Ветер, связавший судьбы

Путь до деревни занял не больше получаса. Ещё на подходе они заметили толпу у входа: жители явно ждали их возвращения, и вид у них был встревоженный. Аппа и Кумо ждали за пределами поселения — гигантский бизон предпочёл тишину и простор, а Кумо просто не любил любопытных взглядов. Стоило им приблизиться, как местная детвора, завидев Аанга, с радостными криками бросилась к нему. Малыши тянули руки, смеялись, кто‑то даже попытался забраться на Аппу. На мгновение всё вокруг наполнилось светом и смехом — будто вернулась частичка беззаботного детства. Но идиллия длилась недолго. Сокка вышел вперёд, преграждая путь. Его лицо исказила гримаса ярости, а в руках он крепко сжимал своё копьё. — Я так и знал! Ты привёл их к нам, — Сокка ткнул пальцем в сторону Аанга, хотя его взгляд на мгновение метнулся и к Нее. — Ты специально подал сигнал людям Огня, чтобы они выследили нас! — Аанг не делал этого! Всё вышло случайно, — Катара тут же встала между братом и магом воздуха. Её голос дрожал от возмущения, но Сокку это лишь сильнее раззадорило. — Случайно?! — Сокка шагнул ближе, голос его зазвучал громче, привлекая внимание толпы. — Вы были на том корабле, там оказалась ловушка, и вы её активировали! Из‑за вас теперь весь наш народ под ударом! Аанг виновато опустил голову. — Мы не хотели… — тихо произнёс он. — Я просто… не заметил проволоку. Простите. Нея, стоявшая чуть поодаль, молча наблюдала за сценой, скрестив руки на груди. Она не торопилась встревать — пока всё не выйдет из‑под контроля. Канна, старейшина племени, стоявшая во главе толпы рядом с Соккой, выступила вперёд. Её взгляд был холодным, как лёд Южного полюса. — Катара, ты прекрасно знаешь правила: нам запрещено приближаться к кораблю. Из‑за вашей беспечности теперь всему племени грозит смертельная опасность. — Не вините Катару, это моя вина, — тихо произнёс Аанг, глядя на старейшину. — Я виноват. Но я обещаю, что помогу всё исправить. — Ага, «признался»! — воскликнул Сокка, обернувшись к жителям. — Слышали? Он сам во всём сознался! Воины, отойдите от чужаков! Они будут изгнаны из племени немедленно! — Сокка, ты совершаешь огромную ошибку! — Катара попыталась схватить его за руку, но он отпрянул. — Нет, — отрезал Сокка, выпрямившись во весь рост. Он старался говорить твёрдо, хотя внутри всё сжималось от тревоги за племя. — Я дал обещание отцу. Я поклялся защищать вас от таких, как он. — Не думаю, что ваш отец имел в виду таких, как Аанг, — раздался холодный, слегка саркастичный голос Неи. Она сделала шаг вперёд, и её спокойствие резко контрастировало с горячностью Сокки. Сокка дёрнулся, готовый огрызнуться и на неё, но Катара вмешалась первой: — Согласна с Неей: Аанг нам не враг. Наоборот, он принёс то, чего у вас в племени давно не было — надежду. И он может помочь нам защититься от Народа Огня. Сокка окинул её презрительным взглядом, сжимая копьё до побелевших костяшек. — Надежда? Для солдат Народа Огня это не преграда. Они не остановятся, чтобы поговорить. Нея лишь слегка приподняла бровь, и в её глазах блеснул вызов. — А ты попробуй как‑нибудь сам, Сокка. Может, тогда перестанешь видеть угрозу в каждом встречном. На мгновение повисла тяжёлая тишина. Все взгляды были прикованы к Сокке — от его решения зависело, что будет дальше. — Прочь из деревни! — Сокка стоял, скрестив руки на груди, его взгляд был ледяным, как зимний ветер. Он не отступит: на кону безопасность племени. — Бабушка, помоги! Останови его! — Катара в отчаянии обернулась к старейшине. В её глазах стояли слёзы, голос дрожал от обиды и тревоги. Канна медленно покачала головой. В её голосе звучала тяжёлая печаль, но и непоколебимая мудрость, выработанная годами: — Катара, ты сама знаешь — нам нельзя приближаться к кораблю. Сокка прав. Магам воздуха придётся уйти. Это слишком опасно для всех нас. Катара стиснула зубы, её лицо вспыхнуло от обиды — не только за Аанга, но и за собственное бессилие. Она сжала кулаки, глубоко вдохнула, пытаясь сдержать эмоции, и вдруг выпалила: — Отлично! Если вы их выгоняете, то я ухожу вместе с ними! — Она резко схватила Аанга за руку, потянув в сторону Аппы. — Идёмте! Нея, наблюдавшая за сценой с тихим напряжением, тяжело вздохнула. Она бросила на Сокку короткий, полный укоризны взгляд — в нём читалось: «Ты действительно этого хочешь?»— и, не сказав ни слова, пошла следом за ними. В голове уже проносились мысли: как покинуть деревню, куда направиться, что взять с собой. — Стой! Ты куда собралась? — Сокка шагнул вперёд, пытаясь остановить Катару. — На Северный полюс! — выпалила Катара, не оборачиваясь. — К мастерам магии воды! Я буду учиться у них. И помогать Аангу. — Да? Здорово! — Аанг от неожиданности даже просиял, его глаза загорелись. Но тут же он заметил напряжённую позу Неи и чуть сбавил тон, хотя в глубине души понимал: ситуация накаляется. Нея, идущая позади, лишь раздражённо цыкнула, закатив глаза. «Сейчас не время для радости», — подумала она, но сохранила внешнее спокойствие, лишь чуть ускорила шаг. Сокка, видя, что аргументы о «безопасности» не работают, сменил тактику. Его голос стал тише, но теперь в нём чувствовалось куда больше яда: — Катара, ты это серьёзно? Он для тебя важнее собственного племени? Твоей семьи? — Сокка знал, куда бить. Он давил на самое больное — на чувство долга Катары перед близкими, на её привязанность к родным и ответственность за них. Катара замерла. Её плечи опустились, уверенность начала таять под тяжестью вины. Она посмотрела на бабушку, потом на Сокку, и её рука, державшая Аанга, ослабла. Аанг, почувствовав перемену в её настроении, мягко, но твёрдо убрал её ладонь со своего запястья. Он не мог позволить ей сделать выбор против своей воли — не тогда, когда это разобьёт её сердце. — Катара, — тихо сказал он, и его голос прозвучал мягко, без тени упрёка или обиды. — Я не хочу, чтобы ты ссорилась со своей семьёй из‑за меня. Ты нужна своему племени. Оставайся. Он сделал шаг в сторону Аппы, оставляя выбор за ней, но давая понять: он не будет виновником раздора. Его улыбка была лёгкой, почти беззаботной, но в глазах читалась искренняя забота — о ней, о её семье, о том, чтобы никто не пострадал из‑за его присутствия. — Выходит, это прощание? — Голос Катары дрогнул. Она стояла чуть поодаль, теребя края своей парки. В её глазах сейчас читалась тихая грусть, будто она пыталась удержать что‑то ускользающее. — Куда вы направитесь? Аанг почесал затылок, глядя на ледяные горизонты Южного полюса. Его поза оставалась расслабленной, почти беззаботной, но взгляд выдавал лёгкую растерянность. — Выходит, так. Обратно домой, в Южный Храм Воздуха. Попытаюсь найти кого‑то из своих… — Он замолчал, и на его лице промелькнула тень сомнения. — Ой, там же, наверное, жуткий беспорядок. Я в своей комнате сто лет не убирался. Наверняка пауко‑осы уже успели свить гнёзда в каждом углу. Нея, стоявшая рядом с Кумо, не удержалась от усмешки. Она прислонилась к шерсти Аппы, скрестив руки на груди. Губы тронула колкая улыбка, но в глубине глаз отражалась та же усталость, что и у Аанга, — усталость человека, который слишком долго был в пути. — Думается мне, Аанг, твою комнату уже давно отдали другому ученику. Или просто засыпали снегом, — она выдержала паузу, позволив горькой правде повиснуть в воздухе. — Столетие — это не просто долгий срок. Это целая вечность. Храма, каким мы его помним, больше нет. Аанг сник. Его плечи опустились, а глаза потускнели. — И правда… — прошептал он. Затем перевёл взгляд на Нею, пытаясь выдавить улыбку. — Твою комнату, небось, тоже заняли. Интересно, а о твоей птичке кто‑нибудь заботился всё это время? Нея отвела взгляд, наблюдая, как Кумо уже устроился в седле Аппы, равнодушно ожидая конца их затянувшегося прощания. Она погладила шерсть зубра, чувствуя исходящее от него тепло — единственное, что сейчас казалось реальным в этом изменившемся до неузнаваемости мире. — Скорее всего, она улетела, как только почувствовала, что я не вернусь, — тихо ответила Нея. — Животные умнее людей, Аанг. Они знают, когда ждать бесполезно. Больше не будет ни друзей, ни знакомых, ни привычных ритуалов. Мир неумолимо ушёл вперёд, а мы… мы просто застряли во вчерашнем дне. Нея легко запрыгнула в седло, устраиваясь рядом с Кумо. Аанг, собравшись с духом, одним прыжком взмыл на широкую голову Аппы и крепко ухватился за поводья. — Счастливо, ребята! — Аанг постарался придать голосу прежнюю бодрость, игнорируя тяжёлый, полный недоверия взгляд Сокки. Тот стоял, скрестив руки на груди, и внимательно следил за каждым их движением, словно оценивая потенциальную угрозу. — Поднимай уже в воздух своего зубра, — Сокка закатил глаза. Его скепсис был настолько явным, что почти осязаемым. — Нам ещё укрепления проверять, а не смотреть на полёты гигантских летающих лохматых штук. Нея негромко рассмеялась, и этот смех прозвучал как сухой треск льда. — Какой очаровательный молодой человек, — бросила она, не оборачиваясь. — Давай, Аппа, ты сможешь. Хип‑хип! — Аанг дёрнул за вожжи, подавая команду. Аппа издал утробный стон, но не сдвинулся с места. Великий зубр казался массивной горой, прикованной к ледяной корке. — Хм… Судя по всему, он недостаточно отдохнул, — пробормотал Аанг себе под нос, смущённо почесав нос. — Да я так и думал! — тут же отозвался Сокка, торжествующе вскинув палец. — Это животное просто не способно… Он не успел договорить. Одна из деревенских девочек, совсем малышка, с громким плачем бросилась к Аппе. Она вцепилась в его шерсть, умоляя Аанга остаться. Её слёзы, искренние и горячие, капали на лёд, оставляя маленькие тёмные пятна. Эта сцена заставила Аанга помрачнеть. Он спрыгнул с Аппы и присел на корточки перед девочкой, мягко положил руку ей на плечо. — Прости, — тихо сказал он. — Но я должен идти. Обещаю, я вернусь. Он поднялся, глубоко вдохнул и решительно направил Аппу прочь от деревни, стараясь не смотреть назад. Когда они отдалились на достаточное расстояние и деревня превратилась в крошечную точку на горизонте, Аанг нарушил молчание: — Как думаешь… с ними всё будет хорошо? Нея посмотрела вдаль, на уходящие следы. — Не думаю, — отрезала она, и её голос стал холодным, как ветер на большой высоте. — Нам лучше далеко не уходить. Если то, что сказала Катара, — правда, и люди Огня рыщут поблизости, они скоро найдут этот след. И я очень сомневаюсь, что они придут с «хорошими намерениями». Мир стал опаснее, Аанг.

***

Катара ещё долго стояла на краю ледяного утёса, вглядываясь в бесконечную белизну горизонта, где совсем недавно исчез силуэт огромного зубра. Ветер теребил края её парки, а воздух казался невыносимо пустым — будто вместе с Аппой исчезло что‑то важное, что она только начала осознавать. Позади послышался скрип снега — это была Канна. Она подошла бесшумно, как всегда, неся в себе то самое спокойствие, которое сейчас казалось Катаре почти оскорбительным. — Катара, тебе станет легче, когда ты примешь… — начала Канна. Её голос был мягким, но в нём слышалась та непреклонность, с которой она привыкла встречать любые штормы — и природные, и человеческие. Катара резко развернулась. В её глазах, обычно глубоких и спокойных, полыхнул настоящий огонь — редкое проявление её стихийного темперамента, который она обычно сдерживала. — Ты довольна? — голос девушки сорвался на крик. — Это был мой единственный шанс! Аанг — мог бы помочь мне найти учителя, помочь мне стать тем, кем я должна быть. А ты просто… просто выгнала его! — Я защитила тебя, — спокойно парировала Канна, хотя морщинки в уголках её глаз чуть дрогнули, выдавая внутреннюю борьбу. — Ты защитила меня от будущего! — отрезала Катара. — Здесь я никогда не научусь большему, чем замораживать лужи. Ты не хочешь, чтобы я стала магом, ты хочешь, чтобы я была удобной! Чтобы я осталась здесь, стирала бельё, готовила еду и не задавала вопросов! Она не стала ждать ответа. Развернувшись, Катара почти бегом направилась обратно к деревне, оставляя бабушку в одиночестве среди ледяных просторов. Канна смотрела вслед внучке, и перед глазами на мгновение проступили другие льды — стены Северного Племени Воды, такие величественные и такие душные. Она помнила, как в молодости боролась с этими же запретами, как её заставляли принять роль, которая была ей чужда. Она сбежала на Юг, надеясь, что здесь традиции мягче. Но теперь она знала: если внучка окажется в Северном племени сейчас, она столкнётся с тем же ледяным равнодушием и ограничениями, которые когда‑то сломали её собственную веру в справедливость. «Прости, Катара, — беззвучно прошептала Канна, глядя на исчезающий след внучки на снегу. — Но иногда, чтобы выжить, приходится чем‑то жертвовать. Я не хочу, чтобы ты прошла через то, что пережила я».

***

Тем временем в самом центре деревни царила совсем другая атмосфера. Сокка, сжимая в руке копьё, ходил взад‑вперёд перед группой деревенских мальчишек. Те выглядели куда менее уверенными, чем их «командир», переминались с ноги на ногу и украдкой поглядывали друг на друга. — Слушать мою команду! — гаркнул Сокка, стараясь придать голосу как можно больше суровости. Он подражал отцу, старался выглядеть как настоящий воин племени, хотя его собственный опыт ограничивался охотой на рыбу и редкими стычками с местными хулиганами. — Народ Огня не пришлёт нам приглашение на чай. Они придут, чтобы сжечь наши дома, и мы должны быть готовы! — Но Сокка, я хочу… — начал один из мальчишек, самый младший, с веснушками на носу и испуганными глазами. — Никаких «но»! — рявкнул Сокка, вскинув копьё. Его лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности, почти ожесточения. — Никаких оправданий, никаких перерывов и никаких пипи‑пауз, пока оборонительный ров не будет готов! Мы — последняя линия обороны Южного полюса. Если мы не проявим себя сейчас, кто защитит наших матерей, сестёр и бабушек? Он гордо выпятил грудь, хотя в глубине души его колотила мелкая дрожь. Он знал, что их «армия» — это дети с палками, а их «укрепления» — груды снега, которые растают при первой же атаке. Но он был сыном Хакоды, и если это был его единственный путь стать мужчиной, он готов был идти по нему до конца. — Вперёд! За работу! — скомандовал он, указывая на сугробы. Мальчишки, вздохнув, неохотно побрели копать. Сокка остался стоять, скрестив руки на груди. Он внимательно следил за горизонтом, где над ледниками собирались тяжёлые тучи. Где‑то там, среди белых просторов, надвигалась настоящая буря — не только природная, но и военная. Он молился духам, чтобы его напускной уверенности хватило. Чтобы он смог защитить тех, кто ему дорог, пока не вернётся отец.

***

Аанг решил расположиться на странной льдине в форме колец — она напоминала ему древние символы воздушных кочевников, которые он видел в храмовых залах. Он сел, обхватив колени руками, и, поддавшись тоске, начал тихо беседовать с Аппой: — Ну что, дружище, как думаешь, может, мы всё-таки поспешили с уходом? Вдруг Катара передумала бы… Или Сокка наконец понял, что мы не враги? — Аанг вздохнул, провёл ладонью по густой шерсти зубра. — Хотя, может, так будет лучше. Мы ведь не можем вечно прятаться от мира, правда? Аппа издал низкий, успокаивающий звук, будто пытался подбодрить своего друга, и слегка толкнул его головой в плечо. Нея наблюдала за этой сценой со странной меланхолией. С одной стороны, она прекрасно понимала Аанга: его тоска по прошлому, его вера в людей, его потребность в дружбе и тепле. С другой — ей казалось странным так быстро привязываться к тем, кого они знали всего несколько дней. Сама Нея предпочла не лежать на ледяной поверхности, а устроиться на Кумо. Пусть он и был небольшим, но на нём вполне можно было расположиться, свесив ноги. Кумо, в свою очередь, лежал прямо на снегу и, похоже, даже не планировал вставать. Его хозяйка рядом, холода он не ощущал — так зачем напрягаться? Он прикрыл глаза, издавая тихое урчание, почти мурлыканье. Нея погладила его по спине, улыбнулась краешком губ. В такие моменты ей казалось, что только Кумо и понимает её без слов. Вдруг Аанг резко подскочил на месте и стал пристально вглядываться в горизонт. Его поза мгновенно изменилась: расслабленность сменилась настороженностью, глаза прищурились, а пальцы невольно сжались в кулаки. — Что там? — спросила Нея. Её голос звучал устало — похоже, ей начала передаваться лень Кумо. — Корабль, — тихо, но твёрдо произнёс Аанг. — Он движется к деревне. Он спрыгнул с льдины, повернулся к зверям: — Аппа, Кумо — ждите здесь! Нея, пошли! Нея поднялась с явной неохотой. Тепло, исходившее от Кумо, начало убаюкивать её, манить в сон — так легко было просто закрыть глаза и забыть обо всех тревогах. — Ладно, — протянула она, всё‑таки вставая и следуя за Аангом. — Но если это окажется просто большой айсберг, я тебя стукну. Аанг на мгновение обернулся и улыбнулся — впервые за долгое время его улыбка была не вымученной, а живой, почти прежней: — Договорились. Но я почти уверен — это не айсберг. Они двинулись вперёд, осторожно пробираясь между ледяных гряд. Аанг шёл быстро, но старался не шуметь, а Нея держалась чуть позади, внимательно осматривая местность: её взгляд цеплялся за малейшие детали, уши ловили каждый звук. Она не любила неожиданностей — и сейчас готовилась к худшему.

***

Сокка стоял на защитной стене из ледяных блоков и вглядывался в горизонт. Видимость была плохой: океан заволокло густым туманом, сквозь который едва пробивались слабые лучи солнца. Юноша хмурился, нервно сжимал копьё и прислушивался — он чувствовал, что что‑то не так. Вдруг стена под ним затряслась, заскрипела и начала покрываться трещинами. — Всем назад! — крикнул Сокка, но было поздно: ледяная конструкция не выдержала и обрушилась. Он скатился по обломкам ближе к центру деревни, едва успев сгруппироваться. Позади него началась суета: женщины подхватывали детей на руки и торопливо прятали их в домах, старики спешили укрыться, а несколько детей замерли в нерешительности, не зная, что делать. Из тумана вынырнул корабль Народа Огня. Он не собирался останавливаться — с грохотом ломая ледяные глыбы, судно стремительно продвигалось к поселению. Корабль остановился в нескольких метрах от домов и начал медленно раскрывать носовую часть, словно пасть огромного зверя. Из него показались с десяток солдат в традиционных доспехах. Во главе отряда стоял юноша примерно ровесник Сокки — высокий, статный, с горделивой осанкой. На левой стороне лица виднелся шрам. Его глаза, тёмные и пронзительные, быстро оценили обстановку: оборона слабая, людей мало, большинство — старики, женщины и дети. Зуко начал спускаться по трапу, его шаги были уверенными, почти вызывающими. Люди племени, вместо того чтобы спрятаться, высыпали на улицу — кто‑то с тревогой, кто‑то с вызовом. Среди них была и Катара: она стояла чуть впереди, сжимая кулаки, её глаза горели решимостью. Сокка не собирался ждать, пока солдаты полностью высадятся. Он стиснул зубы, вскинул копьё и бросился вперёд, целясь в Зуко. — Убирайся из нашей деревни! — выкрикнул он, занося оружие для удара. Но Зуко даже не дрогнул. Быстрым, отточенным движением он перехватил древко копья, сделал подсечку — и Сокка, потеряв равновесие, кубарем скатился с трапа прямо в сугроб. — Глупо бросаться в бой без плана, — холодно произнёс Зуко, глядя на Сокку сверху вниз. Его голос был твёрдым, но без излишней жестокости — скорее наставническим. Он остановился в нескольких шагах от собравшихся жителей и окинул их взглядом — не жестоким, но холодным и расчётливым. Катара рванулась вперёд, готовая вступиться за брата, но Канна мягко положила руку ей на плечо. — Подожди, — тихо сказала старейшина. — Посмотрим, чего они хотят. Зуко сделал ещё шаг вперёд и громко, чётко произнёс: — Я — принц Зуко, наследник Народа Огня. Я ищу Аватара. Если он здесь — выдайте его, и мы уйдём без кровопролития. Если нет — я проверю сам. В толпе пробежал шёпот. Катара сжала кулаки, её дыхание участилось. Сокка поднялся из сугроба, отряхнулся и с громким криком бросился на Зуко: — Убирайся из нашей деревни! Зуко даже не сдвинулся с места. Быстрым, отточенным движением он перехватил руку Сокки, перебросил его через плечо — и тот, пролетев пару метров, приземлился в сугроб рядом с толпой. — Слабовато, — холодно бросил Зуко, не сводя взгляда с собравшихся. Но Сокка не собирался сдаваться. Он перекатился в сторону, уходя от огненного залпа, который Зуко выпустил в качестве предупреждения, и, вскочив на ноги, метнул бумеранг. Движение вышло резким, отчаянным — но точным. Зуко едва успел отклониться: бумеранг просвистел в сантиметре от его лица и устремился в сторону, чтобы, описав дугу, вернуться к хозяину. — Впечатляет, — усмехнулся Зуко, в его голосе прозвучала нотка уважения. — Но этого мало. Сокка предпринял ещё одну попытку атаки. Он рванулся вперёд, занося копьё, но Зуко уже был готов. Одним отточенным движением принц перехватил древко, резко провернул — и копьё треснуло пополам. Затем Зуко сделал пару быстрых выпадов обломком, целясь в плечи и грудь Сокки, чтобы сбить его с толку и заставить отступить. — Достаточно, — твёрдо произнёс Зуко. — Ты храбр, но безрассуден. Однако он не учёл одного: бумеранг, описав широкую дугу над деревней, возвращался. И в тот момент, когда Зуко расслабился, уверенный в своём превосходстве, бумеранг со звонким стуком врезался ему прямо в шлем. Принц пошатнулся, схватился за голову, а на его лице отразилось сначала недоумение, затем — откровенное бешенство. — Что за… — он резко обернулся, и его взгляд встретился с дерзкой ухмылкой Сокки. Это выбило Зуко из колеи ещё сильнее. Он уже собирался проучить дерзкого мальчишку — как вдруг сзади его неожиданно сбили с ног. Принц перекувыркнулся в воздухе и неудачно приземлился, ударившись спиной об лёд. Шлем слетел и покатился по снегу, остановившись у ног одного из солдат. Виновником оказался Аанг — он примчался на пингвине, сделал вокруг собравшихся полукруг, весело обрызгав ближайших детей снегом. Те, не ожидавшие такого сюрприза, сначала замерли, а потом разразились громким смехом. Аанг, сияя от радости, остановил пингвина неподалёку от Катары и Сокки. Пингвин, явно недовольный таким обращением, недовольно крякнул, резко встряхнулся и сбросил Аанга со своей спины. Затем, важно переваливаясь, отправился прочь — в сторону ледяных гряд, словно говоря: «С меня хватит». Нея в это же время осторожно приземлилась на борт корабля. Она замерла на краю, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдала за ситуацией, готовая вмешаться в любой момент. Её взгляд метнулся к Зуко, затем к Аангу — в глазах читалась смесь раздражения и едва заметного веселья. — Привет, Катара! Привет, Сокка! — Аанг вскочил на ноги, отряхивая снег с одежды. Его лицо светилось неподдельной радостью, а глаза искрились весельем. Казалось, он вообще не замечал напряжения вокруг — или просто не хотел его замечать. — Ух ты, тут так интересно! Что происходит? Катара, до этого момента напряжённо следившая за Зуко, невольно улыбнулась, хотя в её взгляде всё ещё читалась тревога. — Аанг… — начала она, но Сокка перебил её. — Привет, Аанг, — Сокка звучал устало, но в его голосе проскользнула нотка облегчения. Он провёл рукой по волосам, стряхивая снежинки. — Спасибо, что… э‑э… отвлёк его. Хотя, может, в следующий раз без пингвинов? Зуко тем временем поднялся на ноги, поморщившись от боли в спине. Его глаза сузились, когда он увидел Аанга. В них мелькнуло понимание — и что‑то ещё, похожее на смесь удивления и азарта. — Аватар, — тихо произнёс Зуко, делая шаг вперёд. Его голос звучал твёрдо, но без прежней агрессии. — Почему...ты мальчишка? Аанг, не теряя своей беззаботной улыбки, слегка наклонил голову. — Ну да, — просто ответил он. — А ты кто? Зуко на мгновение замер, явно не ожидая такого вопроса. Его губы дрогнули, будто он хотел сказать что‑то резкое, но сдержался. Вместо этого он выпрямился во весь рост и произнёс: — Я — принц Зуко, наследник Народа Огня. И я пришёл за тобой. Катара инстинктивно шагнула вперёд, закрывая собой Аанга. — Он никуда с тобой не пойдёт, — твёрдо сказала она. Сокка, взяв себя в руки, встал рядом с сестрой, на этот раз держа бумеранг наготове, но не бросая его. — Да, и мы не позволим тебе просто так забрать его, — добавил он. Нея, всё ещё стоя на борту корабля, слегка приподняла бровь. — Интересно, — пробормотала она себе под нос. — Кажется, ситуация только усложняется. Аанг же, глядя на напряжённые лица друзей и серьёзное выражение лица Зуко, наконец осознал, что происходящее — не просто забавная игра. Его улыбка чуть померкла, но он всё равно остался спокойным. — Послушайте, — сказал он, поднимая руки в примирительном жесте. — Может, мы сначала поговорим? Драки — это, конечно, весело, но… может, найдём другой способ решить всё мирно? На мгновение повисла тишина. Зуко смотрел на Аанга, пытаясь понять, шутит тот или говорит серьёзно. Катара и Сокка переглянулись — в их взглядах читалась смесь тревоги и надежды. А Нея, всё ещё наблюдая со стороны, едва заметно улыбнулась. Сзади Неи послышались шаги — похоже, на корабле ещё остались солдаты. Она мгновенно почувствовала движение воздуха за спиной и, не оборачиваясь, сделала быстрый шаг в сторону. — Эй, ты ещё кто такая? — рявкнул грубый голос. Солдат Народа Огня, высокий и широкоплечий, запустил в Нею струёй пламени. Нея отреагировала мгновенно: лёгким, почти танцевальным движением она отклонилась вбок, и огненный поток пронёсся мимо, опалив край её одежды. Развернувшись, она окинула противника холодным взглядом. — Не стоит бросаться огнём вслепую, — спокойно произнесла она, хотя внутри закипала сосредоточенность. — Можно обжечься самому. Солдат зарычал и сделал шаг вперёд, готовясь к новой атаке. Но Нея уже была на шаг впереди: она скользнула в сторону, используя борт корабля как опору, и в прыжке нанесла точный удар ногой в грудь противника выбрасывая его за борт. На звук удара о снег Зуко резко обернулся. На борту его корабля стояла девушка — его глаза расширились от удивления. Она была одета в традиционные одежды магов воздуха: лёгкий светло‑коричневый плащ, свободные штаны и мягкие ботинки. Её короткие тёмные волосы развевались на ледяном ветру, а на лице и руках отчётливо виднелись татуировки в виде стрел — безошибочный знак принадлежности к воздушным кочевникам. Нея тоже посмотрела на него — и неожиданно громко рассмеялась. Её смех прозвучал легко и звонко, почти по‑детски, но в нём чувствовалась скрытая сила. — Э‑э… этот хвост тебе не идёт, — сквозь смех выдавила она, указывая взглядом на причёску Зуко. Его высокий пучок слегка растрёпался после падения, выбившиеся пряди прилипли к щеке рядом со шрамом. Зуко вспыхнул. Его глаза сузились, шрам на левой щеке будто потемнел от прилива крови. Он сделал шаг вперёд, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Как ты смеешь… — начал он низким, угрожающим голосом, делая шаг к Нее. — Я — принц Народа Огня, наследник престола! И я не позволю какой‑то… Он запнулся, потому что Нея перестала смеяться и посмотрела на него прямо — спокойно, без страха или насмешки. — Ты принц, — спокойно повторила она, слегка склонив голову. — Но ведёшь себя как мальчишка, который упал в снег и злится из‑за этого. Разве честь требует, чтобы ты кричал на девушку? Зуко замер. Её слова его сильно задели. В груди вскипела ярость, гордость обожгла изнутри, и он, не раздумывая, атаковал. Резкий выдох — и из его кулаков вырвались два ярких огненных шара, нацеленных в Нею. Движение было стремительным, отточенным тренировками, но безуспешным. Нея лёгким, танцевальным движением отклонилась в сторону — пламя пронеслось в сантиметре от плеча. Чуть оттолкнувшись от борта, она сделала изящный кувырок и спрыгнула на лёд, грациозно приземлившись. — Слишком прямолинейно, принц, — бросила она, слегка наклонив голову. — Огонь силён, но предсказуем. Попробуй добавить хитрости. Зуко сжал кулаки, чувствуя, как жар гнева смешивается с досадой. — Ты говоришь так, будто знаешь, что такое честь, — произнёс он жёстко. — Что бродяга вроде тебя вообще может понимать о долге? Нея выпрямилась, её улыбка исчезла, сменившись серьёзным выражением. — Я понимаю больше, чем ты думаешь, — ответила она спокойно, но твёрдо. — Честь — это не только сила и власть. Это ещё и умение слушать, и способность признать ошибку. Мне неизвестно почему ты ищешь Аватара. Но путь который ты выбрал лежит через насилие. Это вывело Зуко из себя ещё сильнее. Он атаковал — резко, импульсивно. Яркая струя огня рванулась к Нее, неся в себе всю его досаду и обиду. Нея плавным, отточенным движением вскинула руки, создавая перед собой воздушную воронку. Вихрь с лёгким свистом отклонил поток пламени — и тот устремился обратно к Зуко. Принц успел отпрыгнуть в сторону, но поток оказался непредсказуемым: огонь полетел дальше, в сторону жителей, стоявших за спиной Аанга. Аанг стремительно провернул свой посох, создавая мощный порыв ветра. Пламя рассеялось в воздухе, рассыпавшись безвредными искрами. Жители деревни в ужасе отпрянули, прикрываясь руками. Аанг повернулся на их крик, и его лицо побледнело. — Мы сдаёмся! — громко выкрикнул он, поднимая руки. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась тревога за жителей деревни. — Только не трогай их! Нея удивлённо подняла бровь, бросив на Аанга быстрый взгляд. — Аанг, что ты… — начала она, но он перебил её. — Я серьёзно, — повторил Аанг, глядя прямо на Зуко. — Если ты хочешь взять меня — бери. Но оставь в покое жителей Южного Племени Воды. Они ни в чём не виноваты. Зуко замер, опустив руки. Огонь, ещё мгновение назад пульсировавший вокруг его ладоней, погас. Он смотрел на Аанга — на его открытое лицо, на решимость в глазах, на то, как он инстинктивно чуть выдвинулся вперёд, закрывая собой людей. В груди Зуко что‑то дрогнуло. Он ожидал сопротивления, хитрости, даже насмешки — но не этого открытого предложения, не этой готовности пожертвовать собой ради других. — Ты… действительно готов сдаться? — тихо спросил он. — Просто так? — Не «просто так», — твёрдо ответил Аанг. — Я готов пойти с тобой, если это сохранит жизни невинных. — Хорошо, — медленно произнёс Зуко, всё ещё не сводя взгляда с Аанга. — Но девчонка пойдёт с нами, — он кивнул в сторону Неи. — Она тоже маг воздуха. Вдруг она настоящий Аватар, а ты её прикрываешь. Аанг удивлённо распахнул глаза. — Что? Нет, конечно! — он обернулся к Нее, затем снова посмотрел на Зуко. — Нея не Аватар. Я — Аватар. Ей тринадцать, она родилась раньше чем умер прошлый Аватар. Нея слегка приподняла бровь, но ничего не сказала. Её поза оставалась расслабленной, хотя в глазах мелькнуло что‑то вроде иронии. — Мне всё равно, — резко бросил Зуко. Его голос прозвучал жёстко, но в нём уже не было прежней слепой ярости. — Она маг воздуха — значит, представляет интерес. И если ты хочешь, чтобы я сдержал слово насчёт жителей, она отправится с нами. — Хорошо, — с тяжёлым вздохом согласился Аанг. Его улыбка на этот раз вышла вымученной, но он всё равно постарался придать голосу бодрости. Солдаты Народа Огня тут же подхватили Аанга под руки и повели к трапу. Нея, стоявшая чуть в стороне, гордо вздёрнула нос и фыркнула: — Я и сама могу идти, — бросила она, опережая солдат. — Не нужно меня тащить, будто мешок с углём. Она легко зашагала к кораблю, скрестив руки на груди и демонстративно игнорируя вытянувшиеся лица охранников. — Нет, не уходите! — закричала Катара и попыталась броситься за ними, но Сокка крепко схватил её за руку. — Стой, Катара, — твёрдо произнёс он. — Так будет лучше. Мы что‑нибудь придумаем, обещаю. Катара замерла, её глаза наполнились слезами. Она сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки. Аанг обернулся, и на его лице снова появилась искренняя, почти детская улыбка, которая часто обезоруживала окружающих: — Не волнуйся, всё будет хорошо! — попытался заверить он. — Ухаживай за Аппой и Кумо, пока нас нет! И… передай им, что мы скоро вернемся! Нея, уже ступившая на борт корабля, обернулась, встретившись взглядом с Катарой. В её глазах читалась странная смесь раздражения и едва заметной теплоты. — Не переживай, — тихо бросила она. — Я присмотрю за этим неугомонным. Катара лишь кивнула, с трудом сдерживая слёзы. Зуко, наблюдавший за этой сценой с верхней палубы, сделал знак рукой. Его голос прозвучал ровно, без прежней агрессии: — Курс на Страну Огня, мы возвращаемся домой— отдал приказ он. — И проверьте, чтобы пленники были под надёжной охраной. Корабль начал медленно отходить от берега. Аанг, стоя у борта, махал рукой Катаре и Сокке, пока деревня не превратилась в крошечную точку на горизонте. Нея стояла чуть поодаль, скрестив руки и глядя вдаль. Её лицо было непроницаемым, но в глубине глаз мелькали мысли — быстрые, расчётливые, готовые к действию. Сокка и Катара остались на берегу. Девушка всё ещё смотрела вслед уходящему кораблю, её плечи слегка подрагивали. Сокка молча стоял рядом, сжимая в руке сломанное копьё. Впервые за долгое время он не знал, что сказать. — Мы их найдём, — наконец произнёс он, скорее себе, чем сестре. — Мы обязательно их найдём и вернём обратно. Катара подняла голову, вытерла слёзы и кивнула. В её взгляде теперь горела решимость — холодная, как льды Южного полюса, и твёрдая, как сталь. — Да, — тихо ответила она. — Мы их найдём.

***

Аангу и Нее связали руки за спиной и поставили перед Зуко и его дядей Айро. Зуко, крутил в руках посох Аанга — изящную бамбуковую трость с резными узорами. — Отец будет доволен, — произнёс Зуко с ноткой триумфа в голосе. — Этот посох станет лучшим подарком, доказывающим, что я нашёл Аватара. Он увидит, что я достоин вернуть свою честь. Айро сидел на палубе в позе лотоса, невозмутимо попивая чай из маленькой фарфоровой чашки. Его лицо озаряла добродушная улыбка, а взгляд, мягкий и проницательный, скользил по пленникам с нескрываемым любопытством. Нея, чуть приподняв нос, принюхалась. — О, жасминовый чай, — тихо произнесла она, и в её голосе прозвучала нотка ностальгии. — О! — воскликнул Айро, почти подпрыгнув на месте от удовольствия. Его глаза засияли. — Девушка понимает толк в правильных напитках! Это особый сорт, собранный на склонах гор Ба‑Синг‑Се, настоянный на корнях, выдержанных три года. Как редко сейчас встретишь человека с таким тонким вкусом! — Наверное… — Нея слегка смягчилась. — Этот чай очень любила моя наставница. Могу я выпить его с вами? — Конечно, конечно! — Айро тут же поднялся на ноги, жестом приглашая её следовать за собой. — Пойдёмте в мою каюту, там будет удобнее. У меня есть ещё печенье с имбирём — оно идеально сочетается с этим сбором. — Дядя, она пленница! Вы не можете её забрать! — взвился Зуко. Его голос дрожал от возмущения и недоумения. Айро с укоризной покачал головой, делая шаг к Нее. — Пленница? — мягко переспросил он. — Разве можно так обращаться с гостем, который ценит искусство чаепития? Она будет пить чай со мной. А в трюме, я уверен, и без неё тесно. — Но… — Зуко открыл рот, чтобы возразить, но Айро уже мягко и настойчиво подтолкнул Нею в сторону кают. — Пойдёмте, моя дорогая. Мы обсудим лучшие методы заваривания, пока принц Зуко будет заниматься… своими делами, — с едва заметной иронией добавил он. Нея бросила короткий, почти извиняющийся взгляд на Аанга. Двое солдат уже волокли его к люку, ведущему в трюм. — Не волнуйся, Аанг, — невозмутимо произнесла она, следуя за Айро. — В трюме, по крайней мере, не так много соблазнов выпить лишнего. Зуко остался стоять на палубе, сжимая кулаки. Его лицо исказила гримаса ярости и полного непонимания того, как всё так обернулось. Он хотел было броситься следом, но сдержался — спорить с дядей было бесполезно. Аанг, которого толкали вниз, в темноту трюма, обернулся и беспомощно моргнул, глядя, как Нея невозмутимо уходит на «чаепитие». — Удачи, Нея! — крикнул он, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — И спасибо, господин! Айро обернулся и подмигнул Аангу: — Всегда рад оказать гостеприимство, юный Аватар. Надеюсь, условия в трюме не слишком суровы. Мы обязательно найдём способ сделать ваше путешествие более комфортным. Зуко стиснул зубы. Он чувствовал, что теряет контроль над ситуацией, а это было недопустимо. — Дядя, вы не должны поощрять пленников! — прошипел он, подходя ближе. — Они — наша добыча, а не гости! Айро вздохнул, положил руку племяннику на плечо и слегка сжал. — Зуко, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала непривычная твёрдость, — помни: даже с врагами можно вести себя достойно. Сила не только в огне и мечах. Иногда она — в чашке чая и добром слове. Зуко хотел возразить, но слова застряли в горле. Он знал, дядя говорит это не просто так. В глубине души он понимал: Айро видит дальше, чем он сам. Но гордость и обида не позволяли ему сразу принять эту мудрость.