Плохое чувство

Входная дверь закрылась и Оливер остался стоять, бездумно таращась на нее. Они еще немного поболтали, поужинали и Джиллиан ушла домой, даже не поцеловав его в щеку на прощание. Не то чтобы он этого ждал, конечно… Ну, ладно, он ждал. Все четыре дня с того момента, как они договорились провести немного времени вместе. Это определённо было свидание. А свидания, насколько он понимал, подразумевают такие вещи. Ему потребовалось время, чтобы понять: она не будет больше пытаться к нему прикоснуться. Она пробовала трижды — и каждый раз это заканчивалось плохо. Он либо сбегал, либо орал так, будто его сейчас вскроют, либо прямо просил её остановиться. Он испортил каждую ее попытку. Джиллиан — практик, туда, где ее трижды ударило током, она в четвертый раз не полезет. Значит, теперь очередь за ним. Если он этого хочет — ему придётся сделать это самому. Или, Господи Боже, попросить ее об этом. Он не уверен, что уступать ему инициативу — хорошая идея. Точнее, он абсолютно уверен, что идея плохая. Потому что дисциплина и самоконтроль давались ему легко по большей части, но только не в тот момент, когда он закрывал за собой дверь ванной и оставался наедине с мыслями о ней. Оливер опустил голову и задрал рукав на левой руке. Синяк никуда не делся, он переливался чуть ли не всеми цветами радуги, потому что поверх старых укусов ложились новые и это продолжалось уже довольно долгое время. Боль была единственным способом хоть как-то себя затормозить, но когда он останется наедине с настоящей девушкой, этот способ станет неприемлемым. Чисто гипотетически, он мог бы просто попросить ее о строго определенных вещах… Но даже если допустить, что он вообще сможет открыть рот и признать, что нуждается в чем-то настолько… личном, то в том весьма вероятном случае, когда она действительно это сделает — поцелует его или прикоснется к нему так, как он этого хочет — он потеряет голову мгновенно. Там, за этими словами, лежала бездна, в которую он слишком долго смотрел. Ему нужно было… слишком много, так много, что он боялся потерять контроль, если хоть что-то получит. *** Аудитория гудела ещё до начала лекции — кто-то переговаривался, кто-то листал конспекты, кто-то уже откровенно скучал, уткнувшись в телефон. Оливер пришёл раньше обычного и занял своё место у края ряда, как всегда — с удобным обзором и возможностью уйти, не задевая никого лишний раз. Он уже успел открыть ноутбук и разложить тетрадь, когда рядом с ним со стуком опустилась сумка. Он не поднял голову сразу. Узнал по звуку. — Привет, — бросила Джил, устраиваясь рядом и закидывая ногу на ногу так, будто это было её место с самого начала года. Он кивнул, всё ещё глядя в экран, но уголок его губ едва заметно дернулся вверх. Она не села к своим. Обычно она занимала место на пару рядов выше — в компании, где было слишком много смеха, разговоров и людей. Сейчас те же самые люди уже оглядывались через ряд, явно заметив изменения. Она делала это и раньше, но она не делала этого постоянно. — Тебе необязательно садиться рядом со мной. — У меня нет другого времени быть рядом с тобой. Оливер почувствовал себя так, будто из легких вышибло воздух, но это было странным образом приятно. “Засчитано”, определенно. — Ты можешь снова прийти в пятницу, — понизив голос, сказал он. — Я обещаю позволять тебе больше… Вообще-то он имел ввиду готовку, но Джил расплылась в улыбке, сложила руки на столе и кокетливо подперла щеку кулаком, глядя на него. — Пра-авда? Оливер почувствовал это почти сразу — не сами взгляды даже, а их направление. Как будто в комнате что-то сместилось, и он оказался в центре внимания. Это не из-за него, конечно, это Джил. Она просто не может не привлекать внимания. — О, я понял, — донеслось сзади, достаточно громко, чтобы не оставалось сомнений, что это сказано «в пространство». — Всё настолько плохо с матаном, Джил? Кто-то хмыкнул. — Ага, — подхватил другой голос. — Когда дедлайны поджимают, приходится идти на крайние меры. Оливер на секунду замер, пальцы зависли над клавиатурой. Он медленно выпрямился, чувствуя, как по спине проходит знакомое, холодное напряжение. — Это. Не. Так, — прошипела ему Джил, она вцепилась в свою сумку так, что пальцы побелели. Он знал, что это не так. Ему не нужно было это доказывать. Она ни разу не попросила его о помощи в учебе, она вообще его никогда ни о чем не просила. Проблема была не в этом. — Я знаю, — сказал Оливер, и она выдохнула и тихо выругалась сквозь зубы. Проблема была в том, что они знали. Он не обернулся. Не сказал им ничего. Даже не изменил выражение лица. Только чуть сильнее сжал челюсть и опустил взгляд в ноутбук, делая вид, что полностью сосредоточен. Но внутри что-то неприятно сдвинулось. Это было его. Его жизнь, его решение, его… попытка. И теперь это стало общим достоянием. Темой для комментариев, шуток, обсуждений между делом. Он не доверял людям настолько, чтобы позволять им это и ничего не мог сделать, чтобы им запретить. Он знал, что так будет, но все равно оказался к этому не готов. — Расслабься, Джеф, — бросила Джил через плечо. — Если бы я хотела подтянуть оценки, я бы выбрала кого попроще. В аудитории раздался короткий смешок и разговоры потекли в другую сторону. Оливер немного расслабился и периодически поглядывал на дверь, ожидая, когда войдет преподаватель, но не мог избавиться от мысли, что будь это оценки, все было бы гораздо проще.