Штормовой узел

Запах гнилого дерева, прелой соломы и морской соли был таким сильным, что, казалось еще немного и он просто выест глаза. Но для Тэхёна за последние три дня, он стал всем его миром. Прямо тут, в самом низу, в трюме «Черного лебедя», парень почти не видел света, только узкую щель между досками палубы сверху, откуда иногда доносились крики матросов и топот тяжелых сапог. Тэхён прижал колени к груди, кутаясь в поношенный, видавший свои лучшие дни теплый плащ. Его изящные пальцы, привыкшие к тонким медицинским иглам и страницам старинных книг, по которых он тщательно изучал анатомию человека, были перепачканы в пыли. Под ногти забилась грязь, пепельные волосы, всегда блестевшие здоровьем сейчас скомкались в грязные сосульки. Никогда раньше он бы не позволил себе так выглядеть. Но сейчас вынужден был, сжав зубы, терпеть. В маленькой сумке рядом лежали его драгоценные запасы. То, что собрал впопыхах - сушеная лаванда, корень солодки, пузырек с чистым спиртом да пара чистых бинтов. Это всё, что он успел схватить и забрать с собой, когда бежал из родового поместья Кимов –холодного замка на скалах Этернии. Стоило Тэхену закрыть глаза, в попытках уснуть на твердых досках корабля, как он слышал страшное «Продан!» Это слово всё еще жгло разум, сводило с ума и вызывало неконтролируемые слезы ужаса и очаяния. Его отец, знатный в Этернии лорд Ким, решил поправить дела семейные, отдав единственного сына-омегу в руки старого и жестокого, но крайне богатого герцога Канна. Спросить самого Тэхёна никто не догадался. Отцу было плевать, что в свои двадцать сын бредил медициной, а не брачными узами, и уже три года увлеченно изучал лекарское ремесло. Тэ знал - в замке Канна его ждет лишь золотая клетка и медленная смерть. И он выбрал неизвестность. Сбежал, прихватив лишь самое ценное. Тихий скрип прервал его мысли. В трюм спустился один из матросов – коренастый рыжеволосый бета с бегающими маленькими, как у крысы, глазами. Это был тот самый человек, которому Тэхён отдал свое единственное сокровище – фамильный перстень с изумрудом, за возможность остаться здесь и доплыть до южной процветающей земли Орион. - Ешь быстрее, - пробасил матрос прокуренным голосом, бросая Тэхёну кусок черствого хлеба. – Капитан Чон сегодня не в духе. Велел проверить все отсеки. Если он тебя найдет, парнишка, я тебя не знаю, никогда не видел, и как ты тут оказался – понятия не имею. Ясно? Капитан у нас сбрасывает безбилетников за борт в Безмолвную Пучину на корм костоглотам, даже не моргнув глазом. Тэхен почувстовал, как от ужаса у него волосы встали дыбом. - Я понял, - тихо, ответил он. Голос парня, хриплый от жажды, всё еще сохранял благородную мелодичность. - Как долго еще нам до Ориона? - Две недели, если боги над нами смилостивятся и пошлют попутный ветер в паруса. Но на верхней палубе переполох. Один из знатных господ, что едут в каютах первого класса, занемог. Говорят, бредит и покрывается пятнами. Их с каждым часом все больше становится. Тэхён напрягся. Лекарь в нем тут же дал о себе знать. - Какими пятнами? Багровыми или синими?, - тут же стал расспрашивать он. Матрос лишь отмахнулся. - Мне-то окуда знать, парень? И какое тебе до этого дело? Сиди тихо и молись, чтобы болезнь не спустилась сюда, а лучше – слезно проси богов чтобы капитан о тебе не прознал, а то накормишь своей тушкой всю морскую живность. Матрос ушел, оставив Тэхёна в полной темноте. Но тишина длилась недолго. Вдруг прямо над его головой раздались тяжелые шаги и он услышал властный, глубокий голос от которого по спине пробежал ток. Не учуять энергию доминантного альфы, мощную и подавляющую - было невозможно. - Обыщите каждый угол! Если в трюме есть крысы - немедленно вышвырнуть их. Мне не нужно, чтобы зараза распространялась на моем корабле! Тэхён замер, вжавшись в самый темный угол за бочками с пресной водой, боясь даже моргнуть лишний раз. Липкий страх мгновенно окутал тело. От мысли, что он может попасться и будет выброшен за борт парень просто цепенел. Но и домой возвращаться не хотел, уж лучше смерть в пучине. Его просто колотило от нервов, зуб на зуб не попадал от трясучки, когда Тэ осознал, что шаги приближаются. Люк в трюм резко распахнулся, и свет факела больно ударил по глазам. В проеме показался силуэт мужчины. Высокий, широкоплечий, в кожаном камзоле с серебряными застежками. Капитан Чон Чонгук собственной персоной. Он спустился по лестнице, и Тэхён почувствовал его запах - дикий мускус, штормовое море и терпкий табак. Запах опасности и власти. Запах человека, от рук которого он встретит свой конец. Факел в руке капитана медленно обводил пространство, пока луч света не остановился прямо на бледном лице Тэхёна. - Ну надо же, - низким, вкрадчивым голосом произнес Чонгук, медленно сокращая расстояние между ними. - Какая изысканная крыска завелась на моем корабле. Тэхён поднял голову, встречаясь взглядом с угольно-черными глазами капитана. В этот момент он понял, что его побег только что стал в сто крат сложнее.