Во сколько умирает любовь

Широкая тропинка была выложена разноцветными камнями: красными, голубыми, белыми. Она вела в гущу тёмного леса, на первый взгляд кишащего монстрами. Там, в самом центре, спрятанное ото всех грелось в лучах солнца ромашковое поле. Лучи солнца пробивались сквозь листву окружающих поляну и освещали две могилки. По центру поляны, они, как и прежде прятались от мира. Время было не властно над этим местом.  Каждый год я навещаю их. Это долгая история. 37 лет назад. Жила была бедная девушка, что зарабатывала продажей ромашек. Дочь старого пахаря и почившей швеи. У неё были белоснежные волосы и большие голубые глаза. Краше всех, она вызывала всеобщую зависть. Девушки завидовали, старики неодобрительно косились. И влюбилась она в ту, чьи волосы были чернее ночи без звезд. Глаза, налитые кровью. Высокая, мужеподобная, она не смогла сыскать любви в высшем обществе. Отвергнутая знатью, в 11 лет, отправилась в магическую академию. Там сверстникам не нравился её бойкий характер. Она не терпела унижения и каждый раз ввязывалась в драки. Девочки презирали хулиганку. Отец был выходцем из знатного герцогского рода, почитаемого в империи. Этот род предоставлял первоклассных специалистов по военной подготовке. Мать — младший ребенок обедневшего барона. Она не одобряла вольности дочери. Была эта девочка одинока, пока в 13 лет не выбрала курс военной подготовки. С тех пор дни были наполнены восторженными возгласами преподавателей. Гений столетия. В 15 лет в физическом плане она перестала уступать мальчикам. Теперь её боялись. В 17 девушка выпустилась из академии и покинула родной дом. Оставив знатный род и фамилию, она отправилась в путешествие к приграничным деревушкам. Ей хотелось увидеть правду, перед тем как поступить на службу в императорскую армию. Знать, за кого будет сражаться.

***

Её назвали Мария, потому что «наполненная счастьем». Со своим рождением она принесла благословение в ту деревушку. Это был самый урожайный год за пол века. С каждым годом Мария становилась все краше, распускалась подобно цветку. Окружающих пленяла её красота, а отзывчивость и добрый нрав покорял сердца.

***

Дело было в 703 году по императорскому календарю. Барьер на границах стал покрываться трещинами. На этих участках жили простые люди, которые не могли увидеть изменений. Изабелла решила отправиться к деревушке с наибольшими повреждениями. Это была небольшая местность, окруженная деревьями. В этом оторванном от аристократии месте чахла жизнь. Остановившись в трактире, Изабелла решила поближе исследовать барьер. Он заканчивался за лесом, разделяя территории. Идя по трапе среди деревьев до девушки, донеслась чья-то песня. Это был женский голос. Не в силах пройти мимо Изабелла повернула на звук. Среди высоких деревьев, скрытое от всех, цвело ромашковое поле. Лучи солнца пробивались сквозь густую листву. Они освещали её лицо. В самом центре ромашкового поля сидела девушка. Лучи солнца переливались в её белокурых волосах. На голове венок из одуванчиков. Она пела о любви. В этой умирающей деревне рос самый прекрасный цветок. Изабелла видела лишь спину, но этого было достаточно, чтобы влюбиться. Её смущала подобная атмосфера, ей было неловко подсматривать. Она собиралась побыть еще немного, как вдруг лучи солнца стали светить в глаза. Поморщившись, Изабелла отвернулась и уже сделала шаг, мысленно прощаясь с неизвестной девушкой, как кто-то тронул её руку. Миниатюрная, голубоглазая девушка смотрела прямо на нее. Мария. Она повела её к середине ромашкового поля. Окруженная цветами Изабелла завороженно смотрела на девушку. Спрятавшись за завесой волос, Мария плела венок из ромашек.

***

Её щеки горели от смущения. Высокая девушка была прекрасна. У Марии дрожали руки от пристального взгляда рубиновых глаз. Драгоценные камни. Она была прекрасна. Не зная, что сказать, Мария молча плела венок.

***

Сидя в тишине, они думали об одном и том же. Обе были смущены сложившейся ситуацией. Тогда Изабелла заговорила первой. Она рассказала про свое путешествие. Чужие руки коснулись её и на голове появился ромашковый венок. Девушки встретились глазами. У обеих был румянец от смущения. Среди тишины раздался смех. Изабелла пробыла там три месяца. Все это время они были неразлучны. В их сердцах цвела любовь, прекрасная и искренняя. Они говорили обо всем на свете. Мария рассказала о тайне ромашкового поля. Когда-то ее мать сказала, что ничего не вечно. Мария не согласилась, сказав, что вырастит поляну цветов, которые никогда не завянут. Время шло, мать умерла, так и не увидев ромашки. Они стали для нее символом вечности. Мария открыла свое сердце так быстро, что иной раз боялась. В ее голове крутилось куча вопросов. Неужели это и есть любовь? Но бывает ли она такой быстрой? Незнание пугало, а сомнения не давали нормально жить. Но нежный взгляд Изабеллы прогонял ненужные мысли. Она поклялась сохранить в целости ромашковое поле. Мария много смеялась. За время пребывания Изабелла отправила 7 писем в имперскую службу магов с просьбой о проверке приграничных деревень. Ответа не было. В последние дни барьер начал издавать странные звуки, от которых болела голова и бушевали звери. Изабелла уговаривала девушку покинуть деревню, но та не хотела бросать свое ромашковое поле. По правде говоря, Изабелла видела сомнения в ее глазах. Она хотела заслужить признание. Барьер не выдержал. В один день на них обрушилась сотня монстров. Бежать некуда. Дома горели. Жители умирали, и тогда Изабелла взяла в руки меч. Она могла бежать. Ей пророчили великое будущее, имперские войска ожидали гениально полководца. Но она осталась. Чтобы защитить возлюбленную и вечность, которую та оберегала. Значит, такова была её судьба. Через 2 дня прибыло войско, и Изабелла отправилась зачищать зловещую долину, разрушившую барьер. Мария умоляла остаться, не идти на смерть. Но в ответ получала лишь сожаление в рубиновых глазах. Она горько плакала. — Я защищу твою вечность. Сколько бы ни прошло времени, прошу, помни обо мне. Мария плакала. На рассвете Изабелла покинула лагерь и отправилась за границу барьера. Время шло, расцветали яблони и груши. А Мария каждый день выходила на берег, на высокий, на крутой. Туда, на другую сторону, где была возлюбленная, ветер уносил её песни. Той, которой она отдала свое сердце. Той, кто поклялся ей в любви, она желала скорейшего возвращения. Каждый день, выходя на берег, Мария молилась. Об их воссоединении и вечности, которую Изабелла обещала защитить.

«Ой ты, песня, песенка девичья, Ты лети за ясным солнцем вслед: И бойцу на дальнем пограничье От Марии передай привет.»

Выходила, песню заводила про степную сизую орлицу. Про ту, которую любила. Пусть вспомнит девушку простую, которая слезы невинные льет. Пусть услышит, как она поёт. Пусть вечность защищает, а любовь Мария сбережёт. В тот день поплыли туманы над рекой. Лес, хранивший ромашковое поле, утонул во мраке. Заражение распространялось. Лагерь, в котором находилась Мария, собирались переносить. Утром, перед отъездом, к ней пришел знакомый мужчина. Внешне он был так похож на ее возлюбленную. Это был отец Изабеллы. Господин Рюдрик пришел забрать Марию в родовое поместье. Она согласилась. Место, за которое теперь боролась Изабелла, стало Марии ненавистно. Оно забрало её любовь. Ей дали роскошные покои, те, о которых нельзя было и мечтать. Окна выходили на прекрасный сад красных роз, так похожих на глаза её возлюбленной. Гуляя по этому саду, Мария много плакала. Время шло, и она перестала петь. Теперь, днями гуляя по саду, Мария была безмолвна. Письма стали доходить через раз. Вместо песен она чахла над ними. Родители Изабеллы хорошо приняли её. Возможно, они так же, как и она, находили утешение в воспоминаниях о дорогих для Изабеллы людей. Матушка сразу полюбила Марию, их часто можно было заметить вместе гуляющими по саду. Господин Рюдрик сохранял хладнокровие. Он был скуп на эмоции, но если в ночи пройти мимо кабинета, то можно заметить его, согнувшегося над письмом. Со временем Мария стала забывать её лицо. Теперь она как можно больше времени проводила в кабинете господина Рюдрика. В его хмуром лице можно было рассмотреть те самые любимые черты. Время шло, и вместо сада и кабинета Мария стала проводить время в картинной галерее герцогской семьи. Там, среди портретов, её любовь увядала, подобно цветку без солнца. В 707 году граница была захвачена монстрами, и письма перестали приходить. Жертвы росли с каждым часом, потерпевших невозможно было опознать. С того дня Мария перестала выходить из спальни. Потеряв последнее, что связывало их, она возненавидела себя. Изабелла ранее хотела, чтобы они ушли с деревни. А она сказала, что это самое дорогое для нее место. Но не было ничего дороже её возлюбленной. Из-за постоянных сомнений Марии умерла Изабелла. Сидя днями в закрытой комнате, она молилась. Умоляла Бога, чтобы тот вернул её любовь, а затем оскорбляла его, проклинала за равнодушие. За год Мария постарела на 30 лет. Она не выглядела на 22 года. Теперь она была отстранена от жизни. Тогда был обычный день. Мария сидела в углу комнаты и молилась, когда в дверь стала стучаться матушка. — Мария!! Они победили! Отправленное войско к обеду вернется в столицу! Не веря своим ушам Мария, поспешила к двери. Матушка была вся растрёпанная, а в руках письмо. Оно было от господина Рюдрика, который отправился встречать войско. Мария не помнила себя. Матушка завела её в комнату и быстро переодела в летнее платье. — Нас ждет карета! И Мария побежала из поместья прямо к подъехавшей карете. Всю дорогу её трясло, в ушах отдавался стук сердца. На полпути у нее началась истерика. — А что если..? Матушка прижимала её груди, их слезы были об одном человеке. Мария выпрыгнула из остановившейся кареты и побежала к открывающимся воротам. Сегодня она либо умрет, либо возродится. Под возгласы толпы начали заезжать герои на лошадях. Впереди всех генерал, за ним офицеры, рядовые. Мария шла к хвосту марша, вглядываясь в каждое лицо. Ворота закрылись. Там не было её возлюбленной. Как и не было господина Рюдрика. Это был конец. Она не помнила, как вернулась в поместье. Не помнила, как вышла из кареты и как под крик матушки побежала. Остановилась наверху, стоя возле обрыва. «Почему, почему, почему, почему, почему…» — Почему именно она! — кричала Мария, скорчившись от слез. Сердце болело, она задыхалась, но не прекращала кричать. Из последних сил поднявшись, Мария смотрела вниз обрыва. — Если бы только меня не было, если бы только мы не встретились. Кто-то схватил Марию за руку, и она упала. В другую сторону от обрыва. Она была прижата к мягкой груди. Неуверенно подняв голову, Мария закричала. Это была её возлюбленная. Живая, целая. У нее появился большой шрам, пересекающий левый глаз и губу. Мария кричала, не веря глазам, словно увидела призрака. — Что же ты кричишь, любовь моя? Руки нежно обхватили лицо Марии. Соприкоснувшись лбами, они смотрели друг на друга. — Ты ещё любишь меня? Помнишь слова про вечность? Мария заплакала. Не было необходимости в каких-то словах. Уткнувшись в её шею, Изабелла не верила своему счастью. Долгие восемь лет она вспоминала те мимолетные три месяца. Время, которое для неё стало жизнью. Не было и дня, чтобы она не вспоминала свою Марию. За это время руки Изабеллы утонули в крови. Своими приказами она неизменно губила чужие жизни, и единственным спасением для нее были письма. Письма возлюбленной, пропитанные ожиданием и верой. В самые холодные ночи они грели. Порой Изабелла даже слышала ее голос. Она могла поклясться, что слышала пение, когда находилась при смерти. Отказавшись от парада, она тут же с отцом отправилась в поместье к своей Марии. Но выходившая из кареты Мария была ужасно бледна и худа. Время не пощадило их. Теперь она цвела в её объятиях. Та прекрасная улыбка, что пленила когда-то. — Помнишь наше ромашковое поле? Оно осталось там же. Его обошло заражение, густой лес принял удар на себя. Наша любовь такая же, несмотря на внешние изменения, мы любим.

***

Вы когда-нибудь задавались вопросом во сколько умирает любовь? Вместе они прожили двадцать наполненных счастьем лет. Не было и дня, чтобы они не любили друг друга. Умерли они в один день, с улыбками на лицах. В этом самом ромашковом поле, которое по сегодняшний солнечный день цветет. Неизвестно, когда ты умрешь, так что живи любя. А вечность может и существует.