Там, где свои - там дом

      Знаете ли вы, что такое упрямство? А вот Ли Минхо знает очень хорошо и испытал его на себе. Целую неделю упрямый дымчатый альфа стойко терпел невыносимую боль при обработке ран, однако его тело все-таки не выдержало настроя хозяина. Поднялась температура, которую Ли сбивал настойками Чонина, ведь тот уже умел многое в лекарском деле, благодаря дедушке Ёндже. - Хен, - грустно позвал его Ян, садясь рядом с альфой на край его кровати, - Умоляю тебя, прекрати страдать этой ерундой. Ты же делаешь больно не только себе, но и Джисону.       Попытка надавить на связь истинной пары провалилась, Минхо только злобно нарычал на Йени, сердито выхватив из рук младшего настойку и демонстративно отвернувшись, виляя вылезшим от неконтролируемых эмоций хвостом. Тяжело вздохнув омеге ничего не оставалось кроме как уйти из комнаты старшего, а после и из их с Чанбином домика. По пути к их с Феликсом дому Чонина перехватили щенки 14-15 лет, которые за эти дни очень привязались к старшему омеге, и увели его в сторону речки, где Йени рассказывал им истории о других краях и стаях.       Минхо же в это время, мучаясь от высокой температуры, выпил жаропонижающую настойку и завалился на кровать, желая побыстрее заснуть. К сожалению, сон не принес альфе желанного облегчения, ведь снилась ему не самая приятная ситуация. Он вновь оказался на краю ненавистного обрыва и вновь увидел своего омегу на противоположной стороне. Теперь у фигуры волка были не просто очертания, это был никто иной как Джисон. Такой красивый рыжий омега в лучах закатного солнца. Его хотелось касаться, хотелось оберегать и никогда не выпускать из их дома. Чтобы вокруг бегали щенки, а на губах омеги играла счастливая улыбка. Но этим мечтам не суждено было сбыться. К Хану подошел другой волк, явно альфа, не Минхо. Незнакомый оборотень ласково боднул Джисона, притерся к его шее, втягивая насыщенный аромат какао, и куснул младшего за ушко, слыша игривый рык омеги. Этот рык услышал и Минхо. Внутри Ли вскипела такая ярость, смешанная с болью от осознания что у него отобрали самое дорогое, его омегу, его пару. В этот раз сон позволил ему перепрыгнуть злосчастный обрыв и оказаться рядом с Джисоном и неизвестным альфой. Не думая ни секунды Минхо кинулся на наглеца, что посмел отнять у него Хана, но был остановлен громким вскриком омеги. - Ты не имеешь никакого права на меня! – зло рыча сказал Джисон и оттолкнул Ли от альфы. - Я твоя пара! – недоуменно рыкнул в ответ Минхо. - Ты сам отказался от меня, альфа! – прямо на глазах дымчатого волка Хан обернулся человеком, и альфа увидел в глазах омеги слезы, - Я столько ждал тебя, верил, что мы будем счастливы друг с другом, но ты все разрушил! А теперь запрещаешь мне жить дальше, без тебя! Пожалей меня и мои чувства! - Я… - Минхо задохнулся собственным судорожным вздохом и развернувшись сорвался на бег, желая поскорее исчезнуть из жизни Джисона, чтобы тот обрел настоящее счастье. - Ты трус! – слышится ему вслед истошный крик омеги, - Ты гребаный трус, Ли Минхо! Ненавижу тебя!       «Да, я трус, Сони, я такой блять трус» - вопит сознание альфы, а из волчьих глаз текут настоящие слезы, пока тело волка несется как можно дальше. В какой-то момент Минхо перестал различать пейзажи, леса сменялись полянами, те заменялись горами, уходящими высоко в облака и реками, которым не было видно ни конца ни края, в конечном итоге все превратилось в выжженный лес. Остановившись посередине этого пепелища, альфа обернулся и осел на колени. Слезы стягивали щеки, глаза стали красными от лопнувших капилляров, на душе было так паршиво, а в голове до сих пор громко звучал голос Джисона, что кричал и плакал как ненавидит его. Он подвел своего омегу, Святая Луна, как он может до сих пор жить на этой земле, если самый важный человек в его жизни буквально ненавидит его? Будто издеваясь над альфой подсознание подкидывает ему картину счастливого Джисона, которого притягивает к себе расплывчатый силуэт другого альфы, не Минхо, и крепко обняв целует. - Джисон! – резко подскочив на кровати буквально кричит Минхо.       Схватившись рукой за тяжело вздымающуюся грудь, альфа пытается выровнять дыхание и внезапно ощущает дискомфорт. Нет, не в боку, на лице. Подняв руку к лицу Ли проводит пальцами по щекам и ощущает частично стянутую кожу и влагу на подушечках. Он плакал, пока спал? - Хо! – с грохотом врывается в комнату к старшему Чанбин и резко выдыхает, видя, что тот в порядке, - Хен, он нужен тебе, пойми ты это наконец. Вы созданы друг для друга, он никогда не будет таким как наши папы. - Я… Я разберусь, Бин, прости что разбудил, - сглотнув вставший в горле ком прошептал альфа и перевел на друга заплаканный взгляд, - Он ненавидит меня, да? – едва слышно прошептал Ли, боясь, что если скажет громче, то голос предательски сорвется. - Святая Луна, что за глупости ты говоришь?! – возмущенно пропыхтел Чанбин, садясь рядом с другом, - Ты не замечаешь этого, но Джисон всегда рядом с тобой ошивается и смотрит таким тоскливым и любящим взглядом. Мы все уже на грани того, чтобы впихнуть тебя ему в руки и будь что будет, серьезно, хен. - Не нужно, - отрицательно помотав головой, дымчатый волк уткнулся в свои ладони и резко потер ими несколько раз лицо, тяжело выдыхая, - Я должен поговорить с ним, да? - Да, брат, это будет самым верным решением. Особенно после сегодняшней ночи. - Хорошо, - выдохнул Минхо и с готовностью поднял уверенный взгляд на Чанбина, - Хорошо. - Вот и молодец, - одобрительно похлопав старшего по спине, Со поднялся и пошел к выходу из комнаты, - Ты давай иди, покоряй горы своих убеждений, а я пойду дальше досыпать, а то с Сынмином вчера до ночи заготавливали рыбу.       Минхо лишь проводил друга недоуменным взглядом. С каких это пор Чанбин проводит время с Кимом? Тряхнув головой дымчатый альфа рывком встал с кровати и нервно выдохнул, задержавшись взглядом на своем боку в зеркале. Да, такое ощущение, что раны выглядят еще паршивее чем в первый день. Попытавшись аккуратно прикоснуться к отметинам, Минхо резко отдернул руку, адская боль прострелила все тело. Яростно рыча от несправедливости судьбы Ли схватил баночку с мазью и назло сам обработал раны. Матерился, кусал губы, но упрямо смазывал отметины лечебными травами. На логичный вопрос, а как же разговор с Джисоном, альфа ответил сам себе что сделает это позже, возможно вечером. Если наберется смелости заговорить с омегой после стольких дней игнорирования.

***

      С самого утра Банчан был на взводе, члены стаи опасались подходить к вожаку без необходимости, тот в ответ одаривал их таким жутким взглядом красных глаз, что лучше было самим придумать решение своего вопроса, чем рисковать и просить помощи у Чана. А все из-за того, что он сильно переживал понравится ли пока еще чужакам церемония посвящения. Гоняя своих волков по всем углам поляны, которую черный оборотень выбрал лично, Кристофер со всей ответственностью подошел к вопросу украшения места, на котором примет эту неожиданно свалившуюся на его голову четверку. Он был очень рад, что его Одуванчик нашел свою пару, пускай и в лице такого дебильного альфы, как Минхо. Чанбин за эти несколько дней показал себя исключительно с хороших сторон, его можно будет подключить как к охотникам, так и к патрульным, главное решить их небольшой конфликт с Хичелем. Феликс оказался прекрасным наставником! Кто бы мог подумать, что 18-ти летний волк, еще совсем юный, сможет столькому научить щенков за такой короткий промежуток времени. Малыши были в восторге от их нового черно-белого хена, ведь помимо знаний он отвлекал злого Хенджин-хена и помогал волчатам избежать наказаний старшего альфы. Что на счет Чонина… ох, Чан старался как можно меньше думать об этом щенке, но получалось из рук вон плохо. Младший все время мелькал где-то рядом с вожаком, то другие щенки таскали Йени за собой, то сам омега бегал по мелким поручениям Минсок-хена, то вообще Джисон притащит его с собой к Кристоферу, поболтать о том, что нужно сделать в стае и просто о жизни. Если коротко, альфа пытался, но ему в этом нелегком деле никто не помогал, а нежный и улыбчивый белокурый омега ну никак не способствовал тому, чтобы Чан перестал на него смотреть. Руки так и чесались порой схватить младшего и унести к себе домой, настолько его раздражали взгляды других альф. Также все чаще стали закрадываться мысли о том, как же пахнет белоснежный волчонок. - Чан-хен! – послышался возглас с южного конца поляны и, повернувшись, вожак увидел бегущего к нему Джисона, - Давайте шустрее, хен, мы уже не знаем, что придумывать, чтобы не пускать их на эту поляну. - Прости, Хани, мы почти закончили. Нужно занять их еще всего на пару часов, - виновато нахмурив брови, ответил Банчан, нежно ероша волосы рыжего волка, - Как вообще обстоят дела с этой четверкой? Подозревают что-нибудь? - Только Йени смотрит на меня как на дурака, - устало вздохнул Хан и навалился на своего хена всем телом, - Я же везде раньше таскал его, а сегодня только пару раз взял с собой, вот он и косится на меня. Хенджин и щенки взяли на себя Ликси, он рассказывает им о плюсах маленького тела оборотня, а Чанбина отвлекает Сынмин. Кажется, они что-то готовят, но я не уверен. - А Минхо? - Сидит в своей берлоге и сосет лапу видимо, - закатив глаза ответил Джисон и перестал виснуть на старшем, - Бин-хен сказал что ему хуже, боюсь он не сможет прийти на посвящение.       Было видно, как омеге тяжело и от этого на душе вожака становилось еще тяжелее. Была бы его воля, он бы уже давно врезал этому дымчатому волчаре, чтобы мозги встали на место, да только Джисон не разрешает ничего делать с его альфой. - Он не сможет пропустить посвящение, я лично приведу его на эту поляну, Одуванчик. Если он откажется, даже по состоянию здоровья, это будет означать лишь одно – он отказывается быть частью нашей стаи и автоматически становится врагом номер 1 для всех нас, для тебя в том числе. Поверь, этого он точно не допустит. - Только не заставляй его идти, если он совсем плохо себя чувствует, - прошептал уткнувшийся в шею Чана омега, - Пожалуйста. - Клянусь, Одуванчик, - шепнул в ответ вожак, и нежно обняв Хани, чмокнул его в макушку.

***

- Я оторву тебе руки, если ты еще раз посмеешь испортить мою плиту! – донесся крик Сынмина из открытого настежь окна на кухне.       Сказать что проходивший мимо Чанбин ахринел, не сказать ничего. По натуре своей альфа был очень любопытным, поэтому свернул со своего первоначального маршрута и подошел к домику Кима. Постучавшись, Со стал ждать, когда ему откроют, уж больно ему интересно было узнать, кто вывел Сынмина из себя. - А ты чего приперся? – недовольно фыркнул омега, однако, противореча своим же словам, оставил дверь открытой и ушел вглубь дома, продолжая возмущаться на неизвестного оборотня.       Пожав плечами, Чанбин решил, что раз его не прогнали, значит, он может войти, что альфа и сделал. Пройдя по коридору Со завернул налево, вновь оказываясь в шикарно обустроенной кухне-столовой, застав весьма интересную картину. Сынмин, чертыхаясь, оттирал поверхность своей любимой плиты графитового оттенка, а рядом с ним стоял и жалобно блеял другой омега, бурый щенок лет 15-16 от силы. - Хен, - протянул младший, легонько хватаясь за рукав Кима, - Ну, хен, прости. Я не специально, ты же знаешь. Я бы никогда не испортил твои вещи, хени. - Бомгю, не зли меня еще больше, - рыкнул Сынмин, а у Чанбина от этого звука мурашки побежали по телу. Странно как, - Лучше уйди с моих глаз, завтра с тобой попробуем еще раз.       Всхлипнув, щенок несколько раз кивнул головой и промчался мимо альфы. Пока Чанбин увлеченно следил за сдерживающим злость Кимом, он не заметил как сзади него Бомгю тихо затормозил и обернувшись хитро усмехнулся. Их с Сынмин-хеном план сработал, они смогли задержать бурого альфу, а значит, остальные успеют украсить поляну к вечеру. «Нужно скорее рассказать Енджуну, а то этот глупый альфа не верил в наш с хеном план!» - Я могу как-нибудь помочь? – задав вопрос, Чанбин медленно подошел к Киму, внимательно разглядывая его профиль. - Вот только ты не лезь, пожалуйста, под руку, - раздраженно фырча омега продолжил методично натирать плиту, которую сам же и испортил, чтобы задержать альфу. В следующий раз он заставит оттирать ее Банчана и плевать, что он вожак.       Чанбин лишь с мягкой улыбкой покачал головой и легким движением, совсем невесомым, коснулся руки Сынмина и, грациозно перехватив тряпку, отодвинул медного волка. - Что ты делаешь, Чанбинааа, - смущенно протянул омега, наблюдая, как напрягаются мышцы на руках альфы, пока тот трет пятна на его любимой плите. И когда это он стал засматриваться на чужие руки? - Очевидно же, помогаю тебе, - хмыкнув Со насыпал немного средства на тряпку и продолжил методично наводить порядок, - Ты вчера допоздна разбирал рыбу и фасовал ее по морозильникам в погребе, сегодня явно опять подскочил ни свет ни заря, а сейчас еще эта ситуация с плитой. Я просто хочу, чтобы ты отдохнул, выглядишь уставшим, Мини. - Бини, но ты ведь тоже вчера вместе со мной разбирался с рыбой, разве не устал? – тихо поинтересовался Сынмин, уже не обращая внимания на то, как они с альфой называют друг друга. У них это получилось как-то само собой, и никто не был против. - Я альфа, я априори выносливее тебя. Да и мне важнее чтобы ты отдохнул, тем более, когда я могу помочь и дать тебе такую возможность, - будто само собой разумеющееся проговорил Чанбин, и чуть отойдя от многострадальной плиты, осмотрел ее под разными углами, - Готово.       Сынмин на такие простые слова почувствовал, как щеки становятся горячее, явно краснея. Он уже который день не мог понять почему Чанбин ведет себя так… Мило? Помогает ему постоянно, незаметно заботится, то кофе сделает, то укроет пледом в холодном погребе, то вообще вот как скажет что-то настолько неожиданное, что Ким каждый раз выпадает из реальности. Для него еще никто не делал таких вещей, даже тот же Хичель, что таскается за омегой. - Спасибо, - заторможенно кивнул медный волк и резко вспомнил, что ему нужно задержать альфу, - Может, тогда ты мне поможешь и с готовкой? Бомгю чуть не угробил мою кухню, а один я не успею. - С удовольствием, - улыбаясь, Чанбин закатал рукава рубашки и, уперев руки в бока, с готовностью посмотрел на омегу, - Что готовим? И в честь чего? - Вожак попросил сделать несколько пирогов, хочет на сегодняшний ужин собрать всю стаю, - важно рассказал Ким, заглядывая в большое ведро, и с довольной улыбкой кивнул на подошедшее тесто, - Тебе я доверю приготовление начинок, на твой вкус. - Как скажешь, Мини, - проходя мимо Сынмина, Чанбин подмигнул кареглазому омеге и открыл холодильник, выискивая цепким взглядом нужные ингредиенты.       Их готовка прошла в оживленном и дурашливом настроении. То Со измажет щеку омеги ягодной начинкой, то Ким в отместку запульнет в альфу горстью муки. В итоге оба были измазанные, но безумно счастливые и хихикающие от своих же проказ. В какой-то момент Чанбин наклонился за упавшим полотенцем, а Сынмин, не заметив этого, шагнул прямо в сторону старшего. Резко поднявшись с полотенцем в руках, Со столкнулся с омегой лицом к лицу, и вновь выронил несчастный кусок вафельной ткани, шустро спасая Сынмина от падения, умостив свои ладони на талии младшего. Замерев буквально в миллиметре друг от друга, они почти соприкоснулись кончиками носов. - Прости, я тебя не заметил, - тихо шепнул Ким, прерывисто выдохнув и бегая глазами по лицу альфы. - Нет, это ты прости, я чуть не сшиб тебя, - в ответ также тихо сказал Чанбин, взглядом то и делая, что скользя по губам омеги. - Совсем глупый? Это я…       Однако, договорить Сынмину не дал буквально влетевший ураганом в домик Бомгю. Застав старших в довольно смущающей позе, бурый омега пискнул извинения и отвернулся, но не вышел на улицу. Альфа и омега переглянулись и, спустя несколько секунд, чуть ли не отпрыгнули друг от друга, смущаясь и тараторя извинения. - Я зашел сказать, что Банчан-хен просил узнать, когда будут готовы пироги. Он уже хотел бы позвать всех, - также смущенно, как и старшие пробурчал Бомгю, заламывая пальцы на руках и коря себя за то, что помешал своему хену. - Передай вожаку, что все уже готово, мы только достанем их из духовки и можно забирать выпечку на стол, - ответил бурому омежке Чанбин и все-таки поднял многострадальное полотенце с пола. - Я тогда сбегаю, позову Енджуна и еще пару ребят, они помогут донести все, - протараторил Чхве и, не слушая хенов, вновь убежал из дома Сынмина.       Со хохотнул на поведение Бомгю и с готовностью повернулся к духовке, вооружившись прихватками. - Давай открывай, Мини. Будем доставать твои шедевры, - стоило Киму перевести взгляд с кухонного проема на альфу, как он увидел безумно красивую улыбку на его лице, тут же теряясь и неловко улыбаясь в ответ. - Вообще-то пироги мы готовили вместе, не принижай своих заслуг, - хмыкнул омега и открыл духовку, переживая, чтобы Чанбин не обжегся.

***

      Чан шел по улочкам родной деревни, встречая на своем пути бегущих щенков и их родителей, которые в знак уважения склоняли головы перед вожаком. Кристофер же в ответ кивал им и иногда трепал малышей по макушкам, идя дальше с мягкой улыбкой. Он безумно счастлив, что его стая ни в чем не нуждается, а если возникают какие-то проблемы, то его люди обязательно обратятся к нему за помощью. Неспешно дойдя до двухэтажного домика на восточном краю деревни, Чан увидел как Минхо сидит на крыльце предоставленного им с Чанбином жилища и с нежной улыбкой играется с кошками. Пушистые жители их стаи окружили дымчатого волка и с упоением терлись об альфу, желая получить как можно больше его внимания. - Я смотрю ты нашел себе поклонниц, - хмыкнув произнес Банчан и остановился перед Ли, смотря на него сверху вниз. - И поклонников тоже, - спокойно добавил Минхо, почесывая шейку рыжему коту, что напоминал ему Джисона. - Ты смотри аккуратнее, Хани ревнивый, - фыркнул вожак и дождавшись, когда дымчатый поднимет на него взгляд, продолжил, - Я хочу пригласить тебя на важное для стаи событие. Церемония посвящения, - стоило Чану произнести последние слова, как он увидел расширившиеся в удивлении глаза Ли. Весело ухмыльнувшись, Кристофер протянул Минхо руку.       Не произнося ни слова, младший альфа аккуратно отогнал от себя Суни - так он назвал кроху, и крепко ухватившись за протянутую ему руку, поднялся с крыльца, наконец смотря на вожака не снизу вверх, а почти на равном уровне. - Я безмерно благодарен тебе, вожак, за оказанное доверие и готовность принять мою семью, - уважительно произнес Минхо, склонив голову перед Чаном. - Пока рано благодарить, дымчатый, я окончательно приму тебя только когда Джисон будет счастлив, - притворно недовольно хмыкнул Кристофер, чтобы этот Ли Минхо не зазнавался и не надумывал себе много. Да, он с удовольствием примет их четверку в свою стаю, но вот истинному его Одуванчика знать об этом необязательно. - Я… - заикнулся Ли, чуть настороженно смотря на Чана, - Я постараюсь сделать Джисона счастливым, мне просто нужно немного больше времени. - Ладно уж, - фыркнул вожак и наклонившись почесал полосатого котика, что настойчиво терся о его ноги, за ушком, - Я понимаю тебя и твое прошлое, Минхо. Хани из-за незнания может быть немного надоедливым и настойчивым, поэтому расскажи ему то, что поведал нам Чанбин. Уверен, после этого разговора ваши отношения наладятся. А сейчас нам пора, все уже заждались. - Нужно прийти человеком или сразу волком? Как это делают у вас? – задал интересующие вопросы дымчатый альфа, мысленно в голове ставя галочку-напоминание про разговор о прошлом с Ханом. - Человеком, волка покажешь чуть позже, - кивнув ответил Банчан и, развернувшись, пошел в сторону поляны, чувствуя как Ли последовал за ним.       Дорога до места проведения церемонии посвящения заняла немного времени, так как домик альф был не так уж далеко. Выйдя из-за крупного ствола дуба Минхо обомлел, даже притормозив и встав как вкопанный, оглядывая все вокруг. На поляне, сокрытой густым лесом, собралась вся стая. В центре установили арку из белоснежных цветов, на земле под ней была россыпь белых, желтых и редких голубых оттенков лепестков. По периметру арки и по краям поляны расставили зажженные факелы, что в вечернем сумраке смотрелось просто восхитительно. То тут, то там установили высокие столики из резного дерева, на которых стояли корзинки с фруктами и вяленым мясом, а также кубки с вином, которое делала стая из винограда, росшего на самой южной территории. Посмотрев на вожака неверящим взглядом, Минхо безмолвно вскинул брови, как бы спрашивая «Это, правда, для нас?» Кристофер лишь улыбнулся дымчатому альфе и, подтолкнув его, продолжил путь к центру поляны.       Четверку пока еще чужаков будет наставлять Минсок, поэтому вверив Минхо в руки старшего омеги, Чан со спокойной душой отошел на другую половину от арки, сталкиваясь с хитрым взглядом Сынмина. - Что? – немного не понимая, почему омега так смотрит на него, спросил Банчан. - Ничего такого. Я просто думал, у нас будет церемония посвящения, а не свадьба, - пожав плечами, ответил Ким и получил удивленный взгляд от альфы. - Свадьба?... - Ну, эта арка из белых цветов, лепестки, да и вечерняя обстановка, навевают мысли о замужестве. Ты еще так суетился весь день, загонял бедных омег, что отвечают за украшения в стае, они мне уже пожаловались на тебя! - Да я просто хотел, чтобы новые члены стаи почувствовали как мы рады им! - Вся четверка? Или один конкретный белоснежный волчонок? – прищурившись и наклонившись к Чану поближе спросил Сынмин, - Что ответишь, вожак? Даже цветы выбрал в цвет его шерсти, признайся. - Сынмин, - предупреждающе рыкнул Кристофер, даже глаза немного покраснели, смешав цвета стали и крови в один причудливый оттенок. - Хен! Не рычи на моего друга, - грозно профырчал Джисон, втиснувшись между вожаком и Кимом, - Ты сам даешь повод, так что не вредничай тут! И вообще уже пора начинать церемонию, а то совсем стемнеет. - Позже поговорим с вами, - мрачно посмотрев на омег, Чан тяжело вздохнул, приводя мысли в порядок и выгоняя из них образ белоснежного волка, и развернулся на 180 градусов, направляясь к арке.       Пока вожак спорил с Кимом и Ханом, Минсок не терял зря времени. Когда привели Минхо он, наконец, удовлетворенно окинул вверенную ему четверку цепким взглядом и с наслаждением цокнул языком. - Итак, хорошие мои, - почти промурлыкал омега, совсем как недавно это делали коты у дома дымчатого и бурого альф, - В этот вечер вы станете едины с нами. У меня есть для вас небольшие подарки, но о них чуть позже. Сейчас вы должны выпить этот отвар, - пока лекарь разговаривал с этой компашкой, он параллельно залез в свой чемоданчик и достал из него четыре бутылька разных цветов. - Это точно не опасно? – подозрительно смотря на жидкость в стекле, поинтересовался Феликс, даже пытаясь принюхаться. - Хен! – укоризненно шикнул на него Чонин и с готовностью принял из рук Минсока на удивление черную, как сама ночь, настойку. - Что хен? Это ты у нас тащишься от всего лекарского и с обожанием заглядываешь Минсок-хену в рот, я же ко всем этим вашим скляночкам, баночкам, жидкостям и мазям не привык, - фыркнул в ответ младшему Ликс, но тоже принял бутылек с серебристой жидкостью. - Не переживай, Феликс, - снисходительно улыбнулся старший омега, передавая альфам оставшиеся флаконы с похожими по цвету отварами, но все же немного различающимися. У Минхо был более яркий, а у Чанбина насыщенный и глубокий оттенок, - Это поможет вам без усилий выпустить уши и хвост перед полным обращением. - Зачем это нам всем показывать свою переходную форму? – нахмурившись поинтересовался Со, переглядываясь с Ли и омегами, так как такую форму оборотни принимали только в моменты, когда испытывали сильные эмоции. - Сейчас все объясню. Вы показываете стае свою готовность открыться им и принять их помощь, ведь не все могут увидеть оборотня в переходной форме, а тут вы официально заявите, что вы доверяете нам. А чтобы вы не напрягались и не тратили лишние силы, создали отвар, - кивнув на бутыльки в руках четверки, Минсок продолжил, - Сначала вожак скажет небольшую вступительную речь и подзовет вас по очереди к себе. Вы, не спеша, спокойно подойдете к нему и поклонитесь, вставая рядом с ним, по левую руку. Он спросит у вас кое-что и после того, как вы ответите на его вопрос, вожак решит обращать вас полностью или нет. Как он это сделает, не знает никто, поэтому тут я вам, к сожалению, не подскажу. Так, вроде все рассказал, давайте пейте шустренько и уже будем начинать. Итак сегодня все устали, весь день тут возились. - Весь день? – изумился Чонин, первым выпив отвар и глазом не моргнув, - Так это из-за этого Джисон меня не брал с собой? Вот засранец. - А я думал еще чего это щенки такие активные сегодня, прохода не давали мне весь день. - Неужели Бомгю специально испортил плиту Сынмина? Хах, я же еще так удачно мимо проходил, надо же.       Минхо же ничего не сказал, ведь просидел весь день дома, придумывая повод для разговора с Джисоном. Да и вообще думал, как ему извиниться перед омегой, не до гулянок как-то было. Минсок тем временем поторопил их и достал загадочный сундучок. Открыв его, старший омега достал оттуда невероятной красоты и искусного мастерства наконечники для стрел и вручил Чанбину. Благодаря Сынмину вожак узнал, что Со не только в обличии волка отлично охотится, но и человеком любит побродить по лесу с луком. Для Феликса Минсок достал целый набор легких вязаных крючком косынок различных цветов и узоров, а также множество разноцветных косичек, которые можно вплести в волосы. Тут уже постарались Хенджин со щенками, заметив, как черно-белый омега пару раз сплел такие штучки для волос из лоскутков порванных малышами одежд. Глаза младшего Ли заискрились восхищением и безграничной благодарностью, а на противоположной стороне серебристый альфа с волнением наблюдал за реакцией омеги и протирал потеющие ладошки о штанины. Минхо же в подарок получил меховые варежки и перчатки, с небольшим вышитым дымчатым волчонком на каждом запястье. Кто бы мог подумать, что Джисон заметит такую важную деталь, как вечно ледяные руки альфы несмотря на то, что у оборотней высокая температура тела. А Чонин… ох, этот белоснежный омега получил очень значимый подарок, личный набор для измельчения и растирания трав, а также к нему огромное количество всевозможных баночек, скляночек, ложечек различного объема и еще много всего для лекарского дела. - Спасибо, - тихо прошептал впечатленный Йени, смотря слезящимися от благодарности глазами на Минсока. - Это не мне спасибо, щеночек, - хитро улыбнувшись, протянул лекарь и нежно, по-отечески, погладил Чонина между вылезшими ушками, - Если он захочет, сам расскажет тебе. Если же нет, то просто пользуйся этим подарком с удовольствием, ему будет безумно приятно, поверь.       Пока четверка заканчивала принимать подарки, за всем процессом пристально следили глаза цвета стали, в особенности за эмоциями на лице белоснежного омеги. Чан сам чуть не заплакал от радости, когда увидел насколько, пока еще щенку, понравился его подарок. Теперь вожак был удовлетворен сегодняшним вечером и полон энергии для проведения церемонии посвящения. Увидев кивок Минсока, Банчан вышел под арку, вставая прямо в центре, и посмотрел на свою стаю. Как же он рад, что их станет больше, а то давно не рождалось щенят, так хоть взрослые волки добавятся и внесут свежую кровь. - Моя дорогая стая, - начал вожак, слыша идеальную тишину, ведь что взрослые, что щенки притихли, внимательно слушая Кристофера, - Я хочу в этот прекрасный весенний вечер официально познакомить вас с нашими новыми членами семьи. Я твердо верю в то, что они внесут нечто новое и прекрасное в наш быт и жизнь. За эти несколько дней наблюдений за ними, я только еще больше убедился, что не ошибаюсь в них. Первого я бы хотел представить вам Чанбина, потрясающего на мой взгляд охотника, - голос Банчана был приятно спокойным, но не тихим, лился так плавно и нежно, что будто сама природа замерла и внимала каждому его слову.       Со сделал несколько осторожных шагов и подошел к Чану, уважительно кланяясь, и даже не заметил в какой момент ему на макушку умостили венок из насыщенно зеленых цветов двое омег, что часто возились с кучами овечьей шерсти. Уши приятно устроились внутри венка и ловили каждый звук. Вожак одобрительно похлопал альфу по плечу и продолжил, пока Чанбин, помня наставления Минсока, встал по левую руку от Кристофера. - Дальше я представлю вам Феликса, щенки уже тесно познакомились с ним, но я все же отмечу, какой этот омега восхитительный наставник, - улыбка озарила лицо вожака и он, потрепав подошедшего к нему младшего по голове, между ушек, позволил надеть ему венок из голубых цветов и кивком головы дал знак, что можно отходить. Пока немного ошарашенный Феликс чуть нервно поправлял плетеное украшение на голове, с него не сводил взгляда серых глаз Хенджин. Альфа представлял, как здорово будут смотреться вязаные косыночки на младшем Ли, а также этот прекрасный венок. Он готов хоть каждый день плести новые, если этот омега будет их носить и улыбаться самой прекрасной улыбкой. - А сейчас вы познакомитесь с Чонином, - протянул Чан и подав омеге руку помог ему встать напротив себя, - Я очень надеюсь, что наш Минсок-хен научит этого омегу всему, что знает и вырастит себе достойную замену. Однако, я не сомневаюсь в способностях этого великолепного белоснежного волка и вам не советую.       В ответ на слова вожака стая тихонько хихикнула и омеги-садовники уже хотели надеть младшему венок из фиалок, но Кристофер ловко перехватил у них украшение и сам лично уложил его Чонину на макушку, невесомо коснувшись ушек Йени. По стае прошел тихий шепот непонимания, почему вожак сделал это сам, но никто не смел подвергать сомнению его действия, полностью доверяя Чану. Омега же от такого касания мелко вздрогнул и чуть-чуть покраснел. Подняв голову, Чонин встретился с глазами Чана, что были неопределенного оттенка, и ненадолго завис, как и вожак. Если бы не кашлянувший Минсок, они бы простояли в таком положении, изучая друг друга, еще много времени. Смущенный ситуацией Чонин быстро юркнул к своим хенам, а Банчан продолжил церемонию, переходя к самому важному волку вечера. - Ну и напоследок я оставил самое сладкое, - ухмыльнулся вожак и перевел взгляд на нервничающего дымчатого волка, - Таковым является Минхо. Я бы сказал, он довольно универсальный член нашей стаи, поэтому куда тебя определить решим позже. Самое важное, что я хочу вам рассказать, если вы еще не поняли, это то, что Ли Минхо является истинным альфой моего дорогого названного брата, Джисона. Прошу вас всех, любите эту пару и оберегайте также, как я забочусь о вас.       Минхо был в небольшом шоке от таких слов вожака, но покорно склонил перед ним голову и получив свой венок с ярко желтыми цветами выпрямился, решительно смотря на Чана. - Хочешь что-то сказать в ответ? – догадался Кристофер и, улыбнувшись, кивнул Ли, - Я не возражаю, вперед. - Спасибо, вожак, - искренне поблагодарив черного волка Минхо повернулся лицом к стае, - Я хотел бы сказать вам всем огромное, безграничное спасибо от моей маленькой, но такой любимой семьи. Мы долго скитались и не могли найти своего гнезда, свой дом. Нас много откуда выгоняли, крича вслед проклятия, но вы… Смогли понять и принять нас такими, какие мы есть. Еще раз огромное вам спасибо, я клянусь, что мы не разочаруем вас, можете смело просить любого из нас о помощи, мы ни за что не откажем.       Пока Минхо говорил такую проникновенную ответную речь, он бегал глазами по стае, в поисках одних единственных, цвета чистого дневного неба, глаз и вскоре нашел. Те смотрели в ответ с такой любовью и обожанием, что под этим взглядом захотелось растечься и повернуться кверху пузиком, подставив самое уязвимое место, показывая тем самым высший уровень доверия. - Я рад, что теперь вы станете счастливыми, - произнес Чан и оглядел всю четверку серьезным взором, - Мне необходимо задать вам всего один вопрос, готовы ли вы принять нас и наш лес, как часть себя?       Столь необычный вопрос застал волков врасплох, но переглянувшись все дружно кивнули друг другу и за всех ответил Минхо. - Мы с удовольствием примем вас, стая, и наш лес, - сделав акцент на слове «наш» альфа с готовностью смотрел вожаку в глаза.       Это и стало маленькой ошибкой старшего Ли, стоило глазам Кристофера мелькнуть ярким красным цветом, как Минхо тут же обратился в свою вторую форму. Оглядываясь на себя в недоумении, дымчатый пропустил момент, когда уже и Феликс и Чанбин оказались в другом обличии рядом с ним. - Хочешь сделать это сам? – задал тихий вопрос вожак, проникновенно смотря на оставшегося Чонина. - Если честно, то хочу, - смело признался омега и поднял взгляд на Чана, однако тот тут же отвел глаза и крепко их зажмурил, - Но если это противоречит законам нашей стаи, то лучше не нужно. - Все в порядке, никакие законы ты не нарушишь. Просто сделай это.       Послушавшись вожака, Чонин ловко обернулся и почти впечатался своим носиком в слишком близко стоящего Кристофера. Тихонько ойкнув, омега сделал пару шагов назад, и шустро сел, смотря на улыбающегося Чана. Альфа же в ответ на все это только спокойно подмигнул Йени и, бросив последний взгляд на четверку, повернулся к стае с радостным возгласом «Hip-hip!» Все как один в ответ крикнули «Hooray!!!» и тут началось самое интересное. С разных углов поляны заиграла музыка и стая начала праздновать, танцуя и двигаясь как единый организм. Кто-то иногда останавливался у высоких столиков с угощениями, на которые также поставили нарезанные пироги, что приготовили сегодня днем Сынмин с Чанбином. - Теперь можете вернуться к обличиям людей и отпраздновать с нами ваше присоединение, - протянув сказал Чан, видя как к ним сквозь танцующих пробираются Хенджин, Джисон и Сынмин. - Это было так красиво! – буквально задыхаясь от восторга пропищал Хан и кинулся к Чонину на шею, - Тебе так идут фиалки, Йени! Идеально сочетаются с твоими глазами. - Спасибо, Джи, - хихикая фыркнул белоснежный омега и обернулся обратно самым первым, немного смущенно отворачивая от Банчана свой голый торс. Заметив заминку младшего, рыжий волк шустро подал Чонину одежду и стал отвлекать разговорами. - Кстати о венках. Скажите, а кто нам плел их? Очень хочу взять пару уроков, у меня так красиво никогда не получается, - дуя губки от досады поинтересовался уже обратившийся Феликс и с благодарностью принял рубашку из рук Сынмина. - Честно признаться каждый венок плели разные люди, - начал немного издалека Ким и кинул быстрый взгляд на Чана, безмолвно спрашивая разрешения, - Мы подумали, что раз первыми познакомились с вами и провели достаточно времени вместе, то сможем сплести их сами. Обычно такие украшения плетутся родными или друзьями тех, кто вступает в новую стаю, но тут мы сделали немного по-другому. - Например, для Чанбин плел венок Сынмин, - вклинился в объяснения омеги Хенджин, с хитринкой посмотрев на Кима, - Для Чонина это делал Кристофер, ну а со сладкой парочкой думаю все понятно. - Значит для меня венок плел ты, хен? – спросил логичный вопрос Ликс, смотря на старшего из-под немного опущенных ресничек, что из-за разницы в росте выглядело довольно завораживающе. По крайней мере Хенджин так думал. - Все верно, Ангелочек. Как-нибудь дам тебе пару уроков, если захочешь. - Ловлю на слове.       Пока вокруг шло бурное обсуждение церемонии, никто не заметил, как Минхо, набравшись смелости, обошел всех и приблизился к Джисону, что стоял и болтал с Чонином. Йени, заметив намерения своего хена умело завершил беседу с Ханом и дал возможность истинным наконец-то поговорить. Недолго думая Ли подошел чуть ближе к омеге и аккуратно коснулся его локтя, ощущая крышесносный аромат какао, смешанного с кедровыми орешками, однако их нотки было уже трудно уловить, ведь они давно не виделись. - Джисон, - тихо произнес альфа, тут же поймав притворно удивленный взгляд Хана, ведь тот почувствовал Минхо еще до касания, - Мы можем поговорить? Желательно наедине. Только, конечно, если ты хочешь этого.       Посмотрев на альфу как на идиота, рыжий омега оглянулся вокруг и, поймав взгляд Чана, кивнул ему и получив в ответ одобрительный кивок схватил Минхо за руку и решительно пошел сквозь толпу. За весь путь они не проронили ни слова. Ли был в своих мыслях и уже раз в тысячный прокручивал слова, которые скажет своему омеге, а Джисон просто сходил с ума, он с такой надеждой ждал момента, когда альфа созреет для разговора, что не мог поверить в свое счастье. Приведя дымчатого волка к своему домику, Хан быстро завел альфу внутрь и закрыл за ними дверь на засов. - Я готов тебя выслушать, - сказал рыжий омега и посмотрел Минхо прямо в душу. Ну или альфе так всего лишь показалось, кто знает. - Я… - начал Ли, судорожно заламывая пальцы на руках и пытаясь вспомнить заготовленную речь, - Понимаешь, в старой стае истинность ставили на самую нижнюю ступень в пирамиде жизненно необходимых потребностей. Я просто не привык к заботе о себе от кого-то, кто не моя семья, - эти слова сделали Джисону больно. Опять.       Увидев на лице омеги отразившуюся эмоцию боли Минхо от бессилия завыл и схватившись за волосы рухнул на диван в гостиной. Перепугавшись такого поведения альфы, Хан тут же подбежал к нему и, сев на колени перед ним, медленно коснулся его ладоней. - Вот видишь, я не умею быть нежным, Сони, - рыкнул Ли и посмотрел на омегу, видя в голубых глазах такой океан любви, что захотелось вновь завыть, - Я не заслуживаю тебя и твоей любви. Совершенно не умею отдавать в ответ свою любовь и заботу. Я никогда не хотел обижать тебя своими словами или действиями, но в итоге я делаю именно то, чего так боюсь. Зачем я тебе такой? - Котенок, - со вздохом и нежной улыбкой протянул Джисон, а у Минхо в груди все оборвалось, как он узнал это прозвище, которое дал ему дедушка Ёндже, - Хочешь я скажу, как вижу это я? – получив кивок от альфы омега продолжил, - Я, к сожалению, пока так и не узнал вашей истории, но твердо уверен в тебе. Лучше тебя в моей жизни не могло никого оказаться, Луна не ошибается в своем выборе. Да и я не слепой, вижу, как ты оберегаешь Феликса с Чонином, как с огромной любовью смотришь на них, пока никто не видит. Чанбина ты никогда не оставишь в беде, готов прийти на помощь даже если сам занят. А твоя любовь к котам? Чтобы ты знал, они очень редко к кому подходят сами, только к безгранично добрым оборотням, мы ведь как-никак типо враги в природе, кошки и собаки. Так что я хочу сказать тебе, что готов ждать пока стану твоей семьей столько, сколько будет нужно. До этого прошу лишь об одном, дай мне возможность заботится о тебе, Хо. - Сони, - шепнул Минхо и, взяв руки Джисона в свои, притянул их к себе и прижался к ладошкам губами, целуя их с нежностью, - Спасибо тебе за тебя, Бельчонок. Я буду стараться ради нас, ты только дождись меня, прошу. - Конечно дождусь, Хо. Ты единственный кого я готов ждать вечность, - улыбаясь протянул Хан и, наклонившись, уткнулся своим носиком в нос Минхо и аккуратно потерся о него, - Как твои дела с ранами? - Точно, - нервно вздохнул Ли и чуть отстранился от Джисона, - Понимаешь, Сони, тут такое дело… Мои раны как бы… Не заживают? - Чего?! – воскликнул омега и нахмурившись посмотрел на альфу, - Ты что, не обрабатывал их? - Нет, как раз таки наоборот, обрабатывал и даже просил ребят помочь, потому что не дотягиваюсь, но это просто какой-то ад, Хани. Боль настолько сильная, что иногда невозможно пошевелиться после использования мази еще пару часов, - пожаловался дымчатый, откидываясь на спинку дивана и морщась от боли в боку.       Недовольно фыркнув, Джисон резко выпрямился и отошел на кухню. Омега точным движением открыл дверцу нижнего шкафчика и, достав оттуда баночку с мазью, что дал ему на всякий случай Минсок-хен, вернулся в гостиную к альфе. - Снимай рубашку, - сказал он таким тоном, что не подчиниться было себе дороже.       Минхо, конечно, не хотел вновь испытывать эту дикую боль, но противиться желанию своего омеги было невозможно, он сам себя бы сожрал. Поэтому, со вздохом сняв с себя рубашку Ли повернулся к Хану раненым боком, уже сжимая в руке спинку дивана. Рыжий омега только хмыкнул на это действие альфы и открыл баночку с мазью. Минхо зажмурил глаза, ожидая нового приступа боли, однако только крупно вздрогнул, почувствовав нежные касания Джисона и то, как ловко он обрабатывает следы от когтей. - Готово. - Но… как? – удивленно выдохнул дымчатый волк, неверяще смотря на свой бок, а потом переводя взгляд на Хана, - Ты что, волшебник? - Нет, котенок, - хихикнул омега, поднимаясь с дивана, - Я просто твоя пара, - и подмигнув ушел из гостиной, чтобы убрать мазь на место.       И тут до Минхо дошел смысл слов лекаря. Он ведь правда, пока Джисон обрабатывал раны, думал только о том, как же ему защитить омегу с таким-то ранением. И чувствовал будто все внутри начало бурлить и жить новой жизнью, желая быстрее восстановиться. А запах Хана настолько естественно забился в ноздри альфы, что тот даже не понял когда стал дышать не воздухом, а ароматом какао, что исходил от его омеги, его Джисона.