Error 404: ███████ Not Found

Вечер в квартире Шэнь Юаня насквозь пропитался застоявшимся жасминовым чаем, пылью от бесконечных фигурок на полках и едва уловимым ароматом разогретой паровой булочки. Свет трех мониторов выхватывал из полумрака его лицо — бледное, с тяжелыми тенями под глазами, ставшими его верными спутниками за последние недели. Шэнь Юань сидел в глубоком игровом кресле, подтянув ногу к груди, и остервенело долбил по механическим клавишам. Каждый щелчок летел в тишину комнаты, точно выстрел. Он дописывал свой монументальный труд. Гневную рецензию на последнюю выложенную главу «Пути Гордого Бессмертного Демона». «Автор — Самолет, Стремящийся в Небо, ты — позор всей сетевой литературы! — пальцы Шэнь Юаня буквально плясали по кнопкам. — Как можно было просрать такой потенциал? Твой главный герой, Ло Бинхэ, говоришь, превратится в безмозглую машину для траха с тремя тысячами картонных девиц! Где логика? Где развитие персонажа? Зачем ты собираешься пытать его в Бездне, чтобы в итоге сделать ходячим клише для реализации своих влажных фантазий?» Шэнь Юань сердито вгрызся в булку, зажатую в левой руке. Тесто было мягким, но вкус казался пресным и пустым — точь-в-точь как последние три сотни глав этого чтива. Уже десять минут он расписывал, почему сцена предательства на Собрании Союза Бессмертных вышла из рук вон плохо. Шэнь Цинцю, этот мелочный и ядовитый ублюдок, только что пронзил своего лучшего ученика мечом Сюя и спихнул его в Бесконечную Бездну. — Это же бред, — пробормотал Шэнь Юань, с трудом проглатывая кусок. — Пацан только что спас всех. Он лучший ученик. И ты просто кидаешь его в яму с лавой, потому что... почему? Только ради повода сделать его злым? Бездарная графомания! Он ебнул по «Enter», отправляя комментарий в бездну интернета, и откинулся на спинку, зажмурившись. В голове всё еще стоял образ Ло Бинхэ из описаний — семнадцатилетнего юноши с разбитым сердцем и пылающей меткой демона на лбу. Шэнь Юань искренне сочувствовал этому пацану. В памяти всплывали все унижения, через которые прошел этот «белый лотос»: жизнь в дровяном сарае, холодный чай на голову, избиения и вечный голод. И вот финал — предательство от единственного человека, которому он, вопреки здравому смыслу, хотел доверять. В этот момент воздух в центре комнаты внезапно стал вязким. Тихий гул системника перекрыл странный, вибрирующий звук, от которого заложило уши. Шэнь Юань открыл глаза и замер, забыв про недожеванное тесто. Прямо над его любимым кофейным столиком из Икеи пространство пошло рябью, как поверхность воды от брошенного кирпича. Воздух вздрогнул, и в комнату ворвался запах, абсолютно чуждый этому месту: вонь паленой плоти, сырой земли и густой, невыносимый аромат железа. Крови. Вспышка была короткой и болезненной. Пространство выплюнуло нечто прямо на столик. Стекло лопнуло с оглушительным звоном, разлетаясь на тысячи острых осколков. Тело рухнуло на ковер, сминая ворс и оставляя на нем широкую, уродливую алую полосу. Шэнь Юань подскочил в кресле, едва не опрокинув его к чертям. Булочка выпала из рук и укатилась куда-то под стол. — Какого хуя... — выдохнул он, чувствуя, как сердце проваливается куда-то в пятки. На его ковре лежал человек. Точнее, подросток. Окровавленный, изорванный, в тяжелых шелковых одеждах, которые теперь насквозь пропитались багровой грязью. Один рукав висел лохмотьями, обнажая бледную кожу в глубоких ожогах и порезах. Но самым жутким было другое. В груди юноши зияла ровная, аккуратная дыра — след от меча, прошедшего навылет. Кровь толчками выплескивалась наружу, впитываясь в светлую синтетику. Юноша судорожно выгнул спину, и его пальцы со сбитыми ногтями впились в ламинат. Ло Бинхэ. Это был он. Шэнь Юань узнал бы эти кудри и этот профиль из миллиона описаний. Семнадцатилетний, еще не заматеревший, но уже пугающе рослый, он лежал среди осколков в обычной однушке. Ло Бинхэ рванулся всем телом, пытаясь поймать ртом воздух. Квартирный кислород — сухой, очищенный фильтрами, пахнущий пластиком и «Мистером Пропером» — ворвался в легкие вместо раскаленного смрада Бездны. Ощущалось это как вдох ледяной крошки. Боль в груди ослепляла, выжигала мысли, оставляя лишь один образ: холодный взгляд Учителя и блеск меча Сюя перед глазами. Ло Бинхэ с трудом разлепил веки. Перед глазами плыли кровавые пятна. Где лава? Где монстры, чьи крики он слышал секунду назад? Вместо этого он видел странное, ослепительно-белое небо — плоское и ровное. Три огромных, сияющих прямоугольника горели перед ним синим светом. Странные коробки, мигающие огоньки, железные конструкции... И тишина. Невероятная, абсолютная тишина, нарушаемая лишь мерным, механическим гулом. Он попытался опереться на руки. Осколки стекла впились в ладони, но на фоне раны в легком это было лишь легкой щекоткой. Он впитывал каждую подробность этого странного ада. Запах. Здесь пахло искусственно. Химически. Словно саму жизнь здесь заменили чем-то мертвым. Ло Бинхэ повернул голову. Прямо перед ним, в нескольких шагах, сидел человек. Шэнь Юань застыл, боясь даже вздохнуть. Мозг лихорадочно пытался переварить инфу. «Галлюцинация? Инсульт от злости на Самолета? Или это очень дорогой и кровавый пранк?» Но запах крови ощущался слишком реальным. Слишком густым. Он забивал ноздри, вызывая тошноту. Юноша на полу поднял голову. Его лицо было бледным, как полотно, за исключением одного яркого пятна. Прямо между бровей, под слоем пота и грязи, пульсировала алая метка — знак демона, ставший его проклятием. — Ши... цзунь... — прохрипел Ло Бинхэ. Голос был сорванным, полным такой невыносимой боли и отчаяния, что у Шэнь Юаня перехватило горло. В этом одном слове было всё: годы преданности, надежды и тотальное крушение мира. Ло Бинхэ смотрел на него. Его глаза, обычно яркие, сейчас застилала пелена шока. В них читалась не месть, а лишь один немой вопрос: «За что?» Шэнь Юань невольно подался вперед. Перед Бинхэ стоял не Шэнь Цинцю, а парень в растянутой футболке с аниме-принтом и домашних штанах в клетку. В его руках отсутствовал веер, а во взгляде вместо ледяного высокомерия отражался чистый, незамутненный ужас и желание помочь. — Бинхэ... — сорвалось с его губ. Услышав свое имя, юноша вздрогнул. Этот голос... он звучал иначе. В нем отсутствовало ледяное презрение Учителя. Исчезла та ядовитая надменность, которая всегда заставляла Ло Бинхэ сжиматься. Но лицо... лицо оставалось тем же. Те же черты, тот же изгиб бровей. Только взгляд... Ло Бинхэ замер. Сознание рассыпалось на куски. Боль в груди стала центром вселенной, вытягивая остатки сил. Он видел, как человек перед ним встает. Видел его нерешительный шаг навстречу. «Иллюзия Бездны», — мелькнуло в голове. — «Она приняла его облик, чтобы мучить меня дальше. Чтобы я снова увидел его и снова почувствовал этот меч». Он попытался нащупать рукоять меча на поясе, но рука бессильно соскользнула по окровавленному шелку. Тело отказало. Тьма по краям зрения начала сгущаться, пожирая синий свет странных прямоугольников. Шэнь Юань видел, как парень на полу бледнеет до синевы. Кровь под ним уже растеклась лужей размером с доброе блюдо. — Эй, эй! Бинхэ! Ло Бинхэ! Смотри на меня! Держись, слышишь! — Шэнь Юань упал на колени рядом с ним, забив на то, что домашние штаны мгновенно пропитались кровью. Руки задрожали, когда он коснулся плеча юноши. Кожа Ло Бинхэ оказалась обжигающе горячей — демоническая лихорадка вперемешку с шоком. — Боже, Ло Бинхэ, — прошептал Шэнь Юань, глядя на дыру в его груди. — Самолет, ты реально урод... Как можно было сотворить такое с ребенком? Ло Бинхэ услышал это. Слова пробились сквозь гул в ушах. «Ребенком». Учитель называл его только «зверенышем» или «грязным отродьем». Это слово — простое, человечное — стало последним ударом по его защите. Ло Бинхэ вцепился в запястье Шэнь Юаня. Хватка была слабой, но пальцы всё равно оставили красные следы на бледной коже. Он всмотрелся в глаза Шэнь Юаня последний раз перед тем, как тьма окончательно его накрыла. — Вы... другой... — выдохнул он, и его голова бессильно упала на ковер. Рука, сжимавшая запястье, разжалась. Ло Бинхэ обмяк, его дыхание стало прерывистым и поверхностным. Метка на лбу начала медленно гаснуть. Шэнь Юань сидел в тишине, чувствуя, как по ногам разливается чужое тепло. В его комнате, среди технологий двадцать первого века, лежал умирающий полудемон, главный герой книги, которую он ненавидел всей душой. И этот герой только что признал в нем другого человека. — Твою мать, — Шэнь Юань закрыл лицо свободной рукой. — Твою же мать. Системный блок издал короткий писк — уведомление о новом комменте. Свет мониторов продолжал бесстрастно освещать сцену: разбитое стекло, море крови на бежевом икеевском ковре и Шэнь Юаня, который понимал, что его спокойная жизнь уничтожена этим падением. Он посмотрел на бледное лицо Ло Бинхэ. Тот выглядел таким маленьким и хрупким. Весь пафос будущего императора демонов сейчас сводился к жалкому хрипу на полу элитной шанхайской студии. Шэнь Юань глубоко вдохнул, унимая дрожь в руках. — Ладно, — сказал он себе, чувствуя, как просыпается тот самый упрямый критик, который никогда не сдавался перед хреновым сюжетом. — Раз автор не сподобился написать тебе нормальный финал, придется мне заняться твоим техобслуживанием. Но если ты выживешь и решишь меня сожрать — я на тебя в суд подам. Он осторожно просунул руки под плечи юноши, собираясь перетащить его на диван. Тяжесть Ло Бинхэ была реальной. Живой, теплый и очень поломанный человек проделал путь сквозь пространство, чтобы упасть именно здесь. Ло Бинхэ окончательно провалился в небытие. Для него всё закончилось. Боль, предательство, Бездна — всё исчезло, сменившись странным, тихим гулом и теплом чужих рук, которые бережно держали его, не пытаясь причинить вред.