Часть 56
1 мая 2026 г., 09:09
К балу решили готовиться основательно.
Гарри заказал наряды через Крюкохвата — у гоблинов были связи с лучшими портными магического мира, которые шили для королевских домов и древнейших родов. Мерки сняли на расстоянии, по магии. Через три дня пришла посылка.
— Примеряй, — сказал Том, вскрывая коробку.
Гарри начал с себя. Мантия оказалась чёрной, с сине-серебристой окантовкой по краям — тонкой, изящной, как рисунок инея на стекле. Рубашка была полу облегающей, белой, из ткани, которая дышала и не мялась. Брюки — черные, удобные, но сидящие идеально.
— Хорошо, — сказал Том, окидывая его взглядом.
— Ты ещё не видел главного, — сказал Гарри.
Он снял очки. Надел магические линзы — тонкие, незаметные, с чарами, которые корректировали зрение и защищали от яркого света. Моргнул пару раз. И посмотрел на Тома.
— Ну как?
Зелёные глаза — яркие, живые, без стёкол — смотрели на Тома в упор.
Том молчал несколько секунд.
— Тебе идёт, — сказал он наконец. Голос его звучал ровно, но Гарри заметил, как дрогнули его пальцы на краю стола. — Теперь ты точно выглядишь как лорд древнего рода.
Гарри улыбнулся и решил, что будет носить линзы всегда. Очки останутся на память — где-нибудь в шкатулке. Рядом с первым письмом из Хогвартса.
Потом он достал из коробки две пары перчаток. Тонкие, чёрные, с почти незаметной серебряной вышивкой по краю. Он заказал их отдельно — Крюкохват удивился, но промолчал.
— Примерь, — сказал Гарри, протягивая одни Тому.
Том надел перчатки. Ткань села идеально — мягкая, дышащая, словно вторая кожа. Он сжал и разжал пальцы, оценивая удобство.
— Хорошо сидят, — сказал он.
— И выглядят замечательно, — кивнул Гарри, надевая свои. — Теперь мы похожи на настоящих аристократов.
Том посмотрел на свои руки — чёрные перчатки почти сливались с мантией, придавая завершённость образу. Было в них что-то… правильное. Будто они всегда должны были быть здесь.
Теперь нужно было привести в порядок волосы.
Эльфы пытались первыми. Кивер прибежал с расчёской и бабушкиными рецептами — какими-то маслами, отварами, заклинаниями. Гарри терпел, но волосы не слушались. Они вились, топорщились и явно издевались.
— Бесполезно, — вздохнул Кивер. — У хозяина своя воля.
Том попробовал следующим. Он заколдовывал прядь за прядью, пытался уложить их гладко — как тогда, в шестнадцать, когда его собственная причёска была идеальной. Но Гарри не был Томом. Волосы падали на лоб, не желая лежать ровно.
— Ты безнадёжен, — сказал Том через полчаса. — Я сдаюсь.
Сириус, который после двух недель в Вересковом замке выглядел почти живым и даже начал шутить, воодушевился.
— Позови меня! — сказал он, влетая в комнату. — Я помню, как Джеймс укладывал волосы перед свиданиями.
— Это не свидание, — сказал Том.
— Тем более, — отмахнулся Сириус.
Он возился с Гарри ещё час. Испробовал все заклинания, которые знал, даже те, которые использовал на себе в молодости. Гарри сидел смирно, но волосы не сдавались.
— Ты весь в отца, — сказал Сириус, опуская расчёску. — Тот тоже никогда не мог уложиться.
— И что он делал?
— Надевал шапку, — вздохнул Сириус. — Или смирялся.
Василиск, который наблюдал за этим представлением из дверного проёма — он не помещался в комнату целиком, поэтому просто просунул голову, — вдруг подал голос.
Детёныш, можно я попробую?
Гарри насторожился.
— Ты умеешь укладывать волосы?
Нет. Но могу лизнуть. Это помогает змеёнышам, когда они линяют.
— Я не змеёныш.
Доверься.
Гарри вздохнул и кивнул. Василиск лизнул его — раз, длинным языком, от макушки до затылка. Гарри почувствовал, как волосы намокли и... прилипли к голове. Идеально зализанные, как у Драко Малфоя после трёх флаконов лака.
— Нет, — сказал Гарри, глядя в зеркало. — Только не это.
Не понравилось? — расстроился василиск.
— Извини, но я не хожу с зализанными волосами.
Понял. Больше не буду.
Василиск обиженно посмотрел на мальчика, но не уполз. Гарри пришлось мыть голову и начинать всё сначала.
В итоге волосы остались растрёпанными. Чуть более уложенными, чем обычно, но всё равно живыми, непослушными и очень похожими на настоящего Гарри.
— Идёт, — сказал Том, посмотрев на него. — Не будем больше мучиться.
Сириус, который уже пришёл в себя после василисковой укладки, кивнул.
— Ты выглядишь как отец, — тихо сказал он. — Только моложе. И глаза — мамины. Лили была бы горда.
Гарри опустил взгляд.
— Спасибо, — сказал он.
Том надел свой наряд. Он был почти таким же — чёрная мантия, белая рубашка, чёрные брюки. Но окантовка была изумрудной — тёплой, зелёной, почти такой же, как глаза Гарри. Том не сказал ни слова про цвет. Гарри не спросил.
— Нравится? — спросил Том, подходя к зеркалу.
— Очень, — честно сказал Гарри. — Выглядишь как... ну, как принц из древних сказок.
— А ты как принц из другой сказки, — сказал Том. — Мы будем неплохо смотреться вместе.
Сириус кашлянул и вышел из комнаты, бормоча что-то про «молодёжь» и «я этого не видел».
Осталось научиться танцевать.
— Я не умею, — признался Гарри. — На балах не был.
— Я научу, — сказал Том. — Это не сложно. Главное — не смотреть вниз и не наступать на ноги партнёру.
— Ты будешь вести? — удивился Гарри.
— Я выше, — спокойно сказал Том. — И старше. И у меня есть опыт.
Они встали в пару посреди гостиной Верескового замка. Том положил руку Гарри на талию, второй взял его ладонь. Гарри чувствовал тепло через тонкую ткань рубашки и мягкую кожу перчаток — его и Тома, чёрных, почти сливающихся в одно целое.
— Считай до трёх, — сказал Том. — Раз-два-три. Раз-два-три.
— Это вальс?
— Да. Самый простой. На балах чаще всего танцуют вальс.
Гарри смотрел на свои ноги — на чёрные брюки, начищенные туфли, на пол гостиной. Через пару минут он случайно наступил Тому на ногу.
— Ой.
— Не смотри вниз, — сказал Том. — Смотри на меня.
Гарри поднял глаза. Зелёные встретились с карими. Том улыбнулся — по-настоящему, без холодной усмешки.
— Так лучше, — сказал он. — Перчатки сидят идеально. Теперь слушай музыку.
Они танцевали. Гарри оступался, наступал на ноги Тому, сбивался с ритма. Том терпел, поправлял, вёл за собой. Через час Гарри научился не смотреть вниз.
— Получается, — сказал он.
— Получается, — согласился Том.
Они танцевали в пустой гостиной, и в окна светила луна. Тёплый свет падал на их перчатки — чёрные, изящные, с серебряной вышивкой. Сириус подглядывал из коридора и улыбался.
Бал у Малфоев будет через три дня. Но сейчас, в этом моменте, Гарри чувствовал себя почти счастливым.
