Жасминовый чай с привкусом булочки

На пятый раз Чонгук пришёл в библиотеку уже без оправданий. Наверно. Ну... почти. Для разных объяснений в случае чего в его рюкзаке всё ещё лежал ноутбук с открытой бакалаврской работой. Но которую он не собирался писать в ближайшие несколько часов. В руках была коробочка с булочками из семейной пекарни, а в голове — слишком очевидная мысль, которую он старательно избегал. Но! Решился себе признаться - он просто хотел снова увидеть Тэхёна. И, возможно, услышать его тихий голос. Или немного подышать жасминовым чаем. Или просто поговорить. — Ты случайно не переехал сюда? — поднял на него свой спокойный взгляд Тэхён. И, пожалуй, Чонгук понял, что его раскрыли. Глаза начали бегать, мозг вспоминал сотни возможных фраз и лишь руки сразу вскинулись навстречу, сжимая теплый пакетик. — Ты снова принёс булочки? — усмехнулся Тэхён, удивленно приподнимая брови, но принимая подарок. Он сразу поставил на их столик, наливая жасминового чая. — Прошу, садись. И только тогда Чонгук отмер и со скоростью света сел за стол. И смотрел на омегу счастливым взглядом, ведь он улыбался, когда ел эти булочки. На душе будто расцвела весна. Но лишь с ним. Лучше было б, если мир забыл о них и время остановилось. — У меня что-то на лице? — застыл Тэхён вместе со сладостью в руках. Нелегко было сдерживать себя от них, запах слишком манящий, так еще и смородиной, его любимые. Да и вообще свежие вкусные булочки были его любимым лакомством. Но то, как смотрел альфа заставило остановиться и вспомнить, что он здесь не один. — Нет-нет, — встряхнулся Чонгук, хватаясь руками за чашку чая, еле вздыхая дурманящий запах. Как хотелось раствориться в нём. — Ты... Я просто... Я сам испек и рад, что понравились. — залепетал альфа и быстро закрывая свой рот чашкой, начиная пить чай. Почему у него молчание не золото. Тэхён застыл. Он посмотрел на булочку, затем на лицо альфы. После снова на булочку, а потом на руки альфы. И улыбнулся. Боже, не дразни меня надеждой... — Вот как, — мягко ответил омега, поднимая взгляд в глаза Чонгука. — Для меня еще никогда так не готовили. Вкус очень приятный. И запах тоже. — слегка сжал плечами он, медленно опуская взгляд на булочку в руках. — От такого запаха и желудок насытится, и сердце потеплеет. И на душе посветлеет. Чонгук слегка покраснел, даже потер костяшки пальцев. Ведь его руки смогли порадовать омегу, и запах булочек согрел. А еще его запах возможно и не оттолкнет, раз омеге нравится. Правда ведь? Тэхён сделал ещё один маленький укус и прикрыл глаза буквально на секунду. — Ты правда испёк их сам? — слегка воодушевленно спросил омега, но одновременно сердце замерло в ожидания ответа. Ведь в его жизни такие вещи были на вес золота. Лично для него. Да и если еще от чистого сердца. — Д-да, — слегка заикаясь ответил Чонгук, чуть не уронив чашку. Прекрасно, теперь он ещё и заикается. Прям под стать достойного взрослого альфы. Нет слов. Тэхён тихо улыбнулся в чашку. — Ты так нервничаешь рядом со мной, будто находишься у меня на лекции. — Я б с удовольствием посидел у вас на лекции. Даже дополнительных. — мягко улыбнулся Чонгук, отводя взгляд, но после посмотрел прямо в глаза. Боже, как альфы так уверенно соблазняют омег? Почему у него так не получается. — Вот как. — прищурился омега, медленно ставя чашку на блюдце. — Тогда мне стоит быть весьма требовательным к студентам. На какой балл рассчитываете? Чонгук замер смотря на этот спокойный взгляд, слушая этот голос. Насколько возможно быть заворожённым? — Проходной балл меня устроит. — буквально прошептал альфа, даже практически не осознавая что говорит. Пожалуй он согласится на что угодно. Тэхён тихо рассмеялся. И Чонгук готов был поклясться — ради этого звука он мог бы испечь еще сотню вкусностей. — В твоём возрасте это даже мило. — спокойно сказал Тэхён. Чонгук нахмурился. — В моём возрасте? — Двадцать два это ещё возраст, когда люди ещё позволяют себе быть искренними. — слегка грустно улыбнулся омега, опуская взгляд. — А в тридцать два уже нет? Тэхён замолчал. Хотелось сказать, что люди разные или что-то в этом роде, но слова застыли в горле. Он уже не может. Не в этом мире или не в этом времени. Не нашлось человека, которому можно было настолько довериться, который потом не воткнет нож в спину. Это не означает постоянное вранье - всего лишь недоговоренность. Пожалуй так. И это невозможно объяснить человеку, который не испытал подобное. — В тридцать два люди чаще сначала думают о последствиях. Кивок головы, будто пытаемся убедить себя и другого человека, но ведь сердце чувствительнее лжи. И Чонгук это ощущает, от чего подался чуть ближе. — И это делает их счастливее? — слегка грустная улыбка застыла на лице альфы. В этот момент ему почему-то хотелось схватить ладонь омеги и с нежностью прижать к своим губам, лишь бы согреть. Но он может лишь пока наблюдать и говорить. Смотреть как Тэхён слегка хмуриться от его слов, а взгляд становится внимательнее. — Герой твоей любимой книги ведь был счастлив именно потому, что перестал жить правильно для других. — Моей любимой книги? — застыл омега, слегка удивленно посмотрев на него. Сложно было сказать причину легкого шока — от правильного толкования героя или от того, что подобрался ближе к нему как автору. — Я... предположил. — слегка замялся альфа, но уверенность не исчезла из его тона. Он начал немного теребить пальцы, чтобы утихомирить разные мысли. — Просто герой очень откликается, я б сказал он очень живой. Да и как-то ассоциируется с вами. — последние слова были закончены тише, будто неловко и одновременно хочется не скрывать свои истинные мысли. Тэхён молча выслушал его до конца, лишь слегка сжимая пальцы, но внутри мир остановился и перевернулся. Нелегко быть "скрывающимся", хотя это было его обдуманным решением, даже не смотря на протест издательства. Ведь не дать себя видеть читателям доволе странно, особенно когда книга набрала популярность. Он сделал это ради своей безопасности и свободы, ведь люди не постоянны. Но одновременно всё скрывать в себе тоже тяжело. Особенно в этот момент. Он дал себе слова, что больше не откроется, никому и никогда. Но здесь перед этим юнцом, который младше его на десять лет - хочется открыться, рассказать всё, всю его жизнь. Его омега толкает его к нему, к его запаху, его рукам, к этому теплу и безопасности. Но разум его останавливает, подкидывая прошлые последствия его доверия. — Знаешь, многие авторы пишут с реальных людей, немного видоизменяя образ, но сущность остается таже. И когда мы читаем и герой откликается, мы начинаем искать его в себе или в других людях. — спокойно ответил Тэхён, взяв свою омегу под контроль. Иногда разум лучше слушать, чем наступать снова на грабли. Стоило учиться сначала проверять людей. — Не знаю, — покачал головой Чонгук, задумываясь о его словах. Одновременно хотелось согласиться, но внутренний волк не давал. Он чувствовал, что что-то не так, но пока не мог понять причину. — Он реально напоминает тебя, но я не перекладывал образ. Это не в плохом смысле. — быстро добавил он. — Не то, чтобы ты живёшь как герой этой книги. Просто... Я не знаю как это объяснить даже. — выдохнул Чонгук, слегка зарывая пальцы в свои кудрявые волосы. Пожалуй он окончательно запутался. Боже, лишь бы этот омега не обиделся. Но Тэхён смотрел на него с неожиданно мягким выражением лица. — И чем же мы схожи? — Ты тоже будто живёшь в своём ритме. — слегка улыбнулся альфа, радуясь, что омега не закончил разговор. — Без спешки, не пытаясь кому-то что-то доказать. Ты доволе спокойный, можно сказать, что тебе комфортно с самим собой. Я редко встречаю таких людей, обычно у них всё наоборот. Особенно они бояться выбрать себя, ставя мнение окружающих на первое место. Но ты... Ты выбрал свободу. Он замолчал на секунду, захотев продолжить, но увидел, как улыбка на губах Тэхёна медленно исчезла. Все-таки стоило наверно промолчать. — Знаешь, я не могу сказать, что это был выбор. — тихо ответил омега, отводя взгляд в окно. Хоть солнце было яркое, но на душе теплее не стало. — Можно ли назвать выбором или свободой то, что осталось после разочарования? Чонгук не знал что ответить и перевел взгляд в тоже окно. Для него сейчас солнце было слишком яркое потому что он почувствовал боль. Он и его внутренний волк скулили внутри от тяжести слов их омеги. Ему не надо было слышать кучу подробностей, ему хватило лишь то, что Тэхёну было больно. Этого хватило, чтобы появилось желание уничтожить причину ран истинного. Пожалуй он осознал это только сейчас. Тэхён тряхнул головой, переводя взгляд на альфу, слегка жалея, что открылся. Ведь альфа больше не улыбался. Можно сказать, что будто переживал боль воспоминаний вместе с ним, а ведь они только недавно познакомились. Это на то, что способно только сердце? Или это просто легкость юношества? — Прости, не стоило тебя грузить своими эмоциями, — слегка виновато ответил омега. — Все-таки возраст делает людей немного сложнее. — попытался пошутить он, наливая им еще чая. — Нет. — он резко посмотрел на омегу, а взгляд был серьёзным, от чего руки с заварником Тэхёна замерли. — Возраст просто учит людей лучше прятаться. — Мне кажется ты еще молод для таких выводов. — уже спокойно ответил Тэхён, доливая чай, ставя заварник на стол. Но внутри он пытался понять, откуда в двадцатидвухлетнем альфе столько наблюдательности. — А ты слишком часто напоминаешь мне о возрасте. — фыркнул Чонгук, слегка усмехаясь, беря чашку в руки. Все-таки запах был потрясающим, хотелось бы лучше его прочувствовать. — И вообще, возраст не всегда показывает зрелость. Я вижу, что люди в независимости от этого ведут себя ужасно, высокомерно, будто им все должны или наоборот несчастно, потому что живут так, как от них требуют. Возраст это просто цифра. Главное - внутренний покой и счастье. Вот это редкость. Под конец, Чонгук мягко улыбнулся. Пускай возможно он слегка перешёл границы, но он чувствовал, что ему стоило это сказать. И видеть, как омега возвращается к своему спокойному виду, легкой улыбке - радость. — Возможно ты прав. Иногда стоит смотреть на мир шире и открываться чему-то новому. - довольным голосом ответил Тэхён, беря смородиновую булочку в руки, откусывая. — Только, думаю… тебе нужно больше булочек. Для меня? Для тебя? Все что угодно. — Сделаю какие захочешь. — засмеялся альфа, аккуратно подвинув к нему вторую булочку. — Но тогда наши встречи будут чаще. Что скажешь? — От такого заманчивого предложения не отказываются. Это я, если что, о булочках. — подмигнул Тэхён, отворачиваясь к окну, слегка покраснев. А Чонгук лишь покачал головой, также поворачивая туда голову. Солнце теперь сияло гораздо ярче и теплее.