Скверна, нож и брюква

Луканис наблюдал, сжимая чашку кофе, как Злость вьется вокруг кресла Рука. - Как твой кофе? Его взгляд очень спокойный и прямой обращен к Луканису, Злость же вертелся как невидимая назойливая муха. - Хорош, как всегда. У тебя ещё есть шанс попробовать. - Мне больше нравится мой чай. - Это ты помнишь. Он отпускает глаза на напиток, будто боится ошибиться. - Иногда мне кажется, что какао нравится больше. Луканис поерзал на своём сиденье, Злость сделал очередной круг вокруг кресла. Перестань. Так. Много. Думать. Рук потянулся к столику и сделал глоток из своей чашки. - Ну вот, все как обычно, все в порядке. Однако нехорошие чувства все свербили и свербили. И это не был Злость, что пытался засунуть свой нос в чашку Рука. Сладость. И горечь. - Что я сказал... когда мы встретились в Костнице? Рук не нахмурился, у него не ушло много времени, чтобы ответить. - «Кто вы. Кто вас послал». Это же верно? - Это верно. - Я же говорю, что в порядке, - снова эта улыбка, - просто немного устал или не выспался. Или все вместе. Вместе. Спать. Луканис. Вместе. Рук. Злость придвинулся ближе к спинке кресла. Луканис увидел его - или свои, руки мелькнувшие на плечах. Рук громко поставил кружку на место. - Кстати о сне... - Нам нужно дождаться Эммриха. - Уверен, что если бы это было влияние Соласа, он бы давно это заметил. Заметил ли? Кто-нибудь ещё заметил, кроме него и Нэв? И то только потому что он ревновал, а детектив везде совала свой нос. Клацанье её протеза раздалось эхом по маяку. Следом за ним аккуратные шаги Эммриха. Он первый и заговорил повернув с лестницы. - Мой, дорогой, Рук! Вы в порядке? Выше и экспрессивней Нэв, он сразу занял собой то тихое и личное, что было между ними двумя. Злость вцепился в кресло. Рук. Мой. Эммрих ничуть не смутился. - Конечно, - он учтиво кивнул, не сбавляя обороты свой речи, словно это была лишь маленькая досадная заминка, - правда ли что сказала мне Мисс Галлус, Рук? Вы страдаете провалами в памяти? - Это не так серьёзно, чтобы отрывать вас от своих исследований, Эммрих. - Ерунда! Я всегда готов помочь. Тем более, мы с Хардинг завершили все что планировали. Скажите, как долго вы испытываете трудности с памятью? Стало ли это эффектом сорвавшегося ритуала Соласа? И потом он в вашей голове. Рук нахмурился. Луканис видел как он старается вспомнить. А ещё он увидел как он резко перестал, любое выражение исчезло с его лица. Он уж было подумал, что вот он - ответ не так страшен. Рук сейчас скажет, что началось все на прошлой неделе, когда у них было куча дел и никто из них не выспался, когда одно из устройств Беллары вышло из строя и выло всю ночь. - Рук? - М? - Когда все началось, Рук? - Я думаю... мне надо поговорить с Соласом. Продолжим позже. - Рук... - Потом, Нэв. Рук встал и поспешно поднялся по ступенькам в свою комнату. Луканис поднялся проследив за ним взглядом. - По-крайней мере он пошёл куда сказал, а не в лазарет. - Я не против, когда он заходит чаще обычного, но лучше, когда это происходит днем, - протянул Эммрих. - Я прослежу, чтобы он попал к вам сегодня. - Я буду ждать вас обоих. - Эммерих ободряюще улыбнулся, - И будем надеяться, что все не так плохо, как кажется. Эммрих неспешно преследовал в свою комнату. Они с Нэв подождал, пока его дверь аккуратно хлопнет. - Ну, ты знаешь где меня найти. - Спасибо, Нэв. - Он поднял кружку Рука и его слова застали её у порога. - Это не чай. Это какао. - Мы не можем исключать одержимость, - Эммрих невесело вздохнул. Луканис сначала растерялся, не говорят ли о нем вместо Рука. Рук. Одержимость. Злость. Оба. Не сейчас Злость. - Наш дорогой детектив, так же сделала свои наблюдения, - прежде, чем начать делиться своим мнением дорогой детектив одарила его взглядом. Будто боится, что он сорвется, прежде чем она откроет рот. Не может быть. Не может быть. Прошла всего ночь. Рук действительно говорил с Соласом, он сам видел, как он медитирует. Он даже поделился частью их разговора о том, что Солас был чуть менее недоволен, чем обычно. И что говорили они только о доллийцах, что они спасли. Это точно был Рук, потому как он с презрением отметил, что Соласа интересуют только эльфы. Разве Солас сказал бы такое о себе? - Из того, что я успела заметить, эти провалы затронули лишь некоторые сферы. Те вопросы, что остались без ответа: сколько тебе лет, что ты делал до Серых Стражей и когда это началось. Это не связано с воспоминаниями о Соласе или богах. Только о нем самом. - Это не одержимость. У меня все было не так. Разве у меня есть проблемы с памятью? - Дело не в памяти. Дело в событиях. - Совершенно верно, детектив. Из всего этого можно сделать такой вывод - мы думаем, что Солас влияет на разум Рука. Он подавляет одни события из его прошлой жизни, и оставляет только то в чем видит выгоду. - Мерда, - он сложил руки на груди, - и зачем? Зачем. Зачем. Зачем. Эммрих и Нэв переглянулись. - Это- - Извините, что прерываю. Рук поднимался по винтовой лестнице. Тихо и бесшумно, совсем как ворон. На лице только растерянность, едва ли он что-то слышал. - Все хорошо? Вы все выглядите как-то не очень... воодушевляющее. Надеюсь это не из-за того, что моя очередь готовить. Какой демон будет спрашивать нравиться ли им его готовка? Насколько он знает, древний эльфийский бог тоже вряд ли станет. - Нет, - Нэв первая вернулась себе привычную полуулыбку - если ты не будешь больше добавлять везде капусту. Рук поморщился. - Капуста лучше, чем брюква. - Не любишь брюкву? - Нет он не любит, - Луканис по привычке ответил за него, - и заменяет её на капусту. - Даа, поэтому так много капусты. Отвратительно, как вся ферелденская кухня, зато съедобно. Луканис уставился него. Будь у него в руках кружка, он бы её уронил. Кухня. - Что? Это Злость? Злость опять что-то творит? - Нет. Рук, почему тебе не нравится брюква? - Не знаю, с кухни всегда воняло брюквой, а со стойки маринованными яйцами, когда я... Едва стоило его взгляду застыть поверх их голов в одной точке, Луканис уже знал, что-то не так. Его тело двигалось само по себе, когда Рук начал оседать, едва не шагнув назад в проем лестницы. Он схватился за парапет и закрыв лицо другой рукой. Из носа текла... это была не кровь. Не кровь. Лучше бы кровь. Это была скверна. Они столкнулись вокруг три озабоченные курицы-наседки, он сидел и смотрел на свою руку. Затем на него. И в этих разных глазах зародился страх. - Не прикасайтесь! Он откинулся предложенную руку, попытался подняться сам. Едва получилось, на подбородке размазан чёрный след. - Мы больше не будем обсуждать эту тему, – неожиданно жестко начал он. - Рук- - Мы не будем, Луканис. Сосредоточитесь на деле. Он суетливо ушёл - убежал. Луканис проследил за тем как он спускаться вниз, и позволил себе отвести взгляд только когда Рук пересёк второй порог. Там ещё есть лестница. Мерда. Нэв остановила его. - Оставь его. - Оставить? Ты же все видела, Нэв! Даже для нашей команды, чёрная кровь - это плохо. Хотя кто знает какого цвета кровь Даврина. Может у все Стражей кровь поражена северной настолько, что становится чёрной. И на её фоне белые и тонкие руки так же трясутся. Мерда. Что ты сделал, Рук?