You are my home

Для Аарона быть омегой всегда казалось проклятьем. По крайней мере, это вбивала ему в голову мать. Тильда жалела, что её сын омега, хотя сама была такой же. Она говорила, что жалеет о том, что сразу не поняла, что он такой. Он скрывал свой вторичный пол, принимая таблетки, которые откуда-то доставала Тильда. Его запах исчез, превратив его в бету. Ребёнком он ещё не понимал, что это значит. В больницах сразу говорят вторичный пол, а значит, что она не могла не знать. Понятно стало, когда появился Эндрю. Доминантный альфа — тот, кого хотела видеть Тильда рядом с собой, тот, кого она хотела забрать из детского дома, но просто не смогла различить их запахи из-за возраста. Когда юный Аарон признал в своём брате-близнеце альфу, то рассмеялся: насколько же редкий шанс родиться разнополым близнецам, да ещё чтобы оба были доминантными. Эндрю почему-то не разделил его веселья. Но когда Эндрю снял Аарона с наркоты, то резко изменил своё отношение к брату. Теперь, когда феромоны омеги вернулись в строй и начали бесконтрольно пробиваться, Эндрю выкинул все подавители, которые нашёл вместе с наркотиками. Теперь от Аарона пахло только Эндрю — так люди начали думать, что Аарон рецессивный альфа, у которого точно такой же запах, что у Эндрю — среди близнецов это не редкость, а скорее правило. Простая генетика: даже близнецы разных полов пахнут одинаково и лишь в редких случаях это не так. Аарон не помнит свой запах, уже несколько лет чувствуя на себе только метку Эндрю. Ту, которая не заявляет права на партнёра, а говорит о принадлежности к стае. Негласно Эндрю стал их вожаком — Ники не сопротивлялся этому, позволяя природе брать своё, пусть он и старший. Быть омегой среди Лисов — не страшно. Ваймак принимает всех, независимо от вторичного пола: среди подавляющего количества бет есть и омеги, и альфы. И даже энигма. Это напугало Аарона, когда он впервые встретил Кевина, но он стал частью их стаи, частью «Монстров» и не претендовал на звание вожака. Он был рядом, никогда косо не смотрел ни на женщин, ни на омег — его все раздражали одинаково. — Хватит залипать, — Нил кидает в Аарона скомканную бумажку. — Ты едешь или нет? Аарон вздыхает — Нил бесит его только из-за того, что дышит. — Куда? — поворачивается Аарон, подняв бумажку и вернув её альфе. — Торговый центр, — закатывает глаза Нил, выкинув бумагу в мусор. — Эндрю ждёт в машине. Снова вздохнув, Аарон поднимается. Нил Джостен появился в их жизни год назад — и за ним, по пятам, пришли проблемы. Его чокнутый папаша долго не оставлял сына в покое. И не оставил бы, если бы не вмешался Ваймак, который нашёл Стюарта и Ичиро. Эти трое мужчин упекли Натана Веснински в психушку, признав невменяемым, а его мать — на долгом восстановлении у своих родственников. Это было тяжёлое время, но, к счастью, оно закончилось. Встряхнув головой, Аарон быстро переоделся, накинул на плечи широкую толстовку Кевина и спустился вниз. Поморщившись, сел назад — спереди уже устроился Джостен. — Ооо, Ари, — сладко тянет Ники. — Неужели тебе так нравится запах Кевина? — и пихает кузена, сидящего посередине. Аарон невольно наклоняется в сторону Кевина. Среди Монстров все знают, что Аарон — омега. Он смог им довериться, когда понял, что им кристально поебать на этот факт. Нил и Кевин никогда не комментировали это, но только у Ники порой проскальзывают такие словечки. — Может мне омеги нравятся, — кряхтит Аарон, садясь ровно. Ники не успевает среагировать — Аарон бьёт ему подзатыльник. — Ещё хоть одна такая шутка и я договорюсь с тренером о дополнительных тренировках специально для тебя. — Обеспечим, — говорит Кевин, усмехаясь. — Тебе давно пора подтянуть физическую форму. Ты слишком худощав для своей позиции, — обращается к Ники, а тот только закатывает глаза, фыркнув — конечно Дэй заговорит об экси. — Зачем нам вообще в торговый центр? — лениво спрашивает Аарон, откинувшись назад. — Ты вообще нас не слушал? — возмущается Ники. — Конечно, чтобы купить костюмы к Хэллоуину! — И подарок Жану, — вставляет свои «пять центов» Кевин. О дне рождении близнецов не говорит никто. Не потому, что это плохая дата, а из-за того, что они сами просто не хотят отмечать. И, возможно, у обоих был достаточно травмирующий опыт, в котором они не признаются. Аарон точно знает, что в этот день Тильда просто напоминала своему ребёнку, что: «Ещё один год я жалею, что ты появился». Зная, что с Эндрю делал Дрейк — легко догадаться, что и у него были особые «подарки». Последнее время негативные мысли всё чаще и чаще занимают мысли Аарона — возможно из-за приближающейся течки. Ему нужно взять справку у Эбби и уехать в Колумбию — не стоит затягивать. Когда Аарон скрыл свою первую течку в Пальметто из-за экзаменов, это обернулось печально: как минимум двое сокомандников были отстранены от тренировок на несколько дней из-за травм, а Эндрю — из-за драки и желания ухаживать за братом. Повторения этого опыта не хочется никому. Но Аарон как никогда чувствует отчётливый запах Эндрю — лёгкий, нежный лотос и острую сталь. Не кровь — это не металл, кричащий о гибели, а нежно, но твёрдо говорящий о защите. Аарон любит этот запах, но сейчас он просачивается в лёгкие, полностью заполняя их. — Аарон, — Эндрю оборачивается и Аарон приходит в себя: в машине уже никого нет, они на подземной парковке, а Ники, Нил и Кевин стоят возле дверей спиной к ним. — Феромоны. — Чёрт, — Аарон без разрешения хватает бутылку воды и выпивает залпом. — Скоро течка. Но ещё пару дней продержусь. — Завтра уезжаем, — Эндрю кивает, решая довериться брату: он всё равно не отойдёт от него ни на шаг. В торговом центре Монстры не отлипают от Аарона — возможно, есть свои плюсы в том, чтобы быть среди своих единственным омегой. Тебя опекают больше, чем других. Но в этом, иногда, бывают и минусы: Аарон может за себя постоять и далеко не всегда он нуждается в защите. А таких «героев» у него целых четыре. Пять, если считать Ваймака. Аарон лениво осматривает костюмы, не представляя в кого нарядиться к празднику. Врач? Слишком банально. Анатомически верный скелет? Нет. Мясник? Бросив взгляд на Нила, морщится: пугающе, но им не нужна истерика на вечеринке. Новые убийства особенно. Эндрю бесшумно оказывается рядом, но Аарон за милю чувствует его запах. Плечи расслабляются сами собой. И только бросив мимолётный взгляд на брата, в голову приходит идея. — Не хочешь парные костюмы? — предлагает Аарон, скрестив руки на груди. Эндрю заинтересованно склоняет голову. — Китнисс и Прима. — Признаёшь, что младший? — усмехается Эндрю. — Хорошо. К удивлению он соглашается. Адаптировать женские костюмы под мужские легко: заменить юбку на брюки и готово. — Ну что, солнышко, всё готово? — Эндрю бросает ядовитые взгляды на проходящих мимо альф, встав рядом с близнецом. — Не тот персонаж, — фыркает Аарон, уходя к кассе. *** Это был очень выматывающий поход. Аарон убрал костюм в шкаф и довольно развалился на кровати, потакая слабости в теле. Дни перед течкой — такие же неприятные, как сама течка. И пусть Эбби и Ваймаку о «перерыве» сообщают Эндрю или Ники, Аарон всё равно чувствует ответственность за пропущенные пары и тренировки — нагонять других потом просто муторно. Звук уведомления выводит из лёгкой дрёмы. Недовольно поморщившись, Аарон тянется к телефону и открывает сообщение, даже не взглянув на имя отправителя. Но он быстро садится, когда видит фото, на котором он стоит спиной к камере перед витриной с книгами. Сердце замирает — неужели за ним следят? Или это не очень тактичный фанат, который просто заметил его в том же месте, в котором был сам? Поборов дрожь, Аарон выключает телефон, возвращается в постель и укрывается одеялом. Родной запах, тянущийся от белья, быстро расслабляет и ситуация забывается. Это его первая ошибка, подумает Аарон через время. *** Следующим утром Эндрю, нагрузив машину нужными вещами и продуктами на неделю вперёд, везёт их двоих в Колумбию. Именно там Монстры проводят течку и гон — безопасное, уютное место. И всё идёт так, как обычно: Аарон вьёт гнездо в своей комнате, Эндрю наводит порядок в доме и готовит лёгкие блюда, таскает к Аарону бутылки с водой. Это простая, отработанная схема. Приняв душ, Аарон спускается на обед. Он всё ещё мыслит чисто, но чувствует, что его феромоны — более сладкие, чем у Эндрю, — смешиваются с ароматом Эндрю, сливаясь воедино. Он не контролирует их, но ему и не нужно. Эндрю накладывает еду, делает чай и они едят в тишине, точно зная, что уже к вечеру Аарон откажется вылезать из постели, поглощённый жаром. Раньше он боялся этого. Его течки никогда не проходили в безопасности — мать просто запирала его в спальне и не обращала внимания, когда её дружки, не умеющие себя контролировать, замечали слабый запах омеги и ломились к нему. К счастью все они были достаточно укуренные, чтобы силы быстро их покинули и они отключились прямо под дверью Аарона. — О чём думаешь? — Эндрю замечает появившуюся горечь в воздухе. — Первые течки, — глухо усмехается Аарон. — Те, которые ещё не были скрыты таблетками. В запахе Эндрю чувствуется острая пряность. — После течки поедешь к Би, — ставит перед фактом альфа и сначала выравнивает собственное дыхание, прежде чем послать волну успокаивающих феромонов, с мягким ароматом лотоса Аарону. Это действует: горечь пропадает, Аарон расслабляется, слабо улыбнувшись. Этой ночью на выключенный телефон Аарона приходит ещё три сообщения. *** Шесть дней проходят в тумане феромонов, боли ниже пояса, заботливых руках Эндрю и горячих объятиях. Да, очевидно, что без физической, — сексуальной, — близости течки проходят с болью, сложнее и дольше, но Аарон не хочет просто брать и поддаваться этой природе. Даже если он знает, как это на него влияет — он будущий врач, в конце-концов. Но в Лисью башню он возвращается свежим и отдохнувшим — спасибо Эндрю, который выбил для них двоих пару выходных, оттянув их отъезд до пятницы. Это значит, что у Аарона есть время прочитать конспекты, подготовленные Кейтлин и Эрнестом — друзьями из его группы. — Тебе передали, — Кевин кидает тетрадь на его стол, но не спешит уходить. Он проходится широкой ладонью по светлым волосам, возвращая Аарону свой запах — так же с ним сделали Ники и Нил. Аарон отвечает тем же: оставляет каплю своих феромонов на руке Кевина и обращает всё своё внимание конспектам. Они — стая, семья. И неудивительно, что время от времени они оставляют свои запахи друг на друге. Это безумно успокаивает омегу внутри Аарона и его самого — он рад, что в его жизни есть такие люди. Аарон остаётся в комнате один. Раньше с ним и Эндрю жил Кевин, а потом на место Дэя пришёл Нил, чтобы за ним было проще следить. Но это… Если честно, не устраивает Аарона. Тяжело признавать, но такой интерес к Джостену очень раздражал, бесил до дрожи, из-за отвратительной ревности. Даже к Кевину никогда не было такого внимания. «Возможно из-за того, что от Кевина просто меньше проблем» — думает Аарон, тяжело вздохнув. Он решает отвлечься, поэтому включает телефон. Три фотографии от того же неизвестного контакта бьют по голове: ещё одно фото в торговом центре, Монстры перед общежитием, Аарон в машине. Аарон бьётся головой об стол. Какое же дерьмо. Ему нужно что-то с этим делать, но пока его главной проблемой остаются конспекты. Он решает отложить это дело до понедельника: он только-только оправился от болезненной течки и ему нужно, жизненно необходимо, наверстать упущенное на парах. С началом учебной недели странный незнакомец вылетает из головы. Ему просто не до этого: тренировка-учёба-тренировка-домашка. Привычный распорядок дня. Он скучал за этим. Но всё рушится. Аарон чувствует на себе чей-то взгляд, когда сидит в библиотеке. Чувствует удушающий запах гари. Он не успевает среагировать, когда теряет сознание. Последнее, что он замечает — высокую фигуру. *** Он с трудом открывает глаза, чувствуя по всему телу холод. Он его ненавидит. Секунда требуется, чтобы сфокусировать взгляд: перед ним стоит камера, а за ней, в углу комнаты, за обшарпанным письменным столом — мужчина. С широкими плечами, короткой стрижкой и отвратительным запахом, заполнившим комнату. От феромонов его стаи не осталось ничего. Аарон шевелит руками, но они оказываются связанными. Блять. Опустив глаза, с ужасом понимает, что на нём нет его привычной одежды: её заменили тонкие, полупрозрачные ткани, которые ничего не скрывают. Это то, что надевают люди в порно-журналах. «Им хотя бы платят» — думает Аарон. Ситуация медленно доходит до него. Мужчина, к сожалению, замечает, что он проснулся. Натянув широкую, острую ухмылку, он подходит к лежащему на кровати Аарону. — Привет, — альфа видит, что от его феромонов омеге плохо и уменьшает их интенсивность. Кажется, что он хочет поговорить с ним в трезвом уме. — Я напугал тебя, да? Прости, пожалуйста, прости меня. Я сейчас объясню. Аарон понимает, что что-то говорить — смысла нет. Неизвестно как похититель отреагирует на это. Знакомство с Нилом принесло свои плоды: что-то о таких ситуациях он знает. Поэтому он молчит, наполненный кристальным ужасом и внимательно следит за каждым чужим жестом. — Меня зовут Патрик, — альфа садится слишком близко к Аарону. Он инстинктивно дёргается в сторону, но широкая ладонь крепко держит его за бедро. Она не такая, как у Кевина — мозолистая, горячая, — а холодная и слишком нежная, словно он никогда не занимался физическим трудом. Только сбитые костяшки пугают. — Я давно наблюдаю за тобой, — он поглаживает кожу Аарона. И это так мерзко. — Я… не хочу сделать тебе больно. Правда. Его голос слишком мягкий — тот, который только напрягает и предвещает опасность. — Ты мне понравился, — Патрик наклоняется к его шее, вдыхает запах. — Но я не буду заниматься с тобой сексом. Позволь мне сделать несколько фотографий и я оставлю тебя в покое. — У меня есть выбор? — хрипит Аарон, всё ещё задушенный чужими феромонами. О, как же ему сейчас хочется оказаться в объятьях Эндрю. — Конечно, — тон альфы не меняется, но его запах бьёт не только по лёгким, но и по голове. Аарон становится куклой в чужих руках и ему остаётся только радоваться, что течка уже прошла. — Но тогда я буду грубее. Аарон делает глубокий вдох и закашливается. Мерзко. Больно. Его тело двигают так, как удобно другому. Никогда такие позы не были даже в мыслях. Стыдно. Его просто унижают, разворачивая к камере задом. Патрик фотографирует его раскрасневшееся из-за нехватки свежего воздуха лицо. Он подносит камеру к его гениталиям — те места, которые не видел даже самый близкий ему человек. Эндрю. Только мысли об Эндрю не позволяют ему провалиться в яму чужих рук, феромонов и взглядов. *** В себя Аарон приходит в туалете университета — этот отвратительно рыжий кафель он узнает из тысячи. У него под головой — его сумка, а он в своей одежде. И ему чертовски холодно. Ужас охватывает тело. Липкий, леденящий душу. Он чувствует фантомные прикосновения на своём теле. Ему нужно… нужно добраться до Эндрю. Всхлипнув, начинает судорожно искать телефон в сумке. Дрожащими руками он берёт мобильный и не с первого раза попадает по нужному контакту. Спустя несколько гудков раздаётся голос. Но не Эндрю — отвечает Нил. — Аарон? Что- — Туалет университета, — уже на грани истерики отвечает Аарон. — Мне нужен Эндрю. — Десять минут, — резко отвечает альфа, что-то начинает шуршать, слышатся знакомые, но не различимые голоса. И ровно столько, сколько сказал Нил нужно, чтобы его нашли. После того, как Эндрю прижимает брата к себе и окутывает приятными феромонами, Аарон отключается. Внутренний омега успокаивается — он в безопасных объятиях своего альфы. *** Чтобы вернуться к здравости ума, Аарону нужно несколько часов. Монстры окутали его объятиями, феромонами и быстро вытеснили мерзкую гарь сталкера-похитителя. Монстры ничего не спрашивают, но находятся рядом: где-то на другой постели устроились Нил и Кевин с ноутбуком, Ники на полу у постели Аарона. И Эндрю, тесно прижатый к брату. Аарон сам тянется к Эндрю, обвивает его руками, утыкается в шею носом, желая выбить из памяти чужие феромоны, сплетает ноги и наконец-то чувствует тепло. — Кев, — тихо говорит Аарон, не отрываясь от Эндрю. — Да? — Кевин мгновенно отвлекается от экрана, ставит игру на паузу и смотрит в сторону омеги. — Я хочу молочный коктейль, — выглянув из-за плеча Эндрю, Аарон замечает улыбку на лице энигмы. И Кевин без лишних вопросов поднимается, тихо уходит на кухню. Эндрю поглаживает Аарона по волосам, контролируя потоки феромонов. Увидев разбитого Аарона на полу туалета, что-то в нём разбилось. Никогда он выглядел таким… мёртвым. Худшие мысли вытеснились беспокойством о близком человеке, но он пообещал себе, что разберётся с этим позже, когда Аарону станет лучше. Но запах чужого вновь и вновь вводит в ярость. Кто-то до сих пор не уяснил, что Аарон принадлежит ему. И он заплатит за это, кем бы он ни был. Нил уже проверяет камеры университета, отправил людей, которые подчиняются его дяде, что бы они выяснили всё — это на случай, если Аарон откажется говорить. Такое возможно из-за глубокой раны, которое это похищение может оставить. А оно оставит. То, что не было никаких сексуальных домогательств Эндрю знает — он чувствует это, пусть на Аароне и нет метки его партнёра. На нём стоит метка члена стаи, а значит, что Эндрю смог бы учуять, если бы к нему прикасались… так. Особенно тот, кто в их стае не состоит. Но Аарон расстроен этим, он напуган, истощён чужими феромонами. Оно и неудивительно: судя по всему, альфа, который похитил Аарона, как минимум доминантный, если смог так на него повлиять. Аарон трётся макушкой о подбородок Эндрю, выводя из мыслей. — Слишком много думаешь, — шепчет Аарон, слегка отстраняясь. — Я всё расскажу, обещаю. Немного позже, — накрывает щёку альфы тёплой ладонью, смотрит в ореховые глаза, залитые печалью и гневом. Эндрю злится, потому что не смог защитить. Эндрю расстроен тем, что Аарону было плохо. И, конечно, Аарон знает это — он чувствует на подсознательном уровне. Не смотря на то, что большую часть жизни они жили порознь, они всё равно очень быстро наладили свою связь омеги-альфы, пусть долго припирались и, возможно, до появления Нила не так открыто проявляли свои чувства. Для Эндрю Нил стал катализатором: он понял, что Аарон не читает его мысли. А для Аарона эта встреча стала напоминанием о том, что он сам точно такой же собственник, что и Эндрю, пусть это и странно — настолько ревностно относиться к брату. Никто из них никогда не был нормальным. Кевин приносит коктейль, мягко передавая его в руки омеги под цепким взором Эндрю. Все в этой комнате знают: нельзя задеть Аарона и не получить ножом под рёбра. Разве что для них, для стаи, это не опасно — лишь рычание, предупреждающее о посягательстве на чужую территорию. Кажется, что только сами близнецы не понимают, что означает их связь. Первым среди Монстров, без участия Миньярдов, теорию об истинности выдвинул Кевин: интуиция подсказывала ему, что это не просто связь близнецов и братьев. Природа не ошибается. И пусть, скорее всего, один из них бесплоден — это тоже не просто так. Так природа защищает их от кровосмешения, но всё равно позволяет завести потомство. Хотя Кевин не удивился бы, окажись оба бесплодны — они пережили тяжёлую, травмированную жизнь. Молочный коктейль выпивается быстро: Эндрю отпивает прямо из рук брата. Итак, Аарон решает заговорить только ближе к ночи. Тогда, когда все Лисы уже легли спать, а Монстры так и остались в спальне близнецов и Нила. Никто не оставит его теперь, когда ему так тяжело. Омега прислоняется к Ники, сев рядом с ним на мягком ковре. Эндрю курит у окна, задумчиво глядя на ночную дорогу. Только Нил и Кевин остались на своих местах: на кровати Джостена. Аарон берёт телефон и протягивает его Эндрю. — Я знаю, что вы уже начали что-то искать, — усмехается омега, бросив взгляд на Нила. Тот наигранно-невинно улыбается и Аарон почти улыбается в ответ. Нет, всё-таки Нил часть их стаи, пусть порой и кажется, что слишком липнет к Эндрю. Нил, всё же, истинный Кевина Дэя, а это, — Аарон мысленно усмехается, — статус. И метки на их загривках говорят об этом громче слов. — Он следил за тобой, — Эндрю сдерживает гнев, глядя на фото. — Почему ты сразу не сказал? — Началась течка, а потом завал по учёбе, — Аарон сжимает руки Ники, на мгновение утыкается ему в плечо. — Я был в библиотеке, когда он пришёл. Я не знаю почему его никто не остановил: его феромоны заполнили всё настолько, что я начал задыхаться и потерял сознание. Атмосфера в комнате резко меняется: феромоны отдают опасной остротой, но они никак не влияют на Аарона. В нём только появляется искреннее желание их успокоить, но он сам не в лучшем состоянии. Ники, конечно, это замечает, поэтому посылает успокаивающую лаванду, прижав к себе кузена. Это помогает Аарону расслабиться. Аарон рассказывает всё, что помнит и только благодаря феромонам стаи он вновь не скатывается в истерику, но всё равно утопает в объятиях Ники. Повисает тягучее молчание. — Аарон, — Нил опускается перед омегой на колени и все замечают, как дёргается Эндрю от этого — только силой воли он остаётся на месте. — Мы найдём его и уничтожим не только этого мудака, но и эти фотографии. Я обещаю тебе. Поджав губы, Аарон смотрит альфе в глаза. Он не видит в них лжи, не видит того страха, что был в нём, когда больной на голову отец нашёл его и хотел вернуть сына в семью. Только твёрдая, крепкая решимость и запах хвои после дождя. Поддавшись порыву, Аарон обнимает его, обвив руками за шею. И он верит. Верит каждому их слову. *** Эндрю не отходит от Аарона ни на шаг. Теперь, когда им известен враг, им нужно держаться вместе. Иногда другие члены стаи заменяют Эндрю — Аарон просто не остаётся один никогда. И другие Лисы, не посвящённые в ситуацию, злятся из-за этого. Как, например, Мэтт сейчас. — Послушай, бро, — Бойд обращается к Нилу, чья сейчас очередь «дежурить» рядом с Аароном. — Мы не можем сходить в кино вдвоём? Без него, — указывает на Миньярда. — Нет, — спокойно отвечает Нил. — У него уже прошёл гон, — возмущается Мэтт. — Ни на кого он не набросится, не маленький. Аарон вздыхает, потирая переносицу. Как его это достало. Сначала Элисон ворчала, потом возмущался Сет, потом Мэтт и Дэн, и вот, опять, Бойд выносит мозг. — Иди нахуй, — Аарон показывает бете фак. — Тебя это не касается, ясно? Мэтт возмущённо фыркает, хватает Нила за плечо, а у Аарона вскипает кровь в жилах. Он подлетает к ним, отталкивает Мэтта и вцепляется в его руку, сжимая изо всех сил. — Тебе сказали «нет», придурок, — шипит Аарон, невольно заполняя гостиную феромонами. — Съебись, пока я тебя не впечатал в стену. И сила феромонов альфы, оставшихся от Эндрю, кружит голову. Мэтт уходит и не сразу до него дойдёт, что рецессивный альфа не может так влиять на бет — это просто невозможно. — Аарон, — Нил осторожно подходит к омеге. — Всё хорошо? Омега медленно выдыхает. Сталь в воздухе сменяется нежным лотосом. Развернувшись, смотрит на Нила. — Они мне надоели. Почему они не могут отвалить? — Аарон вздыхает, потирает лицо и плюхается на диван. Нил хмурится, осторожно садится рядом и как-то неуверенно выпускает феромоны. Он до сих пор сомневается, что имеет право делать так: Аарон, кажется, всё ещё не принимает его полностью. Но Аарон сам кладёт голову на его плечо, закрыв глаза и расслабившись. — После этой ситуации я стал слишком нестабилен, — делится чувствами омега, сжав кулаки. — Я будто… уязвим. Вы носитесь со мной так, словно я из хрусталя. — Мы просто хотим тебя защитить, — отзывается Нил. — Мы чувствуем свою вину за произошедшее. — Придурки, — фыркает Аарон. — Виноват только Патрик и никто больше. *** Аарону нравится проводить время с Кевином. Когда страх перед его сущностью, энигмой, прошёл, Дэй оказался интересным собеседником. Иногда они ходят вместе на прогулки. Простые, неспешные, наполненные разговорами и даже смехом. Кевин хороший друг. И периодически им удаётся встретиться с названным братом Кевина и его парнем — Рико и Жаном. — В прошлый раз он свалил цветок и сказал, что это Сакура, — Рико стучит пальцами по столу. — Я не позволю клеветать на мою дочь. — Это собака, — возмущается Жан. — И это правда была она — я к твоим цветам не подхожу ни на шаг. — Как ты можешь так относиться к нашему ребёнку? — Рико опасно щурится. Аарон закатывает глаза: эти двое как давно женатая пара, которая просто устала друг от друга. Они старше Кевина и выпустились в прошлом году, и начали сразу же жить вместе. И именно старший брат Рико, Ичиро, помог когда-то поймать Натана. Примерно тогда Аарон и вписался в их дружескую компанию. — Я люблю её, — продолжает Жан. — Как дочь, — добавляет он под тяжёлым взглядом своего парня. — Но её нужно воспитывать, как и человеческого ребёнка. — О, Боже, — Кевин вздыхает, накрыв лоб ладонью. — Ребят, Аарон вообще-то хотел кое-что рассказать. И это правда: Рико и Жан стали его близкими друзьями. Они одни из немногих людей, которые знают, что он омега. Аарон рассказывает снова всё, что с ним произошло. И беты явно не в восторге от этого: будь у них сильно выражены феромоны, то, Аарон уверен, уже задохнулся бы от них. — Вот с чем Ичиро помогает Стюарту снова, — Рико как-то понимающе качает головой. — А когда он ему не «помогает»? — усмехается Аарон. О связи старших Хэтворда и Морияма ходят разные слухи. — Как продвигается дело? — спрашивает Жан. — Записи с камер в библиотеке стёрты, — тяжело выдыхает Кевин. Его запах меняется. — Сейчас выясняется где был охранник и пытаются восстановить записи. Аарон прикрывает нос — феромоны Кевина начинают острить, добавляя его цитрусовому запаху неприятные нотки. Аарону приходится осторожно коснуться его руки и перебить его феромоны своими. Цитрус и лотос освежают. — Прости, — извиняется Кевин, стараясь контролировать себя. Аарон качает головой. — Если понадобится помощь — обращайся, — заботливо предлагает Жан, но лицо его каменное — он всё ещё в шоке и ярости из-за ситуации в которую попал его друг. — Я оплачу счёт, — Рико поднимает руку, подзывая официанта. И это забота Рико, которую он не может выразить словами — через мелкие жесты. *** Не смотря, на гиперактивность Ники — с ним спокойно. Лёгкая лаванда, летающая в воздухе, громкий смех позволяют мыслям уйти. Аарон часто делает вид, что не слушает его бесконечную болтовню, но это не так. Аарон слышит всё. — Блять, да как ты это делаешь? — Ники откидывает джойстик и театрально закидывает руки за голову. — Ты где-то мухлюешь! Я уверен! — Мастерство и никакого мошенничества, — довольно ухмыляется Аарон, гордо вскинув подбородок. — Это не по моей части. — Чё-ё-ёрт, — Ники закидывает ногу на ногу и тянется к пицце. — Ладно, мне стоит взять у тебя пару уроков. — Естественно, — кивает Аарон. И как же он любит такие вечера, когда он с кузеном проводят вот так спокойно, без давления учёбы, ворчания других Лисов. Звук уведомления на телефоне стал триггером для Аарона — последнее время от этого не ожидаешь ничего хорошего. И в этот раз тоже. Те самые обнажённые фотографии висят в чате, как дамоклов меч над головой Аарона. На каждой фотографии, где видно его лицо — заметно, что он не в себе. Накачанный феромонами, как афродизиаком. Его чуть ли не тошнит от этого. Прижав телефон к груди, хватается за волосы и сильно их тянет, пытаясь остановить истерику. — Аари, — Ники мгновенно оказывается рядом, убирает его руки от волос и сжимает в своих. — Не смотри! — кричит Аарон. — Не смотри, нет! — Я ничего не вижу, — шепчет Ники. — Обещаю. Что случилось? — Фото… — хрипит в ответ омега. — Он отправил мне фото, которые сделал. И новые… где я вместе с вами. Он не останавливался, Ники, — поднимает заплаканные глаза. Аарон оказывается в объятиях кузена и его феромонах, и он не помнит, как в комнату забегают Монстры, а телефон оказывается в руках Эндрю. «Ты лучший. Мы однажды повторим и я обязательно зайду дальше. Ты полюбишь меня» — читает Эндрю вслух, объяснив ситуацию Монстрам. Аарон чувствует их ярость. Она поглощает его, тянет на дно. Он просто не выдержит ещё — Аарон хватает Эндрю за край толстовки и заставляет опуститься на колени. Упав в крепкие объятия Эндрю, утыкается носом в его пахучую железу на загривке, полностью перебивая все запахи в комнате. Сейчас ему не нужен никто, кроме него. Эндрю прижимает Аарона к себе, держит руку на его затылке и заполняет пространство своим феромонами, смешивая их с Аароновыми — они у них действительно одинаковые. Эндрю уже никогда не сможет без него жить. Без Аарона, без его феромонов. Просто не сможет. *** У Аарона нет никакого желания идти на вечеринку — всего пару дней назад Патрик отправил ему своё «творение» и он едва от этого отошёл. И Эндрю видел его унижение. «Это не твоя вина, солнышко» — ответил он тогда на переживания Аарона. Солнышко. Так Эндрю начал всё чаще и чаще называть Аарона, не реагируя на все его доводы, что это слова не Китнисс. — Аарон! — Кейтлин подходит к нему, заключает в объятия. — Как ты? — внимательно осматривает друга, полностью игнорируя Эндрю, стоящего рядом. — Порядок, — кивает Аарон. — Они напали на след этого мудака, — шепчет, чтобы его услышали только Кейт и Эрни, который только что подошёл. — Ох, — Эрнест выгибает брови. — Это хорошо, — омега обнимает Аарона. — Я надеюсь, что скоро он получит по заслугам. — Мне почти ничего не говорят, — Аарон бросает взгляд на Эндрю. — Но я им верю. — Я рада, — Кейтлин улыбается. — Чтож, пошли немного повеселимся? Мы здесь ради этого и собрались. Но Аарон всё ещё не хочет погружаться в пучину этого всеобщего веселья. Ники очень хотел сюда прийти — и он же сейчас в центре толпы. Какое-то время Аарон проводит время с друзьями, иногда возвращаясь в компанию Монстров для пополнения социальной батарейки. При всех его усилиях остаться на празднике, Аарон начинает задыхаться от количества феромонов, духов, одеколонов и чувства, что за ним постоянно наблюдают. Ощущение преследования с ним уже давно — с тех самых пор в библиотеке. А с того момента прошёл неполный месяц. Почти месяц он не может дышать, находясь вне стен общежития — и это мешает ему жить. — Эндрю, — Аарон резко поворачивается к брату. — Я хочу уйти. Альфа не задаёт вопросов. Он только кивает, предупреждает Нила и они покидают вечеринку, уезжая в Колумбию — остальные доберутся сами, если захотят. Эндрю краем глаза смотрит на уставшего Аарона на пассажирском сиденье и вспоминает слова из любимой книги Аарона: «Как я могу уйти и бросить Прим — единственного человека на земле, про которого я точно знаю, что люблю?» И тоже не может бросить свою «Прим». Аарон — его всё. Он не знает, что это за связь: из-за того, что они близнецы или единственные оставшиеся друг у друга самые близкие люди. Это просто не важно. Дом встречает их тишиной и холодом — никто не включал отопление последние две недели. Они все были слишком заняты поддержкой Аарона и поиском того ублюдка. Близнецы устраиваются на диване, укрывшись пледом, с горячим какао в руках. Аарон сидит настолько близко, насколько может без риска разлить кипяток. По телевизору в очередной раз крутят «Кошмар на улице Вязов», который они уже смотрели. Стоит отдать Ники должное: гирлянда с тыквами, которая сейчас служит единственным источником света, создаёт свою атмосферу. Эндрю может назвать это уютом. — Тебе не кажется, — заговаривает Аарон, когда фильм прерывается рекламой. — Что мы слишком близки? — Что ты имеешь ввиду? — не понимает Эндрю, склонив голову. — Словно… Мы больше, чем братья-близнецы, — омега поджимает губы, на мгновение отводит взгляд, но снова смотрит Эндрю в глаза. — Наша связь. — Ты имеешь в виду истинность? — Эндрю хмурит брови, вспоминая момент, когда понял, что Аарон омега — тогда ему точно стало легче дышать, словно он вынырнул со дна океана. — Да, — кивает Аарон. — Это возможно: близнецы нередко являются истинными, даже если у них один вторичный пол. Ты же тоже чувствуешь, когда я испытываю сильные эмоции? Не так, будто они заменяют твои, но подсознательно ты просто знаешь. Когда я плачу, когда смеюсь или течка. Любой сильный выброс эмоций. Эндрю кивает — это правда. — Мы можем это проверить, — Аарон игнорирует начавшийся вновь фильм, поворачивается к брату лицом. — Стой, — альфа накрывает руку Аарона своей, слегка сжимает. — Зачем тебе это знать? Для меня это ничего не изменит, — говорит твёрдо. — Ты — мой. Насыщенный лотос со звенящей сталью бьют по голове — Аарон не контролирует себя, но это не мешает Эндрю, а наоборот, радует его внутреннего альфу. Аарон открывает и закрывает рот, не находя слов от обилия эмоций. Это не просто признание его как члена стаи — это нечто большее. — Для меня тоже, — сглатывает Аарон. — Но… Так будет легче? — подобно кошке наклоняет голову. — Никто и никогда не будет лезть к нам — наши феромоны смешаются на совершенно другом уровне. — Если ты найдёшь себе кого-то? — хмурится Эндрю. Ему не нравится эта идея. — Не найду, — Аарон уверен в своих словах. — Ты не заметил? Я пытался быть с другими, но всё равно возвращался к тебе. Это никогда не было из-за сделки или твоего контроля. Я ушёл, когда пытался быть с Кейтлин. Но вернулся к тебе. Эндрю тяжело выдыхает. Это ещё раз подтверждает, что Аарон — только его и ничей больше. — Что нужно делать? И Аарон улыбается, расслабив напряжённые плечи. — Просто лизни мой загривок. Мы должны почувствовать сразу, если мы истинные. — Сделай ты, — ошарашив омегу, Эндрю поворачивается к нему спиной, полностью доверяя ему. Он чувствует, как Аарон дрожит, но уверенно, пусть и медленно, двигается ближе. Сначала Аарон утыкается лбом ему между лопаток, приобнимает за талию, несильно сжимая руки. Он хочет, чтобы это было правдой: хочет взаимно принадлежать Эндрю, быть его каждой клеточкой тела и души. Ему не нужен никто другой. Если не Эндрю, то никто. Проведя губами по оголённым плечам, замирает, ища в реакции Эндрю отвращение. В конце-концов он не давал разрешение на это. Альфа дышит тяжело, дрожит, но не останавливает его. — Как бы ты ни чувствовал, — хрипит Эндрю, взглянув на него из-за плеча. — Как бы ни чувствовал я — скажи мне когда-нибудь остановиться. Просто скажи мне. — Прости, — Аарон воспринимает эти слова иначе: он думает, что Эндрю не нравится. — Нет, — альфа фыркает. — Не останавливайся. Сделай всё, что хочешь. Проверим нашу связь до того, как ты… лизнёшь меня. И Аарон возвращается в прежнее положение. Сдвинув лямку домашней майки, продолжает оставлять бесцветные следы на горячей коже, упиваясь его ароматом. Слегка прикусив место на трапециевидной мышце, тут же сменяет зубы поцелуем. Подобравшись к шее, он едва сдерживается, чтобы не вцепиться в неё зубами — чистое, искреннее желание. Вместо этого он широко проходится по феромонной железе — небольшой, но чувствительной. Металл и лепестки цветов тут же оказываются на языке, а близнецов прошибает током. Они дёргаются, но боль проходит мгновенно, сменяясь негой удовольствия. Аарон сильнее смыкает руки на Эндрю, пряча по-странному счастливую улыбку. — Мы истинные, — шепчет Эндрю. Теперь это не догадка, не эфемерное чувство. Факт. *** Их жизнь почти не меняется: только теперь Эндрю и Аарон пробуют новый вид отношений. Тот, который позволяет альфе и омеге быть рядом. Тот, который позволяет им, близнецам, вообще быть вместе. Аарон сразу рассказывает об этом Монстрам, от чего-то не боясь их реакции. И не зря: Кевин говорит, что догадывался об этом (чёрт бы побрал его чуйку энигмы), Нил кивает, а Ники долго говорит кузенам, что рад за них. Теперь Аарон не боится, что Эндрю уйдёт, что он выберет кого-то другого. Нил съезжает к Кевину в комнату при первой возможности. Есть правило, а в некоторых штатах и странах закон, о том, что истинных нельзя разделять надолго. Так, в некоторых тюрьмах, посещение тех, кто нашёл свою пару, разрешено чаще; тем, кто учится в разных городах, часто дают совместное жильё и предлагают университеты рядом и так далее по списку. Истинность — не правило, а исключение. Это не частое явление, но к нему относятся серьёзно. Аарон не скажет, что зачахнет, если они с Эндрю разъедутся на месяц. Да, он будет скучать и, возможно, переживать, как это было после Дрейка, но точно не будет убиваться. Эндрю старается одновременно решать проблему с Патриком, интимными фотографиями и выстраивать новые, совершенно иные отношения с Аароном. При желании такую связь можно разорвать, но никогда неизвестно каким будет итог. Эндрю не хочет проверять и даже никогда об этом не задумывался, точно зная, что всегда будет рядом с Аароном. *** За несколько минут до дня рождения близнецов, Нил стучится к ним в комнату. Уже сонный Эндрю пускает его, а за ним по пятам следуют Ники и Кевин. Все устраиваются на двух кроватях, только Нил остаётся в центре комнаты с серьёзным выражением лица. Но от него не пахнет ничем неприятным — значит, он спокоен. Из-за этого и остальные не сильно переживают, просто ожидая его слов. Эндрю укладывается на коленях Аарона, прикрыв глаза. — Начну с самого главного, — Джостен выдыхает, смотрит прямо на омегу. — Патрик больше не помеха. Его устранили… Более радикальным методом, чем моего отца. — Как Дрейка? — Кевин выгибает бровь. Нил кивает. — Отлично. Твоего отца нужно было так же. — В психиатрической лечебнице ему нелегко — после неё он не восстановится, — с каким-то садистким удовольсвием улыбается Нил. — Сейчас не об этом. Аарон опускает голову, ловит внимательный взгляд Эндрю и улыбается — он рад, что его сталкер исчез из жизни и больше никогда не появится. — Аарон, — Нил обращает на себя внимание вновь. — Теперь я могу рассказать, почему мы так долго его ловили. Хочешь знать? Омега задумывается. С одной стороны ему просто хочется, чтобы эта история закончилась здесь и сейчас, а с другой — хочется узнать, откуда взялся такой мерзкий человек. Ещё раз бросив взгляд на Эндрю, всё же качает головой: — Нет. Не сейчас. Позже я сам спрошу об этом, но точно не сейчас. Боюсь, что все усилия Би по моему исцелению пойдут прахом. Только ответь: все фотографии уничтожены? — Все до единой. То место, где ты был, сожжено дотла, — уверенно говорит Нил. Аарон кивает. *** Выйдя из комнаты, где уже посапывает Аарон, Эндрю догоняет Нила и Кевина в другом конце коридора. — Я хочу знать подробности, — твёрдо говорит Эндрю, скрестив руки на груди. — Сегодня обойдёмся общими фактами, — Нил устало вздыхает. — У Патрика много денег из-за нелегального бизнеса. Наркотики, — криво усмехается. — Он увидел Аарона на одном матче, отчего-то в его больную пришла мысль: Аарон его омега. Он стал им одержим. Когда люди Ичиро попали в его дом, то нашли там фотографии множества омег, — и парней, и девушек, — и со всеми история начиналась одинаково. Сначала несколько фото, потом он ходит за ними по пятам, а затем похищает и делает это в тех местах, в которых никто не ожидает: в кафе, в библиотеке, посреди улицы. У него были средства, чтобы подослать своих крыс. Так никто не обращал внимания на пропажу человека, потому что жертву изначально окружали подставные сотрудники, новые коллеги… После похищения он делает фотографии, которыми угрожает, склоняет самой жертве явиться к нему, чтобы заняться сексом. Фетиш у него такой. Ичиро и Стюарт сильно попотели, выискивая его. К счастью, он сам прокололся, когда отправил Аарону последние сообщения: он просто забыл скрыть свой адрес. — Что с его бизнесом сейчас? — Эндрю хмурится. — Анонимный звонок в полицию, папка с доказательствами у порога ФБР — и «империя» рухнула, — Нил хмыкает. — Бизнес был не большой, но в таком, как известно, деньги всё равно водятся. Эндрю кивает, задумавшись: источник бед исчез, но последствия уже пустили корни. Аарон долго будет восстанавливаться после такого. Сейчас он выглядит так, словно держится уверенно, но Эндрю знает: ему плохо. Аарон оборачивается чаще, чем следует, от уведомлений вздрагивает, а от альф шарахается. — Спасибо, — тихо, но чётко говорит Эндрю. Нил отмахивается: — Не нужно. Мы стая, помнишь? Я не оставлю вас в беде, — и, улыбнувшись, добавляет: — С днём рождения. *** Они никуда не едут, чтобы отметить, а просто заваливаются толпой в Колумбийский дом: Монстры, Кейтлин, Эрнест, Рико и Жан. Только самые близкие. Получается, несомненно, шумно, но тепло и уютно. Эрнест своими руками испёк торт, свечи на котором близнецы задувают вместе. Аарон улыбается, держа Эндрю за руку и чувствуя его тепло. Наконец, ему не холодно, рядом любимые люди. И пусть он знает, что впереди долгий путь восстановления — в это мгновение он чувствует себя здоровым и полноценным. — Солнце, — зовёт Эндрю, а когда он оборачивается, то просто берёт и целует омегу. Вот так, легко и непринуждённо, на глазах у всей их семьи и друзей. Через несколько дней на стене их дома появится первая фотография в рамке: их поцелуй. Первая, но не последняя.