Борщ

Невыносимо. Антон громко клацнул кнопкой мыши, развернул окно с договором и уставился на него невидящими глазами. Условия поставки, номенклатура, права и обязанности, реквизиты... Буквы смазались в одну сплошную грязную полосу. Захотелось мемно вписать, что при возникновении разногласий стороны вправе выяснить отношения посредством драки на ножах, но желудок заворчал так громко, что отвлек от этой мысли. Не-вы-но-си-мо! Он захлопнул крышку ноутбука и уставился на сидящего за соседним столом Поза. Тот поднял на него глаза поверх тонких очков без диоптрий — все еще делал вид, что не было никакой коррекции зрения этим летом, — и вопросительно изогнул почти отсутствующую бровь. — Шаст, — миролюбиво сказал он. — Иди пожри. — Я ел. — Ага. Тогда объясни, что у тебя там за животное. Обвинять Поза в том, что он ничего не чувствует, было все равно что пенять глухому на невозможность оценить симфонию, поэтому Антон сделал глубокий медитативный вдох. Это была ошибка. В носу тут же поселился аромат свежесваренного борща, рот наполнился слюной, и Антон обреченно сглотнул, уже не удивляясь звукам поющего кита в исполнении своего живота. Проблема была не в том, что он не поел. Он поел — и позавтракал, и перекусил, и даже пообедал. Впервые в жизни ему не просто нравился запах борща — он его возбуждал. Желудок его выводил голодные рулады, а то, что находилось ниже желудка, но выше колен, не могло определиться, твердеть или все-таки не следует. Мозг настаивал, что не следует. Сам факт вставания члена на запах борща заставлял Антона погружаться в глубинный экзистенциальный ужас. Но тому, что находилось ниже желудка и выше колен, этого было не объяснить. И Позу тоже было не объяснить: на весь их этаж был только один альфа, способный различить этот запах, и один омега, его источающий. Антон шумно встал из-за стола, решительно схватил рюкзак и в два широких шага оказался у двери. Помялся под заинтересованным взглядом и промямлил: — Я за кофе. — Ты ж его не пьешь. — За какао. С зефирками, — отмахнулся Антон, крепче вцепился в лямку рюкзака и почти побежал, преследуемый фантомным запахом. — И за мозгами по дороге зайди! — крикнул вдогонку Поз. Аптека располагалась напротив бизнес-центра, где коротал свои трудовыебудни Антон. Он знал, чем пользуется Арсений — увидел на его столе разноцветную упаковку с подмигивающим белозубым омегой и зачем-то запомнил. В его голове вообще было слишком много фактов про Арсения — маленьких, неважных и мало применимых в их отношениях коллег, когда-то бывших лучшими друзьями, а потом как-то незаметно потерявших друг друга. Антон знал, как Арсений заработал скол на зубе, откуда у него шрам под коленкой и какими подавителями он пользуется, но совершенно не представлял, где тот сейчас живет. Купив необходимое и захватив по пути кофе для Поза, он вернулся в кабинет, поставил картонный стаканчик на пустующий стол и обреченно уставился на дверь Арсова закутка. Вот уж кто точно не завтракал, не перекусывал и не обедал. Антон вообще не видел, чтобы он выбирался сегодня из кабинета. То ли не хотел, то ли не мог. Противный голосок внутри заявил, что для таких случаев и существуют отгулы, но Антон знал: в начале квартала Арсений не позволил бы себе потерять даже пару часов. Убедившись, что в коридоре пусто, а Поза по-прежнему нет поблизости, Антон поскребся в дверь и пробно позвал: — Арс?.. В ответ раздался какой-то сложноопределимый звук — то ли грохот, то ли стон. Горло сжалось, в ушах зашумело. Ладонь сама нашла дверную ручку. — Арс, ты живой? — Живой, — послышался глухой ответ. — Сунь документы в щель между дверью и полом, я заберу. — Таблетки тоже в щель сунуть? — иронично поинтересовался Антон, промолчав сгенерированную мозгом тупую шутку. — Я захожу. Не дождавшись возражений, он аккуратно толкнул дверь и убедился, что та была не заперта. Стоило сунуться внутрь, как колени подкосились: здесь концентрация Арсова запаха была в разы выше, несмотря на приоткрытое окно. Арсений прятался за монитором, вцепившись пальцами в растрепанные волосы. Свет монитора холодно бликовал на вспотевшем лице. Под глазами залегли такие тени, что казалось — потрешь, и на пальцах останется серый след. — Какие таблетки, — бесцветно уточнил он. — Те самые таблетки? — Те самые, — Антон осторожно подошел и вытащил из рюкзака бутылку с водой и запечатанную упаковку. — Пиздец. — Воняю, да? — несчастно вздохнул Арсений, без удивления выдавливая таблетку из блистера. Он запрокинул голову, осушив половину бутылки за раз. Кожа на его горле влажно блеснула. Кадык дернулся вверх-вниз, и Антон вцепился в рюкзак сильнее. На шее у Арсения были родинки, так и просящие, чтобы их тронули языком. Языку, наверное, стало бы солоно от пота. Антон сглотнул — и чуть не поперхнулся слюной. Арсений вытер рот тыльной стороной ладони и, закрыв глаза, обессиленно сполз пониже в кресло. Антон присел на край стола — слишком близко, сразу это понял, но не отодвинулся. Просто сжал рюкзак сильнее, уперев его в живот. Запах никуда не делся. И реакция — тоже. Блядь. — Полегче? — спросил он, больше чтобы хоть что-то сказать. — Минут через десять станет, — отозвался Арсений, не открывая глаз. — Спасибо. Антон кивнул. Нужно было уходить, но уходить не хотелось. — Да не за что. Я… мимо аптеки проходил. Дай, думаю, зайду. — Конечно, — иронично сказал Арсений. — Ты же всегда так: мимо проходил, решил заодно купить мне нужные таблетки. Он посмотрел прямо на Антона — уже внимательнее, чем раньше. Как будто пришел в себя достаточно, чтобы начать что-то замечать. Под его взглядом стало жарко, и Антон поерзал. Чужой взгляд тут же опустился ниже и уперся в рюкзак. Брови Арсения дернулись, но все же остались на прежнем месте. — Слушай, — сказал он, гипнотизируя взглядом его сжавшиеся на рюкзаке пальцы. — А тебя прям... накрывает? Антон поморщился. — Ну Арс, нормально же сидели… — Я серьезно, — хмыкнул тот. — Мне же надо понимать, насколько я опасен для окружающих. — Ты не опасен, — автоматически отозвался Антон. И зачем-то добавил: — Для окружающих. И почти сразу осознал, что сейчас придется объяснять. Или не придется. Можно встать и выйти. Сделать загадочный ебальник и просочиться за дверь — вон, там, судя по звукам, уже Поз вернулся. Кофе громко отхлебывает. Арсений приподнял бровь, уставившись с неподдельным интересом. — Да? Антон выдохнул, провел рукой по лицу. Пальцы кольнула щетина. — Ну типа… — он замялся, подбирая формулировку. Куда ни ткни, везде какая-то стремная история с признаниями. — Нас таких здесь двое. — Интересно, — отметил Арсений и прищурился. Антон бросил на него короткий взгляд, потом еще один — подольше. — Я имел в виду… Он замолчал. Посмотрел на Арсения — тот ждал, не отводя взгляда, усталый, внимательный, спокойный. У глаз — тонкая сеточка смешливых морщинок. — Я по тебе скучаю, — решившись, выговорил Антон. — И запах... все ты знаешь, козел. Мне нравится. И сразу уставился куда-то в сторону. В эту секунду стало странно не от самого факта, а от того, насколько это не новость. Словно он наконец сказал вслух то, что и так уже было очевидно. Пауза получилась почти невесомая. — Насколько? — спросил Арсений. Антон усмехнулся — настолько это было в манере Арсения, сказать что-то такое в ответ на почти признание. Стало чуть легче. Антон отставил рюкзак на стул, а сам подался вперед, заглядывая в изученное до последней черточки и одновременно такое незнакомое лицо. — Тебе прям шкалу выдать? От одного до десяти? — Было бы удобно, — невозмутимо кивнул тот. — Мы люди взрослые, занятые, надо же мне понимать, к чему готовиться. Антон осуждающе покачал головой, но уголки губ все равно поползли вверх. — Достаточно, чтобы я все еще был здесь, — признался он. — И? — И не особо хотел уходить. — Звучит серьезно, — задумчиво сказал Арсений. — Крайне, — коротко ответил Антон. И посмотрел на него уже прямо. Арсений чуть наклонил голову, изучая его, и в его взгляде появилось что-то теплое и откровенно заинтересованное. — А я думал, — протянул он, — что тебе просто борщ нравится. — Не начинай, — вздохнул Антон, но без особого протеста. — Просто пытаюсь разобраться, — продолжил Арсений с легкой улыбкой. — Ты не ел сегодня или что? Антон на секунду завис, потом покачал головой. — Сил нет, как бесишь. Помню, ты пиздец своего запаха стеснялся раньше. — А толку, — философски пожал плечами Арсений, потер лицо и улыбнулся сквозь прижатые к лицу пальцы. — Тебе же нравилось. Пах бы я малиновым вареньем, фиалками, мазутом... — Рыбой, — мечтательно добавил Антон. Арсений показал ему средний палец. Антон выдохнул, откинулся чуть назад, потом снова подался вперед, упираясь ладонями в край стола. — Слушай… Он запнулся, потому что мысль внезапно оказалась слишком очевидной. — Я ведь ни разу тебя никуда не звал. Ну, с тех пор, как ты стал тут работать. — Не звал, — согласился Арсений. — Хотя мог. — Мог. Антон прищурился. — И ты бы пошел? Арсений посмотрел на него с тем самым выражением, от которого у Антона начинали происходить всякие нежелательные физиологические реакции. — А ты попробуй, — прищурился он. Поз снаружи громко матюкнулся и что-то уронил. Антон хмыкнул, принимая вызов. — Ладно. Пойдем сегодня после работы куда-нибудь. — М-м, — протянул Арсений. — Звучит как приглашение. — Это оно и есть. — Тогда я подумаю, — невинно заметил Арсений. Антон закатил глаза и наклонился еще чуть ниже. Запах, еще десять минут назад густой и терпкий, теперь ощущался только на совсем близком расстоянии. Захотелось уткнуться в чужую влажную шею и провести по ней языком. А потом сжать зубы рядом с плечом и еще раз лизнуть. И забраться пальцами под одежду. И... — Думай быстрее. Арсений улыбнулся с нескрываемым весельем, тоже подался ближе и замер, уставившись прямо в глаза. У Антона закружилась голова. — Уговорил, — сказал он. — Куда? — Куда угодно, где нет борща, — сразу отрезал Антон. — Жаль, — вздохнул Арсений. — У тебя с ним, кажется, особая связь. — Арс. — Все-все, — примирительно поднял руки тот. — Больные темы не трогаем. Успеешь еще насладиться. Он откинулся в кресле, явно чувствуя себя лучше, и добавил: — Но я запомню. — Что именно? — насторожился Антон. — Что я тебе нравлюсь. А теперь свали, пожалуйста, из кабинета, мне надо квартал закрывать, а ты мне жопой все документы смял. Антон посмотрел на него еще несколько секунд, а потом неохотно поднялся, прихватил рюкзак и пошел к двери. Оглянулся, чтобы проверить, не исчезнет ли все это, стоит отвернуться. Арсений уже яростно что-то печатал, но, заметив что-то, поднял взгляд и бегло ему улыбнулся. Не исчезло. Антон тихо прикрыл за собой дверь, уставился на ползающего под столом Поза, но ничего не спросил, застигнутый врасплох собственным озарением. Кажется, у него только что появились планы на вечер.