Замок из дождя

Они вернулись в зал, держась за руки. Мария всё ещё ощущала тепло его прикосновений, но теперь к этому прибавилась лёгкая неловкость — та, что бывает, когда внутри столько эмоций, что они едва умещаются в груди. Гирлянды сверкали, отражаясь в стекле пустых бокалов на столах, музыка играла чуть громче, а за столом уже все ждали её возвращения. — Ну наконец-то! — громко воскликнула Элен, подмигнув и демонстративно хлопнув ладонями по коленям. — А то мы уже думали, что вечер закончится без торта. На стол вынесли красивый торт — высокий, украшенный плотными кремовыми цветами, в мягком светло-зелёном и белом цвете. Наверху подрагивало живое, золотистое пламя одной тонкой свечи, отбрасывая блики на лица друзей. — С днём рождения! — хором сказали все, кто был рядом, и этот дружный гул перекрыл шум паба. Мария замерла на секунду. Её лицо вспыхнуло от нахлынувших чувств — ком в горле, дрожь в голосе, и глаза, в которых начали собираться слёзы. Но не от грусти. От переполняющей благодарности. Она сделала шаг вперёд, посмотрела на всех — на друзей, с кем делила учебные будни, на Вики, с которой пережили бессонные ночи и экзамены, на Уильяма, который всегда знал, когда просто нужно обнять и поддержать. И — на Тома. Он стоял чуть в стороне, засунув руки в карманы брюк, но его взгляд держал её как якорь. Тихий, тёплый, полный одобрения. Как будто он видел её насквозь — и принимал всё. — Спасибо, — начала она, голос дрожал, но она не пыталась это скрыть. — Спасибо каждому, кто пришёл сегодня. Это самый тёплый, самый душевный день рождения в моей жизни. Этот год в Лондоне был для меня совершенно новым. Сложным, ярким, неожиданным. Я здесь... потому что когда-то решилась рискнуть. И не пожалела. Она перевела взгляд на Тома. Тот еле заметно улыбнулся одними уголками губ. — И этот вечер… эта встреча… — она едва не улыбнулась сквозь слёзы, судорожно сжав в кулаке край своей изумрудной юбки. — Мне кажется, в этом мире действительно нет ничего невозможного. Правда. Иногда жизнь сама даёт нам больше, чем мы осмеливаемся просить. Тишина за столом стала тёплой, внимательной. Кто-то из девчонок уже тихонько шуршал салфеткой, промакивая глаза. — Я вас очень люблю. Всех. Спасибо, что рядом. Под аплодисменты и одобрительные возгласы она склонилась над тортом. Жар от свечи мазнул по лицу. Мария загадала желание. Настоящее, потайное. Такое, что тронуло её до глубины. И задула свечу. Когда пламя погасло, и зал взорвался аплодисментами, Мария на секунду осталась в темноте своих закрытых глаз, впитывая сладкий запах ванили от торта, тонкий аромат подтаявшего воска и едва уловимый, горьковатый парфюм Тома. — Я не знаю, чего ты пожелала… — его низкий голос раздался у самого уха, обдавая теплом шею, — но всем сердцем надеюсь, что оно сбудется. Мария открыла глаза. В этот момент она окончательно поняла: её жизнь в Лондоне разделилась на «до» и «после». — А вдруг ты — и есть моё желание? — прошептала она, поворачивая к нему голову и глядя Тому прямо в зрачки. Том на мгновение замер, его ресницы дрогнули. Его пальцы, лежавшие на её талии, чуть сжались, сминая тонкий шёлк. Он не ответил словами — он просто притянул её к себе и запечатлел долгий, нежный поцелуй на её виске, зарываясь носом в её растрепавшиеся волосы. Ткань его рубашки пахла прохладой улицы. Этот жест был красноречивее любого «да». — Тогда считай, что оно уже начало сбываться, — ответил он, отстраняясь ровно настолько, чтобы перехватить со стола тяжелый нож с серебряной ручкой и помочь ей отрезать первый кусок. Вики уже вовсю гремела тарелками, раздавая их гостям и громко, со смехом комментируя вкус крема, пробки от шампанского с хлопками взлетали вверх, и общая суета захлестнула их. Но среди этого праздничного хаоса Том поймал её взгляд через стол и едва заметно кивнул в сторону темного выхода. — Скоро мы ускользнем, — одними губами, почти беззвучно произнес он. Мария улыбнулась. Она знала, что впереди — ночь с Томом, дорога на север, туманы Лох-Несса и целая вечность в его компании. Шотландия ждала их, но сейчас, в этом маленьком пабе, она чувствовала себя абсолютно, бесконечно дома.