вкус твоей улыбки

Их отношения всегда были странными. Рэндал мог часами сидеть в углу и сверлить Сатору взглядом, а потом внезапно наброситься — не убивать, а обнимать. Душить своей любовью. Сатору привык. Ну, почти. В тот вечер они сидели на полу гостиной. Снаружи выл ветер, где-то на печи мурлыкал подобранный Сатору рыжий кот (животное — единственное, что Рэндал терпел, потому что кот боялся его и не лез). Рэндал играл с волосами Сатору — белыми, тонкими, вечно спутанными. — Я хочу тебя укусить, — сказал он будничным тоном, как о погоде. — Нет, — отрезал Сатору, не открывая глаз. — Я не спрашиваю. Рэндал резко дёрнул его за волосы, запрокидывая голову, и впился зубами в шею — не сильно, не до крови, но чувствительно. Сатору шипел и ругался, пытаясь ударить его локтём, но Рэндал только сильнее прижимал его к себе, одновременно кусая и зализывая место укуса языком. — Отпусти, чёртов вампир! — Сатору пнул его ногой. — Я не вампир, — мурлыкнул Рэндал ему прямо в ухо. — Я просто твой псих. И ты никуда не денешься. Он перевернул Сатору на спину, наваливаясь сверху. Их лица были в сантиметре друг от друга. Рэндал тяжело дышал, его зрачки расширились, руки сжимали запястья Сатору над головой. — Поцелуй меня сам, — вдруг тихо попросил он. И в этом «попросил» было что-то жуткое, потому что Рэндал никогда не просил. Он требовал. Сатору отвернулся, стиснув зубы. — Пошёл в… Рэндал поцеловал его сам. Грубо, жадно, собственнически. Покусывая губы, врываясь языком, не давая ни секунды на раздумья. Сатору мычал, брыкался, царапал ему спину, но Рэндал только рычал в поцелуй, прижимая его к полу всем телом. Когда они оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. У Сатору губы распухли и покраснели, на щеке алел след от укуса (когда успел?!), а в единственном глазу горела такая ярость и… что-то ещё. — Ненавижу, — прошептал Сатору. — Знаю, — Рэндал улыбнулся своей безумной, хищной улыбкой и снова уткнулся лицом в его шею. — И именно поэтому ты всё ещё здесь. Часть 3. Тихое безумие (объятия) Ночью Сатору проснулся от того, что не мог пошевелиться. Рэндал обвил его руками и ногами, как удав, прижав к себе спиной. Его дыхание было холодным и ровным, сердце (если оно вообще билось) — почти неслышным. — Слезь, — прохрипел Сатору, дёргаясь. — Жарко. — Нет, — сонно ответил Рэндал и только крепче сжал объятия. — Ты мой. Я сказал. — Ты ничего мне не… — Сатору. — Голос Рэндал вдруг стал серьёзным, без привычного безумия. И от этого стало страшнее. — Если ты встанешь, я привяжу тебя к батарее. И буду целовать, пока ты не перестанешь дышать. Выбирай. Сатору замолчал. Потом тяжело вздохнул и расслабился в этих мёртвых объятиях. — Ты ненормальный, — сказал он в потолок. — Твоя ненормальность, — шепнул Рэндал, целуя его в затылок. — Спи. И странное дело — Сатору действительно заснул. В тепле (хоть Рэндал и холодный), в этих сдавливающих до хруста объятиях, под тихое, безумное дыхание психованного парня, который ни за что его не отпустит.