Песнь укрощения: обретая крылья.

Солнце нещадно жарит бока гнедой лошади, на которой восседает уже порядком запыхавшийся от бега рыцарь-одиночка. Его тёмно-зелёные глаза щурятся от чрезмерной светлоты через прорези шлема и ищут среди густой чащи хотя бы намёк на ушедший подранок. Молодой олень дал дёру с торчащей стрелой в боку так, что испугал даже спящую на ветках стаю птиц,а небольшое стадо олених и подавно бросились в рассыпную. Мужчина недовольно фыркнул, осматривая всё вокруг и нервно потягивая поводья на себя. Его зрачки внезапно расшились, когда он увидел знакомую полянку, некогда зелёную и девственно чистую,а теперь заметно помятую и местами даже выженную. Он быстро слез с коня, подходя ближе и щупая сгоревшее местечко. Ещё тёплое. От былых цветочков не осталось даже лепестков, только небольшое чёрное пепелище. Сперва можно подумать, что кто-то просто разжёг тут костёр, но нет ни барьера из камней, ни обугленных остатков дров или веток. Да и пахнет сильно гарью, будто накануне что-то неудачно сожгли. Неожиданно зеленоглазый слышит где-то за спиной несколько голосов, которые явно приближаются сюда и становятся всё громче и яснее. Он, не теряя времени, быстро топчется ногами по пеплу, прикрывает место срубленным кустом и разными ветками,а потом запрыгивает на коня, как ни в чём не бывало. Его интерес к этому месту ненадолго пропадает, когда в поле зрения появляются зелёно-белые сюрко с особым отличающимся гербом. О-о, это царские рыцари. Они подъезжают ближе и останавливаются. Лишь одна из царских лошадей неспеша ступает вперёд, всяко выделяясь на фоне других. Другие рыцари молча стоят, переглядываясь и уже опасливо держа пальцы на рукояти своих мечей. Как вдруг щелчок-и забрало бацинета поднимается вверх, оголяя молодое светлое лицо. –Приветствую вас, сударь. Я, сэр Владимир, сын Кирилла, из рода Суворовых. Имею честь в титуле барона служить самому царю Всея Руси–его величеству Игорю Юнусовичу IІ. А вы кем будете? Я, кажется, раньше вас в наших краях не видовал и не припомню, чтобы мы где-то с вами встречались. Теперь шлем неспешно,но полностью снимается и с головы неизвестного. Через секунду выражение лица Владимира мгновенно меняется сначала на удивлённое,а потом на привычное и плохо скрываемое раздражение при виде заметной и знакомой щербинки между зубов, из-за наличия которой сложно было бы спутать этого человека с кем-то другим. Небольшие кудряшки дрожат от движений на чужой потной голове, но все равно ещё сильно не дотягивают длиной до плеч, беспорядочно болтаясь и закручиваясь на кончиках. –И вам доброго полудня, сэр Владимир. Неужели и впрямь не видели меня? Я-то вчерашний день как сейчас помню, не так давно лицом к лицу стояли. Вам бы в беге ноги тренировать, глядишь, может быть, и меня б догнали. -Фыркает Константин, назло лыбясь ещё шире и держа шлем под мышкой. Странствующий рыцарь, глава едва не бандитской гильдии, обаятельный гад и дамский угодник–если говорить коротко и словами из уст самого Суворова. –Удивительно, Константин Юрьевич.. Вы даже здесь, в самой глуши во время охоты, сталкиваетесь со мной. Потерялись или снова что-то вынюхиваете? Не зря же вас в народе чёрным рыцарем и Кащеем кличут. -Огрызается тот в ответ с выдавленной и недоброжелательной улыбкой. –Будьте аккуратнее с выражениями, Владимир Кириллович. Иначе в следущий раз увидимся с вами только на турнире, где из вашей белокурой головушки выбьют всё желание оскорбляться. Может быть, этим человеком окажусь я. -Говорит Кащеев, чьё лицо всё ещё выражает высшую степень нахальства, ещё и с примесью лёгкой угрозы. Тишина между рыцарями повисает совсем ненадолго, но напряжение в воздухе становится очень ощутимо. Из кустов выпрыгивает тот самый олень, с последним криком падая о земь из-за глубокой кровоточащей раны. На свету чужие болотные глаза словно светятся, становясь более светлыми и яркими. Но на его губах вновь расцветает зубастая улыбка с хищным оттенком. –Судари, при всём уважении, но я вынужден вас покинуть. Надеюсь, встретимся с вами вновь в более приятной обстановке. -Начинает болтать одиночка, спрыгивая и таща труп оленя за копыто, чтоб привязать его к седлу своего коня. Другие рыцари теряют интерес к противостоянию двух мужчин, идут в чащу, явно выискивая следы кабана или любой другой добычи покрупнее и пуская стайку гончих псов. Один только Суворов смотрит вслед, стоя на прежнем месте. А "Кащей" вдруг немного обворачивается торсом на лошади, посылая шуточный воздушный поцелуй, от которого постоянно в восторге были все дамы, снова разворачиваясь и исчезая из поля зрения. Вова лишь опешил на мгновение, не успев толком ничего ответить, злясь на кучерявого дурака, который достает его уже не первую неделю. Он подгоняет коня и убегает в противоположную сторону чащи, подальше от своих подчинённых. Те замечают пропажу командующего не сразу, тихо шутя о чём-то между собой, мол, Константин и Владимир-это как чёрный кот против подсолнуха. И всё-таки есть в этих зелёных его глазищах что-то такое загадочное, притягательное и одновременно очень раздражающее, прямо сейчас сильно и невольно покалывающее в сердце молодого придворного барона. Под разгневанную рыцарскую руку так не вовремя попадает бедный кабан, который через несколько часов уже красуется с яблоком во рту на царском столе..