Преподаватель Чон

Тэхён всегда был образцовым студентом. Его конспекты были идеальны, ответы на семинарах — всегда точны и развёрнуты, а на зачётах он получал высшие баллы. Он не понимал, что происходит. Его преподаватель, Чон Чонгук, известный своей объективностью и справедливостью, вдруг стал обращать на него излишнее внимание, и, к сожалению, это внимание было негативным. Сначала это были мелочи: чуть более строгий взгляд во время ответа, дополнительные вопросы, которые казались излишне придирчивыми. Потом начались замечания по оформлению работ, которые раньше никогда не вызывали нареканий. Тэхён старался не придавать этому значения, списывая на возможную усталость преподавателя или на его личные, ничем не связанные с Тэхёном, проблемы. Но чем дальше, тем больше это напоминало целенаправленную травлю. Однажды, во время презентации, Чонгук прервал Тэхёна на середине фразы, чтобы указать на незначительную ошибку в слайде. Тэхён почувствовал, как краснеют его уши. Он старался сохранять спокойствие, но слова преподавателя прозвучали так резко, что в аудитории повисла неловкая тишина. Остальные студенты переглядывались, и Тэхёну стало казаться, что на него смотрят как на какого-то изменника. После занятия Тэхён решил разобраться в чём дело. Он подошел к преподавательскому столу, чувствуя, как колотится сердце. — Профессор Чон, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — я хотел бы обсудить последние оценки и ваши комментарии к моим работам. Мне кажется, что возникло какое-то недопонимание. Чонгук поднял глаза от бумаг. В его взгляде Тэхён не увидел ни привычной доброжелательности, ни даже обычного спокойствия. – А вам не кажется, что больше времени нужно тратить на учёбу, а не сидеть в инстаграме и бездумно ставить лайки? Тэхён опешил, почему вообще он приписал сюда соцсети? Тэхён всегда всё вовремя сдавал. – Простите, но я не пропускал пары, и лекции все законспектированы. Мои доклады всегда отличные, и при чём здесь это? – Дело не только в успехах, Тэхён, – Чонгук наконец оторвал взгляд от студента и уставился в окно, словно там мог найти ответы. – Дело в том… что я вижу, кому ты уделяешь свое внимание. И это… трудно принять. Тэхён почувствовал, как что-то внутри него сжалось. Он не мог поверить, что его преподаватель, которого он уважал за острый ум и профессионализм, мог говорить такие вещи. Ревность? – Я извиняюсь, но вам не кажется, что вы переходите границы? Чонгук повернулся и посмотрел прямо в глаза. – Возможно, потому что я хотел, чтобы всё твоё внимание уделялось мне, – выпалил на одном дыхании Чонгук. Удивление на лице Тэхёна сменилось недоверием, затем — недоумением. Он моргнул, пытаясь осмыслить услышанное. Глаза Чонгука, обычно такие спокойные и внимательные, теперь горели странным, непривычным огнём. Этот взгляд, полный чего-то личного и глубокого, заставил Тэхёна почувствовать себя ещё более растерянным. — Профессор, — начал Тэхён, но голос его дрогнул. — Я… я не понимаю. Мы же преподаватель и студент. Чонгук горько усмехнулся, отвернувшись снова к окну. "Ты слишком хорош для этого", "хотел, чтобы всё твоё внимание уделялось мне". Эти фразы неожиданно обрели новый, пугающий смысл. Образ строгого, но справедливого профессора рассыпался, уступая место человеку, чьи чувства оказались непредсказуемы. — Ты прав, Тэхён, — прошептал Чонгук, его плечи поникли. — Это неправильно. Это… не должно было случиться. Но ты появился здесь, такой яркий, умный, талантливый… и всё стало сложнее. Ты заставил меня почувствовать то, чего не чувствовал уже очень давно. Сердце Тэхёна забилось быстрее. Перед ним сидел не просто преподаватель, а человек, который, казалось, растерял свою привычную уверенность и столкнулся с чем-то, что вышло из-под контроля. — Но… ваши слова… они… — Тэхён не знал, как закончить предложение. Это было слишком внезапно, слишком интимно для их обычно формальных отношений. Профессиональное взаимодействие внезапно оказалось на грани, и оба они, казалось, не знали, как теперь реагировать. — Я знаю, — тихо ответил Чонгук, словно прочитав его мысли. — Я знаю, что это неправильно. Но твоё присутствие… оно стало для меня чем-то вроде отдушины. Ты привносишь свет в мою… рутину. Я не хотел, чтобы это вышло из-под контроля. И тут Тэхён, сам не контролируя и не осознавая происходящего, резко наклонился и поцеловал преподавателя. Тандем их губ был неожиданным, но каким-то образом естественным. Вкус Чонгука, терпкий и немного горький, смешивался с растерянностью Тэхёна, создавая взрыв противоречивых эмоций. Тэхён не думал, он действовал, ведомый импульсом, который не мог объяснить. Часть его кричала о неправильности происходящего, о нарушении всех мыслимых границ. Но другая, более сильная часть, наслаждалась моментом, забыв о чинах и правилах. Чонгук сначала замер, словно не веря в происходящее, но затем, словно поддавшись внезапному порыву, ответил на поцелуй. Его руки осторожно легли на талию Тэхёна, притягивая ближе. Поцелуй становился глубже, более требовательным. Тэхёну казалось, что он тонет в этом водовороте чувств, теряя связь с реальностью. Слова, сказанные секунду назад, "это неправильно", "это не должно было случиться", теперь казались далеким эхом. Все, что имело значение, – это дрожь, пробегающая по телу, губы, отвечающие на его ласки, и жар, разливающийся по венам. Когда они наконец отстранились друг от друга, им обоим требовалось время, чтобы отдышаться. Тэхён уткнулся в плечо Чонгука, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, и застонал, чувствуя, как дрожь пробегает по его телу. В глазах напротив он видел отражение своего собственного смятения, но также и что-то новое, что-то, что вселяло странную смесь страха и предвкушения. "Что мы наделали?" – пронеслось в голове Тэхёна. Но ответить на этот вопрос он не мог. Часть его желала вернуться к прежней, безопасной дистанции. Но другая, пробужденная этим моментом, уже не могла представить себе мир без этой опасной близости. Чонгук встал и приподнял Тэхёна за талию, посадив его на стол. Он неосознанно раздвинул ноги и скрестил их на пояснице Чонгука, прижимая его всё ближе. После поцелуя в районе ширинки стало тесно и голову начало сносить окончательно. Тэхён, двигая бёдрами, потирался о его пах. Преподаватель резко выдохнул, пытаясь совладать с собой, но уже было поздно — страсть накрывала обоих. Чонгук закрыл глаза, чувствуя, как в его животе запорхали бабочки. Каждое движение Тэхёна заставляло его сердце биться быстрее, а разум ускользал прочь, оставляя лишь животное влечение и жажду. В этот момент все заботы о мире за дверью казались ни на чём не основанными, пустыми и далёкими. — Ты точно уверен? — спросил он, открывая глаза и встречая более чем играющий взгляд Тэхёна, который, казалось, только подогревал атмосферу. — А ты? — с вызовом ответил Тэхён, его губы изогнулись в улыбке, которая показала Чонгуку, что выбор уже сделан. Словно услышав это невысказанное согласие, он наклонился ближе, губы коснулись шеи Тэхёна, оставляя на его коже мягкие поцелуи, которые вызывали мурашки. Тэхён сладко застонал, и это звуковое подтверждение дало зелёный свет для Чонгука продолжить, — раз за разом его губы скользили вниз, исследуя территорию, которая еще пару минут назад была запретной. Тэхён, не в силах удержаться, начал ещё больше прижиматься к Чонгуку, его дыхание становилось всё более учащенным. Атмосфера нагревалась до предела, и в голове у обоих крутились мысли о том, как далеко они готовы зайти. Чонгук чувствовал, как в нём нарастает желание, приводя к мысли, что, возможно, именно сейчас наступил их момент когда пути обратно уже нет. — Всё — или ничего, — пробормотал Чонгук, уставившись в глаза Тэхёна, и тот, в свою очередь, лишь усмехнулся, готовый к тому, чтобы не оставить сомнений. Поцелуи Чонгука были нежными, приподняв футболку, он медленно опускался дорожкой к кромке штанов. Он не спешил, наслаждаясь моментом, ощущая мягкость кожи Тэхёна под своими губами. Он упивался этим близостью. Дверь в аудиторию не была закрыта на замок, ученики отправились на обеденный перерыв, однако ощущение, что кто-то может войти, всё ещё не отпускало и придавало адреналина. Тэхён задышал глубже, чувствуя, как в нём нарастает возбуждение. Область в районе живота горела, и он покачал бёдрами, поощряя Чонгука продолжать, подавая неявные знаки, что он готов и тоже хочет этого. В ответ преподаватель резко расстегнул ширинку и опустил резинку трусов. Его взору предстал венистый и уже сочащийся предэякулятом член. Взгляд Чонгука зацепился за нежно-розовую головку, и его тело мгновенно отреагировало на это, вызывая прилив крови и прилив пульсирующего желания, ранее державшегося под контролем. Он медленно, круговыми движениями, водил по ней языком. Тэхён сладко застонал, когда тепло языка Чонгука коснулось его кожи. Он чувствовал, как уровень желания усиливается с каждым его движением, губы с легкостью скользили по чувствительной поверхности. Каждое прикосновение вызывало у Тэхёна волны дрожи, и его тело поддавалось этим ощущениям, его бедра двигались в такт с движениями Чонгука, постепенно нарастая в ритме. — Чонгук... — вырвалось у Тэхёна, когда он почувствовал, что теряет контроль над собой. Он запустил руки в волосы преподавателя, слегка надавив, побуждая продолжать. Чонгук, поддавшись воле Тэхёна, ускорился, его движения стали настойчивее. — Пожалуйста... — вымолвил Тэхён, его голос дрожал от эмоций, он ощущал, как его разум теряется в облаке удовольствия.  Чонгук продолжал насаживаться на его член все глубже издовая стон, который был последней каплей для Тэхёна и он резко кончил ему прямо в горло. Преподаватель всё принял на себя и даже, можно сказать, высосал все остатки, отрываясь от члена с громким чмоком. На что у Тэхёна покраснели щёки. Хотя буквально пару минут назад он стонал и поддавался бёдрами прямо в глотку. Встав с колен с небольшим дискомфортом, Чонгук достал салфетки из стола и протёр Тэхёна, который разнеженный уже лежал спиной на столе. – Знаешь, я не думал, что всё так закончится, когда шёл к тебе на разговор. И ничего, что я теперь на "ты"? – Теперь мы не только на "ты", теперь ты должен ещё и быть на мне, – засмеялся Чонгук. – А это мы можем устроить позже, а сейчас я надеюсь ты уже закроешь дверь в аудитории, – подмигнув, сказал Тэхён, и Чонгук мгновенно пошёл быстрым шагом закрывать дверь. Вернувшись, Тэхён уже спустил полностью штаны и лёг животом на стол. Подойдя обратно, увидев анальную пробку, он потерял дар речи. – Что, вы не знали о моей маленькой тайне, преподаватель Чон? Ах да, об этом я не говорил в инстаграме, где вы за мной следили. На что Чонгук улыбнулся, легонько шлепнул, а после медленно начал ее вытаскивать. – Если что, у меня и смазка с презервативом в рюкзаке, я думаю, этого у тебя в столе нет. – Ты ошибаешься, в моём столе много чего есть, о чём ты не знаешь, – открывая ящик, который был на замке, и доставая всё нужное. Надев презерватив и выдавив большое количество смазки на член и пульсирующий анус, Чонгук расставил ноги Тэхёна чуть шире и положил одну руку на поясницу. Медленно начал движение. Войдя до конца, пару минут дал ему привыкнуть, наклонившись прошептал прямо в ухо. – Боже, какой ты узкий, как же в тебе хорошо! Я ждал этого момента три года, – прикусив мочку уха, резко вышел почти до конца и вошёл снова до шлепка. Тэхён вцепился в стол, костяшки побелели, и он громко, на всю аудиторию, застонал от наполненности и ярких вспышек под веками. – Ах, преподаватель Чон, что же ты три года молчал? Я бы мог оседлать тебя ещё раньше. Я бы... ах... принимал тебя так хорошо, ты бы ставил мне все зачёты. На что Чонгук смачно шлёпает по правой ягодице и чуть ли не рычит. – Ты ещё оседлаешь, мой сладкий, ты будешь во всех позах, что я представлял во снах с твоим участием, – беря каштановые волосы в кулак и притягивая к себе. Тэхён изгибается сильнее, откидывая голову назад и протяжно стонет кончая прямо на стол преподавателя. Еще пару толчков и Чонгук изливается в презерватив, наклонившись целуя в загривок. – Ну что, ты понял урок? Будешь ещё флиртовать с кем-то? – Ну что вы, преподаватель Чон, – специально выделяя слово "преподаватель", – теперь весь флирт только вам, как и раньше, стоя у трибуны с анальной пробкой, смотреть буду только на тебя. – А сейчас вытри пожалуйста стол. Чонгук еще раз наклоняется, нежно прикусывает шею, зализывает языком и выходит из него. – Как же меня манит эта разработанная дырочка, до конца обеда ещё 25 минут, ты готов кончить третий раз? – Ты серьёзно? Боже, какой ты ненасытный. – Я три года ждал, готовься, так будет всегда, если, конечно, ты не испугаешься и не убежишь, – вытирая сначала Тэхёна, а после стол, с хитрой ухмылкой произнес он. – Я и испугаюсь, ты меня плохо знаешь, – залезая коленями на стол, он полностью открывается перед Чонгуком. – Ты сводишь с ума, – нежно раздвигая ягодицы Чонгук присасывается к колечку мышц, которое пульсирует и бездумно манит. Он готов его вылизывать утром, днём и вечером, лишь бы слышать эти стоны, чувствовать его желание. Он покусывал и зализывал, проникал языком и опускался к мошонке. Почувствовав что Тэхёну не удобно, он перевернул его и положил на стол широко раставив ноги. И увидев его в такой позе, чуть не взвыл. — Ты даже представить себе не можешь, какой ты желанный, сексуальный и красивый, словно ненастоящий. У Тэхёна снова покраснели щёки, он был полностью открыт. В огромной аудитории его вылизывал преподаватель, — «ну история прямо для фанфика», — подумал он и снова застонал, почувствовав, как Чонгук проникает в него языком, а рукой в такт надрачивает член. И третья вспышка перед глазами, тело потпясывает от насложления, а Чонгук слизывает следы "преступления" с живота, поднимаясь поцелуями к соскам, прикусывая их поочерёдно и дойдя до лица целует со всей нежностью. — Если ты всегда будешь таким, я думаю, что мы перестанем ходить на лекции, — смеясь произносит Тэхён.