Всё выбрал правильно

Встреча была назначена на три часа дня в небольшой чайной на Патриарших. Влад приехал за сорок минут — не потому, что волновался (хотя волновался, ещё как), а потому что не мог сидеть дома. Он перемерил три футболки, остановился на чёрной, свободной, которая не обтягивала, но и не скрывала, что под ней есть на что посмотреть. Джинсы, кроссовки. Волосы и так короткие — кроп не требует укладки. Перед выходом он посмотрел на себя в зеркало. Широкие плечи, тяжёлая челюсть, чёрные глаза. Альфа как альфа. Но внутри всё трепыхалось, как пойманная птица. — Соберись, — сказал он своему отражению. — Это просто чай. Отражение не ответило. Чайная оказалась маленькой, с низкими столиками, диванами и запахом бергамота и корицы. Влад занял место у окна, чтобы видеть вход. Заказал чёрный чай с мятой — просто чтобы что-то делать. Олег опоздал на пять минут. Влад уже начал думать, что его динамили, когда дверь открылась и вошёл он. Тёмные кудри сегодня были собраны в низкий хвост — открылась шея, длинная, тонкая, с едва заметными позвонками, которые Влад разглядел и сразу захотел провести по ним губами. Олег был в светлом свитере с широким воротом, который съезжал с одного плеча, и в чёрных узких брюках. Высокий, стройный, с той самой мягкой пластикой, которая сводила Влада с ума на картинге. Он подошёл к столику, и Влад встал — чисто автоматически, из вежливости, но из-за роста разница стала ещё заметнее. Олег задрал голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и усмехнулся. — Ты всегда так вытягиваешься при появлении омег? — Только при появлении тех, кто мне интересен, — ответил Влад и тут же мысленно выругался. Слишком прямо. Слишком рано. Но Олег не смутился. Сел напротив, скинул рюкзак на соседний стул и взял меню. — Ты интересный, — сказал он просто. — Это хорошо. Я не люблю скучных. Чай они пили больше часа. Оказалось, Олег — не только красивый омега с картинга. Он оказался с характером. Спрашивал прямо, не юлил. Про Тверь, про переезд, про то, почему Влад до сих пор один. Влад отвечал — осторожно, но честно. — Был омега, — сказал он про бывшего. — Не сошлись характерами. Он хотел тишины и предсказуемости. А я... не знаю. Наверное, слишком много хочу. — Чего именно? — спросил Олег, отпивая зелёный чай из маленькой пиалы. Влад посмотрел на него в упор. Серые глаза не отвелись. — Сцепки, — сказал он. — Настоящей. Когда не просто секс, а... когда узел завязывается сам. Когда омега не терпит, а хочет. Олег поставил пиалу на стол. Его лицо не изменилось — ни удивления, ни испуга. Только лёгкий румянец проступил на скулах. — И много ты таких омег нашёл в Москве? — Ни одного, — признался Влад. — Пока не встретил тебя. Тишина повисла на несколько секунд. Влад уже пожалел, что сказал это — слишком откровенно, слишком по-альфачьи. Но Олег вдруг улыбнулся — шире, чем тогда на треке, с настоящим теплом. — Смелый, — сказал он. — Или глупый. — И то, и другое, — выдохнул Влад. Они обменялись телефонами (хотя Влад уже сохранил номер неделю назад), и Олег, собираясь уходить, задержался у выхода. — Влад, — сказал он, — я не ищу просто сцепку. Я ищу человека. Если тебе нужен только узел — скажи сразу. Влад подошёл ближе. Вдохнул запах Олега — не цветочный, не приторный. Гроза. Свежесть после дождя. Мокрая земля и что-то острое, живое. — Мне нужен ты, — сказал он. — Узел — это следствие. Олег кивнул, поправил хвост и вышел на улицу. Влад смотрел ему вслед, на то, как светлый свитер облегает спину, как кудри выбиваются из хвоста, как Олег оборачивается на ходу и машет рукой. Сердце колотилось где-то в горле. Он написал Сеймуру: «Я в порядке. Кажется, влюбился». Сеймур ответил через минуту: «Кажется, брат? Ты смотрел на него как баран на новые ворота. Давно пора». Влад засмеялся и пошёл к метро. *** Две недели они встречались почти каждый день. То кофе между парами, то прогулки по парку, то Олег приезжал к Владу домой — смотреть фильмы, которые никто из них не смотрел. Сидели на диване, иногда касались друг друга случайно — плечом, рукой, коленом. Влад ловил себя на том, что задерживает дыхание, когда Олег рядом. Они не целовались. Не спали. Влад боялся спугнуть. Олег словно ждал — чего-то, проверял. Никита подкалывал: «Ты чего, альфа или монах? Две недели — и ни разу?» Сеймур просто молчал и одобрительно кивал, когда Влад рассказывал, что они просто гуляют и разговаривают. — Время не пришло, брат, — говорил Сеймур. — Не торопи. Влад не торопил. Хотя каждый вечер, оставаясь один, думал об Олеге. О том, как тот смеётся — запрокидывая голову, открывая шею. О том, как его пальцы — длинные, тонкие — обхватывают кружку с чаем. О том, как пахнет от него — грозой и покоем. И сцеживал в душе, представляя, что эти руки сжимают его плечи, а ноги обхватывают талию. *** На третьей неделе Олег пришёл к нему с бутылкой вина и серьёзным лицом. — Поговорить надо, — сказал он, проходя на кухню. Влад напрягся. Поставил чайник, хотя Олег принёс вино. — Говори. Олег поставил бутылку на стол, повернулся к Владу. Серые глаза смотрели прямо, без тени игры. — Ты мне нравишься, — сказал он. — Очень. Я не играю, не проверяю. Просто... я боюсь. — Чего? — голос Влада сел. — Что для тебя это только про сцепку. Что когда получишь, что хотел — потеряешь интерес. Влад шагнул к нему. Взял за плечи — осторожно, хотя пальцам хотелось вцепиться. Олег не отстранился, только вздохнул глубже. — Олег, — сказал Влад. — Смотри на меня. Олег поднял глаза. Чёрное встретилось с серым. — Если бы мне нужна была только сцепка, я бы нашёл её за неделю в любом клубе. Мне нужен ты. Твои глаза. Твои кудри. Твой смех. Твой запах. Я хочу сцепку с тобой — но только когда ты сам захочешь. И не потому, что я альфа, а ты омега. А потому, что это — мы. Олег моргнул. Губы дрогнули. — Ты всегда такой пафосный? Влад фыркнул — неожиданно для себя. — Только когда волнуюсь. — Тогда поцелуй меня уже, — сказал Олег. — Чтобы я перестал сомневаться. Влад наклонился. Медленно. Давая время отстраниться. Но Олег сам потянулся навстречу — и их губы встретились. Губы у Олега оказались мягкими, чуть солёными, с привкусом зелёного чая. Влад целовал его осторожно, почти невесомо, боясь надавить. Но Олег запустил пальцы в его короткие волосы на затылке и притянул ближе. — Не бойся, — прошептал он в губы. — Я не сломаюсь. Влад рыкнул — тихо, из груди — и прижал омегу к себе. Пальцы скользнули по спине, по тонкой талии, сжали бёдра — и Олег выгнулся, прижимаясь всем телом. Внутри Влада всё горело. Узел пульсировал внизу живота, ещё не набухший, но уже готовый. Он чувствовал запах Олега — острее, чем обычно. Омега возбудился. И пах теперь не грозой, а чем-то сладким, тягучим, почти приторным. — Олег, — выдохнул Влад, отрываясь от губ. — Стой. Стой. Олег замер. Глаза расширены, зрачки заняли почти всю радужку. — Что? — Я не хочу, чтобы первый раз был на кухне, на скорую руку, — сказал Влад, тяжело дыша. — Ты заслуживаешь большего. Мы оба заслуживаем. Олег посмотрел на него долго. Потом улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Влада подкашивались колени. — Ты прав, — сказал омега. — Но тогда... пригласи меня на свидание. Настоящее. Не просто чай. — Завтра, — сказал Влад. — В семь. Я заеду. Олег кивнул, поправил растрёпанные кудри и вышел. А Влад остался стоять посреди кухни, чувствуя, как губы горят от поцелуя, а в груди — огромное, раздутое, почти болезненное счастье. Он написал Максу: «Кажется, я его нашёл. Того самую. Омегу». Макс ответил почти сразу: «Не смей облажаться». Влад усмехнулся. Он и не собирался.