Мне больно

Привкус горечи стал проявляться все чаще. По ночам стало сложнее закрывать глаза, в темноте приходили воспоминания об этой парочки. Соленые слезы раздражали, отчего синий еж все больше отдавался бегу. Тело болело от изнеможения, но сон так и не приходил. От постоянного бодрствования Соник начал думать о том, над чем раньше даже не приходилось задуматься. Соник – герой Мобиуса. Символ для друзей и всего мира. Самый быстрый еж на свете. Но знает ли он сам, что значит быть Соником? Понимает ли, для чего он создан? Для кого он тот самый еж? Раньше это была Эми Роуз. Розовая ежиха с малых лет бегала за ним, клялась в любви, флиртовала, звала на свидания. Она ему отдавала ему всю любовь и поддержку, такую, которой он больше не получит ни от кого. Теперь Эми Роуз на него не смотрит влюбленными глазами. Ее зеленные глаза, чуть светлее, чем у синего, ищут лишь Совершенную Форму Жизни. Какое странное сочетание: черный и розовый. После разбитого носа Эми снова оказалась в поле зрения Соника. Но теперь это не была одержимость, а скорее дружеская компания. Вот они смеются вдвоем над сумасшедшим Эггманом. Потом вместе одолевают сложных роботов. И даже сам синий еж помогает готовить обеды. Соник сам не ожидал, как уже спокойно, иногда даже желая ускорится, помогал зайчихе и ежихе месить тесто. Теперь он знает, почему тесту надо дать подняться. И знает милые истории из детства Крим. Теперь в голове не всплывает та сцена. С того вечера. – Хочешь погадаю тебе на таро? – вдруг спросила подруга. – О, а давай! – оживился ежик. – Только вот на что? Я и так знаю, что мы одолеем Эггмана. Соник обожал гадания на таро от розовой ежихи. Ему нравилась эта атмосфера таинственности, где карты могли дать ответ на любой вопрос. Раньше он часто задавал лишь один и тот же вопрос: «Когда одолеем Эггмана?» И карты всегда отвечали размыто. Как говорила сама ежиха, они лишь направляли – Соник должен сам понять, какой путь их ждет. И синий грезил, что карты предвещают только лучшее будущее для его друзьям. Ежиха улыбнулась радостному другу и пригласила его к столу. Поставила заготовленный чай в красивом фарфоре и печенье, которые с упоением уплетала Крим, сидящая в центре стола. – Садись. Соник уселся, внимательно следя, как Эми достает колоду карт. Эти маленькие карточки стали тем самым началом, благодаря которым они встретились на Маленькой Планете. – Итак, каков вопрос? – Эми требовательно посмотрела на него. – Только давай уже не про Эггмана. Я уже на всю жизнь запомнила, что эти карты показывают! Соник от неловкости рассмеялся, понимая что действительно задавал лишь этот вопрос. – Ну-у… – он нервно теребил скатерть. – Даже не знаю, – хотя вопрос уже был. Только не к картам. К Эми Роуз. – А какие вопросы можно задавать картам? Девочки тяжело вздохнули. – Соник, не глупи! – вырвалось у Крим. – Ты вечно спрашиваешь об Эггмане. Но у тебя помимо этого старика – вся жизнь! А как же семья, здоровье и, в конце концов, любовь? Маленькая зайчиха явно трепетала узнать не меньше самого Соника, что ждет под картами. Ежик перебирал в голове все, что было в воспоминаниях. О семье можно задавать также, как о друзьях, а вот любовь… Раньше все было проще. Солнце было теплым, роботы Эггмана – не страшными, а Эми Роуз была той, кто любил его. – Давай с простого, – Эми будто почувствовала его сомнения. – Спроси рпо здоровье. Может, тебя что-то беспокоит прямо сейчас? – Но я здоров! – констатировал очевидное Соник. – Чтобы ты втянулся, – усмехнулась подруга. – Про свой нос, что не разобьешь его снова? Или не простудишься в ближайшее время? Первое, что приходит в голову. Соник взглянул на свое отражение через чай, который уже остыл у него в чашке. Там был синий ежик, который проводил хорошо время с подругами. Но с чертовски уставшим лицом. – Ну раз так… – еж впал будто в транс. Он вспомнил, что его тревожит. И как это мешает. – Мне в последнее время тяжело спать. Девочки будто после этих слов заметили, как Соник потух от усталости. А ведь и вправду, мешки под глазами и немного растрепанные иголки. Эми вспомнила, какой он был с разбитым носом. И со слезами на глазах. – Тебе интересно, почему у тебя бессонница? – уточнила подруга. – Не сказал бы, что это бессонница, – Соник отмахнулся. – Но чтобы заснуть, мне приходится дольше бегать. Искать какую-то активную деятельность, чтобы сразу упасть и уснуть. Соник умолчал, почему он не может уснуть. Все еще его мучал вопрос его боли и опустошения, когда понял, что те двое пара. Плечо, где когда-то он касался с Шэдоу, давно забыло то тепло. Как и сам еж забыл, как уснуть беззаботно. – Как мне уснуть? Крим тихо смотрела на эту сцену. То, как Соник за минуту изменился в растерянного, явно ищущий ответ на свой вопрос. И на Эми Роуз, которая смотрела на своего друга обеспокоенно. Вопрос, который стал интересен всем троим. – Ты задал вопрос картам, – начала Эми. – Так пусть они покажут, что они видят. Руки ежихи перемешивали колоду. Напряжение накалялось и все взоры были устремлены лишь на эти карты. Вскоре розовая ежиха расправила их как веер, протягивая Сонику, чтобы он сам вытянул. Он вытянул, не переворачивая, три карты. После этого все смотрели на стол, и будто сама Эми боялась, что покажут карты. Что они прочитают какую-то страшную тайну. Первая карта – Девятка мечей. На ней был изображен человек, сидящий в темноте с закрытыми глазами. Девять мечей пронзали его спину. – Страх, – прошептала Эми. – Бессонница. Что-то мучает тебя по ночам. Ты не можешь закрыть глаза, потому что боишься того, что увидишь. Розовая читала, а Соник проживал сказанному. Он сглотнул. Он понял. Вторая карта – Восьмерка мечей. Женщина со связанными руками, окружённая мечами. Она не видит выхода, хотя мечи не касаются её – она сама себя загнала в клетку. – Ты чувствуешь, что в ловушке, – сказала Эми. – Ты не можешь сдвинуться с места, хотя ничего тебя не держит. Ком в горле мешало возразить. Соник помнил, как он бежал. Как он пытался бежать по всей округе острова. Вытянув третью карту, Эми озадачилась. На карте изображен человек в чёрном плаще, отвернувшийся от трёх перевернутых кубков. Два кубка стоят позади него, но он их не видит. Соник и Крим присмотрелись к этой карте. Затем перевели взгляд на ежиху, выжидая хоть какого-то объяснения. Та в свою очередь долго молчала, разглядывая вытащенные карты Соника. – Это потеря, – сказала она. – Сожаление. Ты смотришь на то, что ушло, и не замечаешь того, что осталось рядом. Она провела пальцем по карте. – Видишь? Три кубка опрокинуты. Из них ушла вода. А позади – два полных. Но он стоит спиной к ним. Соник сглотнул ком в горле. Будто его сейчас раскрывают. Делают уязвимым. – Ты не спишь, потому что не можешь отпустить, – мягко сказала Эми. – Ты бежишь, чтобы не думать. Ты ищешь активность, чтобы упасть без сил. Но пока ты не посмотришь на те два кубка, которые стоят за твоей спиной… ты не сможешь уснуть. – Какие кубки? – спросил Соник. Голос дрогнул. Эми посмотрела на него с грустью. – Я не знаю, Соник. Карты показывают состояние, а не ответы. Ты должен сам понять, что ты потерял. И тогда ты уснешь. *** Солнце мягко грело щеки героев. После очередной битвы с сумасшедшим Эггманом команда залегла все вместе на поляне. Ну как вся команда: Тейлз исследовал новые роботы врага, красная ехидна в очередной раз бурчал с обворожительной Руж. А вот Эми Роуз и Совершенной Формы Жизни так и не было на месте. Соник, лежа под солнцем, все гадал – где эта парочка? С одной стороны, он хотел снова продолжить с Эми разговор о тех картах. Прошло пару дней, но ежик так и не понял посыл этих предсказаний. Ну и, если получится, побегать с Шэдоу. С того самого вечера, когда Соник стал невольным свидетелем их романтических отношений, синий так и не осмелился заговорить с Шэдоу. Когда они стояли рядом или бок о бок дрались с роботами, у Соника перехватывало дыхание. Этот черный еж, скорее всего, знает, что эта фальшивка была свидетелем их интимного момента. И как этот синий еж стал теряться в своих чувствах. Иногда, когда Соник оставался наедине с собой и все же не справлялся и видел ту сцену вечера, он искажал виденное. Вместо розовой подруге – сам Соник. И вместо сада Эми Роуз – та поляна, где когда-то стояли Шэдоу и Соник, вместе ловя тот рассвет. Как они молчали. Как их плечи соприкоснулись… Но вместо того сценария, что было, черный еж взглянул на Соника. Как его алые глаза смотрели с трепетом, удивлением и интересом. Как они вместе улыбались, наслаждаясь тем, как их плечи упираются друг в друга. И как близко они приближались, поддразнивая друг друга кличками. Но каждый раз Соник обрывал данные видения. Щеки заливались жаром, когда кровь бурлила в теле. И как внутри живота проходила дрожь. И нужда… Синий еж был поражен, как его мозг ловко манипулировал им. И самое странное то, как порой проходили мысли, что если он ошибся? И этот поцелуй был лишь порывом эмоций и любопытства? Ведь Совершенная Форма Жизни мало что знает о житейских факторах, а Эми, как хорошая подруга, помогает в этом. Соник тяжело вздохнул, осознавая, как он странно себя чувствует в последнее время. Он еще никогда не ощущал себя столь подавленным, даже когда его злейший враг умудрялся навредить его друзьям. И синий не знал, к кому идти за ответами: карты не ответят, Тейлз не поймет, а Наклз и вовсе не до этого ему. Соник посмотрел на коммуникатор и, помня те самые кнопки, по которым можно посмотреть геолокацию, искал тех пропавших ежей. Особенно было важной найти Совершенную Форму Жизни. Но их не было. Нигде. А значит, эти двое сняли коммуникаторы. Специально… От этих догадок внутри снова стало больно. Нет, Соник не побежит их искать. Но он уже бежит. Нет, Соник не будет накручивать себя возможными версиями. Это же вторжение в чужую личную жизнь. Но он уже вторгся. Начиная с того вечера. Подбегая к дому Эми Роуз, ноги начали подрагивать. Происходило дежавю. Но на этот раз был день, и синий еж преднамеренно вошел в дом без стука. Но там никого не было. Ни в саду. Ни на кухне. Ни в комнате подруги. Нигде. Выходя из дома розовой ежихи, Соник не понимал, куда бежать. Где искать эту парочку, если они вместе. И что он сделает, когда найдет? Он так и не ответил на свой вопрос. Лишь пошел по тропинке. Он редко ходит, ведь это чертовски медленно. Но он все еще не мог нормально уснуть, и тяжелая усталость все сильнее охватывала ежа. Ежик шел мимо махающим ему жителям. Мимо мастерской лисенка Тейлза. Мимо полей, укутанных одуванчиками. Ноги все шли, а внутри Соник все старался себя успокоить. Зачем он так переживает? Разве это не правильно, что его друзья могут быть заняты чем-то еще, помимо помогать Сонику в борьбе с роботами Эггмана? Они не принадлежат Сонику. Не принадлежат… И, как назло, это подтвердилось. Там, где когда-то стояли Соника и Шэдоу и смотрели на тот рассвет, сейчас Совершенная Форма Жизни сидела с розовой ежихой, обнимая ее за талию. Соник впервые проклял свои ноги, которые привели его сюда. В это место, где и началась его потеря самого себя. Они снова не видели, как синий еж наблюдает за ними со спины. Как он видит, что они близки. Как о чем-то тихо разговаривали, посмеиваясь. И как они снова целуются. Эми сидела на коленях Шэдоу, обнимая за шею, тем самым углубляя поцелуй. Они сидели на милом пледе, где виднелась еда. Это был пикник. Их свидание. Шэдоу крепче приобнял ежиху за талию, лишь бы она не отрывалась от него. А белые перчатки ежихи поглаживали иглы Совершенной Формой Жизни. И он ей это позволял. И лишь только ей. А то прикосновение плеч между ними – случайность, которую заметил лишь Соник. И только он надеялся, что будет что-то помимо прикосновения плечей и кулаков. Он хотел оказаться на месте Эми Роуз. Впиться в губы Шэдоу. Узнать, каково это, когда эти руки обнимают его талию. И как страстно отвечают на поцелуй. – Ты должен сам понять, что ты потерял. И тогда ты уснешь. – промелькнули слова Эми в голове с того дня. Соник не терял ничего. Но он нашел ответ на вопрос, почему он все еще не может уснуть. Он хотел стать Эми Роуз. Стать тем, кого трогает Совершенная Форма жизни. И тем, кого целует с взаимной страстью.