Я попал в Гача-игру, но это тёмный мир с перевёрнутой моралью

Я заворожённо глядел за разворачивающейся передо мной бойней. Молодые студентки-воительницы без страха вступали в ближний бой с тварями Хаоса, как будто всю жизнь готовились именно к этому. Каждый удар меча был наполнен искусством и изяществом. Каждый взмах вызывал брызги демонической крови, щедро окрапляющей землю, наряду с сильным ливнем. С правой стороны от меня, Анна с невероятной лёгкостью разрубила пополам адскую гончую и тут же пинком ноги отправила в полёт ещё одну. Слева Алисия отбила несколько шипов твари похожей на дикобраза и затем воткнул ей клинок прямо между глаз. Прямо передо мной, пролетая сквозь врагов, как нож через масло, сражалась Сильвия и взгляд не мог уследить за её отточенными движениями, после которых дюжины тварей отправлялись на тот свет. Всё это выглядело очень красочно и драйвово... когда я находился по другую сторону экрана от подобного. Теперь же мне с ужасом приходилось наблюдать как острые шипы останавливаются в метре от моего лица, благодаря телекинезу Велни, и та, как ни в чём не бывало, отправляет их обратно в противника. В очередной раз я задумываюсь над тем, что рискую жизнью не на своей войне рядом с выдуманными персонажами. И самое главное, что теперь эта жизнь лишь суровая реальность, от которой нельзя сбежать. Всегда удивлялся различным героям-попаданцам, которые с лёгкостью принимали любые правила игры, заводили себе гарем боевых подруг и отправлялись в приключение убивать владыку демонов. Все эти герои-попаданцы, японцы, корейцы и китайцы наслаждаются этим? Нет, я могу понять солдат на фронте. Им страшно, они не хотят умирать, но они выполняют свой долг перед Родиной. Для них это работа, суровая реальность. Со временем страх притупляется и остаётся рутина войны, где ты просто выполняешь приказы и стараешься выжить. Но большинство из этих ребят вряд ли мечтали о жизни в грязных и холодных окопах, пыльных равалинах и сгоревшем лесу, сидя под бомбёжками и авиаударами. Понятное дело, что судьба у попаданцев несколько иная, но и они ежедневно рискуют жизнью, сражаясь с монстрами и демонами. И я редко читал о том, что у них не было желания становиться героями. Они просто считают всё вокруг как должное и ставят на кон свою голову и иногда даже жертвуют собой ради вновь обретённых товарищей. А вот меня рисковать жизнью и жертвовать собой вообще не прельщает. Даже с учётом того, что, как командиру, мне можно находиться в тылу сражения, никто не застрахован от случайного снаряда в голову. И что потом? Гейм овер? Сейв лоад? Есть ли у меня вторая попытка или эта жизнь последняя и единственная для меня? Я даже не смогу вернуться в своё реальное тело. Хотя, должен заметить, что китайские разработчики постарались сделать своих героинь очень сексуальными даже в бою. И не было бы у меня сейчас страха смерти, я бы смог оценить это по достоинству. Взмах юбки, оголяющий бёдра, когда одна из эльфиек Клариссы нанесла размашистый удар мечом. Подпрыгивание грудей Цурики, когда она, пробежав на четвереньках, бросилась на крупную ящерицу и разорвала её когтями. Вот Анна вытащила свой меч из трупа твари и, стряхнув его от крови, убрала мокрую чёлку со лба. Вот Велни рядом со мной хищно облизнулась, разрубив своими летающими клинками очередную гончую. Целая дюжина подобных мелких деталей происходила вокруг меня каждую секунду, в точности повторяя действия героинь из игры. Все их повадки, движения, приёмы, призванные развлекать мужскую аудиторию гача-игры, перебрались сюда с пугающей точностью. — Командир, осторожней! Пока я засмотрелся на бой, крепкая рука схватила меня за шкирку и отдёрнула назад. В ту же секунду Мариша, вовремя спасшая меня от клыков твари, врезала ей мощный апперкот в челюсть. Несмотря на действия моей группы, твари начали брать нашу позицию в полукольцо. И новые монстры продолжали прибывать из разлома. Сейчас перед нами было не меньше сотни тварей. Но отступать было нельзя. Стоит показать спину и эта толпа тут же меня нагонит и разорвёт в клочья. Разлом с тварями был небесконечным. Вряд ли он успеет изрыгнуть больше монстров перед тем как закроется. Максимум на что способен подобный кратер — это сотни две, не более. Поэтому, наша задача убивать врага быстрее, чем он появляется. — Кларисса, активируй "клинки холода" рядом с разрывом, — крикнул я высокой эльфийке, — затем применяй "кровавый бассейн". Я хочу, чтобы твари добирались до нас ослабленными и замедленными. Вампирша с улыбкой кивнула мне и бросилась обратно к разрушенной таверне. Я посмотрел ей вслед, удивляясь, что та готова отправиться в одиночку в самое пекло без какого либо прикрытия. Но как командиру мне нельзя допускать подобного. — Сильвия, расчити ей путь! — Но как же вы, мой Трибун? — удивилась принцесса, прикрывающая меня спереди. Мой ассистент стояла в авангарде нашей группы и стягивала на себя большую часть наступающих тварей. Стоит ей уйти с фронта и вся эта масса двинется прямо ко мне. — Цурика! Возьми своих и замените Сильвию. Справишься? — Хмпф! — хмыкнула волчица, разрывая напополам очередную тварь и тут же заняла место в авангарде. Сильвия кивнула зверолюдке и умчалась вслед за Лоуреску. К этому моменту над таверной разошлось в сторону ледяное кольцо. Морозные клинки врезались в вылезающих тварей, замедляя и раня всех без разбору. Кларисса замерла перед разрушенным зданием и стала читать ещё одно заклинание. К ней тут же бросилось не меньше пяти крупных монстров, но вовремя подоспевшая Сильвия успела защитить сосредоточенную на магии эльфийку, отрубив сразу несколько конечностей. Спустя пару мгновений ливень вокруг разлома стал поистине кровавым. Бассейн был активирован, а вампирша с энтузиазмом бросилась в бой. Эти две девушки, как заправские мясники, рубили монстров, что плоть и кровь просто смешивались с дождём с неба. И большая часть этой крови впитывалась в тело Лоуреску, наполняя её жизненной энергией. Теперь разлом был уже не так страшен и нам нужно было сосредоточиться на оставшихся вокруг нас тварях. Сражение продолжалось. Я взглядом постоянно выхватывал лица своих подчинённых в горячке боя. Безумное лицо Цурики, которая наслаждалсь своей охотой. Спокойное и сосредоточенное лицо Анны, которая выглядела так, будто готовила мне вечерний кофе, пока я занимался документацией. Отстранённое лицо Хризелль, которая, казалось, вообще не была заинтересована в сражении и выглядела так, будто в уме повторяла материалы к следующему занятию. Единственную эмоцию, которую я не мог у них найти — это страх. Похоже, данную эмоцию мне целиком и полностью надо взять на себя.