадкой ухмылкой напоминает Тэд, который с самого утра твердил только об этом.       Точно. Велосипед.       Иногда Байерс серьезно задумывался о том, что Уилер-старший даже рад, что его сын влюбился в парня. Для Тэда данный факт был преимуществом, но никак не минусом, ведь именно это позволяло ему почти не шевелиться.       Велосипед, который мечтал восстановить Уилер-старший, был главным кандидатом для сдачи на металлолом. Этот чудо-экземпляр был лишен сидения, имел одно колесо и не умел тормозить даже в лучшие годы жизни. Майк часто рассказывал, как отец давал ему отказ в покупке нового, потому что и этот, по его мнению, должен был прослужить еще несколько десятков лет.       И не важно, что он одноколесный.       Уилл снова тяжело вздохнул. И вовсе не из-за того, что Тэд нашел ему работу.       Тэд считал Уилла бездельником. Он искренне не понимал, как можно заработать на искусстве и всегда плевался, стоило Байерсу заговорить об учебе или о своих картинах.       Уиллу было неприятно, пусть он и не придавал особого значения подобной критике. Пусть Тэд говорит, что считает нужным, ведь в силу возраста ему разрешено. Пусть называет лентяем и бездельником, который планирует сидеть на шее у его единственного сына весь остаток жизни - ему почти плевать. Просто Уилл не понимал, откуда столько неприязни к его будущей профессии.       Убрав чистые тарелки в шкаф, Уилл вытирает руки, а потом выключает свет. Краем глаза он замечает, что Тэд уже гоняет пультом телевизионные каналы, а Карен болтает по телефону, по всей видимости, с Нэнси.       Нужно найти Майка и поговорить с ним, если тот захочет. А им, вообще-то, есть о чем поговорить.       Младший Уилер был найден в спальне и прямо на полу. Уилл молча садится рядом.       - В следующий раз, когда я только открою рот, чтобы сказать тебе про поездку к родителям, разбей мне нос, - тихо просит старший, вглядываясь в темноту перед собой.       - Хочешь, я это сделаю сейчас, - в шутливой форме предлагает Байерс, поглаживая бедро любимого. - У нас хотя бы появится повод уехать раньше.       Майк тяжело вздыхает, вытягивая длинные ноги. Уилл перекидывает свои через бедра Майка, ища хоть какого-то контакта и капельку тепла.       - Я понимаю, что отец хочет внимания, но он добивается его ошибочными способами, - говорит Майк с грустью в голосе.       - Майк, ты в этом не виноват, - младший тянется ближе, потому что кудрявый уже на грани.       Уилл знал этот тон голоса. Майк всегда говорил так, когда снова думал о том, что и он станет таким же. Он боялся, что со временем превратится в собственного отца. Станет таким же холодным, бездушным, жадным до улыбки и доброго слова.       Когда Майк выпьет лишнего, то вместо пошлых комплиментов и секса на столе, у них происходят разговоры, в которых старший клянется, что навсегда останется собой. Ради Уилла, ради себя, ради всего того хорошего, что между ними уже существовало.       И Уилл ему верил. Верил искренне, преданно, любя.       Уилер обнимает Байерса за спину, а потом легко подхватывает под коленями. Майк выпрямляется, удерживая хихикающего парня на своих руках.       - Мне кажется, у тебя позвоночник треснул, - хохочет младший, обхватив любимого за шею.       - Ты слишком веселый для человека, который весь завтрашний день будет возиться со ржавым металлоломом, - наносит ответный удар Майк, чуть подбрасывая младшего, чтобы перехватить удобнее.       - Куда ты меня несешь? - спрашивает Уилл, когда видит, что Майк выносит его из спальни.       Уилер молчит, сохраняя интригу. Байерс не вырывается, потому что дальше второго этажа Майк точно его не вынесет. Подобных нежностей старший Уилер точно не переживет, а ему и так на днях уже вызывали скорую. Бедняга переел фасоли.       - Майк, - тихо произносит младший, когда Уилер приземляет его возле душевой кабины. - Это не лучшая идея. Давай потерпим до дома.       - Отца до полуночи не будет интересовать ничего, кроме телешоу про паранормальные явления, а мама... - Майк на секунду запнулся, уже стаскивая с себя штаны. - Мама и так все знает.       - После того, как я поцеловал тебя в щеку на Рождество, твой отец еще два месяца смотрел на меня как на извращенца, - Байерс нервно дернул плечом, вспоминая недовольную физиономию старшего Уилера и его реакцию на невинный поцелуй.       - Плевать, - уверенно говорит Майк, тряхнув кудрявой головой. На нем остались одни боксеры, и он явно ждал, когда Уилл последует его примеру.       - Майк, тут даже дверь невозможно закрыть полностью! - напоминает младший, махнув в сторону старой двери, которая давно разбухла от влажности, потеряла форму и теперь нуждалась в замене.       - Уилл, мы вместе всю жизнь. Мы взрослые люди, - Майк говорит серьезно, но его руки уже тянут вверх футболку младшего, не встретив сопротивления. - Я люблю тебя, мне нужна близость с тобой, и в этом нет ничего постыдного, особенно для тех, кто почти в браке.       - Майк, ты чертов совратитель, - медленно отзывается Уилл, позволяя старшему раздеть себя.       Закончив с одеждой, они повесили футболки и несколько полотенец на тот крючок, который находился прямо по центру незапертой двери, чтобы прикрыть просвет, образовавшийся из-за неплотного прилегания.       - Идея все равно плохая, Майк, - сказал Байерс, когда кудрявый уже настраивал температуру воды.       - Иди ко мне, - проигнорировав замечание, Уилер притянул любимого к себе за талию и немного наклонился, чтобы накрыть его губы поцелуем.       Уилл обвил прохладными руками шею Майка, а потом закинул ногу на его бедро. В таком положении они сильнее чувствовали возбуждение друг друга, и это все еще сносило крышу. Как подросткам.       А еще, кажется, им сносило крышу то, что их могли легко увидеть.       Они целуются долго, чувственно и не торопясь. Их языки сталкиваются, обмениваются теплом, что возбуждает еще больше.       Уилер обхватывает оба уже твердых члена своей мокрой рукой и медленно водит пальцами вверх-вниз, лаская, создавая приятное трение, так, как любили они оба. Им хватило бы и этого, если б время было ограничено, потому что многого не нужно, когда они вдвоем.       Младший тихо стонет Майку в губы, чуть толкаясь бедрами от нетерпения. Он гладит плечи кудрявого, скользит ладонями вверх, а потом вплетает пальцы в мокрые пряди его волос. Майк сладко стонет в ответ и подается ближе, хватая ногу Уилла под коленом, а потом медленно трется членом об его бедро.       - Как же хорошо… - оторвавшись на секунду от любимых губ, шепчет Майк, толкаясь бедрами всего лишь в кожу.       Душевая кабина нагрелась, как и их обнаженные тела. Влажные кудри Майка щекотали нос младшего, от чего тот забавно фыркал, пытаясь их заправить ему за уши. Прервав поцелуй, старший скользнул губами к чужой открытой шее. Он собирал языком капли воды с порозовевшей кожи, наслаждался ее запахом, нежно целовал, пока его ладони крепко сжимали круглые ягодицы Байерса. Майк снова притягивал любимого ближе, сталкивал их бедра вместе, чтобы на долго не терять контакт. Малейшая дистанция мешала, давалась трудно, будто они оба перевозбужденные подростки, которые еще учатся бороться с гормональными скачками.       Майк отстранился, поцеловав любимого под подбородком, а потом мягко развернул его к себе спиной. Уилл не возражал, ему нравилось, когда Майк сам руководил процессом, оставляя ему лишь наслаждение. Он послушно прогнулся в пояснице и оперся ладонями об запотевшее стекло. Опустившись на колени, Уилер ткнулся лицом в порозовевшие от горячей воды ягодицы партнера, сильнее надавив ему на поясницу. Уилл прикрыл глаза, закусив губу до боли. Майк точно издевался. Он знал, как это работает на нем, и как громко это может заставить его стонать.       Уилер бесстыдно раздвинул раскрасневшиеся от тепла и его пальцев половинки, а потом так же бесстыдно провел между ними языком. Медленно, горячо и так, как любит его мальчик. Ладони Уилла заскользили по мокрому стеклу, ища опору понадежнее, потому что колени уже дрожали так, что он был готов свалиться.       - Майк, пожалуйста, - сквозь тихие стоны просит младший, подаваясь бедрами назад. - Либо ты прекращаешь это, либо я начну кричать...       Уилер никого не слышит. Он мокро лижет сжатое отверстие, увлеченно играя с попой партнера. Майк то сдавливает, то расслабляет пальцы, то нежно гладит, то легонько шлепает.       - Майк... ммм... - Байерс теряет мысль, сам теряясь в наслаждении. - Майк, остановись или закрой мне рот рукой... Господи...       - Если обещаешь сесть мне на лицо, когда мы окажемся в спальне, - снова издевается Уилер, а потом толкает язык внутрь.       Расслабленные мышцы поддались легко. Они не сопротивлялись и не заставляли прекращать, в отличии от своего хозяина, который глухо матерится и кусает пальцы, чтобы вдруг не закричать.       Майк не может оторваться от любимой задницы, пусть собственное возбуждение уже болит. Кудрявый, вообще, своим удовольствием интересовался мало, потому что удовольствие Уилла для него важнее.       Наигравшись, Уилер проталкивает два пальца внутрь горячего тела своего парня, оставляя яркий засос на его левой ягодице. Тот уже готов и всяческие на это намекает, но кудрявый делает вид, что снова ничего не замечает.       - Майк, я сейчас кончу просто от того, как ты гладишь меня... там, - шумно дыша, предупреждает Уилл, сжимаясь вокруг длинных и очень ловких пальцев.       Нехотя выполнив просьбу, кудрявый притягивает Уилла к себе за талию, нежно проводя большими пальцами вдоль позвоночника. Собственное возбуждение уже требует внимания, поэтому Майк трется головкой между ягодиц партнера, прикрывая глаза от эйфории. Байерс в этой стадии тоже через чур чувствительный, трогательный и полностью оторванный от реальности. Ему так хорошо, что колени не слушаются, дыхание сбивается, но тело прижимается плотнее, желая продолжения.       Майк снова раздвигает упругие ягодицы, чтобы на этот раз войти в любимое тело уже членом, который давно ныл и требовал разрядки.       И в этот раз Уилл сдается. Он двигается навстречу, заставляя Майка войти сразу и на всю длину. Резко, глубоко, почти болезненно. Старший чувствует лобком гладкую кожу ягодиц Уилла, и это начинает нестерпимо крыть. Это так хорошо, что хочется кричать. Майк чувствует, что ему будет достаточно пары толчков, чтобы финишировать, поэтому он кладет ладонь на низ живота Уилла, немного давит, а потом скользит пониже. Он обхватывает его напряженный член пальцами, начинает двигать рукой, и следом двигается сам. Уилл подается назад, снова резко, пошло, рвано, заставляя.       - Майк, только не останавливайся… пожалуйста, - хрипло просит Байерс, хватаясь за скользкое стекло.       - Можно мне кончить внутрь? - просит Майк, делая напор воды сильнее, чтобы шум маскировал их крики.       Уилл что-то мычит, но соглашаясь. Майк прижимается губами к одной из родинок на правой лопатке любимого, делая плавные, но глубокие толчки, потому что такой ритм они любили оба. Снова упершись лобком в упругие ягодицы, Майк пару раз настойчиво двигает рукой, которая все еще ласкает член партнера, а потом чувствует, как Уилл дрожит. Мелко, с наслаждением, прикрыв глаза. Байерс кончает первым, приятно сжимая член Майка внутри, но и тот больше не терпит ни минуты. Уилер кончает внутрь, держась за бедра будущего мужа, как за единственное, что важно в этом мире.       Майк выходит из расслабленного тела Уилла, а потом крепко обнимает его и тянет за собой под горячий поток воды. Он сам смывает остатки спермы с тела партнера и трогает Уилла между ягодиц, хоть тот и морщится, смутившись.       Из душа оба выходят неровной походкой, но безмерно счастливыми.       Майк думает о том, что секс - это, конечно, круто, но он до смерти желает бутерброд и колу. А еще ему хочется снова прижать Уилла к себе и лежать так до полудня.       А Уилл вдруг вспоминает, как рассказал подруге про помолвку, а та сразу заявила, что в современном мире брак не актуален. Брак - пережиток прошлого и только ненормальный добровольно подпишется на один член на всю оставшуюся жизнь. И Байерс оказался ненормальным, потому он добровольно подпишется на член Уилера на все оставшиеся жизни.       Воскресный завтрак проходит как обычно. Правда, Тэд таинственен и слишком молчалив. Байерс это замечает. Майк же точно не замечает ничего, кроме панкейков, которые готовил сам Уилл.       Что, если отец Майка мог их вчера увидеть? Что, если Тэд заглянул в ванную прямо в тот момент, когда лицо его сына было между ягодиц Уилла? Ужасно стыдно! Подозрения подкреплялись еще и тем, что их футболки, висевшие на дверном крючке, упали на пол. Впрочем, факт того, что их любовь застукали, мог даже облегчить им жизнь - Тэд просто не захочет здесь их больше видеть.       Уилл наблюдает за любимым, который с раннего утра необычайно бодрый. Он уже сгонял к соседу и даже починил проблему, в которой еще вчера не разбирался. Он все еще доволен так, что, кажется, готов разобрать дом своих родителей и построить его заново.       Усмехнувшись, Байерс поднялся, чтобы налить для Майка кофе.       - Майк, - голос Тэда разрушает тишину и звон посуды. - Ты уже взрослый мужчина, пора думать о будущем.       Младший Уилер поднимает перепуганный взгляд, дожевывая блинчик, Уилл замирает с чашкой кофе на пути к столу, а Карен, извинившись, уходит к телефону. Тэд говорил редко, но если говорил, то ничего хорошего ждать не приходилось. Парни переглянулись. Уилл молился, чтобы Тэд придумал ему новое задание, а Майк надеялся, чтобы отец заставил его отремонтировать подвал.       - Долго будешь тянуть со свадьбой, Майкл? - внезапно спрашивает глава семьи, глядя на растерянного сына. Вот так. В случайное утро случайного воскресенья. Потом Тэд переводит почти заботливый взгляд на Уилла, давая безмолвное обещание о том, что со всем разберется, если вдруг появятся проблемы. То есть, Майк заработает по шапке, если вдруг продолжит трахать Байерса вне брака.       Уилл улыбнулся, облегченно выдохнув. Видимо, Тэд все же их увидел. Увидел, а потом решил, что его сын себе слишком много позволяет, но с предложением руки и сердца не спешит.       Будь старший Уилер хоть чуточку внимательнее, то уже давно бы знал, что его сын не так плох, как он считает.